Копия

50RS0№-28 Дело №

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

27 июня 2022 года город ФИО2, МО

ФИО40-Посадский городской суд в составе председательствующего судьи Уваровой О.А.,

с участием адвокатов ФИО29, ФИО18,

при секретаре судебного заседания ФИО19,

с участием помощника прокурора ФИО20,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7, ФИО8, ФИО6, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО5 к ГБУЗ «ФИО40- больница», ГБУЗ МО МОНИКИ им. ФИО21 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО7, ФИО8, ФИО6, действующий в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО5 обратились в суд с иском к ГБУЗ «ФИО40- больница», ГБУЗ МО МОНИКИ им. Владимирского о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечено ГБУЗ МО «МОНИКИ им. ФИО21».

В судебном заседании истцы ФИО7, ФИО6, представитель истцов ФИО22 исковые требования поддержали пояснили, что ДД.ММ.ГГГГ в период с 21 часа по 21 час. 45 мин. ФИО23, находясь на позднем сроке беременности была госпитализирована в акушерское отделение патологии беременности родильного отделения Районной больницы г. ФИО2, с диагнозом: беременность 32-33 недели, головное предлежание, угроза прерывания беременности, дежурным врачом акушером-гинекологом было назначено лечение лекарственными препаратами. ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов для получения лечения в периферическую вену в области локтевого сгиба ФИО23 был установлен периферический венозный катетер и выполнена внутривенная инфузия назначенными врачом лекарственными препаратами. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ лечащий врач ФИО15 Л.Н., и с участием заведующей акушерским отделением больницы ФИО37, ежедневно проводила осмотры ФИО23, по результатам которых общее состояние пациентки было признано удовлетворительным, патологий при прохождении беременности не выявлено. Вместе с тем, ФИО23 чувствовала дискомфорт в области правового предплечья, в месте установки периферического венозного катетера, о чем она неоднократно сообщала своему лечащему врачу ФИО15 Л.Н., которая проигнорировала жалобы, не приняла мер к оказанию ФИО9 помощи по удалению у нее периферического венозного катетера, что привело к возникновению у ФИО23 воспалительного процесса в месте установки периферического венозного катетера, ухудшению ее состояния здоровья в период нахождения на стационарном лечении, появлению инфильтрата в области правого предплечья и дальнейшему возникновению у нее инфицированного тромбофлебита правой верхней конечности, развившегося вследствие ненадлежащего ухода за периферическим венозным катетером с инвазией высокопатогенной микрофлоры в области его установки с развитием флегмоны правого плеча, с последующим тяжелым бактериальным сепсисом (септикомиемией) в виде двусторонней деструктивной пневмонии и полиорганной недостаточности. Заведующая акушерским отделением больницы ФИО37, непосредственно ответственная за качество выполнения врачебным, средним и младшим ФИО9 персоналом отделения соответствующих положений об их работе, в период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь в акушерском отделении больницы, не надлежаще исполнила свои должностные обязанности и лично не проконтролировала работу врача акушера-гинеколога акушерского отделения больницы ФИО15 Л.Н., что привело к возникновению у ФИО23 острой хирургической патологии в месте установки периферического венозного катетера и наступлению тяжких последствий. В период с 16 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ до 08 час. 00 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО37, провела осмотр пациентки ФИО23, по результатам которого зафиксировала у нее повышение температуры тела до 39,0 градусов, на правой руке в области локтевого сгиба определила инфильтрат, плотный, размером 6x4 см. Каких-либо незамедлительных мер к диагностированию и дальнейшему лечению острой хирургической патологии у пациентки ФИО23 не предприняла, фактически самоустранившись от контроля за состоянием здоровья ФИО23, что привело к наступлению тяжких последствий. По окончании дежурства ФИО37 ДД.