Дело № 2-31/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 января 2023 года г. Коркино

Коркинский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Швайдак Н.А.,

при секретаре Мокиной М.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием представителя ответчика, действующего на основании доверенности ФИО1, гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Бектышское Фермерское Хозяйство» к ФИО2 о взыскании с бывшего работника, причиненного ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Бектышское Фермерское Хозяйство» (далее ООО «БФХ») обратилось в суд с иском к ФИО2 о взыскании с бывшего работника, причиненного ущерба в размере 339 125 руб. 52 коп. и уплаченную при подачи иска государственную пошлину в размере 6 591 руб. 25 коп.

В обоснование заявленных требований указав, что в период с 17 марта 2022 года по 16 июня 2022 года ФИО2 являлась работником истца, была принята на работу в качестве ветеринарного санитара на площадке по выращиванию птицы. Трудовой договор с ответчиком был расторгнут по инициативе работника 16 июня 2022 года. При заключении трудового договора, с ответчиком был заключен договор о полной материальной ответственности, в соответствии с условиями которого ответчик приняла на себя обязательство за недостачу вверенного ей имущества и товарно-материальных ценностей, а так же за ущерб, возникший у истца, в результате действий, бездействий ответчика. В период работы ответчика, в следствии халатности ответчика, произошел падеж птицы в количестве 1699 голов, что привело к значительному ущербу для истца. В ходе внутреннего расследования было выявлено, что причиной повышенного падежа птицы, стала выпойка ответчиком антибиотика в неверной дозировке, в результате чего произошел падеж голов за 8 дней в период времени с 15 по 21 мая 2022 года. Главным экономистом был произведен расчет размера ущерба, состоящего из потери недополученной продукции, из расчета продажной цены на продукцию за май 2022 года 127 руб. за 1 кг., что составило 339 125 руб. 52 коп. От дачи пояснений ответчик отказалась, в добровольном порядке ущерб истцу не возместила. 22 декабря 2022 года решением единственного участника произведена смена наименованию юридического лица (л.д. 6-8).

В судебном заседании судом протокольно было вынесено определение о правопреемстве истца, поскольку 22 декабря 2022 года, на основании решения едиственного участника общества, изменено наименование юридического лица с общества с ограниченной ответственностью «ПродЭкспо» на общества с ограниченной ответственностью «Бектышское Фермерское Хозяйство».

Представитель истца ООО «Бектышское Фермерское Хозяйство», действующая на основании доверенности ФИО3 в судебное заседание не явилась, истец о времени и месте рассмотрении дела извещены надлежащим образом, в телефонограмме представитель просила о рассмотрении дела в ее отсутствии исковые требования, поддержала в полном объеме указав на то, что в материалы дела стороной представлены все документы и доказательства вины ответчика в причиненном ущербе. В предварительном судебном заседании, представитель указала на то обстоятельство, что представленные доказательства полной мере подтверждают соблюдение работодателем процедуры взыскания с работника ущерба.

В судебном заседании ответчик ФИО2 участие не принимала, о времени и месте рассмотрения иска извещена надлежащим образом, в письменном ходатайстве просила о рассмотрении дела в ее отсутствии. В предварительном судебном заседании исковые требования не признала, указав на то, что падеж птицы произошел не по ее вине, расследование работодателем не проводилось.

Представитель ответчика, действующий на основании доверенности ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признал, поддержав письменные возражения по иску, указав на то, что работодатель не имел права заключения с ФИО2 договора о полной материальной ответственности, должность ответчика не входит в перечень тех профессий с которыми может быть заключен данный договор, ФИО2 не осуществляла приемку, хранение и транспортировку имущества работодателя, доказательств о том, что ей истцом вверялось какое либо имущество не представлено, кроме того, истец взыскивает ущерб от падежа птицы, но птица не является теми материальными ценностями которые могли быть переданы на хранение ответчику. Материалы дела не содержат доказательств вины именно истца в падеже птицы, размер ущерба не доказан, как и отсутствуют документы о соблюдении процедуры расследования по факту причинения ущерба. Кроме того, при увольнении ответчику какие либо требования по ущербу работодателем не предъявлялись.

Судом было принято решение о рассмотрении дела в отсутствии представителя истца и ответчика, определение занесено в протокол судебного заседания.

