Дело № 2-1-489/2025

64RS0007-01-2025-000979-88

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 июля 2025 года город Балашов

Балашовский районный суд Саратовской области в составе

председательствующего судьи Тарараксиной С.Э.

при секретаре Лахметкиной Ю.С.,

с участием истца ФИО1

представителя ответчика по доверенности ФИО2,

представителя третьего лица Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> по доверенности ФИО3, помощника прокурора <адрес> Петрова А.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО11 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование-

установил:

ФИО11 обратился в суд с иском о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в размере 2 062 000 руб.

В обоснование требований указывает, что следователем по особо важным делам СО по <адрес> СУ СК России по <адрес> ФИО3 по уголовному делу № от ДД.ММ.ГГГГ был признан подозреваемым, однако ДД.ММ.ГГГГ, им же вынесено постановление о прекращении уголовного преследования по п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ. Данное уголовное дело было направлено в Балашовский районный суд для рассмотрения по существу в отношении других фигурантов. Приговор по данному уголовному делу вступил в законную силу. Полагает, что до настоящего времени формально (юридически) является участником уголовного судопроизводства, а именно подозреваемым по данному уголовному делу ввиду отсутствия какого либо документа, подтверждающего прекращение в отношении него уголовного преследования. ДД.ММ.ГГГГ на основании ложного подозрения следователя в совершении преступления был уволен из органов внутренних дел. Полагает, что данное ложное подозрение в совершении преступления подорвало его авторитет, длительное время не давало возможности трудоустроиться в государственные и коммерческие учреждения, что отрицательно отразилось на финансовом благополучии его семьи и его лично. С мая 2022 года неоднократно вызывался в Следственный отдел по <адрес> СУ СК России по <адрес>, где давал объяснения, в том числе в выходные дни, участвовал в допросах и очных ставках с лицами, действительно причастными к совершению преступления. Считает, что был признан по уголовному делу подозреваемым, в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, что ограничивало его во встречах с пожилыми родителями, проживающими в <адрес>. По адресу места жительства и других помещениях, принадлежащих на праве собственности производились обыски с участием малолетнего ребенка, супруги и привлечением соседей и малознакомых лиц, что негативным образом отразилось на мнении граждан о его порядочности и доверии к нему как к человеку. Полагает истец, что факт незаконного уголовного преследования является основанием для возмещения морального вреда.

В обоснование размера причиненного морального вреда истец указывает на срок уголовного преследования.

В судебном заседании истец ФИО11 настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель ответчика по доверенности ФИО2 в судебном заседании просила учесть письменные возражения на иск и значительно снизить размер взыскиваемой компенсации морального вреда.

Представитель третьего лица Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> по доверенности ФИО3 просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме по доводам письменных возражений на иск, полагая, что истец не подвергался уголовному преследованию.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора полагавшего требования ФИО11 не подлежащими удовлетворению, исследовав письменные доказательства, материалы уголовных дел № (№) и № по обвинению ФИО6, ФИО7, ФИО8, в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 286 УК РФ, материал проверки (КРСоП № пр23) по факту неправомерных действий старшего оперуполномоченного ОЭБ и ПК МО МВД РФ «Балашовский» <адрес> ФИО4, материал № по жалобе ФИО11 в порядке ст. 125 УПК РФ, материалы гражданского дела № по иску ФИО11, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ следователем по особо важным делам следственного отдела по <адрес> следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> ФИО3 (далее по тексту следователь) возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, по факту халатности неустановленных должностных лиц МО МВД России «Балашовский» <адрес> при хранении и уничтожении вещественных доказательств по уголовному делу № в отношении ФИО10 по п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ (уголовное дело 1-2-73/2022 - №).

ДД.ММ.ГГГГ из материалов уголовного дела № выделены в отдельное производство материалы для проведения проверки в отношении ФИО6 и ФИО7 В тот же день, в отношении указанных лиц возбуждено уголовное дело №.

