Судья Дорохина И.В. Дело <данные изъяты>

(номер дела в суде первой УИД <данные изъяты>

инстанции <данные изъяты>)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<данные изъяты> 4 сентября 2023 г.

<данные изъяты>

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе

председательствующего судьи Гущиной А.И.,

судей Колчиной М.В., Данилиной Е.А.,

при ведении протокола помощником судьи Малаховым Н.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции гражданское дело по иску ФИО1, действующего в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО3, к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами

заслушав доклад судьи Данилиной Е.А.,

объяснения истца ФИО1, действующего в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО3, представителя ответчика ФИО4 - ФИО5,

установила:

ФИО1, действующий в интересах несовершеннолетних детей ФИО2 и ФИО3, обратился в суд с иском к ФИО4, в котором просит взыскать с ответчика в свою пользу как представителя ФИО2 и ФИО3 неосновательное обогащение в сумме 35 536 946,78 руб. и проценты за пользование денежными средствами в размере 7 648 181, 94 рублей.

Требования мотивированы тем, что он, находясь в браке с ФИО6, потратили денежные средства, совместно нажитые в браке, на приобретение земельных участков. По согласию с членами семьи (матерью и отцом ФИО6) все имущество было оформлено на ее родителей - ФИО7 и ФИО4, так как они были пенсионерами и имели налоговые льготы. В последующем все имущество планировалось передать детям (внукам), в частности, два земельных участка, расположенных в <данные изъяты>, стоимостью 12 650 000 руб. и 15 950 000 руб. Оплата договора купли-продажи была осуществлена за счет средств семейного бюджета с ФИО6

В дальнейшем эти два участка были размежеваны на несколько других, которые остались в собственности ФИО7 и ФИО4

Для удостоверения передачи денег на покупку он попросил у ФИО7 и ФИО4 составить расписки, что они приобрели данные земельные участки за счет средств истца и его супруги и готовы возвратить данные денежные средства, на что ФИО7 и ФИО4 заверили, что им можно полностью доверять, что они честные и порядочные и против детей идти не будут.

В дальнейшем он за свой счет и денег ФИО6 выполнял инженерно-геодезические и геологические изыскания для разработки документации по планировке территории.

По требованию администрации <данные изъяты> (согласно решению Адлерского районного суда) он сам выполнял проектные работы. На этом основании <данные изъяты> между ним (заказчик) и МУП <данные изъяты> (подрядчик) заключены договоры подряда, которые в интересах ФИО7 и ФИО6 он сам лично оплачивал. В соответствии п. 2.1 договора подряда стоимость работ составляет 5 000 000 рублей. Выполнялись и другие дополнительные работы за его счет.

На тот период времени он считал отношения супруги с родителями доверительными. Никаких подозрений и предположений о совершении в отношении его семьи родителями его супруги противоправных деяний не было. Однако, как выяснилось в 2021 году, все приобретенное им и его супругой имущество, в том числе, право на земельные участки, было оформлено на имя ФИО4, которая в настоящее время все продала и получила незаконное обогащение. В настоящее время ФИО4 возвращать денежные средства отказывается, на телефонные звонки и уговоры не реагирует. Полагает, что фактически между его семьей и родителями его супруги был заключен договор займа.

Поскольку требование о возврате денежных средств, понесенных ФИО1 с ФИО6 на приобретение имущества, а также расходов по договору подряда <данные изъяты> от <данные изъяты> оставлено ФИО4 без внимания, сумма долга составляет 35 536 946,78 руб., проценты за пользование денежными средствами составляют 7 648 181,94 руб., ФИО1 обратился в суд с настоящим иском.

Истец, действующий в интересах несовершеннолетних детей ФИО2 и ФИО3, в судебное заседание суда первой инстанции явился.

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании суда первой инстанции исковые требования ФИО1 не признала, просила в удовлетворении иска отказать, заявила о пропуске истцом срока исковой давности.

Третьи лица нотариус ФИО8, нотариус ФИО9 в судебное заседание суда первой инстанции не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Решением Ногинского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> в удовлетворении исковых требований ФИО1, действующего в интересах несовершеннолетних детей ФИО2 и ФИО3, отказано.

