УИД 42RS0№-72
(2-21/2023)
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
<адрес> 10 апреля 2023 года
Центральный районный суд г. Прокопьевска Кемеровской области в составе председательствующего судьи Смолина С.О.,
при секретаре Журавель Е.В.
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Прокопьевске 10 апреля 2023 года гражданское дело по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области – Кузбассу к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Прокопьевская районная больница» о признании акта о несчастном случае на производстве недействительным,
УСТАНОВИЛ:
Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> – Кузбассу обратилось в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «<адрес> больница» (далее - ГБУЗ «<адрес> больница», ответчик) о признании акта о несчастном случае на производстве недействительным, просили признать акт о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ составленный ответчиком по итогам расследования несчастного случая произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 недействительным.
Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ в адрес истца от ответчика поступил акт о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ составленный ответчиком по итогам расследования несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1. Комиссия истца пришла к заключению, что обстоятельства, изложенные в акте, страховым случаем не являются и не влекут возникновение у истца обязательств страховщика осуществлять обеспечение по социальному страхованию. ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ года имеет <данные изъяты> обращалась за медицинской помощью с жалобами на боль в правом коленном суставе ДД.ММ.ГГГГ, а также ДД.ММ.ГГГГ при аналогичных обстоятельствах. При этом, как следует из листков нетрудоспособности ФИО1 находилась на больничном с причиной нетрудоспособности № заболевание, тогда как производственной травме соответствует код нетрудоспособности - № (пункт 65 Порядка выдачи и оформления листков нетрудоспособности, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 925н). Кроме того, отсутствует медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести. У ФИО1 отсутствуют телесных повреждений (травмы), обусловленные воздействием внешних факторов, в связи с чем, у комиссии по расследованию несчастного случая отсутствовали основания для квалификации несчастного случая как связанного с производством и составления акта о несчастном случае на производстве формы (Н-1).
Представитель истца ФИО7, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал, пояснив акт о несчастном случае на производстве заполнен с нарушением требований законодательства, а также положений о порядке расследования несчастного случая. В акте о несчастном случае отсутствует обязательный, для заполнения в п. 8.2 на основании справки орган подвергшийся повреждению, степень тяжести, которая заполняется на основании справки № выдаваемой медицинским учреждением, куда впервые обратился пострадавший. Также ФИО1 находилась на больничном листе в связи с заболеванием, что подтверждается материалами дела, с ко<адрес>, тогда как несчастный случай на производстве имеет код № Кроме того, из медицинского заключения ГБУЗ «<адрес> больница» следует, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ года страдает заболеванием <данные изъяты>, что касается именно произошедшего несчастного случая. Несчастный случай на производстве не нашел своего подтверждения, поскольку телесные повреждения не были причинены, не были выданы соответствующие документы, акт составлен с нарушением.
Представитель ответчика ГБУЗ «<адрес> больница» ФИО8, действующая на основании доверенности, против удовлетворения заявленного иска возражала, пояснив, что ФИО1 работала на момент несчастного случая в ГБУЗ «<адрес> больница» в должности <данные изъяты> В ее должностные обязанности входили перевозка товаров, в том числе развоз документации. ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ мин. ФИО15 ФИО1 приступила к исполнению своих должностных обязанностей по развозу документации. После выполнения задания в ДД.ММ.ГГГГ мин. она вернулась на территорию ГБУЗ «<адрес> больница». Около корпуса № выходя из салона санитарного автомобиля марки «УАЗ», г/н №, за рулем которого находился водитель ФИО2, и, спускаясь со ступеньки, почувствовала резкую боль в правом коленном суставе. ФИО1 спускалась спиной, держась правой рукой за ручку автомобиля, левой рукой за поручень. Левая нога стояла на ступеньке, правой опускалась на асфальт. И в это время почувствовала резкую боль в правом коленном суставе. На ногах у ФИО1 были одеты зимние ботинки на сплошной подошве. Обувь удобная, дискомфорта не вызывала. Водитель ФИО13 помог ФИО1 дойти до кабинета хирурга, где ей оказали медицинскую помощь. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 пришла на прием к хирургу в ГБУЗ «<адрес> больница», где ей выдали листок нетрудоспособности. На больничном в ГБУЗ «<адрес> больница» она находилась с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год. Затем находилась на лечении медицинской практике с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год. После операции она находилась на лечении амбулаторно в травмпункте с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год. В общей сложности она находилась на листке нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год, то есть 4 месяца и 9 дней. Все вышеизложенное свидетельствует о несчастном случае на производстве. ДД.ММ.ГГГГ был составлен акт № о несчастном случае на производстве. Расследование несчастного случая проводила комиссия в количестве трех человек. Председатель комиссии ФИО3, заместитель главного врача по МОНР. Члены комиссии: ФИО4 – специалист по охране труда и ФИО5 – врач хирург. Комиссия в действиях пострадавшей ФИО1 грубой неосторожности не усмотрела.
