Решение по делу № 2-12737/2022 от 20.12.2023

УИД 11RS0001-01-2022-018979-63

Дело № 2-1876/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 декабря 2023 года г. Сыктывкар Республики Коми

Сыктывкарский городской суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Григорьевой Е.Г.,

при секретаре Онок М.С.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных расходов,

установил:

первоначально ФИО1 (далее – истец) в лице представителя ФИО2, действующего на основании доверенности, обратилась в суд с иском к ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 804119 рублей 34 копейки, взыскании судебных расходов по оплате услуг эксперта в размере 12500 рублей 00 копеек, по оплате услуг представителя в размере 10000 рублей 00 копеек, по оплате государственной пошлины в размере 11241 рубль 00 копеек.

В обоснование заявленных требований представитель истца указал, что 9 ноября 2022 года произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП), в результате которого причинены механические повреждения принадлежащему ФИО1 транспортному средству марки .... Указанное ДТП произошло с участием автомобиля марки «..., под управлением ФИО3, гражданская ответственность которого на момент ДТП не была застрахована. ДТП произошло по вине ФИО3, что подтверждается административным материалом и послужило основанием для подачи в суд настоящего иска в соответствии со ст.ст. 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В ходе рассмотрения подготовки дела к судебному разбирательству и его рассмотрения по инициативе суда расширен субъектный состав участвующих в деле лиц, к участию в нем в порядке ст. 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены САО «ВСК», ФИО6, по ходатайству представителя истца в ходе рассмотрения дела осуществлена замена ненадлежащего ответчика на надлежащего – ФИО3 в порядке ст. 41 ГПК РФ.

В судебном заседании представитель истца ФИО7 поддержал требования своего доверителя по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал против удовлетворения иска с учетом выводов судебной экспертизы.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом, не сообщили об уважительных причинах неявки и не просили о рассмотрении дела в свое отсутствие.

С учетом положений ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав письменные материалы дела, обозрев административный материал, дело об административном правонарушении №..., выслушав позиции представителей сторон, опросив эксперта ФИО10, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ** ** ** в ... произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки «..., под управлением водителя ФИО6 (собственник ФИО1), и автомобиля марки «..., под управлением ФИО3, он же собственник.

В результате данного ДТП автомашина истца получила механические повреждения.

Постановлением по делу об административном правонарушении №... от ** ** ** ФИО3 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ.

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО3 обратился в Сыктывкарский городской суд Республики Коми с жалобой; решением Сыктывкарского городского суда Республики Коми от ** ** ** постановление инспектора ОГИБДД УМВД России по г. Сыктывкару №... от ** ** ** оставлено без изменения, жалоба ФИО3 без удовлетворения.

Однако указанное не лишает возможности лицо оспаривать вину в причинении ущерба в рамках гражданского процесса, поскольку факты вины в причинении ущерба и вины в совершении административного правонарушения различны.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству представителя ответчика по делу назначена и проведена комплексная судебная экспертиза, выполненная ИП ФИО10

В соответствии с выводами, изложенными в заключении эксперта №... от ** ** ** установлено, что водители транспортных средств «... осуществляли движение в светлое время суток, по крайней правой полосе проезжей части участка дороги ...) в попутном направлении со стороны ... транспортное средство «..., под управлением ФИО3, осуществляло движение с плавным отклонением от прямолинейной траектории движения в сторону правого края проезжей части, по ходу его движения. Транспортное средство «...», под управлением ФИО6 двигалось позади транспортного средства «... прямолинейно, без видимых признаков изменения траектории движения. После проезда водителями пересечения ... их транспортные средства из-за особенностей участка дороги, фактически располагались уже в средней полосе движения, поскольку проезжая часть ... имеет уширение в правой части и образует дополнительную полосу для движения транспортных средств. Далее в процессе движения оба водителя стали одновременно совершать маневр перестроения из средней полосы движения на крайнюю правую полосу, однако водитель транспортного средства «... совместно с маневром перестроения, не завершив его, стал совершать маневр опережения впереди движущегося в попутном направлении транспортного средства «..., который также находился в процессе выполнения маневра перестроения в крайнюю правую полосу движения, впоследствии допустив сокращение безопасной дистанции и бокового интервала с транспортным средством «... и во избежание столкновения воздействуя на органы управления автомобиля применил торможение, а также изменил траекторию движения в сторону правого края проезжей части дороги.

В результате описанных действий водитель «... выехал на газон, расположенный за пределами правой половины проезжей части дороги по ходу его движения, в результате чего совершил наезд на вертикальную балку электроопоры.

