УИД 66RS0<№>-70

Дело № 33-11902/2022

(№ 2-303/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 10.08.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Колесниковой О.Г., судей Мурашовой Ж.А., Зоновой А.Е.,

при ведении протокола судебного заседания и аудиозаписи помощником судьи Евстафьевой М.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Богословское рудоуправление» о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ответчика на решение Краснотурьинского городского суда Свердловской области от 14.04.2023.

Заслушав доклад судьи Мурашовой Ж.А., объяснения истца ФИО1, заключение прокурора Беловой К.С., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился с иском к акционерному обществу «Богословское рудоуправление» (далее по тексту – АО «Богословское рудоуправление»), в обоснование которого указано, что истец состоит с ответчиком в трудовых отношениях, с 01.06.2010 по 22.07.2019 работал горнорабочим очистного забоя 5 разряда с полным рабочим днем в подземных условиях на подземном очистном участке №8 шахты «Северопесчанская». 23.07.2018 при выполнении трудовых обязанностей в результате обрушения и осыпи кусков горной массы на очистном участке №8 шахты «Северопесчанская» им получена тяжелая производственная травма «S22,0, S32,0 – компрессионный перелом 12 грудного и 1 поясничного позвонка, ЗЧМТ, сотрясение головного мозга, ушиб грудной клетки», что повлекло клиновидную деформацию тела L1 1 степени, посттравматический остеохондроз грудо-поясничного отдела, люмбалгию. По результатам проведенного расследования произошедшее событие признано несчастным случаем на производстве, что зафиксировано соответствующим актом от 10.08.2018 по форме Н-1. Актом было установлено, что 23.07.2018 заместителем начальника подземного очистного участка №8 ФИО2 было выдано письменное задание и.о. мастера горного этого же участка ФИО3 настроится на бурение на ЛК-68в первой левой р/п дучке СШ №32-бис оборудовать потолок перекрытия в ПШ4 на гор. – 296 м. ФИО3 выдал данный наряд звену горнорабочих, в которое входил ФИО1 По пути к месту проведения работ произошло обрушение целика под ФИО1 и сползание его вместе с отслоившимися кусками горной массы. В результате чего ФИО4 получил вышеперечисленные травмы. Указанные повреждения позволяют квалифицировать данный случай как тяжелый. Причинами данного несчастного случая на производстве определены: выдача наряда на производство работ, не содержащего достаточного перечня мероприятий для безопасного выполнения работ по перекрытию устья рудоперепускной дучки, ненадлежащий осмотр места производства работ лицами технического надзора подземного очистного участка №8 шахты «Северопесчанская» просечного штрека №4 гор. – 296 м. на устойчивость кровли, боков и почвы выработки, отсутствие надлежащего производственного контроля за организацией и эффективностью работы первой и второй ступени производственного контроля. Лицами, допустившими нарушения, признаны ФИО3, ФИО2, ФИО5 Грубой неосторожности ФИО1 не установлено. В результате данного несчастного случая, произошедшего по вине работников АО «Богословское рудоуправление», он получил травмы, ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% бессрочно. В связи с ограничениями в трудовой деятельности, он переведен на должность рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий 2 разряда на участок подготовки производства шахты «Северопесчанская» с более низкой оплатой труда. Он не может работать по занимаемой ранее должности, в результате проводимых реабилитационных мероприятий могут лишь частично быть восстановлены утраченные функции организма. С 23.07.2018 по 11.02.2019 он находился на стационарном лечении и реабилитации в различных больницах, не мог общаться с семьей, испытывал боль и неудобства. Полученная травма изменила уклад его жизни, он не может заниматься привычными делами, заниматься спортом, вынужден постоянно обращаться в медицинские учреждения, принимать лекарства. В момент получения травмы он испытал сильный стресс, что повлияло на его психологическое состояние. На основании изложенного, истец просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1000 000 руб.

Ответчик в ходе рассмотрения дела просил снизить размер компенсации морального вреда до 200000 руб. Актом установлено, что истец получил повреждение здоровья в виде «S22,0, S32,0 – компрессионный перелом 12 грудного и 1 поясничного позвонка», что подтверждается справкой о заключительном диагнозе. Истец неоднократно проходил инструктаж по охране труда, проходил стажировку на рабочем месте, обучение по охране труда по профессии, проверку знаний требований охраны труда. В ходе расследования было установлено, что истец был обеспечен сертифицированной спецодеждой, специальной обувью и средствами индивидуальной защиты. ФИО1 осуществлял работу по профессии «горнорабочий очистного забоя 5 разряд» класс условий труда 3.3, что предполагает воздействие вредных и (или) опасных производственных факторов. При определении размера компенсации морального вреда полагает необходимым учесть, что в сообщении о последствиях несчастного случая указано, что потерпевший выздоровел, ему был рекомендован перевод на другую работу, установлена утрата профессиональной трудоспособности 30%, инвалидность не определена. В связи с наличием медицинских показаний, истец был переведен на другую работу. Истцом не доказан факт постоянного обращения в медицинские организации в связи с полученной травмой, остеохондроз поясничного отдела имелся у истца до получения травмы, не доказаны также ограничения по встречам с родственниками, активное занятие спортом до травмы. Полагает, что указанные истцом нравственные страдания преувеличены, не обоснованы и могут быть связаны, в том числе, с физическими особенностями организма, связанными с возрастными изменениями.

