Дело №2-2458/2022

УИД 73RS0013-01-2022-004410-68

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 ноября 2022 года г. Димитровград

Димитровградский городской суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Андреевой Н.А., при секретаре Спиридоновой А.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Калужский завод энергетического машиностроения», обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом Энергомаш-Белгород» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Калужский завод энергетического машиностроения», указав в обоснование своих требований, что между АО «Калужский завод энергетического машиностроения» и АО «Государственный научный центр Научно-исследовательский институт атомных реакторов» был заключен договор подряда №* от (ДАТА). (ДАТА) ФИО1 заключил трудовой договор с АО «Калужский завод энергетического машиностроения». Во исполнение обязательств по вышеуказанному договору подряда, АО «Калужский завод энергетического машиностроения» (ДАТА) заключил договор подряда №* с ООО «ТД Энергомаш-Белгород», которое фактически выполнило функции субподрядчика организации. Согласно письмам ООО «ТД Энергомаш-Белгород», в исполнение субподрядчика взятых на себя обязательств по Договору, общество просило АО Калужский завод энергетического машиностроения» оформить пропуска на своих работников, в числе которых был указан и истец ФИО1 Поскольку Договор между ООО «ТД Энергомаш-Белгород» и АО «Калужский завод энергетического машиностроения» расторгнут, пропуска работников субподрядной организации на территорию АО «ГНЦ НИИАР» были заблокированы. В числе лиц, в отношении которых пропуска аннулированы, был и ФИО1 <данные изъяты>. Факт выполнения субподрядных работ на территории АО «ГНЦ НИИАР» подтверждается наличием табеля учета рабочего времени на работников бригады под руководством ФИО1 за май - ноябрь 2021 г. Также имеются акты выполненных работ из которых видно, что бригада под руководством ФИО1 на территории объекта АО «ГНЦ НИИАР» выполняла определенные виды работ. Вместе с тем, до настоящего времени истцу не выплачена заработная плата, размер которой по состоянию на (ДАТА) составляет 643 600 руб. Также указал, что действиями ответчика ему причинен моральный вред.

Просит взыскать с ответчика АО «Калужский завод энергетического машиностроения» в свою пользу долг по заработной плате в размере 643600 руб. за период с 1 мая по 15 ноября 2021г., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Определением суда от (ДАТА) к участию в дело в качестве ответчика привлечено ООО «Торговый дом Энергомаш-Белгород», в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Строй Финанс».

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по основаниям, в нем изложенным, дополнив, что, осенью 2020 года к нему обратился ФИО2 и предложил ему работу в АО «ГНЦ НИИАР», объяснили характер работы. Было достигнуто соглашение, что его заработная плата будет состоять из 3500 руб. за смену, 400 рублей суточные, 50 рублей за проезд. (ДАТА) после проведения общего собрания, ему был оформлен пропуск, также оформили трудовой договор, который ему не отдали. С (ДАТА) год он приступил к работе. Работал он до (ДАТА) пока не заблокировали пропуск. За период его работы ему ни разу не была выплачена заработная плата. Также пояснил, что ему неизвестно почему в трудовой книжке у него в качестве <данные изъяты> указано ООО «Строй Финанс», в данной организации он не работал. Просил исковые требования удовлетворить.

Представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности, доводы иска поддержал, дав пояснения, аналогично пояснениям истца.

Представитель истца – адвокат Багаутдинов А.Д. ранее принимавший участие в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам, в нем изложенным.

Представитель ответчика АО «Калужский завод энергетического машиностроения» в судебное заседание не явились, представил возражения на иск, указав, что ФИО1 сотрудником завода не является, является работником ООО «Торговый Дом Энергомаш Белгород», с которой был заключен договор подряда на выполнение работ в АО «ГНЦ НИИАР». Просил в иске отказать (л.д.85).

Представители ответчика ООО «Торговый Дом Энергомаш Белгород», третьего лица ООО «Строй Финанс» в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены. Возражений на иск не представили.

Представитель третьего лица АО «ГНЦ НИИАР» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен, просил о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Суд, руководствуясь ст.167, 119 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав истца, его представителей, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (часть 1 данной нормы).

Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

В статье 76 Трудового кодекса Российской Федерации перечислены основания отстранения работника от работы.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 19 мая 2009 г. N 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенных между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации (абзац пятый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

В силу части третьей статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В пункте 21 данного постановления разъяснено, что при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Из приведенного правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работников как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе об установлении факта нахождения в трудовых отношениях) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. Суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. В тех случаях, когда с работником не был заключен трудовой договор в письменной форме, но работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, все неустранимые сомнения при рассмотрении судом названных споров толкуются в пользу наличия трудовых отношений, то есть наличие трудового правоотношения в таком случае презюмируется. При этом доказательства отсутствия трудовых отношений в таком споре должен представить работодатель. В случае признания отношений, связанных с использованием личного труда, трудовыми отношениями, работодатель не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями обязан оформить с работником трудовой договор в письменной форме.

Из материалов дела следует, что (ДАТА) между АО «ГНЦ НИИАР» и АО «КЗАЭМ» заключен договор подряда №* согласно которого подрядчик обязуется выполнить работы по капительному ремонту турбоагрегата РУ ВК-50 по заданию заказчика и сдать результат заказчику, а заказчик обязуется принять соответствующий положениям Договора результат работ и оплатить его.

(ДАТА) между АО «Калужский завод энергетического машиностроения» (заказчик) и ООО «Торговый Дом Энергомаш-Белгород» (подрядчик) заключен договор подряда №* согласно которого заказчик поручает, а подрядчик принимает на себя обязательства выполнить комплекс работ по капитального ремонту конденсаторов ТК-1, ТК-2, капитальному ремонту генератора ТВФ60-2, капитальному ремонту эжекторов ЭО-1,2,3 и ЭУ-5 согласно калькуляции в соответствии с требованиями, указанными в договоре, с достижением требуемых заказчиком результатов работ, указанных в калькуляции. Местом выполнения работ: <адрес>, АО «ГНЦ НИИАР» (Т1, л.д.66-79).

Согласно пояснениям истца, в период с (ДАТА) по (ДАТА) он осуществлял трудовую деятельность в качестве инженера АО «Калужский завод энергетического машиностроения».

Из представленных суду нарядов-допусков на выполнение опасных работ следует, что ФИО1 поименован в качестве <данные изъяты> АО «КЗАЭМ», ответственного за выполнение работ (л.д.140 оборотная сторона - 168, Т.1)

В подтверждение своих доводов в судебном заседании в качестве свидетелей допрошены Е. и З.., которые суду показали, что вместе с ФИО1 работали в АО «ГНЦ НИИАР» в качестве работников АО «Калужский завод энергетического машиностроения». ФИО1 исполнял обязанности <данные изъяты>, занимался ведением табеля, выдавал заработную плату.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется, вместе с тем, их показания достоверно не подтверждают наличие трудовых отношений между истцом и ответчиками.

Более того, из имеющегося в материалах дела уведомления от (ДАТА), направленного АО «Калужский завод энергетического машиностроения» в адрес АО «ГНЦ НИИАР» (л.д.109-110, Т.1) следует, что ФИО1 числится <данные изъяты> ООО «ТД Энергомаш-Белгород» (запись №*).

Из письма АО «Калужский завод энергетического машиностроения» в адрес АО «ГНЦ НИИАР» от (ДАТА) (л.д.111 Т.1) АО «КЗАЭМ» просило заблокировать пропуска на территорию промплощадки АО «ГНЦ НИИАР» на работников ООО «Энергомаш-Белгород», в том числе истца ФИО1 (запись №*).

Также имеется письмо ООО «Торговый Дом Энергомаш-Белгород» от 28.12.2021 года (Т.1 л.д.110 оборотная сторона), адресованное в АО «КЗАЭМ» с просьбой оформить пропуск на территорию АО «ГНЦ НИИАР» с 10.01.2022 по 14.01.2022 для вывоза имущества ФИО1, а также претензия о возражении к расторжению договора с указанием ответственных лиц по вывозу имущества ООО «Торговый Дом Энергомаш-Белгород», в числе которых указан ФИО1

Представленные суду табели рабочего времени, из которых следует о том, что ФИО1 выполнял работы в АО «Калужский завод энергетического машиностроения» суд оценивает критически, поскольку данные табели велись самим истцом и подписаны им же.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15).

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (абзац пятый пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15).

Вместе с тем, при рассмотрении дела суду не представлены доказательства, позволяющие суду квалифицировать сложившиеся в период с (ДАТА) отношения между ФИО1 и АО «Калужский завод энергетического машиностроения» и ООО «Торговый Дом Энергомаш-Белгород», как трудовые.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО1 состоит в трудовых отношениях с ООО «Строй Финанс», куда он принят (ДАТА) на должность <данные изъяты>, что подтверждается трудовой книжкой. Трудовой договор с ФИО1 расторгнут (ДАТА) (л.д.220-221).

