УИД 59RS0(№)-62
Дело (№)
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
28 ноября 2022 года г. Комсомольск-на-Амуре
Центральный районный суд (адрес) в составе председательствующего судьи Ильченко А.С.,
при секретаре судебного заседания Леонове А.В.,
с участием помощника прокурора г. Комсомольска-на-Амуре Тимохиной Н.К.,
истца ФИО1, представителя ответчика ООО «Эстедент» - ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Эстедент», ФИО3, ФКУЗ МСЧ 27 ФСИН Р. о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к директору ООО «Эстедент» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, ссылаясь на то, что с (дата) отбывает наказание в ИК-6 УФСИН Р. по (адрес), нуждается в зубопротезировании для восстановления жевательной эффективности, в связи с чем, (дата) обратился с заявление на имя начальника колонии о предоставлении дополнительной медицинской услуги за счет собственных средств. (дата) он был осмотрен стоматологом ФИО7 с составление зубной формулы, согласно которой на момент осмотра у него имелись на верхней челюсти коренные зубы 1.6 и 2.5, которые были запломбированы. (дата) он был осмотрен врачом стоматологом-ортопедом ООО «Эстедент» ФИО3, с которым обсудил условия зубопротезирования, стоимость услуг и договорился о подписании договора. В середине июля 2018 года ФИО3 начал подготовку к зубопротезированию, в зубах 1.6 и 2.5 освободил каналы поставил временные пломбы, после чего озвучил, что за проведенный (дата) осмотр и проделанную работу он должен ему 4500 рублей, а так же пояснил, что через неделю снимет временные пломбы и установит металлические вкладки, а на них уже коронки. (дата) он направил на имя начальника колонии заявление о предоставлении банковских реквизитов ФИО3 для перечисления денежных средств за услуги, на которое получил ответ о том, что необходимо лишь указать наименование получателя денежных средств. (дата) ФИО3 удалил у него из зубов временные пломбы и установил в них металлические культевые вкладки под металлокерамические коронки, после чего сделал слепки челюсти. Так же ФИО3 пояснил, что за проделанную работу ему необходимо перечислить 20 000 рублей, после чего работа будет продолжена. При этом, заключать договор ФИО3 отказался, мотивировав отказ тем, что осуществляет свою деятельность в колонии незаконно и данный договор не будет иметь юридической силы. После этого ФИО3 он больше не видел. В дальнейшем (дата) его вывозили в КГБУЗ «АСП» (адрес), где в ходе осмотра было установлено, что в зубах 1.6 и 2.5 начался хронический воспалительный процесс, из-за того, что зубы были препарированы, но не закрыты временными коронками, что исключает возможность протезирования мостовидными протезами, было рекомендовано удалить указанные зубы. В виду того, что ФИО3 была оказана некачественная медицинская помощь, (дата) он обратился к нему с претензией о выплате компенсации, которая осталась без удовлетворения. Обращаясь в суд, истец просил за незаконное и ненадлежащее оказание медицинских услуг по зубопротезированию на территории колонии, отказ заключить договор и предоставить информацию об оказываемых услугах и их последствиях, непредставления ответа на претензию, просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей, а так же штраф в соответствии со ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» и почтовые расходы в размере 300 рублей.
Протокольным определением суда от (дата) (т.1 л.д. 68) произведена замена ненадлежащего ответчика директора ООО «Эстедент» ФИО3 на организацию ООО «Эстедент».
Протокольным определением суда от (дата) к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО3, ФКУЗ МСЧ 27 ФСИН Р..
В судебном заседании истец ФИО1 уточнил заявленные исковые требования, просил взыскать компенсацию морального вреда в результате оказания ему медицинских услуг ненадлежащего качества в размере 200 000 рублей. Дополнительно пояснил, что металлические вкладки в зубы ФИО3 установил ему в сентябре 2018 года, а не в августе как указано в заявлении. При этом, до указанного времени при осмотре в зубах у него данных вкладок обнаружено не было, что подтверждается записью врача ФИО7 о результатах осмотра. После данного осмотра никто кроме ФИО3 стоматологические услуги ему не оказывал, что подтверждается записями в его медицинской карте. Подписывать какие-либо документы, заключать договор ФИО3 отказался, пояснив, что находится на территории колонии незаконно. Сведения о проведенных медицинских манипуляциях в медицинскую карту он так же не вносил. При этом, медицинские работники медсанчасти установить культевые вкладки ему в зубы не могли, поскольку не являются специалистами по протезированию, в иные медицинские учреждения, где это возможно сделать, его не вывозили. Полагает, что медицинская услуга по зубопротезированию была оказана ему некачественно, в результате чего он испытывал физические и нравственные страдания, дискомфорт, кроме того, ему пришлось удалять два зуба, из-за чего он теперь не может установить мостовидные протезы.