В связи с полученной оперативной информации о причастности к совершению преступления ФИО11, следователем ФИО3 вынесены постановление о производстве обыска в жилище, в случаях, не терпящих отлагательства у ФИО11 по адресу: <адрес>"Б", <адрес>, а также в гараже №, расположенного возле <адрес>. Обыски проведены в присутствии понятых, с участием ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ в период времени соответственно с 14 часов 05 минут до 14 часов 30 минут и с 14 часов 50 минут до 15 часов 10 минут. В ходе обысков ничего не обнаружено и не изъято. Сведения об участия при производстве обысков иных членов семьи ФИО11, в том числе малолетнего ребенка в материалах уголовного дела не представлено. В ходе производства обыска замечаний от ФИО11 не поступало, что следует из протоколов обыска от ДД.ММ.ГГГГ. Постановлениями Балашовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ признаны законными проведенные на основании постановления следователя от ДД.ММ.ГГГГ обысковые мероприятия в отношении ФИО11 (уголовное дело № -№ т. 1 л.д. 90-107, 115).

ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ обратился к следователю с заявлением о допуске к участию в деле в качестве защитника адвоката ФИО12 Постановлением от 14 мая 202 года следователь ФИО3 вынес постановление об удовлетворении ходатайства подозреваемого ФИО11, о чем последний и его защитник уведомлены.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 доброшен в качестве подозреваемого в период времени с 20 часов 15 минут. До 21 часа 30 минут, при этом последнему следователем по особо важным делам СО по <адрес> СУ СК России по <адрес> ФИО3 разъяснены права, предусмотренные ч. 4 ст. 46 УПК РФ, регламентирующей статус подозреваемого, а также положения ст. 51 Конституции Российской Федерации и право в соответствии с главой 40.1 УПК РФ на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве с момента начала уголовного преследования до объявления об окончании предварительного следствия. При допросе ФИО11 в качестве подозреваемого принимал участие защитник ФИО12 Об ознакомлении с разъясненными правами свидетельствуют подписи ФИО11 в соответствующих графах (уголовное дело № -№ т. 2 л.д. 67-75).

ДД.ММ.ГГГГ подозреваемый ФИО11 обратился к следователю с заявлением об отказе от услуг защитника ФИО12 и допуске в качестве защитника адвоката ФИО13

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ следователь ФИО3 удовлетворил ходатайство подозреваемого ФИО11, о чем уведомлены заинтересованные лица (уголовное дело № -№ т. 2 л.д. 76-79).

ДД.ММ.ГГГГ следователем ФИО3. проведены очные ставки между подозреваемыми ФИО11, ФИО7 и ФИО6, о чем составлены соответствующие протоколы (уголовное дело № -№ т. 2 л.д. 85-96).

ДД.ММ.ГГГГ следователем ФИО3 вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО11 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, поскольку установлен в действиях ФИО11 добровольный отказ от доведения преступления до конца. При этом отсутствует указание на признание за ФИО11 права на реабилитацию (уголовное дело № -№ т. 2 л.д. 101-111).

Уголовное дело № в отношении других участников впоследствии направлено в суд, рассмотрено по существу с вынесением обвинительного приговора, скорректированного апелляционным постановлением Саратовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО11, не согласившись с постановлением о прекращении уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ обратился в суд с жалобой в порядке ст. 125 УПК РФ, в которой указывал на согласие с прекращением уголовного преследования в отношении него как подозреваемого, однако не согласился с вменяемой ему ролью организатора и исполнителя преступления.

Вступившим в законную силу постановлением Балашовского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ жалоба ФИО11 удовлетворена. Постановление от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении в отношении ФИО11 уголовного преследования признано необоснованным с возложением обязанности по устранению допущенных нарушений.

В ходе рассмотрения жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ установлено, что следовало из текста оспариваемого постановления, что орган предварительного следствия пришел к выводу, что ФИО11 вместе с сотрудниками полиции ФИО6 и ФИО7 являлся исполнителем преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, однако, после совместной договоренности о совершении данного преступления ФИО11 никаких действий, направленных на его совершение не производил. В связи с чем, орган предварительного следствия усмотрел добровольный отказ ФИО11 от совершения преступления.

