Дело № 2-680/2025
УИД 65RS0017-01-2025-000777-42
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
26 сентября 2025 года г. Холмск Сахалинской области
Холмский городской суд Сахалинской области в составе
председательствующего судьи Расковаловой О.С.
при секретаре судебного заседания Чернецовой Н.А.,
с участием представителя истца ФИО1,
представителя ответчика ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ГБПОУ «Сахалинский техникум отраслевых технологий и сервиса» по трудовому спору,
УСТАНОВИЛ:
ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к ГБПОУ «Сахалинский техникум отраслевых технологий и сервиса» (ГБПОУ «СТОТИС») по трудовому спору. В обоснование заявленных требований указано, что ФИО3 работает в ГБПОУ «СТОТИС» в должности воспитателя. Приказом №-ОД от 21 марта 2025 года на истца наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора. В обоснование принятого оспариваемого приказа работодатель сослался на докладную заместителя директора по УВР и СВ от 17 марта 2025 года и на объяснительную ФИО3 Однако, с указанной докладной истца не ознакомили, вменение не содержит конкретики, не понятно, по какой причине к истцу применено наказание в виде выговора, минуя замечание; не доказана тяжесть проступка и наличие негативных последствий для работодателя. При этом никакого дисциплинарного проступка ФИО3 не совершала. Приказом №-ОД от 15 апреля 2025 года на ФИО3 наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания. В обоснование принятого приказа работодатель сослался на докладную заместителя директора по УВР и СВ, акт об отсутствии на рабочем месте от 26 марта года и на объяснительную ФИО3 от 14 апреля 2025 года. С указанными документами (докладной и актом) истца не ознакомили. Доводы о том, что 14 марта 2025 года и 26 марта 2025 года ФИО3 ушла раньше с работы, не подтверждены документально. При этом дисциплинарного проступка не совершала. Полагая свои трудовые права нарушенными, со ссылкой на статьи 192, 394 Трудового кодекса Российской Федерации, истец поставила требования:
- признать незаконным приказ ГБПОУ «Сахалинский техникум отраслевых технологий и сервиса» №-ОД от 21 марта 2025 года «О дисциплинарном взыскании ФИО3»;
- признать незаконным приказ ГБПОУ «Сахалинский техникум отраслевых технологий и сервиса» №-ОД от 15 апреля 2025 года «О дисциплинарном взыскании ФИО3»;
- взыскать с ГБПОУ «Сахалинский техникум отраслевых технологий и сервиса» в пользу ФИО3 денежную компенсацию морального вреда 200 000 рублей.
На исковое заявление от ответчика поступили письменные возражения, в которых указано следующее. 21 марта 2025 года приказом №-ОД на ФИО3 наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора за неисполнение должностных обязанностей, установленных пунктом 4.5 должностной инструкции – невыполнение приказов, распоряжений и поручений работодателя. Обстоятельства, при которых применено взыскание: 06 марта 2025 года ФИО3 предоставила на утверждение своему непосредственному руководителю свой план воспитательной работы с обучающимися на март 2025 года. В плане не был учтен ряд мероприятий, связанных с важными календарными датами и государственными праздниками, отмечаемыми в марте 2025 года. Руководителем было предложено ФИО3 доработать план, с учетом поправок в срок до 07 марта 2025 года представить доработанный план на согласование. Распоряжение руководителя исполнено не было. В свой объяснительной по поводу неисполнения распоряжения истец посчитала требования руководителя необоснованными. Фактически имело место неисполнение работником его трудовых обязанностей. Распоряжение работодателя было дано в рамках его компетенции, не выходящее за пределы требований должностной инструкции и трудового договора. При назначении взыскания учтена тяжесть проступка: план воспитательного процесса имеет централизованный характер и входит в систему мероприятий, направленных на достижение единой цели формирования мировоззрения и личности студентов, их гражданской позиции и патриотических устремлений. Истец не признала свою неправоту и на дату применения дисциплинарного взыскания план работы не представила. Кроме того, было учтено, что в январе 2025 года по ее вине не был своевременно предоставлен план работы февраль 2025 года по причине неверного указания ею электронного отправления, за что она также была привлечена к дисциплинарной ответственности (приказ от 14 марта 2025 года № 045/5-ОД). 15 апреля 2025 года приказом №-ОД на ФИО3 наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания за самовольный уход с работы раньше положенного срока – нарушение режима рабочего времени. При этом истец уже имела два непогашенных взыскания – выговоры. Обстоятельства, при которых применено взыскание: 26 марта 2025 года ФИО3 на 30 минут раньше окончания рабочего времени, без предупреждения работодателя, покинула рабочее место. Окончание рабочего дня для нее предусмотрено в 21:30, с работы ушла в 21:00. Объяснила свой уход плохим самочувствием, о чем никому не сообщила (такую возможность имела), в последующем оправдательных документов об ухудшении состояния здоровья, имевшем место 26 марта 2025 года, не представила. При назначении вида взыскания работодателем учтено, что примененное дисциплинарное взыскание является наименьшим по своему значению. В прошлом, о нарушении распорядка дня предупреждена устно: 14 марта 2025 года, не поставив никого в известность, также раньше окончания рабочего времени ушла с работы, что было вынесено на обсуждение на совещании у директора (протокол от ДД.ММ.ГГГГ). ФИО3 свою вину не признала. Дисциплинарные взыскания наложены правомерно и обоснованно. В связи с чем в иске просит отказать.