Не согласившись с решением суда, в апелляционной жалобе ФИО1 просит его отменить его как незаконное и необоснованное, повторяет основания своего иска, указывает, что суд дал неверную оценку фактическим обстоятельствам дела.

В силу п. 4 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае является принятие судом решения о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

При наличии оснований, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных настоящей главой. О переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции выносится определение с указанием действий, которые надлежит совершить лицам, участвующим в деле, и сроков их совершения (ч. 5 ст. 330 ГПК РФ).

Учитывая, что на момент вынесения решения ФИО2 и ФИО3, <данные изъяты> года рождения, в интересах которых предъявлен иск, достигли возраста 14 лет, однако не были привлечены к участию в деле, судебная коллегия пришла к выводу о наличии безусловного основания к отмене судебного решения по мотиву нарушения судом первой инстанции п. 4 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ и наличия оснований для рассмотрения дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ.

По указанным обстоятельствам, руководствуясь приведенными нормами и разъяснениями, данными в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты> <данные изъяты> «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», протокольным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от <данные изъяты> к участию в деле в соответствии с ч. 3 ст. 37 ГПК РФ привлечены несовершеннолетние ФИО2 и ФИО3, <данные изъяты> года рождения.

При новом рассмотрении дела в заседание судебной коллегии истец ФИО1, действующий в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО3, заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, указал, что о нарушении прав несовершеннолетних ему стало известно в 2021 году.

От несовершеннолетних ФИО2 и ФИО3 в материалы дела представлены заявления о рассмотрении дела в их отсутствие.

Представитель ответчика ФИО4 - ФИО5, в судебном заседании суда апелляционной инстанции исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении иска, заявила ходатайство о применении к спорному правоотношению исковой давности.

Иные участвующие в деле лица в заседание судебной коллегии не явились, о времени и месте его проведения извещены с учетом положений ст. 113 ГПК РФ надлежащим образом, в связи с чем, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассмотреть настоящее дело при данной явке.

Рассмотрев дело по правилам производства в суде первой инстанции, исследовав материалы дела, выслушав явившихся в судебное заседание лиц, оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ в их совокупности, судебная коллегия приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В силу п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 этого кодекса.

В силу подп. 3 ст. 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 этого кодекса, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Условиями возникновения неосновательного обогащения являются следующие обстоятельства: имело место приобретение (сбережение) имущества, приобретение произведено за счет другого лица (за чужой счет), приобретение (сбережение) имущества не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, то есть произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ст. 67 ГПК РФ).

Как следует из материалов дела, ФИО4 и ее супруг ФИО7 на основании договоров купли-продажи от <данные изъяты> приобрели в свою собственность земельные участки, расположенные по адресу: <данные изъяты>, город-курорт Сочи, <данные изъяты>, у граждан ФИО10 и ФИО11 Земельный участок с кадастровым номером 23:49:0407005:1168 был оформлен на ФИО4, земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> на ФИО7 (л.д. 21-23, 25, 26).

Из выписок из Единого государственного реестра недвижимости (л.д. 36-43), плана разбивки земельного участка с кадастровым номером 23:49:0407005:1168 (л.д. 24), мирового соглашения (л.д. 55), определения Адлерского районного суда <данные изъяты> от <данные изъяты> (л.д. 142-154) следует, что в 2011 году земельные участки с кадастровым номером <данные изъяты> и с кадастровым номером <данные изъяты> были разделены, в результате чего образовались 48 самостоятельных земельных участков. ФИО4 стала собственником земельных участков, расположенных по адресу: <данные изъяты>, город-курорт Сочи, <данные изъяты>, со следующими кадастровыми номерами: <данные изъяты> <данные изъяты>

<данные изъяты> ФИО7 умер (л.д. 32).

