Дело №2-11/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 февраля 2023 г. г. Кашин Тверской области

ФИО1 межрайонный суд Тверской области в составе

судьи Чеботаревой Т.А.,

при секретаре судебного заседания Кузнецовой И.А.,

с участием представителя истца ФИО2,

ответчика ФИО3, его представителя ФИО4,

ответчика ФИО5, его представителя ФИО6,

прокурора Бариновой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале судебных заседаний Кашинского межрайонного суда Тверской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО7 к ФИО3, ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО7 обратилась в суд с указанным иском, который мотивировала тем, что приговором Кашинского межрайонного суда Тверской области от 30 мая 2022 г., вступившим в законную силу 10 июня 2022 г., по уголовному делу №1-43/2022 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года, условно, с испытательным сроком 2 года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года. Приговором установлено, что 16 декабря 2021 г. около 9 часов ФИО3, управляя автомобилем «Lifan», государственный регистрационный знак №, двигаясь по автодороге Р132 «Золотое кольцо» из г. Кашина Тверской области на 1368 км в районе д. Зобнино Кашинского городского округа, не справился с управлением, допустил выезд на встречную полосу движения, где совершил столкновение с движущимся во встречном направлении автомобилем марки «Volkswagen Passat», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5 В результате дорожно-траснпортного происшествия пассажир М.С.В.. от полученных травм скончался. В ходе расследования уголовного дела она была признана потерпевшей, поскольку в результате совершённого ФИО3 преступления наступила смерть её отца, и его утрата несомненно причинила ей тяжёлые нравственные и физические страдания. Размер компенсации морального вреда, причинённого в результате смерти отца, она определяет в размере 600 000 рублей.

Просит взыскать с ФИО3 в её пользу компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей и судебные расходы в размере 15 000 рублей.

Определениями суда от 30 ноября 2022 г. и 21 декабря 2022 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено САО «ВСК», в качестве ответчика - ФИО5

Истец ФИО7, надлежащим образом извещённая о времени, дате и месте рассмотрении дела, в судебное заседание не явилась, ранее в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования поддержал в полном объёме.

Ответчик ФИО3, его представитель ФИО4 в судебном заседании исковые требования признали частично, полагая их завышенными. Ответчик ФИО3 согласился с учётом своего материального и семейного положения выплатить компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, при этом пояснил, что он работал слесарем в колхозе «Красная Звезда». Он по просьбе председателя колхоза поехал на личном автомобиле в г. Кашин, где забрал 3-х студентов и М.С.В.., которых повёз в д. Льгово. Дорога была плохая, под колесо автомобиля что-то попало, отчего автомобиль резко развернуло и понесло в сторону левой обочины, в это время по встречной полосе двигался автомобиль Volkswagen, с которым произошло столкновение. От сильного удара он потерял сознание, когда очнулся, увидел, что приехала скорая помощь. В результате дорожно-транспортного происшествия погиб М.С.В.., студентам причинены телесные повреждения.

Ответчик ФИО5, его представитель ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признали, указав, что вины ФИО5 в данном дорожно-транспортном происшествии нет, в результате дорожно-транспортного происшествия пострадали сам ФИО5 и его мать С.З.А., которым причинен вред здоровью. ФИО5 до сих пор получает лечение, его мать С.З.А. от полученных травм скончалась в больнице. ФИО5 имеет трудное материальное положение, выплачивает кредит.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, колхоз «Красная Звезда», САО «ВСК», надлежащим образом извещённые о времени, дате и месте рассмотрении дела, в судебное заседание не явилась

Представитель третьего лица колхоза «Красная Звезда» ФИО8 ранее в судебном заседании полагалась на усмотрение суда при вынесении решения по делу, пояснила, что согласно должностной инструкции в обязанности ФИО3 не входила перевозка людей. Поскольку сломалось автомашина, председатель обратился к ФИО3 с просьбой привезти студентов в д. Льгово. ФИО3 согласился, автомобиль ФИО3 в аренду у колхоза не был, путевой лист ФИО3 колхозом не выдавался. Колхозом были переданы денежные средства в размере 60 000 рублей на проведение судебной медицинской экспертизы М.С.В.. и его похороны.