ММ.ГГГГ около 8 часов на ежедневной утренней конференции врачей акушеров-гинекологов родильного отделения больницы, в устной форме доложила заместителю главного врача по родовспоможению и гинекологии ФИО14 П.В. информацию об образовании и развитии у ФИО23 острой хирургической патологии в виде инфильтрата в области правового предплечья в месте установки периферического венозного катетера, сопровождавшейся прогрессирующим ухудшением состояния здоровья пациентки. Однако, несмотря на это, ФИО14 П.В., являясь должностным лицом, ненадлежаще исполнил свои обязанности, проигнорировал данную информацию, порекомендовав ФИО37 проконсультироваться по данному вопросу с врачом-хирургом. Вечером ДД.ММ.ГГГГ состояние пациентки ФИО23 значительно ухудшилось, на что обратили внимание другие пациентки, о чем они сообщили лечащему врачу ФИО15 Л.Н. и попросили ее проконсультироваться с врачом-хирургом относительно состояния здоровья ФИО23 Прогрессирующее ухудшение состояния здоровья пациентки ФИО23 29.12.20214 года требовало принятия незамедлительных мер по лечению у нее острого тромбофлебита, назначения антибактериальной терапии с использованием препаратов широкого спектра действия и антикоагулянтной терапии. Вместе с тем, лечащий врач ФИО15 Л.Н, самоустранилась от контроля за состоянием здоровья ФИО23, не проанализировав динамику прохождения воспалительного процесса у последней, недооценив его тяжесть, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде развития смертельных осложнений и последующей смерти пациентки ФИО23 ДД.ММ.ГГГГ с 9 часов до 12 часов ФИО14 П.В., совместно с ФИО15 Л.Н. и ФИО37 провел осмотр пациентки ФИО24, по результатам которого у нее была отмечена отечность в области правого предплечья и ноющие боли. В течение этого дня состояние здоровья ФИО23 продолжало ухудшаться, в связи с чем, она была переведена и госпитализирована в 3 хирургическое отделение больницы, где ей был установлен диагноз флегмона правой верхней конечности и проведена хирургическая операция по ее вскрытию. Несмотря на проведенные в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ диагностические и лечебные мероприятия, состояние здоровья пациентки ФИО23 прогрессивно ухудшалось. ДД.ММ.ГГГГ ФИО23 была госпитализирована в ГБУЗ « научно-исследовательский клинический институт имени ФИО21», где в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО23 находилась на стационарном лечении с диагнозом: флегмона правого плеча, сепсис. В рамках установленного диагноза ФИО9 персоналом ГБУЗ МО «МОНИКИ им. ФИО25» ФИО23 было проведено необходимое комплексное медикаментозное лечение, несмотря на получение которого ДД.ММ.ГГГГ ФИО23 скончалась. По факту смерти в ГБУ здравоохранения МОНИКИ им. ФИО26 следственными органами возбуждено уголовное дело. Обвиняемыми по данному уголовному делу были признаны: заместитель главного врача по родовспоможению и гинекологии РБ г. ФИО2 П.В.; врач акушер-гинеколог родильного отделения РБ г. ФИО2; врач акушер-гинеколог родильного отделения РБ г. ФИО3 Л.Н.; медсестра родильного отделения РБ г. ФИО4 Д.А. В рамках уголовного дела проведена комиссионная судебно-ФИО9 экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой смерть ФИО23 последовала от ятрогенного заболевания -инфицированного тромбофлебита правой верхней конечности, развившегося вследствие ненадлежащего ухода за катетером с инвазией высокопатогенной микрофлоры в области установки катетера с развитием флегмоны правого плеча, с последующем тяжелым бактериальным сепсисом в виду двусторонней деструктивной пневмонии и

