Дело № 2 – 17/2022 мотивированный текст составлен 28.12.2022

УИД 51RS0006-01-2021-002089-79

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Мончегорск 21 декабря 2022 года

Мончегорский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Кораевой В.Б.,

при секретаре Деруновой О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно – транспортного происшествия.

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно – транспортного происшествия.

Определением суда от 17 декабря 2022 года указанные дела объединены в одно производство.

В обоснование исковых требований указано, что <дд.мм.гггг> на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Hyundai Elantra, г.р.з. №...., под управлением ФИО3, автомобиля Шкода Рапид, г.р.з. №...., под управлением ФИО1, автомобиля Тойота Камри, г.р.з. №...., под управлением ФИО4, автомобиля БМВ Х3 3.0, г.р.з. №...., принадлежащего на праве собственности ФИО2, под управлением ФИО5 и автомобиля ГАЗ 3221, г.р.з. №...., под управлением ФИО6

Истцы указывают, что ДТП произошло по вине водителя ФИО3, которая в нарушение ПДД РФ выбрала небезопасную дистанцию до впереди движущегося транспорта и допустила столкновение с их автомобилями. Водитель ФИО3 на момент ДТП не имела оформленного страхового полиса ОСАГО. В результате ДТП автомобиль истца ФИО1 - Шкода Рапид, г.р.з. №...., получил механические повреждения, рыночная стоимость восстановительного ремонта согласно оценке от <дд.мм.гггг> года №...., произведенной ИП ФИО7, составила без учета износа 861400 рублей, рыночная стоимость автомобиля на момент ДТП – 708738 рублей, стоимость годных остатков 140700 рублей. Истец ФИО1 просит суд взыскать в его пользу сумму ущерба в размере 582038 рублей, расходы на оплату юридических услуг в размере 40000 рублей, расходы по оплате услуг эксперта в сумме 17000 рублей, и расходы по оплате госпошлины в размере 9020 рублей 38 копеек.

Также в результате ДТП от <дд.мм.гггг> автомобиль истца ФИО2 БМВ Х3 3.0, г.р.з. №...., получил механические повреждения, стоимость восстановительного ремонта согласно оценке, произведенной ИП ФИО7, составила без учета износа 571100 рублей. Просит суд взыскать в его пользу сумму ущерба в размере 571100 рублей, расходы на оплату юридических услуг в размере 40000 рублей, расходы по оплате услуг эксперта в сумме 12000 рублей, и расходы по оплате госпошлины в размере 8911 рублей.

Истцы ФИО1 и ФИО2, извещенные о месте и времени рассмотрения дела, участия в судебном заседании не принимали, просили рассмотреть дело в их отсутствие, с участием представителя ФИО8

В судебном заседании представитель истцов ФИО1 и ФИО2 - ФИО8 поддержал исковые требования. В судебном заседании дополнительно указал, что заключение эксперта Козловских К.Г. является не полным и к нему имеются замечания, отраженные в акте экспертного исследования специалиста ФИО9 от <дд.мм.гггг>. Кроме того, экспертом неверно определен механизм ДТП.

Ответчик ФИО3 с исковыми требованиями ФИО1 и ФИО2 не согласилась. Пояснила, что истцами не представлены доказательства того, что повреждения принадлежащих им автомобилей возникли вследствие столкновения с ее автомобилем. Повреждения ее автомобиля незначительны, т.е. сила удара не соответствует тем повреждениям, которые получил автомобиль истца ФИО1 На момент столкновения ее автомобиля с автомобилем истца ФИО1 последний уже совершил столкновение с автомобилем, принадлежащим ФИО2 Постановление о привлечении ее к административной ответственности за нарушение ПДД не является доказательством наличия ее вины в ДТП, и как следствие, обязанности в возмещении ущерба. Объяснения, данные ею сотрудникам ОГИБДД, полагает недостоверными, поскольку в тот момент она находилась в сильном эмоциональном стрессе.

Третьи лица ФИО5, ФИО4 и ФИО6 в суд не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, ФИО4 просила о рассмотрении дел без ее участия.