Ответчик ФИО3 в судебном заседании участия не принимал, о месте и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом.
Ранее в ходе судебного разбирательства пояснил, что не согласен с исковыми требованиями, возражает против их удовлетворения. Он является директором ООО «Эстедент», которое занимается оказанием стоматологической помощи в амбулаторных условиях, деятельность оказывается по месту нахождения юридического лица, где и заключаются необходимые договоры на оказание услуг. Подобного договора с истцом не заключалось, так как ООО «Эстедент» он не обращался. Истец обратился в медсанчасть колонии, где отбывает наказание, на территории которой ему оказывались стоматологические услуги, в связи с чем, данная организация и должна нести перед ним ответственность за ненадлежащее оказание медицинских услуг. Какие-либо лечебно-диагностические мероприятия истцу от имени ООО «Эстедент» не выполнялись, денежные средства от него не поступали. В колонию его пригласил бывший начальник исправительного учреждения в связи с поступающими от осужденных заявлениями о зубопротезировании. На территорию колонии он приходил для консультации как частное лицо, а не как представитель организации. Летом 2018 года он лишь проконсультировал истца по поводу установки зубных имплантов, никаких медицинских манипуляций ему не проводил.
В судебном заседании представитель ответчика ООО «Эстедент» - ФИО4, действующая на основании доверенности от (дата), возражала против удовлетворения исковых требований, представила письменный отзыв, в котором указала, что ФИО1 в ООО «Эстедент» за оказанием медицинской помощи, а так же за услугами зубопротезирования никогда не обращался. С медицинским учреждением ИК-6 у ООО «Эстедент» так же не было никаких договорных отношений. При этом оказание медицинских услуг такого рода подлежит лицензированию. Согласно лицензии № ЛО-27-01-002591 от (дата), выданной ответчику ООО «Эстедент» местом осуществления лицензируемого вида деятельности указан адрес г. Комсомольск-на-Амуре (адрес), в условиях других медицинских учреждений данный вид деятельности ООО «Эстедент» оказывать не имеет право и не оказывает. Кроме того, доказательств того, что именно директор организации ФИО3 оказывал истцу услуги по депульпированию зубов и установке культевых вкладок не представлено. При этом, на момент осмотра истца стоматологом ФИО7 (дата) у него уже имелись проблемы с указанными зубами.
Дополнительно представитель ответчика пояснила, что факт оказания ФИО3 медицинской помощи истцу не нашел своего подтверждения в материалах дела, так же установлена причинно-следственная связь между действиями ФИО3 по осмотру ротовой полости истца и удалением зубов. Из медицинской карты истца и пояснений опрошенных свидетелей следует, что на момент первоначального осмотра зубы уже подвергались лечению.
Представитель ответчика ФКУЗ МСЧ 27 ФСИН Р. в судебном заседании участия не принимал, о месте и времени рассмотрения дела уведомлен в установленном законом порядке. Представил письменный отзыв в котором указал, что в соответствии с выданной лицензией оказание учреждением медико-санитарной помощи по зубопротезированию не предусмотрено. Лицензией предусмотрено оказание исключительно первичной доврачебной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях по стоматологии. Оказание специализированной врачебной помощи по зубопротезированию не предусмотрено. В соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, а так же Правилами оказания лицам, заключенным под стражей или отбывающим наказание в виде лишения свободы, медицинской помощи, осужденные могут получать дополнительную лечебно-профилактическую помощь, оплачиваемую за счет собственных средств. В медицинской карте ФИО1 имеется лист осмотра врачом стоматологом-протезистом с описанием клинической картины и установлением диагноза. Осмотр проведен врачом ФИО3 (ООО «Эстедент») на территории учреждения в помещении медицинской части.
