Судья Толмачева И.И.
Дело № 33-9945/2023
УИД № 59RS0007-01-2022-006586-28
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда всоставе председательствующего Ворониной Е.И.,
судей Лапухиной Е.А., Лобанова В.В.,
при секретаре судебного заседания Овчинниковой Ю.П.
рассмотрела 26 сентября 2023 года в г. Перми в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика ФИО1 на решение Свердловского районного суда г. Перми от 29мая 2023 года по делу №2-570/2023 по иску судебного пристава-исполнителя межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств, розыску должников и их имущества Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Пермскому краю К. к ФИО1, ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий её недействительности.
Заслушав доклад судьи Лобанова В.В., объяснения представителя ответчика ФИО1 ФИО3, исследовав материалы дела, судебная коллегия
установил а:
23 августа 2022 года истец судебный пристав-исполнитель межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств, розыску должников и их имущества Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Пермскому краю К. (далее также – СПИМОСПпо ИПРД ГУФССП по Пермскому краю К.) обратился в суд с иском к ответчикам ФИО1, ФИО2, просил (с учётом изменения исковых требований):
- признать недействительным договор уступки права требования (цессии) от 12.08.2019, заключенный между ответчиками ФИО1 и ФИО2,
- применить последствия недействительности указанной сделки по уступке прав требования в виде взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 денежных средств, полученных в качестве вознаграждения ФИО1 как арбитражного управляющего и компенсации понесённых им расходов в рамках процедуры банкротства индивидуального предпринимателя ФИО4 по делу № **/2013, в размере 398 600 руб.
В суде первой инстанции ответчик ФИО2 иск не признал, просил отказать в удовлетворении иска, указал на пропуск истцом срока исковой давности по требованиям.
В суде первой инстанции ответчик ФИО1 не принимал участие в рассмотрении дела, представил письменные возражения относительно исковых требований, просил отказать в удовлетворении иска, указал на то, что истец злоупотребляет правами;
по настоящему делу у истца нет самостоятельного материально-правового интереса в оспаривании сделки по уступке права требования от 12.08.2019, он действует в интересах третьего лица общества с ограниченной ответственностью «МАК»,
полагает, что производство по делу, в том числе по основанию, что судебным приставом-исполнителем исполнительное производство было окончено в связи с отсутствием имущества, на которое можно обратить взыскание, подлежит прекращению.
Решением Свердловского районного суда г. Перми от 29.05.2023 постановлено удовлетворить исковые требования судебного СПИМОСПпо ИПРД ГУФССП по Пермскому краю ФИО16 к ФИО1, ФИО2 частично,
признать недействительной сделкой договор уступки права требования (цессии) от 12.08.2019, заключенный между ФИО1 (** года рождения) и ФИО2 (** года рождения),
применить последствия недействительности сделки: обязать ФИО1 возвратить ФИО2 15 руб., в случае их оплаты; обязать ФИО2 возвратить ФИО1 право требования вознаграждения арбитражного управляющего и компенсации понесённых им расходов, выплачиваемых из конкурсной массы ИП ФИО18 (ИНН **), в рамках процедуры его банкротства по делу № **/2013, находящегося в производстве Арбитражного суда Удмуртской Республики, в размере 398 600 руб.,
в удовлетворении остальной части требований отказать.
В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска, считает, что судом нарушены нормы материального и процессуального права, что привело к принятию неправильного решения суда.
Представитель ответчика ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержал доводы апелляционной жалобы.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания они были извещены заблаговременно и надлежащим образом, об отложении разбирательства дела не просили, об уважительных причинах неявки не сообщили, руководствуясь статьёй 167Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность состоявшегося решения по правилам статьи 327.1 ГПК Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия не нашла оснований к отмене либо изменению решения суда.
Как следует из материалов дела и установлено судебной коллегией на основании имеющихся в деле доказательств, определением Арбитражного суда Пермского края от 14.04.2014 по делу № **/2011 с ФИО1 в пользу закрытого акционерного общества «МАК» взыскано в возмещение убытков 23229538,25 руб., выдан исполнительный лист.
определением Арбитражного суда Пермского края от 17.10.2016 произведена замена закрытого акционерного общества «МАК его процессуальным правопреемником ООО «МАК».
Постановлением СПИ МОСП по ИПРД ГУФССП по Пермскому краю от 15 июля 2019 года на основании заявления взыскателя ООО «МАК» по исполнительному листу, выданного Арбитражным судом Пермского края по делу № **/2011, в отношении ФИО1 возбуждено исполнительное производство № ** о взыскании с ФИО1 в пользу ООО«МАК» денежных средств в размере 23229 538,25 руб.