В судебном заседании представитель истца ФИО1 настаивал на требованиях искового заявления по изложенным в нем основаниям.
Представитель ответчика ФИО2 возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск.
Иные участники процесса в судебное заседание не явились, суд исходя из положений статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает их извещенными о месте и времени рассмотрения дела.
Суд в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав представителей сторон, изучив дело, суд приходит к следующим выводам.
Работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину (статья 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Работодатель имеет право привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно статье 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям. Не допускается применение дисциплинарных взысканий, не предусмотренных федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации определен порядок применения дисциплинарных взысканий, согласно которому дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников (часть 3).
В силу действующего законодательства на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: совершенное работником нарушение, явившееся поводом привлечения к дисциплинарной ответственности, в действительности имело место; работодателем были соблюдены требования, предусмотренные частями 3 и 4 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации.
В пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Таким образом, дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.
Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника (например, из-за отсутствия необходимых материалов, нетрудоспособности).
Право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.
Отсюда следует, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерацией и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.
В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Как видно из дела, с 24 января 2021 года на основании заявления и приказа о приеме на работу, с учетом приказа от 28 сентября 2023 года, трудового договора, ФИО3 осуществляет трудовую деятельность в должности воспитателя общежития ГБПОУ «СТОТИС». Данные обстоятельства подтверждены кадровым досье (личное дело) ФИО3
Из кадрового досье истца также видно, что в течение года до исследуемых событий, а именно 14 марта 2025 года приказом директора ГБПОУ «Сахалинский техникум отраслевых технологий и сервиса» №-ОД в отношении ФИО3 за неисполнение должностных обязанностей, предусмотренных должностной инструкцией воспитателя общежития, объявлен выговор. Вместе с тем судом установлено, что указанный выше приказ признан незаконным решением суда от 21 мая 2025 года, которое вступило в законную силу 14 августа 2025 года.
По обстоятельствам дела следует, что 21 марта 2025 года приказом №-ОД на ФИО3 наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора за неисполнение должностных обязанностей, установленных пунктом 4.5 должностной инструкции – невыполнение приказов, распоряжений и поручений работодателя.
Истец указывает, что никакого дисциплинарного проступка не совершала. В обоснование принятого оспариваемого приказа работодатель сослался на докладную заместителя директора по УВР и СВ от 17 марта 2025 года и на объяснительную ФИО3 Однако, с указанной докладной истца не ознакомили, вменение не содержит конкретики, не понятно, по какой причине к истцу применено наказание в виде выговора, минуя замечание; не доказана тяжесть проступка и наличие негативных последствий для работодателя.