Дополнительно представитель ранее в судебном заседании пояснил, что в мед.сан.части учреждения осужденным оказывается лишь первичная доврачебная помощь зубным врачом. Технической возможности оказывать стоматологические услуги иного рода в учреждении нет, что в том числе подтверждается судебными актами о признании бездействия колонии в данной части не законным. На территорию колонии по договоренности с начальником учреждения приходил ФИО3, который оказывал осужденным услуги по зубопротезированию. Приходил он в выходные дни, услуги оказывал в медицинском кабинете на территории мед.сан.части. В 2018 году на территорию колонии приглашался только данный специалист. Со слов самого ФИО3 ей известно, что он начинал работать с ФИО1, но они не договорились по цене услуг. Так же ФИО3 передал ей слепок челюсти истца, который был им сделан.
На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участников процесса, которые надлежащим образом уведомлялись о месте и времени рассмотрения дела.
Изучив материалы дела, заслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению частично, суд приходит к следующему выводу:
Положениями статьи 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от (дата) № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
Согласно п. 1 ст. 2 указанного Федерального закона здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан – это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического, характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 3 статьи 3 указанного Федерального закона определено, что медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.
Право граждан на доступную и качественную медицинскую помощь предусмотрено статьями 10 и 19 Закона об основах охраны здоровья граждан.
В соответствии с ч. 1 ст. 26 Федерального закона лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.
Согласно части 3 указанной статьи при невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы лица, заключенные под стражу или отбывающие наказание в виде лишения свободы, имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, предусмотренных на эти цели федеральному органу исполнительной власти, осуществляющему правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных.
Частью 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса РФ предусмотрено, что при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.
В соответствии с ч. 1 ст. 12 Уголовно-исполнительного кодекса РФ при осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний, а также ущемляться права и законные интересы других лиц.
Исходя из положений ч. 10 ст. 16, ч. 6 ст. 74 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, осужденные к пожизненному лишению свободы, отбывают наказание в исправительных колониях особого режима.
Согласно ч. 6 ст. 12 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.
Как указано в ч. 1 ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.
Частью 5 ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ закреплено, что порядок оказания осужденным медицинской помощи, организации и проведения санитарного надзора, использования лечебно-профилактических и санитарно-профилактических учреждений органов здравоохранения и привлечения для этих целей их медицинского персонала устанавливается законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, и федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.
В соответствии с пунктом 3 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденным приказом Минюста Р. от (дата) (№), оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН Р., и СИЗО уголовно-исполнительной системы, подчиненных непосредственно ФСИН Р. (медицинские организации УИС), а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС – в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения.
Согласно пункту 109 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждённых приказом Минюста Р. от (дата) (№) и зарегистрированных в Минюсте Р. (дата) (№), осужденные по своему желанию могут за счет собственных средств пользоваться дополнительными услугами предприятий коммунально-бытового обслуживания, расположенных в пределах муниципального образования, на территории которого находится исправительное учреждение, а также учреждений государственной и муниципальной систем здравоохранения.
В силу пункта 110 Правил к дополнительным услугам, оказываемым по инициативе осужденных и оплачиваемым за счет их собственных средств, относятся: консультации врачей-специалистов медицинских организаций государственной и муниципальной систем здравоохранения; подбор, изготовление очков, протезов, ортопедической обуви; отдельные виды инструментального, лабораторного обследования, а также лечения, протезирования зубов.
Согласно пункту 111 Правил дополнительные услуги, оплачиваемые осужденными за счет собственных средств, предоставляются по их заявлению на имя начальника исправительного учреждения. Услуги могут быть оказаны в пределах денежных средств, имеющихся на лицевом счете осужденного.
Оплата дополнительных услуг осуществляется путем перевода денежных средств с лицевого счёта осужденного в адрес соответствующего предприятия, учреждения, организации или специалиста (работника) (пункт 112 Правил).
В ходе судебного разбирательства установлено, что вступившим в законную силу решением Ивдельского городского суда (адрес) от (дата) были частично удовлетворены исковые требования ФИО1, признано незаконным бездействие ФКУ ИК-56 ФИО5, ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН Р. в части не организации предоставления ФИО1 дополнительной лечебно-профилактической помощи в виде медицинской услуги по зубопротезированию за счет собственных средств, возложена обязанность организовать предоставление данной помощи.