12.08.2019 между должником ФИО1 и ФИО2 заключён договор уступки права требования (цессии), по условиям которого ФИО1 (цедент) передаёт, а ФИО2 (цессионарий) принимает право требования вознаграждения арбитражного управляющего и компенсации, понесённых им расходов, выплачиваемых из конкурсной массы ИП Г. в рамках процедуры его банкротства по делу № **/2013, находящемуся в производстве Арбитражного суда Удмуртской Республики, в размере 398 600 руб., из которых вознаграждение за период с 12.11.2013 по 06.11.2014 в сумме 354000руб., компенсации понесённых расходов 44 600 руб.
03.03.2020 исполнительное производство № **-ИП окончено, исполнительный документ возвращён взыскателю в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание.
Постановлением СПИ МОСП по ИПРД ГУФССП по Пермскому краю ФИО5 от 25.03.2022 в отношении ФИО1 вновь возбуждено исполнительное производство № ** о взыскании с ФИО1 в пользу взыскателя ЗАО «МАК» 23 229 538,25 руб.
Установив приведённые выше обстоятельства, оценив по правилам статьи 67ГПК Российской Федерации, имеющиеся в деле доказательства, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 10, 129, 153, 166 – 168, 170, 181, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации о пределах осуществления гражданских прав, оборотоспособности объектов гражданских прав, понятии сделки, оспоримых и ничтожных сделках, общих положениях о последствиях недействительности сделки, недействительности сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта, недействительности мнимой и притворной сделок, сроках исковой давности по недействительным сделкам, общих сроках исковой давности, начале течения срока исковой давности, пришёл к правильным выводам о том, что исковые требования подлежат удовлетворению в части,
следует признать недействительной сделкой договор уступки права требования (цессии) от 12.08.2019, заключенный между ФИО1 и ФИО2,
применить последствия недействительности сделки: обязать ФИО1 возвратить ФИО2 15 руб., в случае их оплаты; обязать ФИО2 возвратить ФИО1 право требования вознаграждения арбитражного управляющего и компенсации понесённых им расходов, выплачиваемых из конкурсной массы ИП Г., в рамках процедуры его банкротства по делу № **/2013, находящегося в производстве Арбитражного суда Удмуртской Республики, в размере 398 600 руб.,
Делая такие выводы, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что договор уступки права требования (цессии) от 12.08.2019 недействительный, поскольку совершён в нарушение положений статьи 10 ГК Российской Федерации,
ответчик ФИО1, являясь должником по исполнительному производству № **, будучи осведомлённым о наличии у него значительного долгового обязательства, совершил действия по отчуждению принадлежащего ему имущества к своему должнику ИП Г. другому кредитору – ФИО2,
целью сделки явилось укрытие имущества должника от обращения на него взыскания в рамках исполнительного производства,
имущественное положение должника ФИО1 по исполнительному производству ухудшилось ввиду отчуждения имущества без получения какого-либо равноценной компенсации, сделка совершена между заинтересованными лицами, совершена ответчиками без намерения создать соответствующие правовые последствия, что свидетельствует о злоупотреблении правом ответчиков, направленных на вывод имущества (имущественных прав) ФИО1 от возможности обращения на него взыскания,
указанные обстоятельства являются достаточным основанием для признания сделки недействительной, правовое последствие которого заключается в виде возврата должнику ФИО1 по исполнительному производству имущественного права требования к ИП Г.,
отсутствие на момент совершения оспариваемой сделки каких-либо арестов и ограничений в отношении спорного имущества выводов суда об отсутствии добросовестности в действиях ответчиков, не опровергает,
доводы ответчика ФИО1 о том, что определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03.03.2020 производство по делу о банкротстве ИП Г. было прекращено в связи с отсутствием финансирования процедуры, поэтому производство по делу подлежит прекращению, не могут быть признаны обоснованными, так как не лишают сторону права требовать оплаты расходов в общем порядке, не связанном с процедурой банкротства, в связи с чем право требования к ИП Г. представляет собой имущественную ценность, за счёт которого возможно погашение долга перед взыскателем ООО«МАК»,
судебный пристав-исполнитель вправе для защиты своего законного интереса в период исполнительного производства обратиться в суд с требованием о признании сделки в недействительной, если при её совершении имело место злоупотребление правом (статья 10 ГК Российской Федерации) со стороны должника по исполнительному производству, который действовал в обход закона и преследовал противоправную цель - избежать обращения взыскания на принадлежащее ему имущество в пользу его кредитора в рамках исполнительного производства,
судебный пристав-исполнитель наряду с кредитором должника имеет охраняемый законом интерес в признании сделок недействительными, поскольку в силу закона обязан совершить действия, направленные на принуждение должника исполнить судебный акт, защитивший права кредитора должника.
Доводы ответчика ФИО1 о том, что истцом пропущен срок исковой давности, необоснованные, оснований для применения срока исковой давности не имеется, истец имел возможность узнать о наличии утраченного должником имущества в виде права требования исключительно в рамках исполнительного производства, соответственно, срок исковой давности, который составляет три года, не истёк.
