Апелляционное определение по делу № 2-3270/2023 от 31.08.2023

Судья Чайкин В.В. Дело № 2-3270/2023

33-2436/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Курганского областного суда в составе:

судьи - председательствующего Ушаковой И.Г.,

судей Резепиной Е.С., Булатова П.Г.,

с участием прокурора Поляковской И.В.,

при секретаре судебного заседания Лагуновой А.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Кургане 31 августа 2023 г. гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «ОМК Стальной путь» о компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе акционерного общества «ОМК Стальной путь» на решение Курганского городского суда Курганской области от 30 мая 2023 г.,

заслушав доклад судьи Булатова П.Г. об обстоятельствах дела, объяснения истца ФИО1, его представителя ФИО2, заключение прокурора Поляковской И.В.,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Вагонному ремонтному депо Курган-обособленному структурному подразделению акционерного общества «Вагонная ремонтная компания-3» о компенсации морального вреда. В окончательном варианте предъявил иск к акционерному обществу «ОМК Стальной путь» (далее – АО «ОМК Стальной путь»).

В обоснование требований с учетом их изменения указал, что 2 марта 2021 г. во время выполнения им трудовых обязанностей с ним произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил производственную травму правого глаза. В результате несчастного случая на производстве 20 апреля 2021 г. работодателем был составлен и утвержден акт № 1 по форме Н – 1. В связи с травмой он длительное время проходил лечение и реабилитацию, после чего ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30%, определена дата очередного освидетельствования – 19 января 2023 г. Указывает на то, что в результате полученных телесных повреждений он испытал и до настоящего времени испытывает значительные нравственные и физические страдания.

Просил суд взыскать с АО «ОМК Стальной путь» в его пользу в счёт компенсации морального вреда 300000 рублей.

С 15 апреля 2021 г. акционерное общество «Вагонная ремонтная компания-3» было переименовано в АО «ОМК Стальной путь».

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2, действующая по устному ходатайству, на исковых требованиях настаивали, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика АО «ОМК Стальной путь» - ФИО3, действующий на основании доверенности, с заявленными исковыми требованиями не согласился. Указал, что размер компенсации морального вреда, предъявленный истцом ко взысканию, является завышенным, просил снизить размер компенсации.

Третье лицо ФИО4 собственного мнения относительно рассматриваемого спора не выразил, дав пояснения об обстоятельствах произошедшего несчастного случая.

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще. Ранее в судебном заседании пояснял, что ввиду причинения ФИО1 производственной травмы в отношении него было возбуждено уголовное дело, им истцу выплачена денежная компенсация.

Прокурор Шишкова А.Н. в заключении полагала исковые требования истца подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности.

Судом вынесено решение, которым постановлено: «исковые требования удовлетворить. Взыскать с акционерного общества «ОМК Стальной путь» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (<...>) в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 300000 руб. Взыскать с акционерного общества «ОМК Стальной путь» (ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования город Курган государственную пошлину в размере 300 руб.».

В апелляционной жалобе ответчик АО «ОМК Стальной путь» просит решение суда отменить.

В обоснование жалобы указано, что обжалуемое решение вынесено судом в нарушением норм материального и процессуального права. Настаивает на том, что размер компенсации морального вреда определен без учета фактических обстоятельств дела. Приводя положения ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ от 24 июля 1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК Российской Федерации, ГК РФ) указывает на то, что не были учтены следующие обстоятельства: обучение истца правилам охраны труда, назначение ему обучения работе и стажировки, выдача необходимых средств индивидуальной защиты, нахождение с ответчиком в трудовых отношениях по настоящее время в той же должности, принятие ответчиком необходимых мер для поддержания устойчивого социального положения истца, отсутствие у него инвалидности и степени утраты трудоспособности. Полагает, что в нарушение положений ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК Российской Федерации, ГПК РФ), суду не представлены доказательства причинения истцу значительных нравственных страданий, связанных с травмированием. Обращает внимание, что за психологической помощью истец не обращался, справок и медицинских заключений по этому поводу им не представлено. Также указывает, что изначально 25 января 2022 г. истец обратился к ответчику за оказанием материальной помощи в размере 9917 рублей 76 копеек. Данные требования были рассмотрены на заседании комиссии по социальным гарантиям и компенсациям АО «ОМК Стальной путь» и впоследствии удовлетворены. Затем истец обратился к ответчику с требованиями о компенсации морального вреда в размере 100000 рублей, а спустя год оценил причиненный ему моральный вред в размере 300000 рублей. Ссылаясь на судебную практику по другим делам, вновь настаивает на том, что размер компенсации морального вреда, взысканный в пользу истца, является завышенным.