Ранее в судебном заседании третье лицо ФИО5 пояснила суду, что управляла автомобилем БМВ Х3 3.0, г.р.з. №.... по доверенности. <дд.мм.гггг> она ехала из <адрес> в сторону <адрес>. На данном участке дороги проводились ремонтные работы, было установлено реверсивное движение. На светофоре она остановилась в крайней левой полосе, немного правее, но в пределах левой полосы, перед ней стоял автомобиль Тойота Камри, г.р.з. №...., а за ней остановился автомобиль Шкода Рапид, г.р.з. №...., после чего произошел удар. Виновником в ДТП считает водителя автомобиля Хендай Элантра, г.р.з. №...., т.к. водитель автомобиля Шкода уже стоял за ней и не двигался. Из-за чего она сделала вывод, что водитель автомобиля Хендай Элантра совершил столкновение с автомобилем Шкода.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания эксперта Козловских К.Г., пояснения специалиста Л.Д.А.., исследовав материалы настоящего гражданского дела, материалы ОГИБДД по факту дорожно – транспортного происшествия, суд приходит к следующему выводу.

В силу части 6 статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее по тексту – Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 2 той же статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (пункт 3).

По смыслу приведенных выше норм права, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимы наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

В соответствии с пунктом 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – Правила дорожного движения) участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, знаков и разметки.

Пункт 1.5 Правил дорожного движения устанавливает, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Пунктом 9.10 ПДД предусмотрено, что водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

В силу пункта 10.1 ПДД водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В судебном заседании установлено, что <дд.мм.гггг> на автодороге <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств: автомобиля Хендай Элантра, г.р.з. №...., под управлением ФИО3, автомобиля Шкода Рапид, г.р.з. №...., под управлением ФИО1, автомобиля Тойота Камри, г.р.з. №...., под управлением ФИО4, автомобиля БМВ Х3 3.0, г.н.з. №...., под управлением ФИО5, принадлежащего ФИО2, автомобиля ГАЗ 3221, г.р.з. №...., под управлением ФИО6 (т. 3 л.д. 129).

Согласно сведений ОГИБДД ОМВД России по городу Мончегорску собственником (владельцем) автомобиля Хендай Элантра, г.р.з. №.... является ФИО3 (т. 3 л.д. 121).

За нарушение требований пункта 9.10 Правил дорожного движения постановлением инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по городу .... от <дд.мм.гггг> №.... ФИО3 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнута административному наказанию в виде административного штрафа в размере 1500 рублей. Данное постановление не оспорено и вступило в законную силу (т.1 л.д. 16-18).

Сторонами в обоснование заявленных доводов и возражений представлены: экспертные исследования о стоимости восстановительного ремонта автомобилей истцов №.... (т.1 л.д. 23-83) и №.... (т.2 л.д. 17-62) ИП ФИО7; заключение специалиста №.... ООО «БНЭ Эксперт» (т.1 л.д. 126-157); заключение специалиста №.... ИП ФИО7 (т.1 л.д. 219-238).

Из заключения специалиста ООО «БНЭ Эксперт» ФИО10 о механизме ДТП от <дд.мм.гггг> №...., представленному в материалы дела ответчиком ФИО3, следует, что «… автомобиль «Шкода Рапид», находясь в движении, совершил столкновение с попутно двигающемся с меньшей скоростью автомобилем «БМВ Х3». Столкновение произошло в левой полосе движения, в районе начала образования видимого следа розлива технической жидкости. При дальнейшем движении происходит незначительное смещение вправо т/с. При столкновении автомобиль «Шкода Рапид» значительно замедляется, в результате чего произошло с ним столкновение автомобиля марки «Хендай Элантра». При столкновении в первичный контакт вошли правая сторона переднего бампера автомобиля «Хендай Элантра» и левая сторона заднего бампера автомобиля «Шкода Рапид». С технической точки зрения, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки «Хендай Элантра» ФИО3 не имела технической возможности путем торможения предотвратить ДТП, и в ее действиях не усматривается несоответствие требованиям ПДД. С технической точки зрения, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки «Шкода Рапид» ФИО1 при условии своевременного и полного выполнения им требований п.п. 9.10 и 10.1 1-й абзац ПДД имел возможность предотвратить ДТП. С технической точки зрения, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации в действиях водитель автомобиля марки «Шкода Рапид» ФИО1 усматривается несоответствие требованиям п.п. 9.10 и 10.1 1-й абзац ПДД» (т.1 л.д. 138-139).

