Решение по делу № 2-157/2023 от 15.03.2023 - о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

Дело № 2-157/2023 (№2-2677/2022)

УИД 18RS0011-01-2022-003807-60

Решение

Именем Российской Федерации

15 марта 2023 года г.Глазов

Глазовский районный суд Удмуртской Республики в составе судьи Рубановой Н.В., при секретаре судебного заседания Дюкиной Д.Д., помощнике судьи Куртеевой О.С., с участием представителя истца адвоката Богдановой Т.В., действующей на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3, которым просила признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому одаряемыми являлись ФИО2, ФИО3, недействительным; применить последствия недействительности сделки по отчуждению 1/3 доли в праве общей долевой собственности ФИО2, 2/3 доли в праве общей долевой собственности ФИО3 на недвижимое имущество - квартиру по адресу: Удмуртская Республика, г.Глазов, <адрес>. Требования мотивированы тем, что истец являлась единоличным собственником квартиры, расположенной по адресу: Удмуртская Республика, г.Глазов, <адрес>, проживает в ней одна. Будучи пожилым человеком, юридически неграмотным, находясь в натянутых отношениях с сыном ФИО8, истец решила составить договор дарения на своего второго сына ФИО2 и внучку ФИО3, являвшуюся дочерью ФИО8 Заключая договор дарения, стороны знали, что он заключается для вида, без фактического его исполнения. Волей истца являлось сбережение указанного имущества от перехода его к ФИО8, в порядке наследования. Зная об условиях мнимой сделки, стороны сохранили порядок пользования жилым помещением за истцом, которая продолжает пользоваться указанным помещением, как своим собственным, оплачивает содержание помещения и текущие коммунальные платежи. ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО3 уведомила ФИО2 о продаже своей доли в указанной квартире. Ответчик ФИО2 в свою очередь уведомил об этом истца. Поскольку оспариваемый договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ являлся мнимым и сторонами не исполнялся, срок для предъявления требований о признании его недействительным и для применения последствий его недействительности следует исчислять с даты, когда истец впервые узнала о намерении ответчика ФИО3 распорядиться подаренной ей долей путем ее продажи. О намерениях ответчика ФИО3 истец узнала ДД.ММ.ГГГГ, с указанной даты следует считать срок исковой давности.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом,

Представитель истца адвокат Богданова Т.В. исковые требования ФИО1 поддержала по доводам, изложенным в иске, ранее, в судебном заседании, по ходатайству ответчика ФИО3 о применении к требованиям срока исковой давности, пояснила, что оспариваемый договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ является мнимой сделкой и сторонами не исполнялся, срок для предъявления требований о признании его недействительным и для применения последствий его недействительности следует исчислять с даты, когда истец впервые узнал о намерении ФИО3 распорядиться подаренной долей путем ее продажи.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями согласился. Ранее, в судебном заседании пояснил, что его мать ФИО1, находясь в натянутых отношениях с сыном ФИО8, из-за его ухода из семьи, составила договор дарения, согласно которому подарила ему (ответчику) 1/3 доли в спорном жилом помещении, 2/3 доли подарила внучке ФИО3, чтобы в порядке наследования квартира не досталась ФИО8 Ответчик с ФИО3 знали о мнимости данной сделки. ФИО1 до сделки проживала в спорной квартире и проживает в ней по настоящее время, несет бремя содержания жилого помещения. Данное жилое помещение у ФИО1 является единственным.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, представила возражения на исковое заявление, в которых указала, что ДД.ММ.ГГГГ истец подавала исковое заявление о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным на основании того, что она была введена в заблуждение ответчиком ФИО3 и ее законным представителем ФИО4, относительно правовой природы (сущности) договора дарения. Истец ФИО1 считала, что подписывала договор ренты, а не договор дарения. В обмен на квартиру ответчики обещали ухаживать за ней, помогать материально и физически. По результатам рассмотрения данного искового заявления судом вынесено определение об оставлении иска без рассмотрения. ДД.ММ.ГГГГ истец вновь обратилась в суд с теми же требованиями в отношении того же договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, но основанием иска указывает заключение мнимой сделки, договор заключался для вида, воля истца была направлена не на передачу квартиры по договору дарения, а на сбережение указанного имущества от перехода к ее сыну ФИО8 в порядке наследования. Истец пытается ввести суд в заблуждение. Государственная регистрация перехода права собственности от истца к ответчику ФИО3 состоялась ДД.ММ.ГГГГ. Намерение ФИО1 осуществить государственную регистрацию перехода права в связи с договором дарения подтверждается материалами регистрационного дела. Каких-либо возмездных обязательств со стороны одаряемой ФИО3 к дарителю ФИО1 оспариваемый договор дарения не содержит. Сделка, совершенная истцом не является мнимой, а относится к оспоримым сделкам. В соответствии с ч.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год и подлежит исчислению с момента совершения сделки, то есть с ДД.ММ.ГГГГ. Пользоваться данным жилым помещением не представляется возможным в силу отдаленности места учебы, проживания. Налоги оплачиваются пропорционально доле, задолженности не имеется. Доходов не имеется, кроме стипендии в размере 2000 руб. Просит в удовлетворении исковых требований отказать, применить к требованиям истца срок исковой давности.

Протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица привлечено Управление Росреестра по Удмуртской Республике.

Третье лицо представитель Управления Росреестра по Удмуртской Республике в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ранее представил отзыв на исковое заявление, просил рассмотреть дело в отсутствии представителя Росреестра.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечена ФИО4

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, представила возражения, в которых указала, что на момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ее дочь ФИО3 была несовершеннолетней, в связи с чем при заключении сделки она (ФИО4) являлась ее законным представителем. Истец ФИО1 собственноручно и лично подавала заявление о передаче документов для государственной регистрации перехода квартиры в общую долевую собственность ответчиков ФИО2 1/3 доли, ФИО3 2/3 доли в квартире. Специалисты управления Росреестра в г.Глазов, до подписания договора дарения, всем участникам сделки разъясняли последствия совершения указанной сделки. Истец понимала и желала заключения данного договора. Оспариваемый договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ не противоречит условиям действительности сделки, правовые последствия совершенной сделки достигнуты. Выразив свою волю, как законный представитель несовершеннолетней ФИО3 на принятие спорной квартиры в собственность несовершеннолетней, оплачивала имущественные налоги до совершеннолетия дочери. В настоящее время дочь оплачивает имущественный налог. Воля истца при заключении договора дарения была направлена на совершение сделки по безвозмездной передаче спорной квартиры в собственность ответчиков и ФИО1 желала наступления соответствующих последствий по данной сделке.

Дело рассмотрено в отсутствии неявившихся лиц в порядке ст.167 ГПК РФ.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании пояснила, что ее тетя ФИО1 оформила договор дарения своей квартиры по <адрес> по долям сыну ФИО2 и внучке ФИО3, с целью, чтобы только после ее смерти квартирой в порядке наследования распоряжались они, поскольку эта квартира ее единственное жилье.

Свидетель ФИО7 в судебном заседании пояснила, что является супругой ответчика ФИО2 В 2014 брат супруга ФИО8 ушел из семьи и в обиде на него ФИО1 оформила договор дарения квартиры, расположенной по адресу: г.Глазов, <адрес>, подарив сыну ФИО2 и внучке ФИО3 доли в указанной квартире. Оформляя договор дарения, ФИО1 намеревалась и в дальнейшем проживать в своей квартире, поскольку это было ее единственное жилье.

Выслушав представителя истца, ответчика, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч.3 ст.123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 № 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия", при рассмотрении гражданских дел следует исходить из представленных истцом и ответчиком доказательств.