полиорганной недостаточности. Экспертной комиссией случай смерти ФИО23 рассматривался как предотвратимый при соблюдении двух условий: надлежащем уходе за установленным ДД.ММ.ГГГГ периферическим венозным катетером; своевременным лечением инфицированного тромбофлебита правой верхней конечности. Полагали что, между допущенным дефектом оказания ФИО9 помощи, выразившимся в ненадлежащем уходе за периферическим венозным катетером и наступившими неблагоприятными последствиями в виде смерти ФИО23 имеется прямая причинно-следственная связь, поскольку к возникновению флеботромбоза вен правой верхней конечности и возникновению сепсиса привел не сам факт установки катетера, а именно ненадлежащий уход за ним, а также непринятие скорейших мер по лечению острого инфицированного тромбофлебита. Просили суд взыскать с ответчика ГБУЗ «ФИО40- больница» компенсацию морального вреда: в пользу ФИО7 в размере 15 000 000 рублей, в пользу ФИО8 в размере 10 000 000 рублей, в пользу ФИО6 в размере 10 000 000 рублей, в пользу ФИО5 в размере 15000000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя: в пользу ФИО7 в размере 200 000 рублей, в пользу ФИО27 в размере 200 000 рублей, в пользу ФИО8 в размере 15 000 рублей, почтовые расходы, расходы на ксерокопирование 1946,24 руб.