Записи о работе ФИО1 в ООО «Строй Финанс» содержатся в налоговом органе (л.д.239, Т.1), а также в отделении Пенсионного фонда.

В материалах дела также имеются удостоверения, выданные как ООО «Строй Финанс» так и ООО «Торговый дом Энергомаш-Белгород».

Требования ФИО1 направлены на взыскание заработной платы, морального вреда, связанного с невыплатой заработной платы с ответчика АО «Калужский завод энергетического машиностроения», как с его работодателя.

Вместе с тем, с указанными доводами суд не соглашается и исходит из того, что представленные ФИО1 доказательства, безусловно не подтверждают тот факт, что истец в данную организацию трудоустраивался и фактически был допущен к работе на основании трудового договора.

При приеме на работу, со слов истца, с ним проводил беседу сотрудник ответчика ФИО2, вместе с тем, является ли указанное лицо уполномоченным принимать кадровые решения от имени АО «Калужский завод энергетического машиностроения» либо ООО «Торговый дом Энергомаш-Белгород» материалы дела не содержат.

Истец не отрицал, что с заявлением о приеме на работу к ответчику не обращался, необходимые при поступлении на работу документы не предъявлял, кадровых решений в отношении истца ответчик не принимал, приказ о приеме истца на работу не издавался, трудовой договор между сторонами не заключался, с Правилами внутреннего распорядка и должностной инструкцией его не знакомили.

Также из пояснений истца не следует, что ему при трудоустройстве стороной ответчика был установлен режим труда и отдыха, было достигнуто соглашение по размеру, порядку и срокам оплаты труда, устанавливались какие-либо социальные гарантии.

Суд при разрешении иска учитывает, что фактически весь спорный период истец состоял в трудовых отношениях с ООО «Строй Финанс».

В соответствии с частью 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Исходя из вышеизложенного, следует, что в отличие от гражданско-правового договора основной обязанностью работника по трудовому договору является выполнение работы по обусловленной трудовой функции. Это означает, что работник может выполнять любую работу, относящуюся к его трудовой функции (работу по определенной специальности, квалификации или должности). При этом достижение какого-либо результата не является обязательным. Для гражданско-правовых договоров характерно выполнение конкретной работы, цель которой - достижение результата, предусмотренного договором (факт конечного выполнения работы). Кроме того, работа по трудовому договору может выполняться только лично, на что императивным образом указано в части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации. По гражданско-правовым договорам личностный характер их выполнения необязателен.

Оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что АО «Калужский завод энергетического машиностроения» является ненадлежащим ответчиком по делу.

Указание в нарядах по допуску ФИО1 в качестве работника данной организации, при наличии договора подряда между АО «Калужский завод энергетического машиностроения» и ООО «Торговый дом Энергомаш-Белгород», других доказательств по делу, не свидетельствует о том, что ФИО1 каким-либо образом выполнял работы от имени данной организации.

Совокупность представленных суду доказательств позволяет сделать вывод о том, что между ООО «Торговый дом Энергомаш-Белгород» и истцом фактически сложились гражданско-правовые отношения, согласно которым ФИО1 в период с (ДАТА) по (ДАТА) выполнял работы в АО «ГНЦ НИИАР» в качестве сотрудника субподрядной организации. Доказательств обратного, отсутствие гражданско-правовых отношений с ФИО1 стороной ответчика ООО «Торговый дом Энергомаш-Белгород» суду не представлено.

При рассмотрении дела судом, на основании оценки представленных доказательств по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не была установлена совокупность предусмотренных вышеприведенными нормами материального права обстоятельств, свидетельствующих о заключении между сторонами спора именно трудового договора; истец, в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представил доказательств своего намерения вступить с ответчиками именно в трудовые отношения, не ссылался на доказательства в подтверждение выполнения трудовой функции, подчинения требованиям правил внутреннего трудового распорядка, работы согласно режима организации, получения от ответчика заработной платы.

При таких обстоятельствах отсутствуют основания для удовлетворения требований истца о взыскании заработной платы, а также компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Калужский завод энергетического машиностроения», обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом Энергомаш-Белгород» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Димитровградский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме – 24 ноября 2022 года.

Судья Н.А. Андреева