Разрешая настоящее гражданское дело, суд руководствуется положениями ст. ст. 12, 56, 57 ГПК РФ, согласно которым правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом; доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 являлась собственником квартиры по адресу: Удмуртская Республика, г.Глазов, <адрес>, что следует из договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.13).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (даритель) и ФИО2, ФИО4, действующей за свою несовершеннолетнюю дочь ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (одаряемые), заключен договор, по условиям которого даритель передал безвозмездно, а одаряемые приняли в дар принадлежащую дарителю на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: Удмуртская Республика, г.Глазов, <адрес>. В результате договора отчуждаемая квартира перешла в общую долевую собственность одаряемых ФИО2 в размере 1/3 доли в праве общей долевой собственности, ФИО3 в размере 2/3 доли в праве общей долевой собственности (пункт 3 Договора) (л.д 17).

Согласно пункту 5 Договора стороны при подписании договора ознакомлены с содержанием ст.ст. 170,179,181,256,432 ГК РФ.

Также согласно условиям договора он содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета договора, стороны подтвердили, что у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данную сделку на крайне невыгодных для себя условиях (пункты 6,7 Договора).

Право собственности ФИО2 на 1/3 доли в праве общей долевой собственности, ФИО3 на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на указанную квартиру зарегистрировано в установленном законом порядке в Управлении Росреестра по УР ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации от ДД.ММ.ГГГГ, выпиской из ЕГРН (л.д.14-15,58).

Из материалов регистрационного дела на указанный объект недвижимости следует, что перечисленная сделка зарегистрирована Управлением Росреестра по Удмуртской Республике, в том числе на основании подписанных заявлений ФИО1, ФИО2, законного представителя несовершеннолетней ФИО3-ФИО4 (л.д.35-41).

Согласно справке МУП «ЖКУ» от ДД.ММ.ГГГГ в квартире, расположенной по адресу: Удмуртская Республика, г.Глазов, <адрес>, зарегистрирована с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1(л.д.16).

Истец по делу обратился с иском об оспаривании вышеуказанного договора дарения квартиры, ссылается на мнимость договора дарения: сделка была совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -ГК РФ) право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Положениями норм ст. 432 ГК РФ установлено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Статья 572 ГК РФ предусматривает, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Положениями ст. 574 ГК РФ определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемой сделки) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (п. 1).

Пунктом 1 ст.167 ГК РФ установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительная с момента ее совершения.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Из анализа приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что мнимая сделка характеризуется несоответствием письменно выраженного волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение и прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей. Поскольку мнимая сделка совершается лишь для вида, одним из показателей ее мнимости служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость.

Вместе с тем, истцом не представлено доказательств того, что ответчик ФИО3 заключая договор дарения, не имела намерений приобрести спорную квартиру в собственность.

В ходе судебного разбирательства установлено и сторонами не опровергнуто, что, не смотря на то, что истец юридически перестала быть собственником спорной квартиры с ДД.ММ.ГГГГ, она продолжала пользоваться подаренным имуществом как своим собственным, зарегистрирована и проживает в нем, несет бремя его содержания.

Ответчики фактически квартиру не принимали, акт приема-передачи стороны не подписывали, ключи от квартиры не получали, ответчики в квартиру не вселялись, ею по назначению не пользовались.

Между тем, проживание истца ФИО1 в квартире, невселение ответчиков в квартиру, а также тот факт, что ответчики не оплачивают жилищно-коммунальные услуги не свидетельствует о мнимости договора дарения.

Проживание истца ФИО1 в спорном жилом помещении, несение расходов на жилищно-коммунальные услуги, содержание имущества, вытекает из ее права пользования жилым помещением и не свидетельствует о сохранении за истцом права собственности на недвижимое имущество и мнимости сделки.

Также суд считает необходимым отметить, что переход права собственности на основании договора дарения квартиры, оформленного в письменной форме, в соответствии с п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, не предполагает обязательное и безусловное вселение одаряемых в квартиру, не исключает дальнейшее проживание дарителей в квартире, в том числе с возмещением дарителями потребляемых жилищно-коммунальных услуг.