В возражениях на апелляционную жалобу истец полагал постановленное решение суда законным и обоснованным.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурором выражено согласие с постановленным решением.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1 и его представитель ФИО2, действующая по устному ходатайству, выразили согласие с постановленным решением.

Прокурор Поляковская И.В. полагала постановленное решение законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении судебного разбирательства не просили.

С учетом положений ч. 1 ст. 327, ч. 3, 4 ст. 167 ГПК Российской Федерации суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности рассмотрения апелляционной жалобы при установленной явке.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы ответчика, возражений на неё, рассмотрев дело в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для изменения либо отмены решения суда, поскольку оно постановлено в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, с учетом всех имеющих значение для дела обстоятельств, которые подтверждены соответствующими доказательствами.

В соответствии с ч. 1 ст. 209 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК Российской Федерации, ТК РФ) охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (ч. 5 ст. 209 ТК Российской Федерации).

В соответствии со ст. ст. 22, 212 ТК Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, также в обязанности работодателя входит расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 состоит в трудовых отношениях с АО «ОМК Стальной путь» (ранее - АО «Вагонная ремонтная компания-3») работает в должности слесаря-ремонтника в Вагонном ремонтном депо Курган.

Актом № 1 о несчастном случае на производстве от 20 апреля 2021 г. (л.д. 7-10) установлены следующие обстоятельства.

2 марта 2021 г. ориентировочно в 17 часов 30 минут при опускании крана слесарем-ремонтником С.В.В. произошло резкое опускание ведомой тележки крана при домкрате, что привело к излому деревянной подкладки, находившейся между штоком домкрата и нижней плоскостью ведомой тележки крана, по сучку. Отломившийся кусок прокладки размером 295*35*50 мм отлетел в лицо слесарю-ремонтнику ФИО1, в результате чего он получил травму правового глаза.

В качестве основной причины несчастного случая указано нарушение технологического процесса, выразившегося в нарушении технологии производства работ в части применения деревянных накладок с параметрами, не соответствующими технологической карте, нарушен п. 7.2 раздела Указания по производству работ Технологической карты на ремонт узлов консольно-козлового крана № П-2009, нарушен п. 2.12 Приказа АО «ВРК-3» от 30 декабря 2020 г. № 484 «О распределении обязанностей между начальником Вагонного ремонтного депо и его заместителями на 2021 год». В качестве сопутствующей причины несчастного случая указана неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в допуске к работам в местах действия опасных и вредных факторов слесаря-ремонтника ФИО1, не включенного в наряд-допуск, нарушен п. 9 раздела Указания по охране труда Технологической карты на ремонт узлов консольно-козлового крана № П-2009, нарушен п. 31 Правил по охране труда при размещении, монтаже, техническом обслуживании и ремонте технологического оборудования, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 27 ноября 2020 г. № 833н, нарушены п.п. 2.23, 2.24 Должностной инструкции бригадира производственного участка по ремонту и обслуживанию оборудования ФИО5; а также выразившаяся в неограждении места производства работ, нарушен п. 73 Правил по охране труда при размещении, монтаже, техническом обслуживании и ремонте технологического оборудования, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 27 ноября 2020 г. № 833н, нарушен п. 2.10 Приказа АО «ВРК-3» от 30 декабря 2020 г. № 484 «О распределении обязанностей между начальником Вагонного ремонтного депо и его заместителями на 2021 год».