Заслушав представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований в силу следующего.

Из материалов дела следует, что 17 марта 2022 года ФИО2 была принята на работу в ООО «ПродЭкспо» в качестве санитара - ветеринарный в бройлерный цех и ей был установлен оклад в размере 15 000 руб., о чем был издан приказ о приеме на работу НОМЕР-лс от 17 марта 2022 года.

Приказом за НОМЕР-у от 14 июня 2022 года трудовой договор от 17 марта 2022 года, заключенный между ООО «ПродЭкспо» и ФИО2, был расторгнут, и ответчик была уволена с 16 июня 2022 года по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, по инициативе работника.

При приеме на работу ответчиком был подписан договор о полной материальной ответственности, по условиям которого ФИО2 приняла на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ей истцом имущества, а так же за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.

Согласно должностной инструкции, в обязанности санитара-ветеринарного бройлерного цеха входит знание правил эксплуатации специального оборудования, соблюдение правил подготовки рабочих растворов лекарственных препаратов для проведения обработки птицы, соблюдение порядка проведения дезинсекции и дератации помещений, подготовка птичников к посадке птицы, обработка птицы дез. средствами, поддерживание санитарного порядка в ветеринарной лечебнице, лаборатории, участке и пункте, подготовка дезинфицирующих растворов, учет движения лекарственных препаратов и технических субстанций, пробы крови у птицы, учет выбывания поголовья, ведение журналов работы.

Обращаясь в суд с иском, истец указал на причинение ущерба работодателю, в виде падежа голов птицы, именно по вине ответчика, выразившегося в ненадлежащем исполнении трудовых обязанностей по выпойке птице препаратов и дез. средств, а заявляя ко взысканию всю сумму ущерба, истец в качестве основания указал на наличие договора о полной материальной ответственности ответчика.

Однако суд не может согласится с доводами истца по следующим основаниям.

Положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, в том числе вопросы, связанные с материальной ответственностью сторон трудового договора, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать надлежащую защиту прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

В соответствии с частью 1 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работник, работодатель), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Частью 1 статьи 233 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно части 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 244Трудового кодекса Российской Федерации в качестве основания для возложения на работников полной материальной ответственности за недостачу вверенных им товарно-материальных ценностей предусмотрено наличие заключенных между этими работниками и их работодателями письменных договоров о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Согласно части второй статьи 244Трудового кодекса Российской Федерации перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном Кодексом (часть 3 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба (п. 4).

Согласно пункту 1 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Из части 1 статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (п. 2 ч.1 ст.243 ТК РФ), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что по общему правилу необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Доводы истца о полной материальной ответственности ответчика, суд находит несостоятельными в силу следующего.

Так, Постановлением Минтруда Российской Федерации от 31 декабря 2002 года №85, утвержден Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключить письменные договора о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договора о полной материальной ответственности.

Согласно данному Перечню, договора о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности могут быть заключены с заведующими, другими руководителями складов, кладовых (пуктов, отделений), ломбардов, камер хранения, других организаций и подразделений по заготовке, транспортировке, хранению, учету и выдаче материальных ценностей, из заместители; заведующие хозяйством, коменданты зданий и иных сооружений, кладовщики, кастелянши; старшие медицинские сестры организаций здравоохранения; агенты по заготовке и / или снабжению, экспедиторы по перевозке и другие работники, осуществляющие получение, заготовку, хранение, учет, выдачу, транспортировку материальных ценностей.

В данном перечне должностей, должность санитар - ветеринарный не предусмотрена, кроме того, стороной истца не было суду предоставлено достаточных и допустимых доказательств того обстояте6льства, и эти функции не предусмотрены должностной инструкцией, что ФИО2 осуществляла получение, заготовку, хранение, учет, выдачу, транспортировку материальных ценностей.

Соответственно у истца не имелось законных оснований для заключения с ФИО2 договора о полной материальной ответственности.

Так же, необходимо отметить, что в соответствии с положениями пункта 1 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу, а в настоящем споре истец предъявляет ответчику требование о полной материальной ответственности не вверенных ему материальных ценностей, доказательства обратного материалы дела не содержат, поскольку ответчик никогда не получала на свой подотчет птицу, падеж которой ей был вменен работодателем.