Наследниками ФИО7 по закону являлись ФИО4 и ФИО6

Поскольку имущество приобреталось в период брака, имущество, оформленное на имя ФИО7, находилось в общей совместной собственности его и его супруги ФИО4

Копией справки нотариуса ФИО9 <данные изъяты> от <данные изъяты> подтверждается, что в установленном порядке наследство после смерти ФИО7 приняла только ФИО4, обратившись к нотариусу с соответствующим заявлением; доказательств принятия наследства дочерью наследодателя ФИО6 в материалы дела не представлено (л.д. 11).

В подтверждение стоимости земельных участков истцом в материалы дела представлены копия первого листа предварительного договора от <данные изъяты>, заключенного между ООО «<данные изъяты> и ФИО10, из которой следует, что стоимость объекта составляет 14 950 000 (л.д. 33) и копия первого листа предварительного договора от <данные изъяты>, заключенного между ООО <данные изъяты>» и ФИО11, из которой следует, что стоимость объекта составляет 12 650 000 (л.д. 34).

По мнению судебной коллегии представленные копии не являются допустимыми доказательствами по делу, поскольку документ представлен не в полном объеме, что не позволяет определить, заключались ли такие договоры в действительности или нет. Кроме того, истец ФИО1 указывает, что один из земельных участков приобретен за 12 650 000 руб., второй за 15 950 000 руб., что не согласуется с условиями представленных договоров.

Истец указывает, что фактическую оплату покупной цены по договорам купли-продажи от <данные изъяты> производил он за счет денежных средств, полученных от супруги ФИО6, в связи с чем считает сумму в размере 28 600 000 руб. неосновательным обогащением ответчика ФИО4 (матери супруги).

Данный довод истца отклоняется, поскольку своего документального подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашел, в частности, материалы дела не содержат доказательств факта передачи 28 600 000 руб. ФИО6 ФИО1, факта установления покупной цены по данным договорам в размере 28 600 000 руб., равно как и доказательств передачи покупной цены по договорам ФИО1 продавцам ФИО10 и ФИО11

При этом представленные в материалы дела акт сверки взаимных расчетов по состоянию на <данные изъяты> между ООО «<данные изъяты>» и Юго-Западный банк СБ РФ ЦОСБ <данные изъяты> <данные изъяты>, не подписанный сторонами, карточка счета 76.5 по ООО «<данные изъяты>» в отношении контрагента ФИО10 (л.д. 77), карточка счета 76.5 по ООО «<данные изъяты>» в отношении контрагента ФИО11 (л.д. 78) нельзя признать относимыми по делу доказательствами, поскольку участие ООО «Еврострой» в правоотношении между ФИО7 и ФИО12, равно как между ФИО4 и ФИО10 ничем не подтверждены (л.л. 57, 76).

Такие письменные документы, как заявление об открытии банковского счета на имя ФИО11 <данные изъяты> (л.д. 61), копия расписки от <данные изъяты> от ФИО11 на сумму 1 000 000 руб. (л.д. 62), копия расписки от <данные изъяты> от ФИО10 на сумму 2 800 000 руб. (л.д. 63), приходный кассовый ордер <данные изъяты> от <данные изъяты> о переводе денежных средств от ФИО1 в размере 500 000 руб., приходный кассовый ордер <данные изъяты> от <данные изъяты> о выдаче (возврате) денежных средств ФИО1 в размере 500 000 руб., приходный кассовый ордер <данные изъяты> от <данные изъяты> о выдаче (возврате) ФИО1 денежных средств в сумме 500 000 руб., приходный кассовый ордер <данные изъяты> от <данные изъяты> о переводе денежных средств от ФИО1 в сумме 500 000 руб., приходный кассовый ордер <данные изъяты> от <данные изъяты> о переводе денежных средств от ФИО1 на сумму 500 000 руб., приходный кассовый ордер <данные изъяты> от <данные изъяты> о переводе денежных средств от ФИО1 на сумму 500 000 руб., приходный кассовый ордер <данные изъяты> от <данные изъяты> о переводе денежных средств от ФИО1 на сумму 500 000 руб., приходный кассовый ордер <данные изъяты> от <данные изъяты> о переводе денежных средств от ФИО1 на сумму 500 000 рублей (л.д. 65-71), судом в качестве доказательств внесения денежных средств за ФИО4, ФИО7, не принимаются, поскольку из данных документов не усматривается, кому и с какой целью данные денежные средства переводятся. Следует отметить, что часть переведенных денежных средств по указанным платежным документам ФИО1 возвращены.