На основании положений 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) судом определено рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав стороны, свидетеля, прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, исследовав письменные материалы дела и оценив их в совокупности, суд полагает заявленные исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению.

Судом установлено, что ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ рождения, являлась дочерью М.С.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 12).

С 12 января 2016 г. по 31 мая 2022 г. ФИО3 работал в колхозе «Красная звезда» слесарем по ремонту оборудования картофелехранилища (л.д. 86, 118, 119, 120).

16 декабря 2021 года около 09 часов ФИО3, управляя личным автомобилем марки «Lifan 214813», государственный регистрационный знак № осуществляя движение по автомобильной дороге Р-132 «Золотое кольцо», выехал на полосу встречного направления и совершил столкновение с автомобилем «Volkswagen Passat», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5, который осуществлял движение во встречном направлении по своей полосе.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия находившийся в автомобиле «Lifan 214813» гражданин М.С.В.., отец истца, получил травмы, несовместимые с жизнью, и скончался на месте происшествия.

По факту дорожно-транспортного происшествия было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 УК РФ, а именно нарушение лицом, управляющим автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности смерть человека (л.д. 8-10, 11, 74-79).

В качестве потерпевшей по данному уголовному делу была признана ФИО7- дочь погибшего М.С.В..

В ходе следствия по уголовному делу было установлено, что лицом, виновным в дорожно-транспортном происшествии, является водитель автомобиля марки «Lifan 214813» ФИО3, который, нарушив правила дорожного движения и, не учитывая интенсивность движения, особенности управляемого им автомобиля, дорожные и метеорологические условия, не выбрав безопасную скорость в данной дорожной ситуации, не приняв мер к снижению скорости автомобиля, выехал на полосу встречного движения в момент приближения автомобиля «Volkswagen Passat», вследствие чего произошло столкновение.

Так, согласно заключению эксперта от 1 февраля 2022 г. №1498/22, выполненному АНО «Лаборатория Судекс», технической причиной происшествия послужили действия водителя автомобиля «Lifan 214813», государственный регистрационный знак №, несоответствующие требованиям пунктов 1.5, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, которые состояли в причинной связи с рассматриваемым событием - с фактом столкновения двух транспортных средств. В заданной дорожно-транспортной ситуации снижение скорости и даже полная остановка автомобиля «Volkswagen Passat», государственный регистрационный знак №, не исключала встречное столкновение с автомобилем Lifan. А это означает, что водитель автомобиля «Volkswagen Passat», государственный регистрационный знак №, не имел технической возможности предотвратить встречное столкновение с автомобилем Lifan снижением скорости автомобиля, как того требует пункт 10.1(ч.2) ПДД РФ. С технической точки зрения, в исследуемой дорожно-транспортной ситуации предотвращение дорожно-транспортного происшествия со стороны водителя автомобиля «Lifan 214813», государственный регистрационный знак №, зависело не от наличия или отсутствия у него технической возможности, а целиком зависело от его действий, не противоречащих приведённым выше требованиям Правил. И такая возможность у него имелась, которая заключалась в полном и своевременном выполнении требований пунктов 1.5, 10.1 ПДД РФ. Следовательно, водитель автомобиля Lifan 214813 мог (имел техническую возможность) не допустить встречного столкновения с автомобилем.

Приговором Кашинского межрайонного суда Тверской области от 30 мая 2022 г., вступившим в законную силу 10 июня 2022 г., ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 УК РФ, за потерпевшей ФИО7 признано право на удовлетворение гражданского иска, вопрос о размере возмещения гражданского иска передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства (л.д. 8-10, 74-79).

В исковом заявлении истец ФИО7 указывает на то, что погибший М.С.В.. являлся её отцом, его смерть повлекла причинение ей нравственных страданий.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьёй 151 Кодекса.

Как следует из статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека, в частности переживания в связи с утратой родственников.