Третье лицо ФИО1 против удовлетворения заявленного иска возражала, пояснив, что в день, когда она получила травму, она выходила из автомобиля УАЗ. Выходила из салона автомобиля не выпрямившись, находясь в положении «полуприисяда». Выходя она не спрыгивала с подножки автомобиля, а вылезала из салона спиной вперед, при этом левая нога осталась на подножке автомобиля, правую ногу она разогнула, чтобы встать на землю и в этот момент почувствовала боль в ноге. В этот момент ногой она ни обо что не ударялась.
Свидетель ФИО9 суду пояснил, что работает в ГБУЗ «<адрес> больница» водителем автомобиля УАЗ «буханка». ДД.ММ.ГГГГ он совместно с ФИО1 развозил документы и подъехал к зданию больницы. ФИО1 начала выходить из салона автомобиля спиной вперед и вскрикнула. Он подошел, ФИО1 жаловалась на боль в правом колене, он помог ей и довел до хирурга. Высота ступени автомобиля УАЗ до асфальтного покрытия составляет около 50 сантиметров.
Свидетель ФИО16 показала, что комиссией был составлен акт о несчастном случае на производстве, было заявление от ФИО1 о производственной травме, после чего было проведено расследование несчастного случая на производстве, были взяты объяснительные с пострадавшей, были взяты объяснительные с водителя, сфотографировано и осмотрено место, где ФИО1 получила травму.
Выслушав участников процесса, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
Согласно статье 210 Трудового кодекса Российской Федерации, основными направлениями государственной политики в области охраны труда являются, в частности, обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников, федеральный государственный надзор за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, включающий в себя проведение проверок соблюдения государственных нормативных требований охраны труда.
По правилам статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
В силу статьи 3 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях на территории страхователя, и которое повлекло временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть. Застрахованный - это физическое лицо, подлежащее обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с положениями пункта 1 статьи 5 указанного федерального закона.
В соответствии со статьей 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.
На основании статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации, для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.
По смыслу статьи 229.1 Трудового кодекса Российской Федерации, расследование несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом проводится комиссией в течение 15 дней.
Как следует из статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации, по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой.
Частью 1 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации, а также пунктом 21.2 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответсующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве (далее - Положение), утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 223, обязанность по оформлению акта о несчастном случае на производстве по установленной форме возложена на работодателя.
Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ответчиком ГБУЗ «<адрес> больница» был составлен акт о несчастном случае на производстве №, согласно которого ДД.ММ.ГГГГ с ФИО10 в ДД.ММ.ГГГГ минут, через 6 часов 15 минут от начала работы произошел несчастный случай на территории работодателя, работником которой является пострадавшая - ГБУЗ «<адрес> больница» корпус № (стационар), расположенный по адресу: <адрес> (л.д.12-13).
Согласно акта несчастный случай произошел при следующих обстоятельствах: ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ минут <данные изъяты> ФИО1 приступила к исполнению своих должностных обязанностей по развозке документации. После выполнения задания в <данные изъяты> вернулась в ГБУЗ «<адрес> больница». Около корпуса № выходя из салона санитарного автомобиля и спускаясь со ступеньки почувствовала резкую боль в правом коленном суставе. Высота от ступеньки автомобиля до асфальта составляет 48 см. На ногах у пострадавшей были одеты зимние ботинки. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 пришла на прием к хирургу в ГБУЗ «<адрес> больница», где ей выдали листок нетрудоспособности. Данный факт был зафиксирован и отражен в Акте № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 12-13).
ФИО11 было составлено и подано на имя главного врача ГБУЗ «<адрес> больница» заявление о расследовании производственной травмы, полученной ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 14).
В соответствии с Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № была создана комиссия по расследованию несчастного случая на производстве (л.д.15).