Судья при рассмотрении жалобы ФИО11 в порядке ст. 125 УПК РФ пришел к выводу, что постановление следователя от ДД.ММ.ГГГГ содержит лишь описание показаний подозреваемых по делу, результаты проведенных очных ставок между каждым из них, при этом в нем не указано и не мотивировано, какие действия совершены ФИО11 как исполнителем преступления, в чем они выразились, и на основании каких доказательств следователь пришел к такому выводу.

Кроме того постановление не содержало данных и мотивировки, подтверждающей добровольный отказ ФИО11 от совершения преступления и доказательств их подтверждающих (материал №).

После отмены постановления о прекращении в отношении ФИО11 уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ, Балашовским районным судом <адрес> в адрес следственного отдела по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> направлены копии материалов уголовного дела в отношении ФИО7 и ФИО6, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ для проведения проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ. Данные материалы зарегистрированы следственным отделом по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ

В ходе проведенной проверки ДД.ММ.ГГГГ отобраны объяснения ФИО11, ФИО7, ФИО6

ДД.ММ.ГГГГ следователем по особо важным делам СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> ФИО3 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении оперуполномоченного ОЭБ и ПК МО МВД РФ «Балашовский» <адрес> ФИО11на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ.

В основу данного постановления следователем заложены обстоятельства, установленные в ходе проведения следственных действий по уголовному делу №, в том числе допросы ФИО11 в качестве подозреваемого протоколы проведенных очных ставок с его участием.

В ходе проведенной проверки орган предварительного следствия пришел к выводу, что старший оперуполномоченный ОЭБ и ПК МО МВД РФ «Балашовский» <адрес> ФИО11 вместе с сотрудниками полиции ФИО6 и ФИО7 являлся исполнителем преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, поскольку совместно с указанными сотрудниками вступил в сговор на завладение немаркированной табачной продукцией, с целью дальнейшей ее продажи, при этом он пообещал вместе с ними принять участие в завладении вещественными доказательствами. Согласно достигнутой договоренности, как исполнитель преступления, он должен был предоставить помещение своего гаража. В день совершения преступления ФИО11 не приехал осуществлять погрузку немаркированной табачной продукции вместе со своими подельниками, кроме того отказался предоставить свой гараж для хранения вещественных доказательств, мер по участию в совершении преступления не принимал, что, по мнению следователя свидетельствовало о добровольном отказе ФИО11 от совершения преступления.

В соответствии со статьей 6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию. Как предусмотрено частью 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из пункта 3 части второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 этого Кодекса (в частности, в связи с отсутствием в деянии состава преступления (пункт 2 части первой статьи 24).

В силу части первой статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть вторая статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные - неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33) даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счет казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования.

Поскольку закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причиненных гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем размер компенсации морального вреда должен быть адекватным обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должен обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Исследованные в судебном заседании письменные доказательства опровергают позицию представителя третьего лица, что ФИО11 не подвергался уголовному преследованию, не имел статуса подозреваемого, поскольку в отношении него не выносилось отдельных документов, предусмотренных ст. 46 УПК РФ. Все исследованные документы, в буквальном их толковании, прямо указывают на присвоение следователем ФИО11 статуса подозреваемого, а соответственно последний был подвержен уголовному преследованию со стороны органов предварительного следствия. Отсутствие в материалах исследованных уголовных дел, материала проверки документов, предусмотренных ст. 46 УПК РФ не свидетельствуют об обратном.

Суд считает установленным факт причинения морального вреда ФИО11 в результате незаконного уголовного преследования.

При определении размеров компенсации морального вреда суд приходит к следующему.

Согласно части 3 статьи 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Соответствующие разъяснения приведены и в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении», где указано, что выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами. Заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 ст. 56 ГПК РФ.