С (дата) ФИО1 переведён в ФКУ ИК-6 по (адрес) из ФКУ ИК-56 ФИО5 по (адрес), где он отбывал наказание к пожизненному лишению свободы.
Как установлено в ходе судебного разбирательства, в период с февраля 2018 года ФИО1 неоднократно обращался к начальнику ФКУ ИК-6 УФСИН Р. по (адрес) с просьбой предоставить ему возможность за счет собственных средств получить медицинскую услугу по зубопротезированию.
Из представленных в материалы дела документов следует, что в 2018 году дополнительная медико-санитарная помощь по зубопротезированию осужденным, отбывающим наказание в ФКУ ИК-6 УФСИН Р. по (адрес), оказывалась специалистом ООО «Эстедент» врачом-ортопедом-стоматологом ФИО3 (т.1 л.д. 39, 63-64)
(дата) ФИО1 обращался с заявлением на имя начальника ФКУ ИК-6 УФСИН Р. по (адрес) о проведении полного обследования ротовой полости.
Из медицинской карты осужденного ФИО1 следует, что (дата) он был впервые осмотрен зубным врачом филиала «Медицинская часть-9» ФКУЗ МСЧ-27 ФСИН Р.. Из протокола данного осмотра следует, что полость рта санирована, имеется пломба дефект небольших размеров в 16 зубе.
Далее из медицинской карты, а так же из сообщения начальника Управления организации медико-санитарного обеспечения ФСИН Р. от (дата) (т. 1 л.д. 18) следует, что (дата) ФИО1 был осмотрен врачом стоматологом-ортопедом ФИО3, которым установлено, что истец нуждается в зубопротезировании и ему рекомендовано изготовление съемного протеза.
Далее имеется запись от (дата), о том, что ФИО1 повторно осматривался врачом стоматологом-ортопедом ФИО3, которым показано изготовление упорно-удерживающих коронок на 16, 25 зубы, для восстановления отсутствующих зубов необходимо изготовление частичного съемного протеза.
Опрошенная в качестве свидетеля ФИО6 суду пояснила, что с 2017 года работает фельдшером на территории ФКУ ИК-6 УФСИН Р. по (адрес). В медицинской части исправительного учреждения имеется стоматологический кабинет. В 2018 году на 0,5 ставки зубным врачом в мед.сан.части работала ФИО7, которая занималась удалением, лечением зубов у осужденных. От осужденных на имя начальника колонии стали поступать заявление о предоставлении дополнительных медицинских услуг по зубопротезированию за счет собственных средств. Для этих целей бывшим начальником колонии был приглашен ФИО3, который по устной договоренности с начальником колонии приезжал на территорию исправительного учреждения. Ей известно, что ФИО3 оказывал услуги зубопротезирования нескольким осужденным, в их числе ФИО1, ФИО9, ФИО8. Работал он в стоматологическом кабинете медицинской части, приезжал по выходным, поэтому лично с ним она не встречалась. Никаких документов ФИО3 не оставлял, записей о проделанной работе в амбулаторные медицинские карты осужденных он не вносил. Так же ей известно, что иногда он приезжал с другими специалистами, которые работали вместе с ним. Со слов ФИО1 ей известно, что ФИО3 успел выполнить ему какие-то работы по зубопротезированию, но потом осужденный отказался с ним работать, так как ФИО3 не заключал договор. В декабре 2018 года ФИО3 передал ей слепок челюсти ФИО1, который он сделал. В последующем по вопросу зубопротезирования с ФИО1 работали в Амурской стоматологической поликлинике, куда он вывозился для обследования.