Актом о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что в момент несчастного случая пострадавшая ФИО1 находилась в трудовых отношениях с работодателем, выполняла работу, обусловленную трудовым договором, в связи с чем, событию ответчиком была дана квалификация как несчастный случай на производстве, который подлежит оформлению актом Н-1.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в силу положений статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ и статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть. При этом следует учитывать, что событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком, также может быть отнесено к несчастным случаям на производстве.
По смыслу приведенных правовых норм несчастный случай на производстве образует любое повреждение здоровья, смерть, полученные работником при исполнении им трудовых обязанностей или выполнении иной работы по поручению работодателя, а также при осуществлении других правомерных действий, вытекающих из трудовых отношений.
Следовательно, для квалификации несчастного случая как связанного с производством необходимо установить, что событие, в результате которого был причинен вред здоровью ФИО1, произошло в рабочее время и в связи с выполнением последней действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем, либо совершаемых в его интересах.
В силу статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.
Судом установлено и материалами дела подтверждается, что между потерпевшей ФИО1 и ГБУЗ «<адрес> больница» сложились трудовые отношения, что подтверждается копией трудового договора (л.д. 30-31), копией трудовой книжки (л.д. 36).
Должностной инструкцией установлен состав должностных обязанностей ФИО1 (л.д. 32).
Участниками процесса не оспаривался тот факт, что комплексный разрыв медиального мениска ДД.ММ.ГГГГ произошел во время выполнения ФИО1 своих трудовых обязанностей по заданию работодателя.
Согласно ст. 229.2 ТК Российской Федерации несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
Право квалификации несчастного случая как несчастного случая на производстве или как несчастного случая, не связанного с производством, предоставлено комиссии, проводившей расследование.
Комиссия ответчика пришла к заключению, что обстоятельства, изложенные в акте являются несчастным случаем на производстве, в связи с чем, был составлен акт о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ.
Однако, заключением № от ДД.ММ.ГГГГ ГУ – Кузбасское региональное отделение Фонда социального страхования РФ установило, что события произошедшие ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 страховым случаем не являются и не влекут возникновение у истца обязательств страховщика осуществлять обеспечение по социальному страхованию, поскольку ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ года имеет <данные изъяты>., обращалась за медицинской помощью с жалобами на боль в правом коленном суставе ДД.ММ.ГГГГ, а также ДД.ММ.ГГГГ при аналогичных обстоятельствах. При этом, как следует из листков нетрудоспособности ФИО1 находилась на больничном с причиной нетрудоспособности № - заболевание, тогда как производственной травме соответствует код нетрудоспособности - № (пункт 65 Порядка выдачи и оформления листков нетрудоспособности, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 925н). Кроме того, отсутствует медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести. У ФИО1 отсутствуют телесных повреждений (травмы), обусловленные воздействием внешних факторов, в связи с чем, у комиссии по расследованию несчастного случая отсутствовали основания для квалификации несчастного случая как связанного с производством и составления акта о несчастном случае на производстве формы (Н-1) (л.д. 44-45).
При таких обстоятельствах, исходя из вышеприведенных норм права и разъяснений по их применению, при рассмотрении данного дела подлежал выяснению вопрос о наличии либо отсутствии причинно-следственной связи между установленным и имевшимся у ФИО1 <данные изъяты> заболеванием в виде <данные изъяты> и несчастным случаем на производстве, произошедшем ДД.ММ.ГГГГ.
В целях установления обстоятельств дела, для разрешения вопросов, требующих специальных познаний, судом определением от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено ГБУЗ КО ОТ «Кемеровское областное бюро судебно-медицинской экспертизы».