Решением Краснотурьинского городского суда Свердловской области от 14.04.2023 иск ФИО1 удовлетворен частично. С АО «Богословское рудоуправление» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве в размере 700000 руб. С акционерного общества «Богословское рудоуправление» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 300 руб.

С таким решением не согласился ответчик, в апелляционной жалобе просит решение суда изменить в связи с неправильным определением судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; неправильным применением норм материального права, доводы жалобы аналогичны правовой позиции, изложенной в суде первой инстанции.

В представленных письменных возражениях на апелляционную жалобу истец просит решение суда оставить без изменения.

В заседании суда апелляционной инстанции истец возражал относительно доводов апелляционной жалобы, просил в ее удовлетворении отказать.

Ответчик, третьи лица ФИО3, ФИО2, ФИО5 в заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения информации о дате и месте рассмотрения дела на официальном сайте Свердловского областного суда. На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора Беловой К.С., полагавшей решение суда первой инстанции законным и обоснованным, проверив обжалуемое решение согласно требованиям ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исходя из доводов апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции таким требованиям соответствует.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 с 07.09.2001 работает в АО «Богословское рудоуправление» в должности проходчика 4 разряда шахта «Северопесчанская». 01.03.2006 переведен проходчиком 5 разряда, 01.11.2007 переведен на должность горнорабочего очистного забоя 5 разряда, 01.06.2010 переведен горнорабочим очистного забоя 5 разряда с полным рабочим днем в подземных условиях на подземный очистной участок №8 шахты «Северопесчанская», 24.07.2019 переведен рабочим по комплексному обслуживанию и ремонту здания 2 разряда на участок подготовки производства шахты «Северопесчаснкая», где работает по настоящее время (л.д. 10-12).

Согласно акту от 10.08.2018 №3 о несчастном случае на производстве (л.д. 13-18), в 03 час. 50 мин. 23.07.2018 с работником ФИО1 произошел несчастный случай на производстве на месте выполнения им работ на территории ОПО шахта «Северопесчанская» АО «Богословское рудоуправление» в погрузочном штреке №4 гор. 296 Южной залежи.

Из данного акта следует, что ФИО1 двигался к месту проведения работы и под ним произошло обрушение целика, истец сполз вместе с отслоившимися кусками горной массы в р/п дучку на расстояние 1,7 м. Кусками горной массы, скатившимися с откосов ФИО1 получил травму.

Основными причинами несчастного случая названы:

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в выдаче наряда на производство работ, не содержащего достаточного перечня мероприятий для безопасного выполнения работ по перекрытию устья рудоперепускной дучки, отсутствие в Проекте организации работ на перекрытие дучек утв. зам. главного инженера по производству шахты 19.04.2018, мероприятий, достаточных для безопасного выполнения работ по перекрытию рудоперепускных дучек (восстающих), в ненадлежащем осмотре места производства работ лицами технического надзора подземного очистного участка №8 шахты просечного штрека №4 гр. – 296 м. на устойчивость кровли, боков и почвы выработки,

- прочие причины, а именно отсутствие надлежащего производственного контроля за организацией и эффективностью работы первой и второй ступени производственного контроля.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда указаны: ФИО3 – о.и. мастера горного подземного очистного участка №8 ш. Северопечаснкая, ФИО2 – и.о. заместителя начальникаподземного очистного участка №8 ш. Северопечаснкая, ФИО5 – заместитель главного инженера по производству шахты Северопесчанская. Грубая неосторожность ФИО1 не установлена.

Разрешая спор, оценив представленные доказательства в соответствии со ст. 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к правильным выводам о том, что вред здоровью истца причинен в период исполнения им трудовых обязанностей, несчастный случай, повлекший причинение вреда здоровью работника, связан с производством, работодатель не обеспечил в соответствии с требованиями законодательства безопасные условия труда, в связи с чем ответственность за причиненный ФИО1 моральный вред должна быть возложена на работодателя.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется, поскольку изложенные в решении суда выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются письменными доказательствами, имеющимися в деле.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

В соответствии со статьей 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В соответствии с абзацем 2 части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Согласно абзацам 2 и 13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Как разъяснено в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" и ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Частью 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком (абзац 3 части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как следует из содержания ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить в числе прочего: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; обучение по охране труда, в том числе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, обучение по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучение по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверку знания требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты; недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения по охране труда, в том числе обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, обучения по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучения по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверки знания требований охраны труда, обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний.

Порядок и основания возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору установлены Федеральным законом от 24.07.1998 N 125 "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний". В силу статьи 8 указанного Федерального закона возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Как указано в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Согласно п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Как следует из материалов дела, несчастный случай с истцом произошел в результате неудовлетворительной организации производства работ сотрудниками АО «Богословское рудоуправление».