Опрошенный в качестве свидетеля ФИО9 суду пояснил, что является осужденным к пожизненному лишению свободы, с 2018 года по настоящее время отбывает наказание в ФКУ ИК-6 УФСИН Р. по (адрес). В 2018 года на территории исправительного учреждения ему оказывались услуги по зубопротезированию врачом ООО «Эстедент» ФИО3, который был приглашен начальником колонии. Услуги оказывались в медицинском кабинете на территории колонии, в котором имеются два стоматологических кресла. Одновременно с ним ФИО3 оказывал услуги по зубопротезированию и других осужденным. Приезжал он не один, а с помощниками, которые по его указанию выполняли определенные работы. В 2018 году, когда его привели на очередной прием к ФИО3, в соседнем кресле он увидел ФИО1 После осмотра ФИО3 работу с ним продолжил приглашенный ФИО3 сотрудник, а сам ФИО3 проводил какие-то манипуляции с использованием бормашины в ротовой полости ФИО1 Никаких записей в его медицинскую карту ФИО3 не вносил, выписок не выдавал, заключать договор на оказание услуг отказался.
Опрошенный в качестве свидетеля ФИО10, суду пояснил, что является осужденным к пожизненному лишению свободы, в настоящее время отбывает наказание в ФКУ ИК-6 УФСИН Р. по (адрес). В период с сентября 2018 года по июль 2019 года ФИО3 оказывал ему услуги по зубопротезированию на территории исправительного учреждения в стоматологическом кабинете. В данном кабинете имеется два стоматологических кресла, поэтому периодически он встречал там других осужденных, которым так же оказывались услуги по зубопротезированию. Примерно в сентябре 2018 года он встретил в данном кабинете ФИО1, которому выполняли какие-то медицинские манипуляции.
Опрошенный в качестве свидетеля ФИО11 суду пояснил, что является зубным врачом. Весной-летом 2018 года по просьбе ФИО3 он посещал вместе с ним ФКУ ИК-6 УФСИН Р. по (адрес), где оказывал осужденным стоматологические услуги в качестве врача-терапевта с целью дальнейшего зубопротезирования. Приезжал он в колонию примерно два раза в месяц. Руководством колонии были предоставлены списки осужденных, которые желали получить медицинские услуги по зубопротезированию. ФИО3 как врач стоматолог-ортопед осматривал осужденных, затем он по указанию ФИО3 выполнял определенные работы. Одним из осужденных, желающих получить данные услуги, был ФИО1 Ему было показано съемное протезирование, а осужденный хотел установить мостовидные керамические протезы. В ходе осмотра он обнаружил в зубах у ФИО1 какие-то конструкции, по цвету это могли быть металлические вкладки либо амальгамовые пломбы. Для уточнения природы данных конструкций необходимо было выполнить рентгеновские исследования, но данные исследования осужденному не проводились, так как в колонии не работала рентгеноаппаратура.
Согласно справкам ФКУ ИК-6 УФСИН Р. по (адрес) ФИО3 находился в ФКУ ИК-6 УФСИН Р. по (адрес): (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата) год, (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата) (т. 1 л.д. 80).
Решением Амурского городского суда (адрес) от (дата) признано незаконным бездействие ФКУ ИК-6 УФСИН Р. по (адрес), ФКУЗ «Медико-санитарная часть (№)» ФСИН Р. в части не организации предоставления ФИО1 дополнительной лечебно-профилактической помощи в виде медицинской услуги по зубопротезированию, оплачиваемой осужденным за счёт собственных средств.
Так же из медицинской карты усматривается, что (дата) ФИО1 был осмотрен зубным врачом медицинской части (№), установлено, что полость рта санирована, готова к протезированию.
Далее ФИО1 повторно осматривался зубным врачом медицинской части (№) (дата), (дата), (дата).
(дата) ФИО1 был осмотрен врачом стоматологом-ортопедом КГАУЗ «Амурская стоматологическая поликлиника», в ходе осмотра установлено, что в июне 2018 года ему проведено лечение 16 и 25 зубов врачами иной медицинской организации. Зубы депульпированы, в каналы указанных зубов установлены металлические культевые вкладки. Зубы отпрепарированы под металлические коронки. Далее протезирование не состоялось, отпрепарированные зубы в течение года оставались открытыми, по приводит к дополнительному инфицированию и размягчению дентита корневой части зуба. По результатам осмотра рекомендовано удаление 16 и 25 зубов с дальнейшим протезированием частичным съемным пластиночным протезом верхней челюсти. Не рекомендовано протезирование дистальных отделов верхней челюсти мостовидными протезами в связи с имеющимся хроническим воспалительным процессом на 16 и 25 зубах (т. 1 л.д. 21).