Представитель ответчика ГБУЗ «ФИО40- больница» по доверенности ФИО28 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, указывая, что при поступлении ФИО23 на лечение в ФИО9 учреждение ей было назначено и проведено лечение в полном объеме. Просит отказать в удовлетворении иска.

Представитель ответчика ГБУЗ МО «МОНИКИ им. ФИО21» в судебное заседание не явился, представил письменные пояснения, просил о рассмотрении дела в отсутствие представителя (л.д. 74-75, 79-80).

Третьи лица ФИО15 Л.Н. – адвокат ФИО29, ФИО14 П.В. – адвокат ФИО30, ФИО37, представитель ФИО37, по доверенности ФИО31 в судебном заседании исковые требования не признали, считали их необоснованными.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение помощника прокурора, полагавшего иск подлежащим отклонению, допросив экспертов, изучив материалы дела, ФИО9 карты ФИО23,, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, ФИО5, является сыном, а ФИО6 супругом умершей ФИО23 ФИО7 приходится матерью, а ФИО8 бабушкой умершей ФИО23

Постановлением ФИО40-Посадского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в период с 21 часа по 21 час 45 минут ФИО23, находясь на позднем сроке беременности 32-33 недели, была госпитализирована в акушерское отделение патологии беременности родильного отделения Больницы, расположенное по адресу: , г. ФИО2, , с диагнозом: Беременность 32-33 недели и ей дежурным врачом акушером-гинекологом Больницы назначено лечение. Согласно врачебному назначению ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов для получения лечения в периферическую вену в области правого локтевого сгиба ФИО23 установлен периферический венозный катетер и выполнена внутривенная инфузия вышеуказанных лекарственных препаратов. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ лечащий врач ФИО15 Л.Н., с участием заведующей акушерским отделением Больницы ФИО37, ежедневно проводила осмотры ФИО23, по результатам которых общее состояние пациентки было признано удовлетворительным, патологий при прохождении беременности не выявлено. ДД.ММ.ГГГГ в период с 8 часов до 15 часов 20 минут ФИО15 Л.Н., совместно с заведующей акушерским отделением Больницы ФИО37, исполняя свои профессиональные обязанности, провела осмотр ФИО23 Назначенное ФИО23 ДД.ММ.ГГГГ при госпитализации лечение, предусматривавшее внутривенную инфузию лекарственных средств, лечащим врачом ФИО15 Л.Н. было признано правильным и оставлено без изменения. По завершении осмотра ФИО15 Л.Н., будучи ответственной за качество оказываемой пациентам ФИО9 помощи, являясь лечащим врачом ФИО23, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь в акушерском отделении Больницы, ненадлежащее исполнила свои профессиональные обязанности, а именно не сделала врачебных назначений среднему ФИО9 персоналу акушерского отделения Больницы о продолжении выполнения пациентке ФИО23 внутривенных инфузий лекарственных средств в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, назначенных и полученных ей ДД.ММ.ГГГГ после госпитализации в акушерское отделение Больницы, не проконтролировала соблюдение средним ФИО9 персоналом акушерского отделения Больницы пунктов 12 – 12.4.2 Методических рекомендаций по обеспечению и поддержанию периферического сосудистого доступа, устанавливающих порядок ухода за катетером, вследствие чего ни одно из положений указанных методических рекомендаций в части ухода за катетером у ФИО23, исполнено не было, чем нарушила требования отраслевых стандартов и клинических рекомендаций, предъявляемых к ее профессиональной деятельности. В результате в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ внутривенная инфузионная терапия лекарственными средствами пациентке ФИО23 не проводилась, а была проведена только ДД.ММ.ГГГГ, то есть непосредственно после ее госпитализации. Установленный ФИО23 ДД.ММ.ГГГГ катетер в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не использовался, какие-либо процедуры с ним не проводились, вплоть до его удаления ДД.ММ.ГГГГ, тогда как в соответствии с п. 13.1.9 Методических рекомендаций по обеспечению и поддержанию периферического сосудистого доступа следовало немедленно удалить катетер, если не предполагалось его дальнейшее использование. Указаний об этом среднему ФИО9 персоналу отделения лечащим врачом ФИО15 Л.Н. также дано не было. В период нахождения на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО23 чувствовала дискомфорт в области правого предплечья, в месте установки катетера, о чем неоднократно сообщала своему лечащему врачу ФИО15 Л.Н. ФИО15 Л.Н., при имевшихся у ФИО23 жалобах на дискомфорт и боль в месте установки катетера, будучи ответственной за качество оказываемой пациентам ФИО9 помощи, являясь лечащим врачом ФИО23, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ненадлежаще исполнила свои профессиональные обязанности при оказании ФИО9 помощи ФИО23, а именно проигнорировала жалобы пациентки при имеющихся признаках осложнений не приняла мер к оказанию ФИО9 помощи ФИО23 – удалению у нее катетера, не дала соответствующее указание сотрудникам из числа среднего ФИО9 персонала акушерского отделения Больницы. Указанное ненадлежащее исполнение ФИО15 Л.Н. своих профессиональных обязанностей при оказании ФИО9 помощи ФИО23 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ привело к возникновению воспалительного процесса у пациентки в месте установки катетера, ухудшению её состояния здоровья, появлению у нее затрудненного дыхания, значительному повышению температуры тела, появлению инфильтрата в области правого предплечья и дальнейшему возникновению у нее инфицированного тромбофлебита правой верхней конечности, развившегося вследствие ненадлежащего ухода за катетером с инвазией высокопатогенной микрофлоры в области его установки, с развитием флегмоны правого плеча, с последующим тяжелым бактериальным сепсисом (септикомиемией) в виде двусторонней деструктивной пневмонии и полиорганной недостаточности. Исполняя свои профессиональные обязанности врача акушера-гинеколога и лечащего врача пациентки ФИО23, ДД.ММ.ГГГГ в период с 8 до 10 часов ФИО15 Л.Н. провела осмотр пациентки, в ходе которого последняя пожаловалась на боль в области правого предплечья в месте установки катетера. По результатам осмотра ФИО15 Л.Н. у ФИО23 была зафиксирована гиперемия (покраснение) кожных покровов в области правого локтевого сгиба, а также отечность кисти, о чем ФИО15 Л.Н. сообщила заведующей акушерским отделением родильного отделения Больницы ФИО37 После этого, ДД.ММ.ГГГГ в период с 10 до 11 часов, ФИО15 Л.Н., совместно с заведующей акушерским отделением Больницы ФИО37, провела повторный осмотр пациентки, по результатам которого было принято решение о вызове врача-хирурга в целях оказания консультативной помощи по ФИО23 ввиду наличия у нее симптомов хирургической патологии в месте установки катетера. ДД.ММ.ГГГГ в период с 11 до 12 часов для оказания консультативной помощи по ФИО23 в акушерское отделение родильного отделения Больницы прибыла врач-хирург 3 хирургического отделения Больницы ФИО32, которая провела осмотр ФИО23, в результате которого было установлено наличие инфильтрата без флюктуации в области правого локтевого сгиба. По окончании осмотра ФИО32 было назначено лечение ФИО23: В вечернее время ДД.ММ.ГГГГ состояние ФИО23 значительно ухудшилось.