В результате несчастного случая на производстве истец ФИО1 получил следующие повреждения: «S22,0, S32,0 – компрессионный перелом 12 грудного и 1 поясничного позвонка», о чем указано в акте.

После полученной травмы истец был доставлен в ГАУЗ «Краснотурьинская городская больница», где находился на стационарном лечении с 23.07.2018 по 10.08.2018, с диагнозом «...». Проводилось лечение НПВС, медицинские препараты, физ. лечение. Выписан в удовлетворительном состоянии домой. Рекомендовано ношение корсета 4-6 мес., ограничение физических нагрузок, наблюдение, обезболивающие препараты (л.д. 36)

Далее с 5.10.2018 по 09.11.2018 проходил лечение в ООО «Реабилитация доктора ФИО6»: ЛФК (индивидуальная гимнастика, подвесная система), физиотерапия, магнитотерапия, медицинские препараты (л.д. 37).

С 11.12.2018 по 25.12.2018 находился на реабилитации в ГАУЗ СО ОСЦМР «Озеро Чусовское» в связи с восстановительным периодом после полученной травмы от 23.07.2018 (л.д. 38).

С 28.01.2019 по 11.02.2019 истец вновь находился на стационарном лечении в НУЗ «Дорожная больница на ст. Свердловск – пассажирский» в связи с восстановлением после полученной травмы, лечащим врачом указано, в том числе, о нарушении функции ходьбы и самообслуживания. В результате проведенного лечения наступили улучшения в виде частичного регресса болевого синдрома, возможности самообслуживания. Показаны повторные курсы реабилитации (л.д. 39).

Кроме того, с 18.03.2019 по 07.04.2019 истец вновь находился на лечении в специализированном реабилитационном отделении профессиональных заболеваний «Тараскуль», зафиксированы жалобы на головные боли, боли в пояснично-крестцовом отделе с иррадиацией в правую нижнюю конечность, онемение правой нижней конечности, ограничение движений в поясничном отделе. Проводилось медикаментозное лечение, эрготерапия, гидрокинезотерапия (л.д. 40).

С 06.09.2019 истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30%, 01.01.2023 степень утраты профессиональной трудоспособности установлена бессрочно (л.д. 41-42).

В соответствии с программой реабилитации от 03.06.2019 ФИО1 в связи с полученной профессиональной травмой нуждается в лекарственных препаратах, санаторно-курортном лечении один раз в год без сопровождения, приобретении корсета. Также указано, что может выполнять работу первого, второго класса по условиям труда. Аналогичные выводы содержатся в программах реабилитации от 28.05.2020, от 03.12.2020, от 01.06.2021, от 29.11.2021, от 23.01.2023 (л.д. 19-35).

Оценивая степень нравственных и физических страданий истца, суд первой инстанции принял во внимание пояснения истца, указавшего, что в связи с полученной травмой он длительное время находился на лечении, испытывал сильные болевые ощущения, был вынужден носить корсет, принимать лекарственные препараты, плохо спал, был лишен возможности вести привычный образ жизни, помогать своим родственникам, выполнять домашние обязанности. Указанные обстоятельства подтвердила в судебном заседании также свидетель ФИО7

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд, вопреки доводам апелляционной жалобы, принял во внимание: индивидуальные особенности истца; степень тяжести полученной травмы и длительность периода временной нетрудоспособности; характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, повлекших за собой изменение привычного уклада и образа жизни; требования разумности и справедливости; степень причиненных истцу душевных, нравственных и физических страданий в результате полученной травмы; не обеспечение со стороны ответчика безопасных условий труда, отсутствие каких-либо нарушений самим истцом.

Ссылки апеллянта на то, что ФИО1 не была установлена инвалидность, наличие у него заболевания остеохондроз, не могут повлечь отмену правильного по существу решения суда, поскольку основаны на неверном толковании вышеприведенных норм материального права, не освобождающих работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда для работника от обязанности компенсировать в денежном выражении причиненный ему вред.

Доводы жалобы о том, что истец был обеспечен средствами индивидуальной защиты, специальной одеждой и обувью не могут служить основанием для освобождения от ответственности, поскольку актом, составленным по результатам расследования несчастного случая на производстве, установлена вина работодателя в произошедшем и отсутствие грубой неосторожности ФИО1 Само по себе наличие СИЗ, специальной одежды и обуви не могло, в данной ситуации, предотвратить получение травмы.

Учитывая характер причиненных истцу нравственных и физических страданий, а также то обстоятельство, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, суд обоснованно пришел к выводу о частичном удовлетворении требований истца, взыскав с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 700 000 руб.

Оснований для уменьшения данной суммы по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. В связи с чем, с ответчика в доход местного бюджета городского округа Краснотурьинск подлежит взысканию госпошлина в сумме 300 руб.

В целом доводов, опровергающих выводы суда, апелляционная жалоба ответчика не содержит. Оснований для иной оценки установленных обстоятельств и представленных доказательств судебная коллегия не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Краснотурьинского городского суда Свердловской области от 14.04.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика АО «Богословское рудоуправление» – без удовлетворения.

Председательствующий О.Г. Колесникова

Судьи Ж.А. Мурашова

А.Е. Зонова