По заключению комиссии экспертов ГБУЗ КО ОТ «Кемеровское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ в настоящее время у ФИО1 имеется комплексный <данные изъяты> <данные изъяты> может представлять собой либо «острое» повреждение на фоне дегенерации материала мениска и ранее имевшегося разрыва медиального мениска типа Stoller 2, либо «застарелое» комплексное повреждение медиального мениска правого коленного сустава. Комплексный разрыв медиального мениска правого коленного сустава на фоне выраженных дегенеративно-дистрофических изменений сформировался до проведения МРТ правого коленного сустава от ДД.ММ.ГГГГ. По имеющимся данным давность формирования выявленных повреждений по имеющимся МР-признакам не представляется возможным. Нагрузка на правый коленный сустав, описанная в акте № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, могла выступать в качестве провоцирующего фактора при срыве компенсации имевшегося у ФИО1 хронического <данные изъяты> правого коленного сустава, но не явилась причиной его возникновения. Фоновые дегенеративно-дистрофические изменения в совокупности с нагрузкой на правый коленный сустав ДД.ММ.ГГГГ, описанный в акте о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ(л.д. 12-13) могли привести к формированию «острого» разрыва медиального мениска на фоне дегенерации его материала и ранее имевшегося повреждения медиального мениска типа Stoller 2. Таким образом, выявленные в ходе судебно-медицинской экспертизы изменения правого коленного сустава, в том числе комплексный разрыв медиального мениска, являются следствием хронических дегенеративно-дистрофических изменений правого коленного сустава. Физическая нагрузка и/или незначительные травмирующее воздействие в области правого коленного сустава могли выступать в качестве провоцирующего фактора и/или способствовать формированию разрыва дегенеративно-дистрофически измененного медиального мениска правого коленного сустава (л.д. 193-200).
Оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется. Экспертиза проведена судебно-медицинской экспертной комиссией, в которую входили эксперты, имеющие высшее медицинское образование, значительный стаж работы в качестве судебно-медицинских экспертов, были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения. Заключение экспертов является мотивированным и обоснованным.
Из медицинского заключения ГБУЗ «<адрес> больница» следует, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ года страдает заболеванием <данные изъяты> сустава.
Так, согласно выписки из амбулаторной карты (л.д.19) ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была произведена рентгенография правого коленного сустава, постановлен диагноз: «<данные изъяты>».
Таким образом, выявленные у ФИО1 патологические состояния правого коленного сустава, впервые диагностированные в ДД.ММ.ГГГГ году были диагностированы как заболевания, а не травматические повреждения структур коленного сустава.
Как следует из акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ каких-либо телесных повреждений в виде ссадин, кровоподтеков, ран у ФИО1 не зафиксировано.
При этом, в протоколе опроса пострадавшего (л.д.22) ФИО1 указала, что ДД.ММ.ГГГГ спускаясь со ступеньки автомобиля почувствовала резкую боль в правом коленном суставе, при этом ранее имелись болевые синдромы в области правого коленного сустава.
Доказательств, свидетельствующих о причинении ФИО1 травмы правой нижней конечности, в частности, правого коленного сустава, в судебном заседании ни ответчиком ни третьим лицом не представлено.
Отсутствие травмы правого коленного сустава в результате события, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, фактически подтвердила и сама ФИО1 в ходе рассмотрения дела, пояснив в судебном заседании, что в момент когда она выходила из салона автомобиля она почувствовала боль в правом коленном суставе.
Таким образом, постравмирующий характер имеющегося у ФИО1 заболевания не подтвержден, в связи с чем, несчастный случай на производстве не нашел своего подтверждения, поскольку телесные повреждения третьему лицу причинены не были.
Суд приходит к выводу, что причинно-следственная связь между событиями, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ на территории ГБУЗ «<адрес> больница» при выходе из санитарного автомобиля, при которых пострадала ФИО1, и возникновением у нее заболевания правого коленного сустава не установлена, при этом достаточных и бесспорных доказательств, свидетельствующих о получении травмы истцом при нахождении на рабочем месте при исполнении им своих должностных обязанностей не имеется, а сам по себе факт повреждения здоровья и наличие трудовых отношений между работником и работодателем не может являться основанием для квалификации события как несчастного случая на производстве, в связи с чем, имеются основания для удовлетворения требований Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> – Кузбассу к ГБУЗ «<адрес> больница» о признании акта о несчастном случае на производстве недействительным.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> – Кузбассу к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «<адрес> больница» о признании акта о несчастном случае на производстве недействительным удовлетворить.
Признать акт о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ составленный государственным бюджетным учреждением здравоохранения «<адрес> больница» по итогам расследования несчастного случая произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 недействительным.
Взыскать государственного бюджетного учреждения здравоохранения «<адрес> больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 6000 (Шесть тысяч рублей) рублей.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение, то есть через Центральный районный суд <адрес>.
Судья (подпись) С.О. Смолин
Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ
Судья (подпись) С.О. Смолин
Подлинный документ подшит в деле УИД 42RS0№-72 (2-21/2023)
Центрального районного суда <адрес>