Прогрессирующее ухудшение состояния здоровья пациентки ФИО23 ДД.ММ.ГГГГ в 21 час требовало принятия незамедлительных мер по лечению у нее острого тромбофлебита, назначения антибактериальной терапии с использованием препаратов широкого спектра действия и антикоагулянтной терапии. Однако, лечащий врач ФИО15 Л.Н., ДД.ММ.ГГГГ около 21 часа, ненадлежаще исполняя свои профессиональные обязанности, самоустранилась от контроля за состоянием здоровья ФИО23, не проанализировала динамику прохождения воспалительного процесса у последней в области правого предплечья в месте установки катетера, и при наличии достоверных признаков острой хирургической патологии, сопровождавшейся прогрессирующим ухудшением состояния здоровья пациентки ФИО23, не организовала экстренное проведение лабораторного и инструментального обследования вышеуказанной пациентки, не приняла мер для своевременного информирования руководства Больницы о наличии серьезных проблем в оказании ФИО9 помощи ФИО23, не осуществила, по согласованию с заведующей акушерским отделением родильного отделения, перевод пациентки в хирургическое отделение Больницы для оказания квалифицированной хирургической, ФИО9 помощи, при имеющейся реальной возможности не проконсультировалась с врачами-хирургами данного учреждения здравоохранения о методах и приемах оказания ФИО9 помощи ФИО23, самонадеянно рассчитывая исключительно на свой опыт в оказании ФИО9 помощи. Продолжая ненадлежаще исполнять свои профессиональные обязанности при оказании ФИО9 помощи ФИО23, ФИО15 Л.Н., достоверно зная об образовании в области правого предплечья у пациентки острой хирургической патологии в виде инфильтрата, развитие которого проходило с отрицательной динамикой и сопровождалось гиперемией (покраснением), локальной болезненностью, а также значительным повышением температуры тела, располагая достаточными данными об ухудшающемся состоянии здоровья ФИО23, недооценив его тяжесть, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде развития смертельных осложнений хирургической патологии и последующей смерти пациентки ФИО23, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть такие последствия, ДД.ММ.ГГГГ в период с 21 до 22 часов, находясь в акушерском отделении родильного отделения Больницы, приняла решение о продолжении антибиотикотерапии. Вместе с тем, ФИО15 Л.Н., являясь дежурным врачом акушером-гинекологом родильного отделения Больницы, ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов, находясь в акушерском отделении родильного отделения Больницы, расположенном по вышеуказанному адресу, в истории родов пациентки ФИО23 выполнила запись о том, что в указанное время она консультировалась по телефону с ответственным дежурным врачом-хирургом Больницы ФИО33, которая якобы рекомендовала ей продолжить ранее назначенное ФИО23 лечение хирургической патологии (инфильтрата), а также повторно получить консультацию врача-хирурга ДД.ММ.ГГГГ, что не соответствовало действительности. Действия ФИО15 Л.Н. не отвечали уровню развития осложнений хирургической патологии у пациентки ФИО23 и носили формальный характер. ФИО15 Л.Н. ненадлежаще исполнила свои профессиональные обязанности, не приняла незамедлительные меры к диагностированию и дальнейшему лечению острой хирургической патологии у ФИО23, чем нарушила требования отраслевых стандартов и клинических рекомендаций, предъявляемых к ее профессиональной деятельности. ДД.ММ.ГГГГ в период с 9 до 12 часов ФИО15 Л.Н., исполняя профессиональные обязанности врача акушера-гинеколога акушерского отделения Больницы, совместно с заместителем главного врача по родовспоможению и гинекологии ФИО14 П.В. и заведующей акушерским отделением ФИО37 провели осмотр ФИО23, в ходе которого отметили у нее отечность в области правого предплечья и ноющие боли. По результатам указанного осмотра, на основании записей врача-хирурга ФИО32 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО15 Л.Н., ФИО14 П.В. и ФИО37 поставили ФИО23 диагноз: инфильтрат правого предплечья. В течение этого дня состояние здоровья ФИО23 продолжало ухудшаться, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ она была переведена и госпитализирована в 3 хирургическое отделение Больницыгде ей был установлен диагноз: флегмона правой верхней конечности и проведена хирургическая операция по ее вскрытию. После проведения операции ФИО23 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на стационарном лечении в 3 хирургическом отделении Больницы, где в результате проведения необходимых диагностических и лечебных мероприятий у нее был установлен диагноз: тромбоз сосудов правого предплечья, двусторонняя деструктивная пневмония. ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением состояния здоровья ФИО23 в тяжелом состоянии была переведена из 3 хирургического отделения в отделение реанимации Больницы. Несмотря на проведенные в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ диагностические и лечебные мероприятия, состояние здоровья пациентки ФИО23 прогрессивно ухудшалось, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ она была переведена в ГБУЗ « научно-исследовательский клинический институт имени ФИО21», где в этот же день госпитализирована в терапевтическое отделение № с диагнозом при поступлении: двусторонняя пневмония. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО23 находилась на стационарном лечении в ГБУЗ МО «МОНИКИ им. ФИО21», расположенном по адресу: , где в результате проведенных диагностических мероприятий ФИО23 установлен клинический диагноз: Основное заболевание: Флегмона правого плеча. Осложнения: Сепсис: окклюзирующий тромб вен правой верхней конечности, двусторонняя деструктивная пневмония с наличием множественных полостей деструкции, ДВС синдром, полиорганная недостаточность. В рамках установленного диагноза ФИО9 персоналом ГБУЗ МО «МОНИКИ им. ФИО21» в указанный период в отношении ФИО23 было проведено необходимое комплексное медикаментозное лечение, несмотря на получение которого ДД.ММ.ГГГГ ФИО23 скончалась. Постановлением ФИО40-Посадского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, уголовное дело в отношении ФИО15 Л.Н. обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности (л.д. 26-35).