В то же время ответчик указывает, что 06 марта 2025 года ФИО3 предоставила на утверждение своему непосредственному руководителю свой план воспитательной работы с обучающимися на март 2025 года. В плане не был учтен ряд мероприятий, связанных с важными календарными датами и государственными праздниками, отмечаемыми в марте 2025 года. Руководителем было предложено ФИО3 доработать план, с учетом поправок в срок до 07 марта 2025 года представить доработанный план на согласование. Распоряжение руководителя исполнено не было. В свой объяснительной по поводу неисполнения распоряжения истец посчитала требования руководителя необоснованными. Фактически имело место неисполнение работником его трудовых обязанностей. Распоряжение работодателя было дано в рамках его компетенции, не выходящее за пределы требований должностной инструкции и трудового договора. При назначении взыскания учтена тяжесть проступка: план воспитательного процесса имеет централизованный характер и входит в систему мероприятий, направленных на достижение единой цели формирования мировоззрения и личности студентов, их гражданской позиции и патриотических устремлений. Истец не признала свою неправоту и на дату применения дисциплинарного взыскания план работы не представила. Кроме того, было учтено, что в январе 2025 года по ее вине не был своевременно предоставлен план работы февраль 2025 года по причине неверного указания ею электронного отправления, за что она также была привлечена к дисциплинарной ответственности (приказ от 14 марта 2025 года №-ОД).
В дело представлено дисциплинарное производство по исследуемым событиям.
Так, согласно приказу от 21 марта 2025 года № 050/1-ОД, 06 марта 2025 года воспитатель ФИО3 предоставила на утверждение ФИО4, зам. директора по УВ и СВ, свой план работы на март 2025 года. поскольку в плане не был учтен ряд календарных дат и праздников, а также не конкретизированы виды воспитательных мероприятий, план возвращен на доработку и установлен срок доработки до 07 марта. ФИО3 в установленный срок и по истечению данного срока план на утверждение не представила. Приказано ФИО3, воспитателю, за неисполнение должностных обязанностей, предусмотренных должностной инструкцией воспитателя общежития, п. 4.5., объявить выговор.
Основанием для указанного приказа послужили объяснительная директора УВР и ВС от 17 марта 2025 года, объяснительная ФИО3 (представлены в дело).
Действительно, в силу пункта 1.4 должностной инструкции воспитателя ФИО3, работник подчиняется непосредственно заместителю директора по учебно-воспитательной работе и социальным вопросам, заведующему общежития.
Согласно пункту 4.5 должностной инструкции воспитателя ФИО3, работник несет ответственность за невыполнение приказов, распоряжений и поручений Работодателя.
В дело также представлен примерный календарный план воспитательной работы в ГБПОУ «СТОТиС». С участием воспитателей общежития: 06 марта запланирован спортивный праздник к 8 марта, творческий праздник в общежитии, ответственные лица руководитель физической культуры, руководитель ОБЖ, кураторы, социальный педагог, воспитатели общежития, студенческий совет, совет общежития. 07 марта – праздничная программа, посвященная Международному женскому дню, ответственные лица – заместитель директора по УВР и СВ, педагог-организатор, воспитатели общежития, студенческий совет, совет общежития. 18 марта 2025 года – день воссоединения Крыма с Россией, ответственные лица педагог-организатор, педагог дополнительного образования, кураторы, воспитатели общежития, студенческий совет, совет общежития. 21 марта – Мероприятия ко Дню работников ЖКХ, ответственные лица – заместитель директора по УВР и СВ, председатель ЦМК, педагог-организатор, кураторы, мастера ПО, воспитатели общежития, студенческий совет, совет общежития.
План воспитательной работы общежития на март 2025 года, представленный ФИО3 включает в себя указание на клуб гитаристов «Фуриоса» (понедельник, среда), поздравление девочек с 8 марта (07 марта 2025 года).
Как утверждают стороны, план истца возвращен на доработку составителю (истцу) представителем работодателя устным порядком, с установлением срока исправления отмеченных недостатков – до 07 марта 2025 года. Указания работодателя не выполнены, в результате чего ФИО3 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора, согласно приказу от 21 марта 2025 года № 050/1-ОД.
Анализируя представленные в дело доказательства, суд приходит к выводу о том, что, действительно, в плане воспитательной работы, представленном ФИО3, не учтен ряд памятных календарных дат и праздников.
Однако, в дело не представлено доказательств того, что истец была ознакомлена с локальным нормативным актом ГБПОУ «СТОТиС», которым утвержден Примерный календарный план воспитательной работы 2024 года, в соответствии с которым истец должна была составить свой план на март 2025 года.