Требование истца о применении в качестве последствий недействительности сделки - взыскание с ФИО2 в пользу ФИО1 денежных средств, полученных в качестве вознаграждения ФИО1 как арбитражного управляющего и компенсации понесённых им расходов в рамках процедуры банкротства ИП Г. по делу № **/2013, в размере 398 600 руб., не подлежит удовлетворению, так как доказательств тому обстоятельству, что должник ИП Г. оплатил расходы управляющего ФИО1, возникшие в рамках дела о банкротстве, не представлено.
Судебная коллегия полагает, что разрешая спор по существу, суд правильно определил обстоятельства, имеющие юридическое значение для данного дела, и применил нормы материального права, регулирующие возникшие по делу правоотношения, не допустив в ходе рассмотрения дела нарушений норм материального и процессуального права.
Доводами апелляционной жалобы ответчика ФИО1 указанные выводы не опровергнуты.
Доводы апелляционной жалобы ответчика ФИО1 о том, что:
- суд не учёл то, что судебный пристав-исполнитель не вправе самостоятельно обращаться в суд с иском о признании сделок недействительными, поэтому выводы суда о том, что судебный пристав-исполнитель связан с интересами кредитора и имеет охраняемый законом интерес в признании сделок недействительными, ошибочный, не основан на законе,
- подав иск, судебный пристав-исполнитель превысил свои полномочия, что привело к необоснованному восстановлению процессуальных сроков на оспаривание сделок должника и конкуренции постановленных судебных актов, а именно, определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.12.2019, оставленное без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2020, которым разрешён вопрос о процессуальной замене ответчиков ФИО1 на ФИО2,
- восстановление судом срока на подачу судебным приставом-исполнителем иска и реализация права его подачи возможно лишь для лиц, чьи права нарушены совершённой сделкой, -
отклоняются судебной коллегией как несостоятельные, не соответствующие фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, имеющимся в деле доказательствам и нормам материального и процессуального права,
на основании доказательств, представленных в материалы дела, суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда о том, что договор уступки права требования (цессии) от 12.08.2019 недействительный, поскольку совершён с целью укрытия имущества должника ФИО1 от обращения на него взыскания в рамках исполнительного производства, обоснованные,
исходя из субъектного состава данной сделки, характера возникших между сторонами правоотношений, учитывая несоразмерность полученных ответчиком денежных средств размеру уступаемого права требования, дающих основания предполагать о недействительности договора уступки права требования от 12.08.2019, в целях сокрытия имущества должника в связи с наличием у него задолженности.
В соответствии с частью 1 статьи 3 ГПК Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов
В абзаце третьем статьи 1 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ "Осудебных приставах" закреплено, что на органы принудительного исполнения возлагаются задачи по осуществлению принудительного исполнения судебных актов, а также предусмотренных Федеральным законом "Об исполнительном производстве" актов других органов и должностных лиц.
Как разъяснено в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства" перечень исполнительных действий, приведённый в части 1 статьи 64 Закона об исполнительном производстве, не является исчерпывающим, и судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов (пункт 17 части 1 названной статьи), если они соответствуют задачам и принципам исполнительного производства (статьи 2 и 4 Закона об исполнительном производстве), не нарушают защищаемые федеральным законом права должника и иных лиц.
В данном случае подача судебным приставом-исполнителем искового заявления о признании договора уступки права требования (цессии) от 12.08.2019 недействительным была обусловлена необходимостью полного и своевременного исполнения исполнительного документа; судебный пристав-исполнитель наряду с кредитором должника имеет охраняемый законом интерес в признании данных сделок недействительными, поскольку он в силу закона обязан совершить действия, направленные на принуждение должника исполнить судебный акт, защитивший права кредитора должника.
Поскольку иск заявлен лицом, не являющимся стороной сделки, то в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации течение трёхлетнего срока исковой давности начинается со дня, когда судебный пристав-исполнитель узнал или должен был узнать в рамках исполнительного производства об утрате имущества, срок исковой давности, с учётом того, что исполнительное производство не окончено, истцом не пропущен.
Вопреки доводам апелляционной жалобы не имеется конкуренции постановленных судебных актов, а именно, с определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.12.2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2020, которым разрешён вопрос о процессуальной замене ответчиков ФИО1 на ФИО2, поскольку в судебных актах арбитражного суда указано на то, что к моменту их вынесения в установленном законом порядке договор уступки права требования не признан недействительной сделкой,
признание по настоящему гражданскому делу недействительной сделкой договор уступки права требования (цессии) от 12.08.2019, заключённому между ФИО1 и ФИО2, и применение последствий недействительности сделки является основанием для пересмотра судебного акта по новым обстоятельствам на основании положений статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Иных доводов, которые могли бы служить основаниями для отмены или изменения решения суда, апелляционная жалоба не содержит.
Принимая во внимание указанные обстоятельства, оснований к отмене или изменению решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Руководствуясь статьёй 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определил а:
решение Свердловского районного суда г. Перми от 29 мая 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 оставить без удовлетворения.
Председательствующий: /подпись/.
Судьи: /подписи/.