Лица, допустившие нарушение требований безопасности охраны труда: ФИО4 – главный инженер АО «ВРК-3», в нарушение п. 2.12 Приказа АО «ВРК-3» от 30 декабря 2020 г. № 484 «О распределении обязанностей между начальником Вагонного ремонтного депо и его заместителями на 2021 год» не обеспечил оперативный контроль за соблюдением работниками требований охраны труда на рабочих местах, соответствием производственных (технологических) процессов требованиям охраны труда, выполнением приказов, нормативных документов ОАО «РЖД», АО «ВРК-3» и локальных документов АО «ВРК-3» по охране труда в структурных подразделениях АО «ВРК-3», не обеспечил соблюдение п. 7.2 раздела Указания по производству работ Технологической карты на ремонт узлов консольно-козлового крана № П-2009, в нарушение требований п. 2.10 Приказа АО «ВРК-3» от 30 декабря 2020 г. № 484 «О распределении обязанностей между начальником Вагонного ремонтного депо и его заместителями на 2021 год» не обеспечил выполнение законодательства по охране труда и промышленной безопасности, норм, правил, инструкций, руководящих документов, не обеспечил выполнение требований п. 73 Правил по охране труда при размещении, монтаже, техническом обслуживании и ремонте технологического оборудования, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 27 ноября 2020 г. № 833; ФИО5 – бригадир производственного участка по ремонту и обслуживанию оборудования АО «ВРК-3» в нарушение требований п. 9 Указания по производству работ Технологической карты на ремонт узлов консольно-козлового крана № П-2009 допустил нахождение посторонних лиц в зоне работ, в нарушение п. 31 Правил по охране труда при размещении, монтаже, техническом обслуживании и ремонте технологического оборудования, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 27 ноября 2020 г. № 833допустил к работам в местах действия опасных и вредных факторов слесаря-ремонтника ФИО1, не включенного в наряд-допуск, в нарушение п.п. 2.23, 2.24 Должностной инструкции бригадира производственного участка по ремонту и обслуживанию оборудования не обеспечил безопасное проведение всех видов работ, контроль соблюдения требований безопасности при выполнении всех видов работ, выполнение приказов, распоряжений, протоколов и др. руководящих документов ВЧДР, АО «ВРК-3» по вопросам охраны труда, промышленной безопасности (л.д. 7-10).

В отношении бригадира производственного участка по ремонту и обслуживанию оборудования АО «ВРК-3» ФИО5 было возбуждено уголовное дело по обвинению его в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 216 Уголовного кодекса Российской Федерации (нарушение правил безопасности при ведении строительных или иных работ, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека либо крупного ущерба), которое впоследствии было прекращено на основании ст. 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с примирением с потерпевшим (постановление Курганского городского суда Курганской области по делу № 1-1398/2021 - л.д. 78-80).

Как следует из представленной в материалы дела копии расписки (л.д. 82) ФИО5 передал ФИО1 в счет возмещения морального вреда денежные средства в размере 30000 рублей. ФИО1 указано на отсутствие претензий к ФИО5

Установив указанные обстоятельства, с учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии в действиях ответчика вины в причинении вреда здоровью ФИО1

Как следует из представленных медицинских документов, в период со 2 по 12 марта 2021 г. ФИО1 находился на стационарном лечении в отделении лазерной микрохирургии глаза ГБУ «Курганский областной госпиталь для ветеранов войн» с диагнозом: «ОД-контузия глазного яблока тяжелой степени. Травматический иридодиализ. Люксация хрусталика в стекловидное тело. Разрыв сосудистой оболочки». 10 марта 2021 г. ФИО1 была проведена хирургическая операция – витрэктомия + факоэмульсификация люксированного хрусталика + иридопластика + силикон. Даны рекомендации, в числе которых, на 2-3 месяца ограничить тяжелую физическую нагрузку, работу в наклон (выписной эпикриз № 1095 - л.д. 21).

С 10 по 15 ноября 2021 г. ФИО1 вновь находился на стационарном лечении в отделении микрохирургии глаза № 1 ГБУ «Курганский областной госпиталь для ветеранов войн» с диагнозом: «OD-Артификакция, аниридия, авитария, разрыв сосудистой оболочки (состояние после витрэктомии). 11 ноября 2021 г. ФИО1 проведена операция OD – удаление силикона. Даны рекомендации, в числе которых, на 2-3 месяца ограничить тяжелую физическую нагрузку, работу в наклон (выписной эпикриз - л.д. 22).