Равным образом, не представлено доказательств того, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Так, не доказано о тяжести проступка, при том, что согласно Примерному плану не только воспитатели общежития ответственны за организацию мероприятий в праздничные и памятные даты, зона их ответственности не конкретизирована; не представлено доказательств того, что указанные в Примерном плане мероприятия не состоялись именно по вине истца.
Также работодателем не учтены обстоятельства, при которых совершен проступок, а именно факт работы в общежитии только воспитателя ФИО3 в феврале 2025 года и по состоянию на 11 марта 2025 года (фактически, 1,5 месяца) (отсутствие других воспитателей, за исключением заведующей общежитием). Данные обстоятельства подтверждены кадровым досье истца (докладные и объяснительные за февраль-март 2025 года), решением суда № от 21 мая 2025 года.
Указанный выше режим работы ФИО3, а также, вопреки утверждению ответчика в его письменных возражениях на иск, отсутствие дисциплинарных взысканий у истца в течение года, предшествующего дате совершения вмененного проступка, свидетельствуют о том, что работодатель при назначении наказания истца не учитывал предшествующее поведение работника.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что указанное выше ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника (из-за отсутствия нормативно закрепленной работодателем конкретики в алгоритме действий истца в исследуемой обстановке, установлении зоны ее ответственности и четкости в распоряжении представителя работодателя в части необходимости конкретизации истцом видов воспитательных мероприятий; за-за отсутствия других воспитателей общежития в течение в течение фактически 1,5 месяцев до исследуемых событий), не может расцениваться как дисциплинарный проступок.
А потому приказ №-ОД от 21 марта 2025 года в отношении ФИО3 признается судом незаконным.
Далее, 15 апреля 2025 года приказом №-ОД на ФИО3 наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания за самовольный уход с работы раньше положенного срока – нарушение режима рабочего времени.
Как указывает истец, дисциплинарного проступка не совершала. В обоснование принятого приказа работодатель сослался на докладную заместителя директора по УВР и СВ, акт об отсутствии на рабочем месте от 26 марта года и на объяснительную ФИО3 от 14 апреля 2025 года. С указанными документами (докладной и актом) истца не ознакомили. Доводы о том, что 14 марта 2025 года и 26 марта 2025 года ФИО3 ушла раньше с работы, не подтверждены документально.
Ответчик, в свою очередь, указывает, что 26 марта 2025 года ФИО3 на 30 минут раньше окончания рабочего времени, без предупреждения работодателя, покинула рабочее место. Окончание рабочего дня для нее предусмотрено в 21:30, с работы ушла в 21:00. Объяснила свой уход плохим самочувствием, о чем никому не сообщила (такую возможность имела), в последующем оправдательных документов об ухудшении состояния здоровья, имевшем место 26 марта 2025 года, не представила. При назначении вида взыскания работодателем учтено, что примененное дисциплинарное взыскание является наименьшим по своему значению. При этом истец уже имела два непогашенных взыскания – выговоры. В прошлом, о нарушении распорядка дня предупреждена устно: 14 марта 2025 года, не поставив никого в известность, также раньше окончания рабочего времени ушла с работы, что было вынесено на обсуждение на совещании у директора (протокол от 14 апреля 2025 года). ФИО3 свою вину не признала.
В дело представлено дисциплинарное производство по исследуемым событиям.
Так, согласно приказу от 15 апреля 2025 года №-ОД, 14 марта 2025 года ФИО3, воспитатель, никого не поставив в известность, раньше положенного срока ушла с работы. С ней проведена беседа и объявлено устное предупреждение. 26 марта 2025 года ФИО3 опять на 30 минут раньше положенного срока, никого не предупредив, ушла с работы. В устном объяснении своего поступка руководству техникума свою вину не признала, объяснив свой самовольный уход плохим самочувствием. В письменном объяснении также свою вину не признала. В связи с чем приказано ФИО3, воспитателю, за самовольный уход с работы раньше положенного срока объявить замечание.
Основанием для вынесения указанного приказа указаны: докладная записка зам. директора по УВР и СВ, акт об отсутствии на рабочем месте от 26 марта 2025 года, объяснительная записка ФИО3 от 14 апреля 2025 года.