В судебном заседании ответчик ФИО3 пояснила, что водитель автомобиля «Шкода Рапид» резко начал торможение, в связи с чем у нее отсутствовала техническая возможность предотвратить с ним столкновение. Кроме того, на момент столкновения с автомобилем истца ФИО1, последний уже совершил столкновение с автомобилем истца ФИО2, что подтверждается заключением независимого эксперта ФИО10 ООО «БНЭ Эксперт».

Не согласившись с заключением эксперта ФИО10 ООО «БНЭ Эксперт», истцом ФИО1 представлено суду заключение специалиста от <дд.мм.гггг> №.... ИП ФИО7, согласно которого: «Механизм ДТП следующий: автомобиль «Хендай» перед столкновением со «Шкодой», двигался передним ходом относительно прямолинейно, параллельными курсами с автомобилем «Шкода» (продольно), в момент контакта происходило сильное блокирующее эксцентричное взаимодействие передней центральной части автомобиля «Хендай» с задней частью автомобиля «Шкода». Далее под действием сил инерции автомобиль «Шкода» перемещался вперед и несколько вправо и передней центральной частью контактировал с задней частью автомобиля «БМВ». Далее автомобили «Шкода» и «БМВ» перемещались вперед и вправо, в результате чего левая передняя часть автомобиля «БМВ» взаимодействовала с задней левой частью автомобиля «ГАЗель». Для предотвращения столкновения ФИО3 достаточно было выбрать безопасную дистанцию и своевременно принять меры к снижению скорости движения после включения стоп-сигналов на автомобиле «Шкода», т.е. выполнить требования п. 9.10 ПДД» (т.1 л.д. 192-193, 230-231).

По ходатайству представителя истцов ФИО8 судом по делу была назначена автотехническая экспертиза.

Согласно заключению эксперта ФИО11 Мурманской лаборатории судебной экспертизы от <дд.мм.гггг> №...., №...., перед тем, как автомобиль «Хендай Элантра» правой стороной переднего бампера совершил столкновение с левой стороной заднего бампера автомобиля «Шкода Рапид», последний совершил столкновение с двигавшимся впереди данного автомобиля автомобилем «БМВ Х3 3.0», а также автомобилем «Тайота Камри», что значительно снизило скорость движения автомобиля «Шкода Рапид» и создало опасность для движения. В сложившейся дорожной ситуации водитель ФИО3 должна была действовать в соответствии с требованиями п. 10.1 (абзац 2) ПДД. Повреждения автомобиля «Шкода Рапид» в левой задней части имеют незначительный размер и по совокупности следов носят в основном касательный характер. Основные значительные повреждения автомобиля «Шкода Рапид» расположены в передней и правой части кузова, что свидетельствует о значительной силе контактного взаимодействия с левой задней частью кузова автомобиля «БМВ Х3 3.0», который находился впереди и несколько справа от него. Это позволило сделать вывод о том, что в момент столкновения с автомобилем «БМВ Х3 3.0» автомобиль «Шкода Рапид» двигался с достаточно большой скоростью, а не стоял, как об этом указал в своих объяснениях ФИО1 от <дд.мм.гггг>. Характер повреждений в левой задней части автомобиля «Шкода Рапид» и в правой передней части двигавшегося позади автомобиля «Хендай Элантра» свидетельствует о том, что столкновение между этими транспортными средствами было касательное, что подтверждается также тем, что после этого столкновения траектория движения автомобиля «Хендай Элантра» практически не изменилась, т.е. блокирующего удара между ними не было. В противном случае автомобиль «Хендай Элантра» получил бы значительные повреждения, несопоставимые с теми, которые были зафиксированы при его осмотре. Из этого следует, что первоначально произошло столкновение передней и правой части кузова автомобиля «Шкода Рапид» с левой задней частью автомобиля «БМВ Х3 3.0» и только после этого касательное столкновение правой передней части кузова автомобиля «Хендай Элантра» с левой задней частью кузова автомобиля «Шкода Рапид» (т.3 л.д. 12-13).