(дата) и (дата) ФИО1 был осмотрен зубным врачом медицинской части (№), ему удалены 16 и 25 зубы.
Процессуальным законом в качестве общего правила закреплена процессуальная обязанность каждой из сторон доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ).
Исследовав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что ответчиком ФИО3 были оказаны истцу ФИО1 медицинские стоматологические услуги, направленные на последующе зубопротезирование.
С учетом представленных в материалы дела письменных доказательств, суд признает показания опрошенных свидетелей в качестве допустимых доказательств, поскольку они согласуются между собой, а так же с другими материалами дела, взаимно дополняя их.
Доводы ответчиков о том, что никаких медицинских услуг ФИО1 ФИО3 не оказывал, провел лишь осмотр и консультацию, а культевые вкладки были установлены истцу иным специалистом, признаются судом несостоятельными, поскольку опровергаются фактическими обстоятельствами, установленными в ходе судебного разбирательства.
Как следует из медицинской карты, наличие металлических конструкций в зубах истца не было зафиксировано зубным врачом в ходе первоначального осмотра в марте 2018 года, отсутствуют сведения об их наличии и в протоколах осмотров от (дата) и (дата), составленных самим ФИО3 Так же из медицинской карты истца следует, что в ходе осмотра (дата) зубным врачом медицинской части установлено, что ротовая полость истца готова к протезированию.
Сведений о том, что после этого истцу выполнялись медицинские манипуляции, направленные на подготовку к протезированию в иных медицинских организациях, в медицинской карте не содержится. Сведений о том, что в 2018-2019 годах услуги по зубопротезированию оказывались осужденными иными специалистами в ходе рассмотрения дела так же не установлено.
Кроме того, из пояснений представителя ФКУЗ МСЧ-27 и фельдшера ФИО6 следует, что ФИО3 был выполнен слепок челюсти ФИО1, который в последствие был передал им самим ответчиком.
При этом, снятию слепков, передающих анатомию и расположение зубов, при протезировании предшествует подготовка зубов, в процессе которой в результате препарирования (обтачивания) им придается нужная для протезирования форма.
Наличие металлических культевых вкладок в зубах ФИО1 установлено врачом стоматологом-ортопедом КГАБУЗ «Амурская стоматологическая поликлиника» (дата), что зафиксировано в протоколе осмотра полости рта истца.
Как следует из данного протокола работы, которые проведены ФИО3 истцу ФИО1, являются некачественными, в связи с чем, возникла необходимость в удалении двух зубов, что исключило возможность дальнейшего протезирования ротовой полости мостовидными протезами.
На основании изложенного суд приходит к выводу, что представленные в материалы дела доказательства достоверно свидетельствуют о том, что медицинские стоматологические услуги ФИО1 оказаны ненадлежащего качества, возникшие недостатки, обусловлены ненадлежащим выполнением необходимых пациенту лечебных мероприятий.
При этом суд не может согласиться с доводами ФИО3 о том, что надлежащим ответчиком по делу является медсанчасть ФКУ ИК-6 УФСИН Р. по (адрес), либо ФКУЗ МСЧ-27 ФСИН Р., поскольку, как установлено из материалов дела, указанными учреждениями соответствующие услуги ФИО1 не оказывались и не предоставлялись. Доказательств того, что врач ФИО3 действовал по поручению и в рамках Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» и положений Уголовно-исполнительного кодекса РФ, в материалах дела не имеется.
Из пояснений сторон следует, что медицинские услуги оказывались ФИО3 без заключения договора, в частном порядке.
В ходе проведенной Территориальный орган Росздавнадзора по (адрес) и ЕАО проверки по обращению ФИО1 о некачественным оказанием ООО «Эстедент» платных медицинских услуг по стоматологии, установлено, что амбулаторная карта ФИО1 не содержит медицинской информации об оказанных стоматологических услугах по подготовке ротовой полости к протезированию сотрудниками ООО «Эстедент», денежные средства на расчетный счет организации а данные услуги не поступали, какая-либо медицинская документация, фиксирующая факт оказания платных стоматологических услуг ООО «Эстедент» ФИО1 отсутствует (т. 1 л.д. 134-135).