Учитывая изложенное, правила о полной материальной ответственности в данном случае не могут быть применены к ответчику.

Как указывалось ранее, к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения спора о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом.

Так, в обосновании вины ФИО2 в причиненном истцу ущербе в виде падежа птицы, истцом указано на наличие расследования, в ходе которого было установлено, что падеж птицы имел место по не выпойке птице соответствующего количества антибиотика.

Однако данный довод истца суд находит несостоятельным, поскольку материалы дела не содержат достаточных и допустимых доказательств отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность ФИО2; подтверждающих противоправность ее поведения (действия или бездействие); вину в причинении ущерба; причинную связь между поведением ФИО2 и наступившим ущербом.

К таковым доказательствам не могут быть судом отнесены: докладная записка заместителя директора П.Е.А. (л.д. 44), расчет по партии (л.д.45), расходы вет. препаратов и дез. средств (л.д. 46-53), поскольку данные документы не исключают и других возможных вариантов падежа птицы, носят вероятностный характер.

При этом, в материалы дела истцом не были представлены какие либо доказательства и документы лабораторных исследований и заключений специалистов о причинах падежа птицы.

Относительно самого размера ущерба суд исходит из положений части 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которым работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат, тогда как истцом заявлен ко взысканию ущерб исходя из продажной цены на продукцию, кроме того, стороной истца бухгалтерские документы и доказательства заявленного ущерба суду представлены не были, как и не был представлен расчет составленный сотрудником бухгалтерии, подтвержденный бухгалтерскими документами. Кроме того, сам расчет по партии содержит в себе арифметические неточности и ошибки.

Соответственно суд приходит к выводу о том, что истцом не было предоставлено доказательств установления размера прямого действительного ущерба.

Решая вопрос о соблюдении истцом процедуры возмещения ущерба, суд исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что 23 мая 2022 года директором ООО «БФХ» издан приказ НОМЕР-С о проведении служебного расследования в отношении ФИО2 по обстоятельствам низкой сохранности поголовья, в результате падежа птицы в корпусе НОМЕР в период времени с 16 по 21 мая 2022 года. Данным приказом был установлен срок проведения проверки до 05 июня 2022 года, создана комиссия (л.д. 73).

Основанием для издания данного приказа послужил отчет об итогах забоя от 21 мая 2022 года.

Сведения об ознакомлении ответчика с данным приказом материалы дела не содержат.

Стороной истца в материалы дела не представлены - отчет об итогах забоя от 21 мая 2022 года, послуживший основанием издания приказа; заключение комиссии по результатам проведенной проверки; доказательства ознакомления ответчика с данными результатами проверки и заключением комиссии, не представлены документы которые были собранны данной комиссией в ходе проведения проверки.

Так же, материалы дела не содержат достаточных и допустимых доказательств того обстоятельства, что у ФИО2 были истребованы объяснения по обстоятельствам проводимого расследования.

При этом, стороной истца было указано на то, что в материалы дела представлены все имеющиеся у стороны документы.

Судом, неоднократно стороне истца были разъяснены юридически значимые обстоятельства, распределено бремя доказывания, предоставлена возможность предоставления доказательств, однако стороной истца в нарушении положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации соответствующие, достаточные и допустимые доказательства своих доводов представлены не были.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что служебное расследование для установления причин возникновения убытков, истцом не проводилось, либо проводилось формально, доказательства обратно стороной представлены не были и не содержаться в материалах дела.

Принимая во внимание приведенные выше требования законодательства, суд полагает, что в нарушение требований статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель должным образом не установил причину и обстоятельства возникновения ущерба, не провел должным образом расследование по данным обстоятельствам, и не истребовал от работника объяснения для установления причины возникновения ущерба, что являлось обязательным, и что свидетельствует о нарушении работодателем установленного законом порядка привлечения работника к материальной ответственности.

Все выше приведенные обстоятельства в своей совокупности, в достаточной мере свидетельствую об отсутствии у суда законных оснований для удовлетворения требований истца.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Обществу с ограниченной ответственностью «Бектышское Фермерское Хозяйство» в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о взыскании с бывшего работника, причиненного ущерба отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Коркинский городской суд Челябинской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий Н.А. Швайдак

Мотивированное решение изготовлено 17 января 2023 года.