Постановлением ФИО40-Посадского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, уголовное дело в отношении ФИО16 Д.А. обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. (л.д. 22-25).

Постановлением ФИО40-Посадского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, уголовное дело в отношении ФИО14 П.В., ФИО37 обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. (л.д. 33-35).

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная ФИО9 экспертиза, производство которой поручено экспертам ФМБА ФИО17 (л.д.170-172).

Согласно заключению экспертов ФМБА ФИО17, следует, что причиной смерти ФИО23 явились посткатетеризационные инфекционные осложнения: тромбофлебит правой верхней конечности и флегмона правого плеча, осложнившиеся развитием стафилококкового сепсиса (септикомиемии) с двухсторонней деструктивной пневмонией и полиорганной недостаточностью. Это подтверждается описанной в ФИО9 документации клинической и морфологической картиной (в том числе подтвержденной инструментальными методами исследования) флегмоны, флебита, деструктивной пневмонии, обнаружением в прижизненном посеве крови роста золотистого стафилококка. При этом, экспертами сделан вывод о том, что в отделении акушерства и родовспоможения, а также в хирургическом отделении СПРБ допущены недостатки оказания ФИО9 помощи в виде нарушений требований клинических рекомендаций («Методические рекомендации по обеспечению и поддержанию периферического сосудистого доступа». Разработаны и утверждены Ассоциацией ФИО9 (РАМС), Санкт-Петербург, 201 1 г), а также ведомственного нормативного документа (Приказ МЗиСР от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении стандарта ФИО9 помощи больным флебитом и тромбофлебитом»): не соблюдались правила ухода за периферическим катетером (п. 13.1, осмотр места установки катетера каждые 8 часов; п. 13.1.2. промывать катетер не реже 2 раз в сутки; п. 13.1.9. немедленно удалить периферический венозный катетер, если не предполагается его дальнейшее использование); при наличии достоверных признаков острой хирургической патологии (инфицированного тромбофлебита) экстренно не проведены мероприятия, предусмотренные отраслевым стандартом (обследование лабораторное и инструментальное, консультация хирурга, лечение с назначением антибактериальной терапии с использованием препаратов широкого спектра действия и антикоагулянтной терапии). Между вышеперечисленными недостатками и наступлением смерти ФИО23 имеется причинно-следственная связь. Каких-либо недостатков в оказании ФИО9 помощи ФИО23 на этапе лечения в ГБУЗ МО МОНИКИ им. ФИО21 комиссия не выявила. Экспертами также сделан вывод, о том, что простой герпес является самым распространенным вирусным заболеванием человека. По разным данным, антитела к ДНК вируса простого герпеса обнаруживаются у 60-95% населения на различных территориях. Заболевания, обусловленные цитомегаловирусной инфекцией (ЦМВИ), регистрируются повсеместно. По данным сероэпидемиологических исследований, к данному вирусу серопозитивны 50-80% людей. (Методические рекомендации Простой герпес. Цитомегаловирусная инфекция. Методические рекомендации №. Департамент здравоохранения . Москва 2016). Острая ЦМВИ у взрослых иммунокомпетентных лиц протекает в бессимптомной форме или в виде нерезко выраженного мононуклеозоподобного синдрома. Острая ЦМВИ у беременных протекает с умеренным фарингитом, субфебрилитетом, у трети - бессимптомно. Течение простого герпеса сопровождается незначительной лихорадкой и характерными высыпаниями. У взрослых острая ЦМВИ и герпетическая инфекция протекают с развитием пневмонии и сепсиса при крайне выраженных иммунодефицитах. В частности у онкогематологических больных, больных СПИДом, в раннем послеоперационном периоде у перенесших трансплантации органов и тканей, у перенесших ожоговую травму, у длительно принимающих кортикостероиды и т.д. Ни одно из перечисленных состояний в ФИО9 документации ФИО23 не зафиксировано, показаний для проведения противовирусной терапии в период пребывания в ГБУЗ МО СПРБ и ГБУЗ МО МОНИКИ им. ФИО21 не было. Указанный в определении «симптом «матового стекла» при КТ от ДД.ММ.ГГГГ г» - является частью рентгенологической картины, характерной для деструктивной септической пневмонии. Противовирусная терапия, в случае её назначения на любом этапе лечения, не повлияла бы на течение посткатетеризационных бактериальных осложнений и сепсиса с развитием полиорганной недостаточности.

Эксперты ФИО34 и ФИО35 в судебном заседании заключение экспертов поддержали.