Кроме того, доводы истца о мнимости сделки опровергаются доводами и письменными доказательствами, представленными ответчиком ФИО3 и третьим лицом ФИО4, являющейся на момент заключения сделки законным представителем несовершеннолетней ФИО3, а именно чеками об оплате налога на имущество в спорном жилом помещении, последними, что не оспаривалось истцом. Ответчик ФИО3 получила правоустанавливающий документ на жилое помещение (л.д.65). Ответчик ФИО3 и третье лицо ФИО4 утверждают, что сделка по дарению спорного жилого помещения не носила характер мнимой и доводы их последовательны с момента предъявления истцом ФИО1 в 2018 в суд исковых требований о признании сделки по заключению договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительной по такому основанию, как совершение сделки под влиянием заблуждения относительно природы сделки в соответствии со ст. 178 ГК РФ.

Кроме того, ФИО3 приняла меры к реализации своих полномочий собственника недвижимого имущества, направив уведомление второму собственнику спорного жилого помещения о продаже ее доли (л.д.18).

К показаниям ответчика ФИО2 и допрошенных свидетелей суд относится критически, поскольку ответчик является сыном истца, заинтересован в благоприятном для нее исходе дела. Свидетели ФИО6, ФИО7, находящиеся с истцом и ответчиком ФИО2 также в родственных отношениях, достоверно не могут утверждать о волеизъявлении дарителя и одаряемой оспариваемой сделки.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела истцом ФИО1 не были представлены доказательства того, что у сторон при подписании оспариваемого договора отсутствовали намерения создать соответствующие договору правовые последствия, и что волеизъявление сторон при заключении сделок не было направлено на отчуждение имущества ФИО1, передачу и приобретение долей в квартире в собственность ФИО2, ФИО3, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным ввиду мнимости совершенной сделки.

Доводы об истечении срока исковой давности судом не рассматриваются в связи с отказом в удовлетворении исковых требований

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Поскольку иск о признании недействительными договоров купли-продажи или дарения, а также спор о применении последствий недействительности сделки связан с правами на имущество, государственную пошлину при подаче таких исков следует исчислять в соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации - как при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, в зависимости от цены иска.

В соответствии со ст. 333.19 НК РФ при подаче искового заявления истцу надлежало уплатить государственную пошлину в размере 12595,08 руб. при цене иска 939507,77 руб.

Определением Глазовского районного суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ истцу ФИО1 по ее ходатайству предоставлена рассрочка по уплате государственной пошлины при подаче иска до вынесения по делу судебного постановления.

Истцом при подаче иска оплачена государственная пошлина в размере 1000,00 руб., что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.12). Поскольку истцу отказано в удовлетворении исковых требований, оснований для освобождения ее от уплаты госпошлины не имеется.

В связи с изложенным, с истца подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета МО «Город Глазов» в размере 11595,08 руб.

Определением Глазовского районного суда УР от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству истца о принятии мер по обеспечению иска наложен арест на квартиру, расположенную по адресу: г.Глазов, <адрес>, кадастровый №.

В соответствии с частью 1 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

Согласно части 3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда.

Принимая во внимание, что в удовлетворении исковых требований судом истцу отказано, суд приходит к выводу о том, что обеспечение иска может быть отменено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения недействительным, исключении записи в Едином государственном реестре недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ №, применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 государственную пошлину в доход МО «Город Глазов» в размере 11595,08 руб.

Отменить обеспечение иска в виде наложения ареста на квартиру, расположенную по адресу: г.Глазов, <адрес>, кадастровый №.

Меры по обеспечению иска по определению Глазовского районного суда УР от 09.11.2022 сохраняются до вступления в законную силу решения суда.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме через Глазовский районный суд Удмуртской Республики.

Мотивированное решение составлено 20.03.2023.

Судья Н.В.Рубанова