Решение по делу № 2-7118/2023 от 18.08.2023

Дело № 2-7118/2023

УИД 45RS0026-01-2023-006915-19

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Курганский городской суд Курганской области в составе:

председательствующего судьи Бабкиной Л.В.,

с участием прокурора Шостовой К.С.,

при секретаре Петуховой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кургане 18 августа 2023 г. гражданское дело по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Курганская генерирующая компания» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Курганская генерирующая компания» (далее – ПАО «Курганская генерирующая компания») о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований указала, что ее супруг ФИО2, работая в ПАО «Курганская генерирующая компания» в должности огнеупорщика 6 разряда, при выполнении работ по устранению дефектов поверхностей нагрева котлоагрегата получил тяжелую травму в результате несчастного случая на производстве. В связи с полученной травмой он длительное время находился на стационарном и амбулаторном лечении, ему установлена степень утраты трудоспособности <данные изъяты> бессрочно. В результате произошедшего несчастного случая с супругом, она испытала физические и нравственные страдания, ухудшилось ее состояние здоровья, в связи с чем, считает, что имеет право на компенсацию морального вреда. Просит суд взыскать с ПАО «Курганская генерирующая компания» в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 600000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 50000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании на требованиях настаивала согласно доводам искового заявления.

Представитель ответчика ПАО «Курганская генерирующая компания» по доверенности ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований по доводам письменного отзыва, кроме того просила снизить расходы на представителя.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования.

Третьи лица ФИО4, ФИО5, представитель третьего лица Государственной инспекции труда Курганской области в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Заслушав пояснения сторон, свидетеля, заключение прокурора, который полгал, что требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что решением Курганского городского суда Курганской области от 1 ноября 2022 г. по гражданскому делу № 2-9606/2022 исковые требования ФИО2 к ПАО «Курганская генерирующая компания» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично, с ПАО «Курганская генерирующая компания» в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 500000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Курганского областного суда от 16 марта 2023 г. решение Курганского городского суда Курганской области от 1 ноября 2022 г. оставлено без изменения, апелляционная жалоба ПАО «Курганская генерирующая компания» - без удовлетворения.

Указанными судебными актами установлено, что ФИО2 с 1 ноября 2010 г. состоял в трудовых отношениях с ОАО «Курганская генерирующая компания» (ныне ПАО «Курганская генерирующая компания»), с 15 апреля 2011 г. был переведен на должность огнеупорщик 6 разряда цеха централизованного ремонта котельного отделения. На основании поданного заявления ФИО2 был уволен по соглашению сторон 23 января 2015 г.

Из акта № 3 о несчастном случае на производстве от 25 апреля 2014 г. следует, что 25 апреля 2014 г. в 9 час. 30 мин. при снятии тепловой изоляции с трубопровода диаметром 133 мм, расположенного на высоте 1,8 м от площадки обслуживания котлоагрегата ст. № 10 (отметка 22,8 м), ФИО2 встал левой ногой на среднюю перемычку перильного ограждения площадки, а правой на верхнюю. Снимая тепловую изоляцию с трубопровода, ФИО2 потянулся рукой, чтобы разрезать кусачками проволоку, при этом вес тела перенес на правую ногу, в результате чего перила сломались в районе крепления к колонне котла и первой по ходу стойке перил. ФИО2 упал на площадку обслуживания котлоагрегата ст. № 10, расположенную на отметке 19,5 м.ФИО6 иГлинько А.Н.находились на отметке 23,8 м, услышав шум, посмотрели вниз и увидели ФИО2 лежащего на площадке обслуживания (отметка 19,5 м). Отмечено, что ФИО2 выполнял работу по снятию изоляции в неудобной позе.

В качестве причин несчастного случая указана неудовлетворительная организация производства работ, выраженная в недостаточности (полноте) проведенного целевого инструктажа в бригаде, введенной в наряд № 17-04 для снятия тепловой изоляции. Нарушение раздела 4.2 пункта 4.2.3 «Правил техники безопасности при эксплуатации тепломеханического оборудования электрических станций и тепловых сетей» РД 34.03.201-97, раздела 4 пункта 4.4 Должностной инструкции старшего мастера по ремонту оборудования котельных и пылеприготовительных цехов»; статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации; нарушение пункта 3.4.18 «Инструкции по охране труда для огнеупорщика, изолировщика на термоизоляции» № ИО-КЦ-06; статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации.