Право на компенсацию морального вреда в связи со смертью потерпевшего согласно абзацу третьему пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» могут иметь иные лица, в частности члены семьи потерпевшего, иждивенцы, при наличии обстоятельств, свидетельствующих о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Статьёй 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред (абзац первый пункта 1 статьи 1064 ГК РФ). Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (абзац второй пункта 1 статьи 1064 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2, 3 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам, по основаниям, предусмотренным пунктом 1 этой статьи.

Согласно разъяснениям, содержащихся в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ). Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу пункта 3 статьи 1079 ГК РФ компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред.

Согласно абзацу второму статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинён жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ.

Из приведенных правовых норм следует, что владельцы источников повышенной опасности независимо от вины солидарно отвечают за вред, причиненный третьим лицам в результате взаимодействия этих источников.

Судом установлено, что получение телесных повреждений М.С.В.., повлекших его смерть, произошло в результате взаимодействия в дорожно-транспортном происшествии источников повышенной опасности: автомобиля «Lifan 214813», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3 и автомобиля «Volkswagen Passat», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5

Собственником автомобиля «Lifan 214813», государственный регистрационный знак №, которым на момент дорожно-транспортного происшествия управлял ФИО3, и в котором находился пострадавший М.С.В.., является ФИО3

Собственником автомобиля «Volkswagen Passat», государственный регистрационный знак № которым на момент дорожно-транспортного происшествия управлял водитель ФИО5, является ФИО5

Таким образом, на ФИО3 и ФИО5 как владельцев источников повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению компенсации морального вреда, причиненного третьим лицам в результате взаимодействия источников повышенной опасности.

Статьёй 1101 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пунктах 25-30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинён вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учётом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учётом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», с учётом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Суд признаёт общеизвестным и не нуждающимся в доказывании то обстоятельство что, духовная, психологическая и эмоциональная связь между родителями и детьми является фундаментальной, определяющей во многом состояние здоровья (его психический аспект) как родителя, так и ребёнка, что разрыв указанной связи, внезапная, насильственная по своей природе, смерть близкого человека причиняет значительные страдания его близким родственникам (при условии наличия между ними реальных родственных отношений).

В судебном заседании истец ФИО7 суду пояснила, что до 12 лет она проживала с матерью и отцом М.С.В.. в г. Кашин. Когда ей было 12 лет, её родители развелись, она с мамой переехала жить в г. Кимры Тверской области. В разные периоды жизни периодичность общения с отцом была разная. Она мало общалась с отцом, когда у него появилась новая семья. По истечении подросткового периода у неё с отцом сложились тёплые отношения. Отец ей звонил и поздравлял с праздниками. От тёти М.Е. она узнала, что произошла авария в которой погиб её папа. Эта новость стала для неё шокирующей, она долго не могла поверить, что это произошло с её папой. От переживаний у неё защемило спину, к врачу она не обращалась. В настоящее время она испытывает чувства грусти и печали, так как она потеряла папу, его заботу и доброту. Ей очень тяжело осознавать, что жизнь папы оборвалась в один миг, тяжело вспоминать те моменты, когда она вместе гуляли.

При даче показаний в рамках расследования уголовного дела по факту дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 16 декабря 2021 г. (протокол допроса от 16 марта 2022 г.), ФИО7 давала пояснения, аналогичные объяснениям, данным в суде.

Из пояснений свидетеля М.О.К.., супруги погибшего М.С.В.., следует, что она познакомилась с супругом в 2002 году, у супруга есть дочь от первого брака Анастасия. После развода её супруг не знал, куда уехала проживать первая супруга с дочерью. В августе 2005 г. дочь Анастасия позвонила мужу и сказала, что хочет приехать в гости. Анастасии было 14 лет. Её супруг записывал все важные для него события, в записях супруга указано, и как она само помнит, Анастасия приезжала в гости на 3 дня в декабре 2002 года, на 5 дней в январе 2007 года, в августе 2007 года Анастасия приезжала в гости к бабушке. Летом 2012 года Анастасия приезжала в гости вместе с будущим мужем на 3 дня. Летом 2013 года супруг ездил на свадьбу к Анастасии в г. Дубну. В 2016 году из поздравительной открытки бабушки Анастасии по материнской линии узнал, что у него родился внук, которому уже исполнился 1 год 4 месяца. В 2020 году муж с их общей дочерью поехал к внуку, но с внуком не встретился, как ему сказала Анастасия, из-за болезни. После этого Анастасия сказала мужу, чтобы он не звонил и не писал. Они не знали, по какой причине Анастасия не хотела общаться с ними. Муж обижался, что дочь его не поздравляет