Из ходатайства представителя истцов ФИО8 о назначении дополнительной экспертизы следовало, что согласно представленным в материалы дела фотодокументам автомобиль Шкода Рапид имеет скрытые повреждения панели задка и ланжеронов, что не исследовалось экспертом, в связи с чем данное заключение является не полным.

По делу была назначена и проведена дополнительная комплексная судебная автотехническая экспертиза.

Согласно заключению эксперта ФИО12 Мурманской лаборатории судебной экспертизы от <дд.мм.гггг> №...., №...., автомобиль «Шкода Рапид» на достаточно высокой скорости правой передней частью кузова совершил столкновение с левой задней частью кузова автомобиля «БМВ Х3 3.0». В результате оба указанных транспортных средства из-за эксцентричности удара изменили направление движения и начали перемещаться вперед и вправо в направлении право обочины дороги. При этом автомобиль «Шкода Рапид», располагаясь под углом к оси дороги и двигаясь левой стороной кузова вперед и вправо, одновременно с этим левой стороной кузова контактировал с правым задним углом кузова автомобиля «Тайота Камри». Одновременно с этим, двигавшийся позади автомобиля «Шкода Рапид» автомобиль «Хендай Элантра» правым углом переднего бампера контактировал с левым углом заднего бампера автомобиля «Шкода Рапид». При этом, данный контакт в большей степени носил касательный характер, т.е. после него траектория движения автомобиля «Хендай Элантра» практически не изменилась. Далее автомобиль «БМВ Х3 3.0», перемещаясь совместно с автомобилем «Шкода Рапид», совершил столкновение с левой стороной задней части кузова автомобиля ГАЗ-3221, а автомобиль «Хендай Элантра», перемещаясь вперед без значительного изменения направления своего движения, правой стороной переднего бампера совершил столкновение с левой стороной заднего бампера автомобиля «Тайота Камри». На вопрос о стоимости восстановительного ремонта транспортного средства «Шкода Рапид», с учетом повреждений, причиненных автомобилем «Хендай Элантра», под управлением водителя ФИО3, эксперт не ответил, поскольку автомобили на осмотр представлены не были, и сравнительное исследование повреждений указанных автомобилей не проведено (т.3 л.д. 72-74).

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста эксперт - техник Л.Д.А.., имеющий высшее образование по специальности «Автомобили и автомобильное хозяйство» (квалификация – инженер), прошедший профессиональную переподготовку по программе «Судебная автотехническая экспертиза», включенный в государственный реестр экспертов – техников (регистрационный №....), пояснил, что между автомобилем «Хендай Элантра» и автомобилем «Шкода Рапид» был блокирующий – скользящий удар. Также указал, что заключения экспертов Мурманской лаборатории судебной экспертизы не являются полными, поскольку экспертами автомобиль ответчика «Хендай Элантра» и автомобили истцов не осматривались, экспертизы проводились лишь на основании документов, фото, видео, представленных в материалы дела. Им же автомобили истцов осматривались, характер повреждений изучен.

Специалист пояснил, что для разрешения спора, при наличии противоречий в заключениях нескольких экспертов, отсутствии данных осмотра автомобиля «Хендай Элантра», следует определить механизм ДТП, с учетом скрытых повреждений автомобиля «Шкода Рапид», а также стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Шкода Рапид», с учетом повреждений, причиненных автомобилем «Хендай Элантра», в связи с чем судом назначена повторная комплексная автотехническая экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «СЕРВИС М» Козловских К.Г.

Выводы эксперта Козловских К.Г. повторяют выводы экспертов ФБУ «Мурманская лаборатория судебной экспертизы Минюста Российской Федерации», эксперта ООО «БНЭ Эксперт» ФИО10, о том, что первоначально автомобиль «Шкода Рапид» допустил столкновение с автомобилем «БМВ Х3 3.0».