Лица, допустившие нарушение требований безопасности охраны труда: ФИО7 - старший мастер котельного отделения цеха централизованного ремонта, являясь руководителем работ по наряду № 17-04, при проведении целевого инструктажа бригаде по ремонту изоляции и обмуровки, не уделил должного внимания производству работ по снятию тепловой изоляции с трубопроводов, находящихся на высоте 1.8 м от уровня площадки обслуживания, чем нарушил положения раздела 4.2. пункта 4.2.3. «Правил техники безопасности при эксплуатации тепломеханического оборудования электростанций и тепловых сетей» РД 34.03.201-97, раздела 4 пункта 4.4. «Должностной инструкции старшего мастера по ремонту оборудования котельных и пылеприготовительных цехов»; статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации; ФИО2 - огнеупорщик 6 разряда котельного отделения цеха централизованного ремонта, который производил работу по снятию тепловой изоляции стоя на перилах ограждения площадки обслуживания, нарушил положения пункта 3.14.18. «Инструкции по охране труда для огнеупорщика, изолировщика на термоизоляции» № ИО-КЦ-06, ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации.

Член комиссии по расследованию несчастного случая на производствеРоманова Н.А.при составлении акта выразила особое мнение относительно указания ФИО2 в числе лиц, ответственных за допущенные нарушения, явившихся причинами несчастного случая, согласно которому одна из причин несчастного случая - неудовлетворительная организация производства работ, отсутствие мероприятий, обеспечивающих безопасность выполнения данных работ (с исключением работ в неудобной позе), нарушены статья 212 Трудового кодекса Российской Федерации, пункты 1.2, 1.3, 1.4 ПОТ РО-14000-005-98 Положение. Работы с повышенной опасностью. Организация проведения. Считает, что ФИО2 не должен быть включен в число лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, так как перед началом работ инструктаж в объеме инструкций руководителем работ с ФИО2 не проведен, подмостями и страховочным поясом работник обеспечен не был, выполнение работ с пола площадки ему было неудобно (неудобная поза с поднятием рук выше уровня плеч), поэтому он встал левой ногой на средние перила, а правой – на верхние перила ограждения площадки, перила сломались в месте их крепления к колонне котла и стойке перил (перила были не проварены, а только прихвачены.

В связи с несчастным случаем ФИО2 был доставлен в ГБУ «Курганская больница № 2».

Как следует из представленных медицинских документов, в период с 25 апреля 2014 г. по 23 мая 2014 г. ФИО2 находился на стационарном лечении в отделении множественной и сочетанной травмы ГБУ «Курганская больница № 2» с диагнозом: <данные изъяты> 6 мая 2014 г. ФИО2 была проведена хирургическая операция.

Со 2 по 16 декабря 2016 г. ФИО2 находился на лечении в травматолого-ортопедическом отделении № 10 ФГБУ «РНЦ «ВТО» им. акад. Г.А. Илизарова Минздрава России» с диагнозом: <данные изъяты> 5 декабря 2016 г. ФИО2 проведена операция – <данные изъяты>

5 декабря 2019 г. ФИО2 являлся на консультативный прием к врачу травматологу-ортопеду консультативно-диагностического отделения ФГБУ «РНЦ «ВТО» им. акад. Г.А. Илизарова Минздрава России». Ему поставлен диагноз<данные изъяты>

Следствием полученной травмы в результате несчастного случая на производстве стало установление истцу инвалидности <данные изъяты> первоначально была установлена степень утраты трудоспособности – <данные изъяты>, в последующем степень утраты профессиональной трудоспособности была снижена <данные изъяты>, как следует из справки серии № от 29 ноября 2017 г. выданной ФИО2