В результате описанной фазы взаимного сближения транспортных средств, произошло блокирующее взаимодействие между центральной передней (фронтальной) частью кузова транспортного средства «... и вертикальной балкой электроопоры, приведший к отображению объемных статических следов (отпечатков) контактирующей поверхности от балки электроопоры (изготовленной из железобетона) на транспортном средстве «... В процессе передачи ударно-давящего усилия от контакта с железобетонной балкой на автомобиле «... произошло продольно направленное (спереди назад) вдавливание наружных составных частей транспортного средства «..., вызывая разрушение облицовочных элементов изготовленных из пластика, а также деформации составных частей изготовленных из металла. Продавливание наружных составных частей вглубь подкапотного пространства неизбежно привело к пространственному смещению составных частей с нарушением технологических зазоров со смежными деталями, а также к образованию множественных вторичных повреждений, не участвовавших в прямом контактно-следовом взаимодействии со следообразующим объектом (предметом) а являющихся следствие распределения ударно-давящего усилия через наружные составные части, участвовавшие во взаимодействии.

Исходя из того, что водитель транспортного средства «... изменил траекторию движения в сторону газона расположенного за пределами правого края проезжей части дороги по Октябрьскому проспекту, транспортное средство «... в контактно-следовое взаимодействие с транспортным средством «... не вступал, в связи, с чем обосновывается отсутствие повреждений (следов контакта) на транспортном средстве «....

В результате указанного контактно-следового взаимодействия транспортного средства «... с вертикальной балкой электроопоры скорость указанного транспортного средства была полностью погашена, т.е. транспортное средство «... совершило полную остановку в месте, зафиксированном на фотоматериалах с места ДТП, а также на схеме места ДТП.

Ввиду того, что водитель транспортного средства «... в контактно-следовое взаимодействие с транспортным средством «... не вступал, он продолжил движение на некоторое расстояние в намеченном направлении и совершил остановку в месте зафиксированном на фотоматериалах и схеме места ДТП.

Водитель ФИО6 управляя транспортным средством «... при движении по средней полосе проезжей части дороги Октябрьского проспекта при осуществлении маневра перестроения на крайнюю правую полосу должен был руководствоваться следующими пунктами Правил Дорожного Движения РФ: п.1.3; п.1.5; п.8.1; п.8.4; п.9.1, п.9.10, п. 10.1(абз. 2).

Водитель ФИО3, управляя транспортным средством «... при движении по средней полосе проезжей части дороги Октябрьского проспекта при осуществлении маневра перестроения на крайнюю правую полосу, должен был руководствоваться следующими пунктами Правил Дорожного Движения РФ: п.1.3; п.1.5; п.8.7; п.8.4; п.9.1, п.9.10, п. 10.1(абз. 2).

По результатам проведенного исследования механизма развития ДТП, в отношении водителя «... экспертом установлено, что в процессе выполнения маневра одновременного перестроения попутно движущихся транспортных средств из средней полосы движения в крайнюю правую полосу, опасности для движения транспортного средства «..., он не создавал, следовательно, оснований для оценки действий водителя транспортного средства «..., как несоответствующих техническим требованиям ПДД РФ не имеется, поскольку в момент столкновения с транспортным средством «..., водитель транспортного средства «... не обладал объективной возможностью повлиять на сложившуюся опасную ситуацию, перешедшую в последующем в аварийную.

Таким образом, при рассматриваемых обстоятельствах происшествия, водитель ФИО3, управлявший транспортным средством «..., действуя в соответствии с требованиями ПДД РФ, не располагал технической возможностью избежать столкновения с транспортным средством «..., находящегося под управлением водителя ФИО6

По результатам проведенного исследования в конкретно сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель транспортного средства «... ФИО6 своими действиями, не соответствующими техническим требованиям п.1.3, п.1.5, п.9.10 ПДД РФ, в процессе совершаемого им маневра, не соблюдая безопасную дистанцию до впереди движущегося в попутном направлении транспортного средства «ГАЗ 2705», г.р.з. О 442 АР 11, в результате чего создал опасную ситуацию для себя, впоследствии сам же и перевел ее в аварийную. Действия водителя ФИО6, управлявшего «... являются достаточными, чтобы ДТП произошло.

Следовательно, можно сделать вывод о том, что действия водителя автомобиля «... ФИО6, не соответствующие техническим требованиям п.1.3, п.1.5, п.9.10 ПДД РФ, находятся в причинно-следственной связи с ДТП, имевшим место ** ** ** возле ... в процессе выполнения маневра одновременного перестроения транспортных средств ... из занимаемой ими средней полосы движения на крайнюю правую.

Таким образом, при рассматриваемых обстоятельствах происшествия и сложившихся дорожных условиях на момент ДТП, по результатам проведенного исследования эксперт пришел к выводу о том, что предотвращение данного ДТП (наезда транспортного средства «... на вертикальную балку электроопоры), зависело не от наличия у водителя транспортного средства «... технической возможности предотвратить данное ДТП, а от его объективных действий, а именно от своевременного и полного выполнения им требований п.1.3, п.1.5, п.9.10 ПДД РФ в процессе совершения маневра одновременного перестроения с транспортным средством «... из занимаемой ими средней полосы движения на крайнюю правую полосу движения, т.е. водитель должен был осуществлять маневр перестроения, не создавая помехи и опасности для движущегося впереди в попутном направлении транспортного средства «... 11, имеющему преимущественное право на завершение маневра перестроения, а также не начинать маневр опережения до того момента пока полностью не занял целевую полосу для движения.