Вместе с тем, из объяснений водителя ФИО1 от <дд.мм.гггг> следует, что ДТП произошло по вине водителя «Хендай Элантра» ФИО3, которая, двигаясь с большой скоростью, в нарушение ПДД РФ выбрала небезопасную дистанцию до впереди движущегося транспорта и допустила столкновение с его автомобилем, в результате чего он допустил столкновение с автомобилями «Тайота Камри» и «БМВ Х3 3.0» (т. 3 л.д. 127), которые опровергаются выводами экспертов ФБУ «Мурманская лаборатория судебной экспертизы Минюста Российской Федерации», эксперта ООО «БНЭ Эксперт» ФИО10 и эксперта ООО «СЕРВИС М» Козловских К.Г.

Экспертные заключения ФБУ «Мурманская лаборатория судебной экспертизы» от <дд.мм.гггг> №...., №.... и от <дд.мм.гггг> №.... №.... приняты судом в качестве надлежащих доказательств по делу.

Не доверять экспертным заключениям ФБУ «Мурманская лаборатория судебной экспертизы» от <дд.мм.гггг> №...., №.... и от <дд.мм.гггг> №...., №.... у суда оснований не имеется, поскольку экспертизы были назначены судом, эксперты, проводившие экспертизу и составившие заключения, являются старшими государственными судебными экспертами, сотрудниками ФБУ «Мурманская лаборатория судебной экспертизы», имеют соответствующее образование, стаж экспертной работы, заключения составлены по результатам изучения материалов гражданского дела, административного материала с видеозаписью, выводы мотивированы и научно обоснованы, подтверждены расчетами, получены экспертами с использованием специальной литературы. Эксперты судом были предупреждены об ответственности за заведомо ложное заключение по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Данные отчеты отвечают принципам относимости и допустимости, определенным в статьях 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Заключение эксперта ФИО12 ФБУ «Мурманской лаборатории судебной экспертизы» от <дд.мм.гггг> №...., №.... подтверждает выводы эксперта ФИО11 ФБУ «Мурманская лаборатория судебной экспертизы Минюста Российской Федерации», а также соответствует выводам эксперта ФИО10 и эксперта ООО «СЕРВИС М» Козловских К.Г. (т.3 л.д. 2-17, 60-74, т.1 л.д. 126-157, 138-187).

Заключение эксперта ООО «СЕРВИС М» Козловских К.Г. принято судом в качестве надлежащего доказательства, поскольку оно составлено экспертом, получившим соответствующее высшее профессиональное образование, квалификацию судебного эксперта, состоящий в реестре экспертов-техников (регистрационный №6144), имеющим стаж работы экспертом – техником более 10 лет, а также сертификат соответствия деятельности экспертов и экспертных учреждений в области экспертизы «ЭКСПРУС», выводы мотивированы и научно обоснованы, получены экспертом с использованием методической литературы. Эксперт судом был предупрежден об ответственности за заведомо ложное заключение по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Данное заключение отвечает принципам относимости и допустимости, определенным в статьях 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Допрошенный в судебном заседании в качестве эксперта – эксперт-техник Козловских К.Г., имеющий высшее образование, квалификацию судебного эксперта по специальности «Исследование обстоятельств дорожно-транспортного происшествия», «Исследование следов на транспортных средствах и месте ДТП (транспортно-трасологическая диагностика) и «Исследование транспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки», прошедший профессиональную переподготовку по программе «Судебная автотехническая и стоимостная экспертиза транспортных средств», включенный в государственный реестр экспертов – техников (регистрационный №....), а также имеющий стаж работы эксперта – техника с 2010 года, показал, что им был осмотрен автомобиль ответчика, частично разобран передний бампер. После изучения материалов дела, обследования автомобиля ответчика, им было получено достаточно сведений, чтобы сделать категорические выводы, изложенные в экспертном заключении. Исходя из механизма ДТП следует, что «Шкода Рапид» контактировала с «БМВ Х3 3.0», «БМВ Х3 3.0» с « ГАЗ-3221», далее «Шкода Рапид» контактировала с «Тойота Камри», затем контакт «Хендай Элантра» со «Шкодой Рапид» и в заключении контакт «Хендай Элантра» с «Тойотой Камри». На момент рассматриваемого ДТП на автомобиле «Шкода Рапид» имелись повреждения задней части, бампер уже имел повреждения, требующие его замены и замены и спойлера, взаимодействие контактирования «Хендай Элантра» и «Шкода Рапид» на повреждения в центральной части бампера «Шкода Рапид» не повлияло. «Шкода Рапид», взаимодействуя с «БМВ Х3 3.0», катились вперед и вправо. «Хендай Элантра» автомобиль «Шкода Рапид» не продвинул и никак не усилил имеющиеся в его передней части повреждения. Учитывая, что в результате заявленного ДТП на а/м «Шкода Рапид» от столкновения с а/м «Хендай Элантра» образованы повреждения заднего бампера и его накладки, которые были повреждены ранее и требовали замены, расчет стоимости их восстановительного ремонта не производился ввиду отсутствия повреждений, которые требуют ремонтных воздействий.