Исходя из приведенных правовых норм и разъяснений, определение содержания того материально-правового требования к ответчику, удовлетворения которого посредством судебного разбирательства добивается истец, является диспозитивным правом последнего.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что истцом заявлено о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование (из расчета 1031 день с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ –дата подачи иска по 2000 руб. за каждый день), выразившееся в нахождении под следствием.

Вместе с тем, суд не может согласиться с размером компенсации, заявленной истцом, основанном на не обоснованном и не основанном на нормах права расчете.

Как установлено судом ФИО11 органами предварительного следствия подозревался в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ. В отношении ФИО11 проведен ряд следственных действий: проведены обыски по месту жительства и принадлежащем ему нежилом помещении (гараже); отобраны объяснения в порядке ч. 1 ст. 144 УПК РФ, допрошен в качестве подозреваемого; проведены очные ставки с другими фигурантами по уголовному делу. Уголовное преследование ФИО11 прекращено ДД.ММ.ГГГГ вынесением следователем постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Таким образом уголовное преследование ФИО11 исходя из заявленного начального периода с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (вынесение постановления об отказе в возбуждении уголовного дела) продолжалось 196 календарных дней.

Какая-либо мера пресечения, в том числе ограничивающая свободу передвижения в отношении ФИО11, не избиралась, в связи с чем довод истца об этом не состоятелен. Обвинение ФИО11 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ не предъявлялось

Факт причинения истцу нравственных страданий в результате незаконного осуждения и незаконного привлечения к уголовной ответственности, не подлежит оспариванию, является, безусловно, тяжелым событием для любого лица, однако, истцом при рассмотрении настоящего дела относимых и допустимых доказательств того, что привлечение его к уголовной ответственности препятствовало в трудоустройстве, не представлено.

Довод истца о его увольнении со службы в органах внутренних дел на основании ложного подозрения следователя суд не принимает во внимание, поскольку основанием к увольнению ФИО11 послужило совершение истцом проступка, порочащего честь и достоинство сотрудника отдела внутренних дел, так как его поведение вызвало сомнение в соответствии требованиям, предъявляемым к личным, служебным качествам сотрудника органов внутренних дел, способное нанести ущерб репутации, как самого истца, так и авторитету органам внутренних дел. Данные обстоятельства установлены заключением служебной проверки №, утвержденной начальником ГУ МВД Росси по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

Указанное заключение служебной проверки, послужившее основанием к увольнению ФИО11 из органов внутренних дел незаконным и необоснованным не признано. Напротив, суды первой, апелляционной и кассационной инстанций подтвердили законность увольнения ФИО11 в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Суд принимает во внимание, что обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам на реализацию прав льготных категорий граждан.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывая положения ст. 1101 ГК РФ исходит не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и считает недопустимым неосновательное обогащение потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает личность истца, ранее не привлекавшегося к уголовной ответственности, официально трудоустроенного, состоящего в зарегистрированном браке, имеющего на иждивении несовершеннолетнего ребенка, установление факта вступления в преступный сговор с ФИО7 и ФИО6 на совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, его добровольный отказ от продолжения совершения преступления; отсутствие доказательств невозможности трудоустройства. Судом также учтен и срок

уголовного преследования 196 дней.

С учетом установленных обстоятельств, вышеприведенных доводов, суд считает правильным взыскать компенсацию морального вреда из расчета 408 руб. 16 коп. за каждый день уголовного преследования.

Таким образом, в пользу ФИО1 подлежит к взысканию денежная сумма с учетом округления в размере 80000 руб. (196 дней привлечения к уголовной ответственности.* 408,16р).

оссии по <адрес> ФИО3 по уголовному делу №

Руководствуясь ст. 194 -199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО11 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Саратовской области о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации (ОГРН <***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО11 (паспорт 6308 №) компенсацию морального вреда в сумме 80000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд через Балашовский районный суд Саратовской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме (06 августа 2025 года).

Председательствующий С.Э. Тарараксина