Заявление на перевод денежных средств от <данные изъяты> на сумму 90 000 рублей (л.д. 72), заявление на перевод 900 000 рублей от <данные изъяты> (л.д. 73), чеки о переводах по 900 000 рублей (л.д. 74, 75), доказательством неосновательного обогащения ФИО4 и ФИО7 также не являются, поскольку из них не усматривается, с какой целью и на каком основании производились переводы.

Из копии расписки от <данные изъяты> на сумму 2 500 000 руб. (л.д. 64) следует, что между ФИО1 и ФИО10 в период 2008-2009 г.г. сложились заемные отношения, что также учитывается судебной коллегией.

Применительно к спорным правоотношениям, судебная коллегия считает недоказанным наличие совокупности обстоятельств, позволяющих констатировать неосновательное обогащение ответчика за счет истца.

В деле отсутствуют надлежащие доказательства, отвечающие принципам достоверности, относимости, допустимости, которые подтвердили бы факт приобретения ФИО7 (правопреемником которого является ФИО4) земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, а ФИО4 земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> за счет средств их дочери ФИО6

Помимо прочего, в качестве неосновательного обогащения истец ФИО1 указывает на сбережение ФИО4 средств при производстве работ по планировке и застройке территории в месте расположения указанных выше земельных участков, а именно в <данные изъяты> края.

Материалами дела подтверждается, что <данные изъяты> между МУП «Муниципальный институт генплана» и ФИО1 был заключен договор подряда <данные изъяты> на выполнение работ, связанных с разработкой документов по планировке территории для размещения и строительства объекта, стоимостью работ по договору в размере 5 000 000 руб. (л.д. 83-84, 85).

В качестве платы по данному договору ФИО1 от своего имени произвел оплату счетов <данные изъяты> от <данные изъяты> на сумму 100 000 руб., <данные изъяты> от <данные изъяты> на сумму 336 746,78 руб. (л.д. 79, 80).

Платежных документов, подтверждающих оплату счетов <данные изъяты> от <данные изъяты> на сумму 1 500 000 руб. и <данные изъяты> от <данные изъяты> на сумму 5 000 000 руб., истцом не представлено.

Более того, по договору подряда образовалась задолженность, которая была взыскана с ФИО1 вступившим в законную силу заочным решением Центрального районного суда <данные изъяты> от <данные изъяты> (л.д. 132-136), и доказательств исполнения ФИО1 указанного решения суда материалы дела не содержат.

Таким образом, довод истца о том, что по договору подряда <данные изъяты> от <данные изъяты> им из средств в сумме 10 000 000 руб., полученных от ФИО6, были оплачены работы в размере 6 936 946,78 руб., противоречит установленным по делу обстоятельствам и письменным доказательствам.

Не представлено истцом и доказательств того, что ФИО4 или ФИО6 поручали ему совершение действий по разработке документации по планировке и застройке территории в месте расположения земельных участков в <данные изъяты>.

Следует отметить, что представленная в материалы дела доверенность от имени ФИО4 от <данные изъяты> (л.д. 86-87) полномочий на заключение такого договора не дает. Доказательства того, что впоследствии ФИО4 одобрила заключение ФИО1 договора подряда <данные изъяты> от <данные изъяты> в деле отсутствуют. В материалах дела также отсутствуют доказательства, подтверждающие, что ФИО4 знала о заключении указанного договора. Из ответа от <данные изъяты> на претензию ФИО1 о возмещении ему затраченных средств на оплату договора, заключенного с МУП «МИГ» <данные изъяты>, ФИО4 ответила отказом.