Не доверять показаниям эксперта суд оснований не имеет. Какой – либо личной заинтересованности у эксперта в исходе дела судом установлено не было, экспертное заключение, дополненное пояснениями эксперта в суде, является полным, обоснованным и основанным на всестороннем анализе представленных материалов, актов осмотра транспортных средств и непосредственном осмотре а/м «Хендай Элантра».

Заключение специалиста от <дд.мм.гггг> №.... ИП ФИО7 не может быть принято судом, как надлежащее доказательство, поскольку оно не является полным, не отвечает на поставленные судом вопросы в части механизма ДТП от <дд.мм.гггг>, противоречит обстоятельствам дела, показаниям ответчика, а также не опровергает выводы экспертов ФБУ «Мурманская лаборатория судебной экспертизы Минюста Российской Федерации», а также выводы экспертов ФИО10 и Козловских К.Г.

Представленный представителем истца в процессе рассмотрения дела акт экспертного исследования от <дд.мм.гггг> №.... не ставит под сомнение экспертное заключение ООО «Сервис М» от <дд.мм.гггг> №...., поскольку специалист ФИО9 исходил из того, что исследование проведено не в полном объеме, выводы эксперта в части определения механизма ДТП не являются объективными и достоверными, о чем указано в акте, при этом, он не содержит ни одного конкретного и обоснованного вывода (т. 3 л.д. 198-210).

Таким образом, принимая во внимание установленные в ходе рассмотрения дела обстоятельства, экспертные заключения, суд приходит к выводу, что действия водителя ФИО3 не состоят в причинно – следственной связи с причинением ущерба автомобилю «БМВ Х3 3.0», следовательно, она не должна нести ответственность по иску ФИО2

Кроме того, из установленного судом следует, что рассматриваемое дорожно – транспортное происшествие произошло по вине как водителя автомобиля «Шкода Рапид» ФИО1, допустившего столкновение с автомобилем «БМВ Х3 3.0», так и по вине водителя «Хендай Элантра» ФИО3, допустившей нарушение п. 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения Российской Федерации, действия обоих водителей, находятся в причинной связи с дорожно – транспортным происшествием.

Однако, при наличии противоправности действий ответчика ФИО3, причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившим для истца ФИО1 последствиями, не установлено, поскольку повреждение элементов а/м «Шкода Рапид», образовавшееся от столкновения с а/м «Хендай Элантра» не может быть признано требующим ремонтных воздействий, с учетом имевшихся ранее неустраненных повреждений, которые требовали замены этих элементов (бампера, накладки бампера), в связи с чем суд не находит оснований для удовлетворения требований истца ФИО1 к ФИО3

Экспертным заключением не установлен объем повреждений, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Шкода Рапид» по устранению повреждений левого угла заднего бампера после касательного удара с автомобилем «Хендай Элантра», в связи с чем, в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Мончегорский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного текста.

Судья В.Б. Кораева