Дело № 2-600/2025 (2-6836/2024) КОПИЯ
УИД 54RS0006-01-2024-008298-49
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
17 февраля 2025 года г. Новосибирск
Ленинский районный суд г. Новосибирска в составе:
Судьи Бурнашовой В.А.,
при секретаре судебного заседания Меркурьевой А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании сделки недействительной, признании права собственности отсутствующим, признании квартиры общей совместной собственностью супругов, признании права собственности на долю,
установил:
Истец ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, просит признать недействительной сделку от ДД.ММ.ГГГГ по уступке прав (требования) и обязанностей по договору участия в долевом строительстве от ДД.ММ.ГГГГ, признать отсутствующим право собственности ФИО3 на квартиру по адресу: <адрес> берег, 23-36, признать указанную квартиру общей совместной собственностью ФИО1 и ФИО2, произвести раздел квартиры как общего совместного имущества супругов, признав за ФИО1 и ФИО2 право собственности на ? долю (за каждым) в праве общей долевой собственности на квартиру.
В обоснование иска указано, что ФИО1 и ФИО2 вступили в брак ДД.ММ.ГГГГ, брак расторгнут по решению суда от ДД.ММ.ГГГГ, являются родителями двух взрослых детей – ФИО3, ФИО6.
В период брака супруги Р-вы накопили денежные средства для покупки квартиры в <адрес>, а именно ДД.ММ.ГГГГ разместили на накопительном счете ФИО2 денежные средства от продажи совместно нажитой квартиры по адресу: <адрес>, 1-ый мкр., <адрес>, в размере 4 500 000 рублей. В дальнейшем ФИО2 перевела денежные средства в размере 4 000 000 рублей на счет сына – ФИО3, проживающего в <адрес>, чтобы он купил квартиру в <адрес>. Ответчик ФИО3 совершил оспариваемую сделку по покупке квартиры (заключил договор уступки прав по ДДУ), после достройки и передачи квартиры стал номинальным собственником квартиры по адресу: <адрес> берег, 23-36.
Истец ФИО1 полагает, что сделка от ДД.ММ.ГГГГ по уступке прав (требования) и обязанностей по договору участия в долевом строительстве от ДД.ММ.ГГГГ, недействительна, является притворной (п. 2 ст. 170 ГК РФ), поскольку целью сделки было приобретение квартиры в <адрес> в общую совместную собственность ФИО1 и ФИО2 В связи с прекращением семейных отношений и разделом имущества супругов в судебном порядке ФИО1 просит признать квартиру по адресу: <адрес> берег, 23-36 общей совместной собственностью супругов и произвести раздел указанного имущества в равных долях.
В судебное заседание стороны не явились, извещены надлежаще.
Истец ФИО1 направил в суд представителя по доверенности ФИО7, которая иск поддержала.
Ответчик ФИО3 направил в суд представителя – адвоката Сергееву Н.С., которая против удовлетворения иска возражала. Согласно доводам возражений, ФИО3 приобрел квартиру в г. Новосибирске для себя лично, как собственник несет бремя содержания квартиры, в настоящее время проживает в квартире с сестрой Ульяной, которая учится в г. Новосибирске. Если бы родители хотели купить квартиру для себя и быть собственниками квартиры, то следовало выдать доверенность на покупку квартиры на их имя. Родители доверенности не выдавали, были согласны с тем, что ФИО3 купит квартиру на свое имя, то есть в личную собственность. ФИО1 после прекращения семейных отношений с ФИО2 по надуманным причинам оспаривает сделку, при этом никаких реальных планов по переезду в г. Новосибирск и проживанию в квартире не имеет. Письменные возражения приобщены к делу.
Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, направила по почте письменный отзыв (никем не подписан), аналогичный доводам ответчика ФИО3
Ответчики ФИО4, ФИО5 (участники долевого строительства до уступки прав) в судебное заседание не явились, извещены по адресам актуальной регистрации по месту жительства (респ. Чечня и респ. Мордовия соответственно), судебные конверты возвращены за истечением срока хранения (ст. 165.1 ГК РФ).
Выслушав пояснения, изучив письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.
Материалами дела подтверждается, что ФИО1 (истец) и ФИО2 (ответчик) вступили в брак ДД.ММ.ГГГГ, брак расторгнут по решению суда от ДД.ММ.ГГГГ, стороны являются родителями двух взрослых детей – ФИО3, ФИО6.
В период брака супругов Р-вых, а именно ДД.ММ.ГГГГ их сын ФИО3, проживающий и работающий в г. Новосибирске, заключил со ФИО4, ФИО5 (участниками долевого строительства) договор по уступке прав (требования) и обязанностей по договору участия в долевом строительстве от ДД.ММ.ГГГГ в отношении спорной квартиры по адресу: <адрес> берег, 23-36.
ДД.ММ.ГГГГ за ФИО3 зарегистрировано право собственности на квартиру по адресу: <адрес> берег, 23-36.
На момент сделки и в настоящее время ФИО3 в браке не состоит, квартира по указанному адресу является его личной собственностью на основании правопреемства по ДДУ и акта приема-передачи квартиры.