Необходимость заключения указанного договора мировое соглашение (л.д. 46-55), заключенное по делу <данные изъяты> и утвержденное определением Адлерского районного суда <данные изъяты> (л.д. 142-154), подтвердить не может, поскольку оно было утверждено <данные изъяты>, тогда как договор и его частичная оплата произведены в 2017 году.

При этом судом установлено, что, узнав из претензии от <данные изъяты> об утвержденном мировом соглашении, <данные изъяты> ФИО4 совместно с ФИО13, ФИО14 заключили самостоятельный договор подряда <данные изъяты> с МУП «МИГ» на разработку проекта планировки и застройки территории <данные изъяты> (л.д. 138-141), предмет которого в точности соответствует п. 1 мирового соглашения, утвержденного определением Адлерского районного суда <данные изъяты> от <данные изъяты>. Из акта приемки-передачи работ по договору следует, что работы по договору выполнены полностью, заказчиками, включая ФИО4, работы оплачены в сумме 5 300 000 руб.

Нельзя счесть допустимым доказательством по делу и расписку от <данные изъяты> от имени ФИО1, написанную на имя ФИО6, о получении ФИО1 от нее денежной суммы в размере 10 000 000 руб., поскольку она составлена самим истцом (л.д. 17).

В связи с изложенным, коллегия приходит к выводу, что договор, заключенный ФИО1 с МУП «МИГ», был заключен ФИО1 по собственной инициативе и в своем интересе, соответственно, затраченные на выполнение работ по данному договору денежные средства являются личными расходами ФИО1 и возмещению ФИО4, как неосновательное обогащение, не подлежат.

В суде апелляционной инстанции представителем ответчика ФИО5 заявлено о пропуске истцом установленного законом срока исковой давности для обращения в суд с настоящим иском.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (ст. 195 ГК РФ).

Согласно абз. 1 п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ).

Согласно ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Из материалов дела следует, что с настоящим иском о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с <данные изъяты> по <данные изъяты> истец обратился в суд <данные изъяты>.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты> <данные изъяты> «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности», если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела, поскольку, в соответствии с абз.2 п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Анализируя представленные в материалы дела доказательства и установленные судебной коллегией обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что о нарушенном (по мнению истца) праве ФИО1 мог и должен был узнать в момент предполагаемой оплаты за приобретение ФИО4 и ФИО7 земельных участков, которая вносилась в 2008 году при заключении договоров купли-продажи, и оснований полагать, что истец узнал о возможном нарушении права лишь в 2021 году не имеется.

В отношении сумм неосновательного обогащения, вытекающего из договора подряда <данные изъяты> от <данные изъяты> с МУП «МИГ», судебная коллегия исходит из того, что самый поздний платежный документ, которым истец ФИО1 обосновывает неосновательное обогащение по указанному договору, датируется <данные изъяты>, таким образом, срок давности по нему истек <данные изъяты>.

Каких-либо мотивированных объяснений причин пропуска срока обращения в суд, а также доказательств уважительности причин его пропуска, истцом в материалы дела не представлено, таким образом, пропуск истцом срока исковой давности является дополнительным самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании неосновательного обогащения.

Как разъяснено в абз. 2 п. 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты> <данные изъяты> «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», согласно пункту 1 статьи 207 Гражданского кодекса РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.). Указанное относится, в частности, к требованиям о начислении процентов за пользование чужими денежными средствами.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, судебная коллегия исходит также из того обстоятельства, что несовершеннолетние ФИО2 и ФИО3 участниками спорных правоотношений не являлись, следовательно, их права и обязанности не являются предметом спора, сама по себе ссылка истца на то, что в последующем все имущество планировалось передать детям (внукам ответичка) не свидетельствует о нарушении прав несовершеннолетних в интересах которых выступает ФИО1

Принимая во внимание приведенные выше положения действующего законодательства, исходя из того, что изложенные в обоснование иска обстоятельства не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, учитывая пропуск истцом срока исковой давности, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда первой инстанции и принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1, действующего в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО3, к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Ногинского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> отменить.

В удовлетворении исковых требований ФИО1, действующего в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО3, к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами отказать.

Председательствующий

Судьи