По результатам проведенного исследования механизма ДТП (с учетом проведенного исследования видеозаписей с камер наружного наблюдения системы «Безопасный город», материалов гражданского дела № 2-1876/2023, административного материала по факту ДТП, эксперт также пришел к выводу о том, что действия водителя ФИО6, управлявшего транспортным средством «..., не соответствовали критериям технических требований п.1.3, п.1.5, п.9.10ПДД РФ, поскольку при осуществлении одновременного маневра перестроения совместно с транспортным средством «... заключающегося в виде выезда из занимаемой ими средней полосы движения на крайнюю правую полосу попутного направления он обязан был обеспечивать безопасную дистанцию и не создавать опасности для движения попутно движущемуся транспортному средству «.... Кроме того, маневр опережения транспортным средством «... следовало бы считать возможным и оправданным только в том случае, когда водитель первым закончил маневр перестроения, т.е. полностью занял целевую полосу движения раньше, чем впереди движущееся в попутном направлении транспортное средство «....

п.1.3, п.1.5, п.8.1, п.8.4, п.9.10, п.10.1 (абз.2) - несоответствия действий критериям технических требований ПДД РФ не усматривается. Указанные пункты ПДД РФ следует рассматривать в совокупности, поскольку они являются взаимовытекаемыми. Как установлено по результатам исследования видеозаписей с камер наружного наблюдения системы «Безопасный город», в процессе движения, при одновременном совершении маневра перестроения транспортного средства «... и движущимся позади в попутном направлении транспортным средством «... опасности и помехи не создавал по определению по причине того, что транспортное средство «... не располагалось в крайней правой полосе движения, а только выезжало на неё, также как и транспортное средство «....

По результатам установленных несоответствий действий водителей техническим критериям требований Правил дорожного движения РФ эксперт пришел к выводу о том, что в действиях водителя ФИО6, управлявшего в момент ДТП транспортным средством «..., учитывая его фактические действия не соответствующие требованиям п.1.3, п.1.5, п.9.10 ПДД РФ в сложившейся дорожно-транспортной ситуации, следует расценивать как причину происшествия (ДТП), т.е. водитель не имел преимущественного правая на движение, что в последствии и привело к наезду транспортного средства «... на вертикальную балку электроопоры. Экспертом отмечено, что несоответствия действий водителя ФИО6 требованиям указанных пунктов ПДД РФ находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями - «бесконтактному» ДТП с наездом транспортного средства «... на вертикальную балку электроопоры, расположенной на газоне за пределами правой половины проезжей части дороги возле ... по ходу его движения.

Названное экспертное заключение проведено экспертом, компетентным и соответствующим требованиям системы сертификации для экспертов судебной экспертизы в области проведенного исследования, в соответствии с нормами действующего законодательства, эксперту разъяснены его права и обязанности, он предупрежден об уголовной ответственности. Указанное экспертное заключение аргументировано, последовательно, не противоречиво, содержит развернутые ответы на все поставленные судом вопросы, отвечает требованиям ст.ст. 59, 60 ГПК РФ об относимости и допустимости доказательств и принимается судом в качестве доказательства по делу.

Кроме того, эксперт, будучи предупрежденным об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, эксперт допрошен в судебном заседании, дал исчерпывающие, аргументированные пояснения, подтверждающие правильность выводов ранее выполненного им по поручению суда заключения.

При изложенных обстоятельствах, суд признает заключение эксперта ФИО10 допустимым доказательством по делу, которое может быть положено в основу решения суда.

Мотивированных возражений относительно заключения эксперта, которые могли бы повлиять на его выводы, участниками процесса не представлено.

Таким образом, вина ответчика ФИО3 в имевшем место дорожно-транспортном происшествии в ходе рассмотрения настоящего дела не установлена.

В силу закрепленного в ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). То есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в случае повреждения имущества - в размере расходов, необходимых для приведения его в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая. К указанным расходам относятся также расходы на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта, расходы на оплату работ, связанных с таким ремонтом.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ответственным за причиненный ущерб в данном случае ФИО3 не является, в связи с чем заявленные истцом требования о взыскании с ответчика денежных средств в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, не обоснованны и удовлетворению не подлежат.

В силу положений ст.ст. 84-98 ГПК РФ, с учетом отказа в удовлетворении иска ФИО1 в полном объеме, также отсутствуют правовые основания для взыскания с ФИО3 понесенных истцом судебных расходов по оплате услуг представителя, по оплате услуг эксперта, а также расходов по оплате государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных расходов – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывкарский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Срок составления мотивированного решения – 27 декабря 2023 года.

Судья Е.Г. Григорьева