В соответствии с пунктом 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Из материалов дела следует, что с 12 апреля 2022 г. по 2 мая 2022 г. ФИО2 в связи с полученной профессиональной травмой проходил лечение в специализированном реабилитационном отделении профессиональных заболеваний ФБУ Центра реабилитации фонда социального страхования Российской Федерации «Тараскуль» по путевке № с диагнозом <данные изъяты>

По сведениям ГУ-Курганского регионального Фонда социального страхования Российской Федерации, ФИО2 ежегодно обеспечивается санаторно-курортным лечением.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 ссылается на то что, в результате произошедшего несчастного случая с супругом ФИО2, ей причинены колоссальные нравственные страдания морального характера, по причине причинения вреда здоровью родному человеку - мужу. До настоящего времени супруга, не оправилась от произошедшего. Поскольку ФИО2, в связи с полученными травмами испытывал трудности в удовлетворении своих бытовых потребностей, осуществляла за ним уход. ФИО2 после полученных травм, длительное время испытывал физическую боль, недомогание, нарушение сна и сильные душевные переживания, что также отражалось и на ней. До настоящего времени ФИО2 не оправился от полученных травм, не может работать, тяжело переживает произошедшее. Указанные обстоятельства, накладывают на ФИО1 тяжелую длительную психотравмирующую ситуацию, связанную с невозможностью продолжать привычный образ жизни, недомогание, нарушение сна и сильные душевные переживания за супруга. Последовало нарушение благополучия семьи, привычного для них уклада и образа жизни.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 является супругой ФИО2, что подтверждается свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ № и сторонами не оспаривалось.

Согласно выписке из амбулаторной медицинской карты № ГБУ «Курганская поликлиника № 1», начиная с ДД.ММ.ГГГГ (после несчастного случая) истец неоднократно обращалась за медицинской помощью и ей установлен диагноз: <данные изъяты>

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пункте 15 названного постановления закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Из разъяснений пункта 22 пункт Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ) (пункт 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано (пункт 32): учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Руководствуясь вышеприведенными нормами закона, и принимая во внимание, что в результате травмирования ФИО2 на производстве, его супруге ФИО1 причинены нравственные страдания, суд с учетом конкретных обстоятельств дела, уходом за ФИО2 в период нахождения его на стационарном лечении в медицинских учреждениях ГБУ «Курганская больница №2» - с 25 апреля по 23 мая 2014 г. в ФГБУ «РНЦ «ВТО» им. Академика Г.А. Илизарова» - с 2 декабря 2016 г по 16 декабря 2016 г., а затем амбулаторном, с учетом осуществления ухода ФИО1 за супругом ФИО2 после проведенных операций и выписке из лечебного учреждения на протяжении длительного времени (транспортировка ФИО2 в лечебное учреждение, помощь в быту), наличия степени нравственных страданий истца ФИО1, понесшей переживания по факту травмирования супруга ФИО2, в результате у чего у нее ухудшилось состояние здоровья, суд приходит к выводу о том, что с ответчика ПАО «Курганская генерирующая компания» в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 250 000 руб., что является разумным и справедливым.

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

В соответствии с договором об оказании юридических услуг от 17 апреля 2023 г. истцом понесены судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 50000 руб., что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 17 апреля 2023 г. №.

Учитывая объем выполненной представителем истца работы в связи с рассмотрением настоящего дела (подготовка иска, участие в одном судебном заседании), время, затраченное на участие в одном судебном заседании, исходя из результата рассмотрения заявленных истцом требований, суд считает возможным взыскать с ПАО «Курганская генерирующая компания» в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя в размере 10000 руб., считая его соответствующим фактической занятости представителя в судебном разбирательстве и принципу разумности.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета исходя из общей суммы удовлетворенных требований истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Курганская генерирующая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 250000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 руб.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Курганская генерирующая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования г. Курган государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Курганский городской суд Курганской области.

С мотивированным решением стороны могут ознакомиться 25 августа 2023 г.

Судья Бабкина Л.В.

Мотивированное решение изготовлено 28 августа 2023 г.