Следствием полученной травмы в результате несчастного случая на производстве стало установление истцу степени утраты профессиональной трудоспособности 30% на срок с 19 января 2022 г. по 19 января 2023 г., затем с 1 февраля 2023 г. бессрочно (л.д. 12, 20).

Согласно ст. 151 ГК Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В ходе рассмотрения настоящего спора суд первой инстанции, исходя из анализа собранных по делу доказательств, пришел к выводу о наличии в произошедшем несчастном случае вины работодателя, который в силу ст. 212 ТК Российской Федерации несет обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда. Оснований для применения положений ст. 1083 ГК Российской Федерации суд не усмотрел.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано (п. 32): учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, непосредственно исследовав в судебном заседании представленные сторонами доказательства и оценив доводы сторон, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об обоснованности заявленных истцом требований и, по правилам ст. 67 ГПК Российской Федерации на основании внутреннего убеждения определил размер компенсации морального вреда.

Доводы апелляционной жалобы истца о несогласии с размером компенсации морального вреда не могут являться основанием для отмены постановленного решения суда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание конкретные обстоятельства дела, тяжесть полученной истцом производственной травмы и её последствия, объём и характер причиненных истцу нравственных и физических страданий, то обстоятельство, что несчастный случай на производстве произошел исключительно по вине работодателя, учел принципы разумности и справедливости, в связи с чем счёл возможным удовлетворить требование истца о компенсации морального вреда в полном объеме, в сумме 300 000 рублей.

Оснований не соглашаться с определенным судом размером компенсации морального вреда судебная коллегия по доводам апелляционной жалобы не находит.

С учетом изложенного, поскольку размер морального вреда является оценочной категорией и не поддается точному денежному подсчету, возмещение морального вреда производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, судебная коллегия полагает, что размер взысканной в пользу истца денежной компенсации морального вреда определен судом с учетом всех заслуживающих внимания обстоятельств, соразмерен причиненным истцу нравственным страданиям и отвечает принципам разумности и справедливости.

Доводы апелляционной жалобы ответчика сводятся к утверждению о том, что взысканная судом сумма является явно завышенной, и по существу направлены на иную оценку обстоятельств, принятых судом во внимание при определении размера компенсации морального вреда. Вместе с тем оснований для иной оценки указанных обстоятельств и снижения размера компенсации морального вреда судебная коллегия по доводам апелляционной жалобы не усматривает.

Гражданское законодательство, предусматривая в качестве способа защиты гражданских прав, в частности, права на здоровье, компенсацию морального вреда, устанавливает общие принципы для определения размера такой компенсации. При разрешении подобного рода исков следует руководствоваться положениями ст. ст. 151, 1099 1100, 1101 ГК Российской Федерации, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степень вины причинителя вреда и другие конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску. Во всех случаях при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования справедливости и соразмерности.

Положения указанных статей судом при рассмотрении настоящего дела соблюдены. Применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, суд принял решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения.

С учетом изложенного, поскольку возмещение морального вреда производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, взысканная в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда денежная сумма в размере 300 000 рублей, по мнению судебной коллегии, соразмерна причиненным ему физическим и нравственным страданиям и в полной мере отвечает принципам разумности и справедливости.

Ссылки апелляционной жалобы на судебную практику не могут быть приняты во внимание, поскольку обстоятельства, установленные по спорам между другими лицами, к настоящему делу не относятся, кроме того, действующее законодательство не предусматривает применения состоявшихся по аналогичным делам решений судов в качестве источника права.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и нуждались в проверке, могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного решения, апелляционная жалоба не содержит.

Обстоятельства дела исследованы судом с достаточной полнотой, всем представленным сторонами доказательствам дана надлежащая оценка. Материальный и процессуальный законы применены судом правильно.

В части распределения судебных расходов решение суда не обжалуется.

В силу изложенного решение суда является правильным и изменению либо отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 199, 328, 329 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Курганского городского суда Курганской области от 30 мая 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «ОМК Стальной путь» – без удовлетворения.

Судья - председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 6 сентября 2023 г.