Приведенные выше доказательства свидетельствуют, хотя о не частых, но о тёплых и близких взаимоотношениях между отцом М.С.В. и его дочерью ФИО7

Материалы дела не содержат сведений о сложившихся негативных взаимоотношениях между М.С.В.. и ФИО7

В данной ситуации сам по себе факт смерти близкого родственника - отца свидетельствует о причинении дочери морального вреда, выразившегося в понесенных нравственных страданиях, чувстве горя, невосполнимой утрате близкого человека.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что для истца ФИО7 смерть отца стала тяжёлой и невосполнимой моральной утратой, его гибелью истцу, которая, будучи дочерью, навсегда лишилась возможности видеть своего отца, получать заботу с его стороны, причинён моральный вред, выразившийся в переживаемых ею тяжелых нравственных страданиях. В связи с гибелью отца необратимо нарушено личное неимущественное право истца - право на семейные, родственные отношения между ними, относящегося к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения.

Учитывая фактические обстоятельства дела, оценивая характер родственных отношений, сложившихся между истцом и потерпевшим при их жизни, степень эмоционального потрясения истца, степень перенесённых истцом нравственных страданий из-за внезапной, трагической смерти отца, невосполнимой утраты родного человека, индивидуальные особенности ФИО7, материальное и семейное положение каждого ответчика, принимая во внимание требования разумности и справедливости, иные заслуживающие внимания обстоятельства, суд определяет компенсацию морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, в связи со смертью отца М.С.В.. в размере 300 000 руб. 00 коп. Указанная сумма, по мнению суда, соразмерна последствиям нарушения и компенсирует истцу перенесенные ею нравственные страдания, сгладит их остроту. При определении размера компенсации морального вреда суд также исходит из того, что истец с погибшим отцом совместно не проживала длительное время, общение между ними носило не частый характер.

В силу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу положений статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» следует, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объём заявленных требований, цена иска, сложность дела, объём оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Квитанцией к приходно-кассовому ордеру от 13 июля 2022 г. подтверждается, что истцом ФИО7 были оплачены юридические услуги на представительство в Кашинском суде в размере 15 000 руб. 00 коп. (л.д. 13).

Учитывая объём заявленных требований, цену иска, сложность дела, объём оказанных представителем услуг, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд полагает, что требование ФИО7 о возмещении ему судебных расходов по оплате услуг представителя является обоснованным и подлежащим удовлетворению в полном объёме.

На основании положений статьи 103 ГПК РФ, в связи с удовлетворением судом исковых требований истца о взыскании компенсации морального вреда с ответчиков в доход бюджета МО «ФИО1 городской округ» Тверской области подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб. 00 коп.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО7 удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с ФИО3 (серия и номер документа, удостоверяющего личность, №), ФИО5 (серия и номер документа, удостоверяющего личность, №) в пользу ФИО7 (серия и номер документа, удостоверяющего личность, №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб. 00 коп., судебные расходы в размере 15 000 руб. 00 коп., всего 315 000 (триста пятнадцать тысяч) руб. 00 коп.

В удовлетворении исковых требований ФИО7 к ФИО3, ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) руб. 00 коп. отказать.

Взыскать солидарно с ФИО3 (серия и номер документа, удостоверяющего личность, №), ФИО5 (серия и номер документа, удостоверяющего личность, №) государственную пошлину в доход бюджета Муниципального образования Кашинского городского округа Тверской области в размере 300 (триста) руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд с подачей апелляционной жалобы через ФИО1 межрайонный суд Тверской области в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 27 февраля 2023 г.

Судья