Выводы экспертов сторонами в заседании надлежащими средствами доказывания не опровергнуты.

У суда не имеется оснований для сомнений относительно выводов комиссии экспертов, имеющих специальные познания в области медицины и достаточный опыт работы по специальности. Комиссия экспертов была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения, ходатайств о назначении повторной либо дополнительной экспертизы от сторон не поступало.

В силу ч. ч. 2, 3 ст. 98 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" ФИО9 организации, ФИО9 работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам ФИО9 помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им ФИО9 помощи, возмещается ФИО9 организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из разъяснений, содержащихся в п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", следует, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчики являются причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанными возместить вред.

В соответствии с п. 25 ФИО9 критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 194н, ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания ФИО9 помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью.

Согласно статье 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников (абзац второй пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10).

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (статья 1101 ГК РФ).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения заявленных истцами требований о взыскании с ответчика ГБУЗ «ФИО40- больница» денежной компенсации морального вреда. Устанавливая размер подлежащей взысканию с ответчика ГБУЗ «ФИО40- больница» в пользу ФИО7 1 000 000 руб. в пользу ФИО8 500 000 руб., в пользу ФИО6 1 000 000 руб. в пользу ФИО5 1 000 000 руб. денежной компенсации морального вреда, суд исходит из того обстоятельства, что ответчиком ГБУЗ «ФИО40- больница» были допущены нарушения возложенных на них законом обязанностей по оказанию ФИО23 надлежащей ФИО9 помощи и принимает во внимание, что имеется причинная связь между ненадлежащим выполнением ФИО9 работниками ГБУЗ «ФИО40- больница» своих профессиональных обязанностей и допущенных ими дефектов в оказании ФИО9 помощи и смертью ФИО23 В результате действий ГБУЗ «ФИО40- больница» истцы ФИО7, ФИО6, ФИО5, ФИО8, лишились дочери, жены, матери и внучки. Поскольку суд пришёл к такому выводу, исковые требования к ГБУЗ МО «МОНИКИ им. ФИО21».

Истцами ФИО7, ФИО6 заявлены требования о взыскании с ответчика ГБУЗ «ФИО40- больница» судебных расходов в размере 200 000 руб. в пользу каждого.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 и ФИО22 заключили договор на оказание услуг, стоимость которых составляет 200 000 руб. (л.д. 39-40)

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 и ФИО22 заключили договор на оказание услуг, стоимость которых составляет 200 000 руб. (л.д. 41-42)

Факт несения расходов ФИО7 и ФИО6 на представителя подтверждается расписками от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 43,44).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым – на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Исходя из смысла ст. 100 ГПК РФ, с учетом объема работы и занятости ФИО22 в качестве представителя истцов, суд находит разумным и справедливым взыскать с ГБУЗ «ФИО40- больница» в пользу ФИО7 и ФИО6 в счет оплаты услуг представителя по 15 000 руб. в пользу каждого.

Согласно ст. 103 ГПК РФ с ГБУЗ «ФИО40- больница» в доход бюджета ФИО40-Посадского городского округа подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 200 рублей.

Руководствуясь статьями 195-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО7, ФИО8, ФИО6, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО5 к ГБУЗ «ФИО40- больница», ГБУЗ МО МОНИКИ им. ФИО21 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ «ФИО40- больница» в пользу ФИО7 денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ «ФИО40- больница» в пользу ФИО8 денежную компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ «ФИО40- больница» в пользу ФИО6 денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ «ФИО40- больница» в пользу ФИО6, действующего в интересах несовершеннолетнего ФИО5 денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ «ФИО40- больница» в пользу ФИО6 судебные расходы в размере 15 000 руб.

Взыскать с ГБУЗ «ФИО40- больница» в пользу ФИО7 судебные расходы в размере 15 000 руб.

Взыскать с ГБУЗ «ФИО40- больница» в пользу ФИО8 судебные расходы в размере 15 000 руб.

В удовлетворении иска ФИО7, ФИО8, ФИО6, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов в большем размере, в требованиях к ГБУЗ МО МОНИКИ им. ФИО21 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов - отказать.

Взыскать с ГБУЗ «ФИО40- больница» в доход бюджета ФИО40-Посадского городского округа государственную пошлину в размере 1 200 рублей.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через ФИО40-Посадский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.

Судья (подпись) О.А. Уварова.