Преамбулой Закона РФ «О защите прав потребителей» от (дата) (№)-I установлено, что настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг).
В соответствии с положениями указанного Закона потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата) (№) «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» установлено, что при рассмотрении гражданских дел судам следует учитывать, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации от (дата) (№)-I «О защита прав потребителей», другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
В силу п. 12 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, исходя из смысла пункта 4 статьи 23 ГК РФ гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица в нарушение требований, установленных пунктом первым данной статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем.
Для констатации факта занятия гражданина предпринимательской деятельностью необходимо доказать систематическое получение им прибыли, например от выполнения работ, оказания услуг.
В ходе рассмотрения дела судами установлено, что договор оказания услуг заключался в устной форме между физическими лицами, ответчик ФИО3 имеет постоянное место работы в ООО «Эстедент» в качестве его директора, сведений об осуществлении ФИО3 деятельности без статуса индивидуального предпринимателя, направленного на систематическое получение прибыли по договорам оказания услуг, не имеется, регистрация ответчика в качестве индивидуального предпринимателя отсутствует.
Как следует из пояснений ФИО3, в мае 2018 года его пригласил начальник ФКУ ИК-6 ФСИН Р. по (адрес) по поводу консультации по зубопротезированию осужденных, медицинские услуги оказывались им на основании устной договоренности в частном порядке, а не от имени юридического лица.
Принимая во внимание то, что оказываемая ответчиком услуга фактически носила разовый характер, была оказана в связи с необходимостью соблюдения прав осужденного и оказания ему медицинской помощи, при этом с соблюдением порядка и условий отбывания им наказания.
В материалах дела отсутствуют какие-либо сведения о том, что ответчиком фактически осуществляется предпринимательская деятельность по оказанию гражданам услуг, то есть оказываются услуги на постоянной основе и систематически извлекается прибыль.
Поскольку судом не установлено наличие договорных отношений между истцом и ответчиком, по смыслу преамбулы Закона Российской Федерации от (дата) (№)-I «О защите прав потребителей», положения данного Закона на спорные правоотношения распространению не подлежат, в связи с чем, надлежащим ответчиком по делу является ФИО3, оказавший услугу ФИО1 как частное лицо, а не директор ООО «Эстедент».
Пунктом 1 ст. 151 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В силу п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
По смыслу приведенных правовых норм право на компенсацию морального вреда возникает, по общему правилу, при нарушении личных неимущественных прав гражданина или посягательстве на иные принадлежащие ему нематериальные блага, и только в случаях прямо предусмотренных законом, такая компенсация может взыскиваться при нарушении имущественных прав гражданина.
Таким образом, суд считает, что имело место нарушение прав ФИО1 в виде некачественно оказанной медицинской услуги, что затрагивает его здоровье, и относится к личным неимущественным правам гражданина, свидетельствует о причинении ему морального вреда.
В результате некачественно проведенной работы на начальном этаже по зубопротезированию ФИО1 испытывал дискомфорт и неудобство, был вынужден удалить два зуба, что привело к невозможности протезирования мостовидными протезами.
Причинённые истцу физические и нравственные страдания с учётом степени вины ответчика, длительности периода нарушения его прав и возникших последствий в виде удаления зубов, а также требований разумности и справедливости, суд оценивает в 50 000 рублей.
В соответствии с п.1 ст.103 ГПК РФ, п.1 ч.1 ст.333.19 НК РФ с ответчика в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой истец был освобожден.
Поскольку суд пришел к выводу, что на возникшие между сторонами правоотношения положения Закона РФ «О защите прав потребителей» не распространяются, оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании с ответчика штрафа, предусмотренного ст. 13 указанного закона, так же не имеется.
Оснований для удовлетворения требований истца о взыскании почтовых расходов в размере 300 рублей суд так же не находит, поскольку несение данных расходов представленными в материалы дела доказательствами не подтверждено.
Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ :
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично
Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей
В остальной части исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения
Взыскать с ФИО3 в доход соответствующего бюджета согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации государственную пошлину в сумме 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в (адрес)вой суд через Центральный районный суд г. Комсомольска-на-Амуре в течение месяца со дня изготовления текста решения суда в окончательной форме
Судья А.С. Ильченко