Вместе с тем, указанная основанием для вынесения оспоренного приказа докладная записка зам. директора по УВР и СВ ответчиком в дело не представлена.
Проверочные мероприятия по обстоятельствам вменения истца по событиям 14 марта 2025 года, как то установлено статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, работодателем не проведены вовсе. При этом из текста оспоренного приказа прямо следует, что ФИО3 подвергнута наказанию в виде замечания за нарушения трудовой дисциплины 14 марта 2025 года и 26 марта 2025 года.
По событиям 26 марта 2025 года ответчиком представлен акт об отсутствии на рабочем месте от 26 марта 2025 года, где указано, что установлен факт убытия ФИО3 раньше окончания рабочего времени и ее отсутствия на рабочем месте в течение 30 минут (21:00-21:30).
Данные обстоятельства не отрицает истец. Вместе с тем указывает, что ее убытие с рабочего времени обусловлено плохим самочувствием, при этом уже вызвала врача на дом, больничный лист выдан ей за период с 27 марта 2025 года по 11 апреля 2025 года. То же следует из ее объяснительной, табеля учета ее рабочего времени, больничного листа.
То есть, при привлечении истца к дисциплинарной ответственности работодатель не учел указанные выше, уважительные для истца обстоятельства, при которых был совершено указанное выше деяние.
Не доказано ответчиком и о тяжести совершенного истцом проступка. В дело не представлено доказательств того, что в период времени с 21:00 до 21:30 26 марта 2025 года имели место какие-либо происшествия в общежитии (в зоне ответственности истца), либо – не были проведены какие-либо необходимые для нормальной жизнедеятельности общежития мероприятия ввиду отсутствия истца в указанное время.
Равным образом, ответчиком не доказано, что при вынесении оспоренного приказа им учтено предшествующее поведение работника (отсутствие, вопреки утверждению ответчика в письменных возражениях на иск, дисциплинарных взысканий в течение года, предшествующих исследуемым событиям).
При таких обстоятельствах, когда в совокупности вменения в отношении одного эпизода (14 марта 2025 года) не проведена обязательная дисциплинарная проверка, не учтены уважительные обстоятельства, при которых истцом совершено вмененное деяние 26 марта 2025 года, не указано о тяжести дисциплинарного проступка, следует вывод о том, что оспоренный приказ №-ОД от 15 апреля 2025 года является незаконным.
В связи с чем исковые требования истца о признании оспоренных приказов незаконными являются обоснованными и подлежат удовлетворению.
В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В силу пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами РФ ТК РФ», в соответствии с ч. 4 ст. 3 и ч. 9 ст. 394 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.
В соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Суд, с учетом установленных нарушений ответчиком трудовых прав истца, связанных с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности, значимости нарушенного права, с учетом обстоятельств дела, объема и характера причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины работодателя, который произвел незаконное привлечение сотрудника к дисциплинарной ответственности, принимая во внимание требования разумности и справедливости, приходит к выводу о частичном удовлетворении требований и взыскании компенсации в размере 20 000 рублей.
Кроме того, в силу статей 98, 103 Гражданского с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина 3 000 рублей, от оплаты которой истец по трудовому спору освобождена.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
РЕШИЛ:
Исковые требования удовлетворить частично.
Признать незаконным приказ ГБПОУ «Сахалинский техникум отраслевых технологий и сервиса» №-ОД от 21 марта 2025 года «О дисциплинарном взыскании ФИО3».
Признать незаконным приказ ГБПОУ «Сахалинский техникум отраслевых технологий и сервиса» №-ОД от 15 апреля 2025 года «О дисциплинарном взыскании ФИО3».
Взыскать с ГБПОУ «Сахалинский техникум отраслевых технологий и сервиса» в пользу ФИО3 денежную компенсацию морального вреда 20 000 рублей,
с отказом в удовлетворении большего объема исковых требований.
Взыскать с Государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения «Сахалинский техникум отраслевых технологий и сервиса», ИНН<***>, в доход бюджета Холмского муниципального округа Сахалинской области государственную пошлину 3000 рублей.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Сахалинский областной суд через Холмский городской суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Решение в окончательной форме составлено 06 октября 2025 года.
Судья Расковалова О.С.