В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО3 не отрицал, что денежные средства на покупку квартиры получил от матери – ФИО2
Вопреки доводам стороны истца, сам по себе факт приобретения квартиры на деньги, полученные от родителей, не образует порока такой сделки.
В качестве правовых оснований заявленного требования о признании договора уступки прав по ДДУ недействительной (ничтожной) сделкой истец ссылается на положения статьи 10, пункта 2 статьи 168, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.
Как разъяснено в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
Из приведенных положений следует, что при совершении притворной сделки воля сторон направлена не на достижение соответствующего ей правового результата, а на создание иных правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду. Признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку.
В предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.
Чтобы определить, был ли между сторонами заключен договор, каковы его условия и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор притворной сделкой, необходимо применить правила толкования договора, установленные в статье 431 ГК РФ.
Применительно к обстоятельствам настоящего дела сторонами сделки от 22.11.2021 по уступке прав (требования) и обязанностей по договору участия в долевом строительстве от 27.12.2019 являются участники долевого строительства ФИО4, ФИО5 и правопреемник – ФИО3, которые последовательно заключали указанную сделку, начиная с заключения предварительного договора от 25.10.2021, передачи денежных средств в счет оплаты по договору по расписке от 13.11.2021, до заключения основного договора и окончательного расчета.
Суд обращает внимание, что при заключении притворной сделки обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка, однако из материалов дела такая общая цель сторон сделки (возникновение права общей совместной собственности на квартиру у супругов Р-вых) не явствует, при этом одного заявления ФИО1 о притворности сделки, в результате которой право собственности на квартиру возникло у ФИО3, недостаточно для признания оспариваемой сделки ничтожной в силу притворности.
В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что участники долевого строительства Ступко имели какую-либо заинтересованность в личности правопреемника, а именно желали уступить свои права и получить денежные средства именно от ФИО1 и (или) ФИО2, а не от их сына – ФИО3
Для ответчиков Ступко не имело и не имеет юридического значения, в чью собственность: общую совместную супругов Р-вых или в личную собственность ФИО3 поступит достроенная квартира.
Истец ФИО1 не вступал ни в какие правоотношения с участниками долевого строительства Ступко, не сообщал им о том, что они участвуют в притворной сделке, направленной на возникновение права общей совместной собственности на квартиру у супругов Р-вых, а не у ФИО3
Также в материалах дела отсутствуют доказательства наличия соглашения/договоренности между ФИО1, его супругой ФИО2 и их сыном ФИО3 о том, что после регистрации на себя права собственности на квартиру по адресу: <адрес> берег, 23-36, ФИО3 якобы обязуется переоформить квартиру на родителей.
Иного из дела не усматривается, равно как не получено внятных пояснений со стороны истца о том, каким образом и в какой срок должно было состояться переоформление права собственности, в чем юридический смысл регистрации права собственности на квартиру сначала на ФИО3, а в дальнейшем – на его родителей, тогда как при желании стать собственниками указанной квартиры супруги Р-вы могли сами совершить сделку, участвуя в ней лично либо через представителя по доверенности.
Участники долевого строительства Ступко получили от правопреемника - ФИО3 денежные средства за принадлежащее им имущество (имущественные права), о каких-либо претензиях к ФИО3 в рамках настоящего дела не заявили.
В свою очередь ФИО3 принял квартиру после ввода МКД в эксплуатацию, сделал в квартире ремонт, вселился в квартиру и проживает там по настоящее время, встал на регистрационный учет по месту жительства, открыл на себя лицевые счета по оплате услуг ЖКХ, несет бремя расходов по содержанию квартиры.
Истец ФИО1 постоянно проживает в <адрес>, никогда не вселялся в спорную квартиру по адресу: <адрес> берег, 23-36.
Таким образом, при рассмотрении настоящего дела не нашли своего объективного подтверждения доводы истца ФИО1 о притворности оспариваемой сделки, а именно об отсутствии волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон сделки, а также о намерении сторон фактически исполнить прикрываемую сделку.
Оспариваемый договор уступки прав по ДДУ заключен в письменной форме участниками долевого строительства Ступко и их правопреемником ФИО3, добровольно и осознанно подписан сторонами сделки, соответствует требованиям законодательства и зарегистрирован в установленном порядке.
Юридический результат сделки: получение денежных средств участниками долевого строительства Ступко и переход имущественных прав к их правопреемнику - ФИО3 полностью соответствует воле и ожиданиям сторон сделки по уступке прав по ДДУ, сделка сторонами исполнена, стороны сделки претензий друг к другу не имеют.
Недобросовестное поведение (сговор) Ступко и ФИО3, ФИО2 против законных интересов ФИО1 не доказано.
Правовые основания для удовлетворения иска отсутствуют.
Руководствуясь нормами материального права, статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
решил:
В удовлетворении иска ФИО1 – отказать в полном объеме.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Новосибирского областного суда в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме через Ленинский районный суд г. Новосибирска.
Решение в окончательной форме изготовлено 27 февраля 2025 года.
Судья (подпись) В.А. Бурнашова
Подлинник решения находится в материалах гражданского дела № 2-600/2025 в Ленинском районном суде г. Новосибирска.
Секретарь с/заседания
А.А. Меркурьева