63RS0007-01-2024-004496-22
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
20 марта 2025 г. г. Самара
Волжский районный суд Самарской области в составе:
председательствующего судьи Серовой С.Н.,
при секретаре Головинской М.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-476/2025 по административному исковому заявлению ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации, Войсковой части № о признании действий (бездействия) незаконными,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с административным иском указав, что административный истец состоит в зарегистрированном браке с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 заключил с Министерством обороны Российской Федерации контракт о прохождении военной службы, после чего был направлен для выполнения задач в зону проведения специальной военной операции. По информации войсковой части, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был ранен, а ДД.ММ.ГГГГ скончался в городской больнице № г. Горловка Донецкой Народной Республики. ДД.ММ.ГГГГ тело ФИО2 было доставлено в г. Тольятти Самарской области из 522 Центра приема, обработки и отправки погибших Министерства обороны РФ, а ДД.ММ.ГГГГ было захоронено. Однако в соответствии с требованиями действующего законодательства, административному истцу не было передано письмо командира части с изложением обстоятельств гибели военнослужащего. Кроме того, в медицинских документах указано, что в бюро судебно-медицинской экспертизы был доставлен мужчина 20-30 лет, однако ФИО2 был 41 год. Со слов сотрудников 522-го Центра, фотографирование, регистрация тела и его опознание в установленном законом порядке не проводилось. На транспортировочном ящике и гробе не было никаких маркировочных надписей. Документы ФИО2 и его личные вещи административному истцу не передавались. Тело своего мужа административный истец при захоронении не видела, другие родственники в опознании тела не участвовали. Извещение о гибели мужа административному истцу не направлялось.
Административный истец, полагая, что указанными обстоятельствами нарушаются его права и законные интересы, просит суд признать незаконными действия (бездействие) Министерства обороны Российской Федерации и Войсковой части №, выразившиеся:
- в необеспечении идентификации лица, тело которого было доставлено из 522 Центра приема обработки и отправки погибших Министерства обороны Российской Федерации, как тело ФИО2, с мужем административного истца ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;
- в необеспечении доставки тела ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в случае его гибели, для захоронения.
Административный истец ФИО1 и её представитель – адвокат Акинин О.А. в судебном заседании административные исковые требования поддержали, просили удовлетворить в полном объеме. ФИО1 отметила, что по представленной в материалы дела фотографии опознает своего мужа ФИО2. Однако полагает, что процедура опознания, транспортировки и захоронения тела ФИО2 нарушена, о чем конкретно отражено в административном иске и было изложено в ходе судебного разбирательства, в связи с чем полагала необходимым проверить соблюдение ответчиками Порядка погребения погибших (умерших) военнослужащих.
Представитель административного ответчика – Войсковой части № в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, представил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.
Представитель административного ответчика – Министерства обороны Российской Федерации в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, возражений не представил.
Заинтересованное лицо ФИО3 в судебном заседании поддержала административные исковые требования, просила удовлетворить в полном объеме.
Представители заинтересованных лиц – ГБУ ДНР «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы», Военного комиссариата г. Отрадный и Кинель-Черкасского района Самарской области, Военной прокуратуры Самарского гарнизона, ГБУ ДНР «Городская больница № <адрес>» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, представили ходатайства о рассмотрении дела без их участия.
Представитель заинтересованных лиц ФИО4, ФИО5 – ФИО6 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом. Ранее в ходе судебного разбирательства возражала против удовлетворения административных исковых требований, просила отказать в полном объеме, по доводам, изложенным в письменных пояснениях (т. 1, л.д. 127-128, 152-153, 166-167).
Представитель заинтересованного лица – 522-го Центра приема, обработки и отправки погибших Министерства Обороны РФ в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, возражений не представил.
Допрошенный в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО7 пояснил, что ФИО2 является его зятем. На похоронах он присутствовал, гроб стоял в фойе театра и его не вскрывали, открыли только окошко на гробе, было недостаточно светло, чтобы что-то рассмотреть. Подходить близко к гробу не разрешали. Сами похороны проводились примерно в середине января. Тело не привозили в течение месяца и сообщали о постоянных препятствиях в доставке тела. Сомнений в том, что это не Л. не возникло, он лежал очень глубоко в гробу, лицо было белым, голова была повернута в правую сторону, а челюсть открыта, были видны зубы. Голова была целая, была видна левая сторона головы. Гроб был уже не в контейнере и сообщили, что цинк гроба обработан, чтобы не походили слишком близко. На похоронах присутствовал он, его жена и дочь, так как сказали, что могут присутствовать только трое и больше никого не пускали. Только после торжественных слов пустили остальных. Его дочь (ФИО1) почти сразу упала в обморок, как только заглянула в окошко и больше она не походила к гробу. Времени на осмотр дали мало. Впоследствии у дочери возникли сомнения в том, что доставили тело Л., и он также начал сомневаться.
Допрошенный в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО8 пояснила, что Э. (административный истец) – дочь её мужа (ФИО7), а Л. – зять. Похороны проводились ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> в театре «Колесо». Разрешение на осмотр дали только троим родственникам, разрешение давал организатор похоронного процесса, он же готовил все документы. В окошко она увидела, что тело лежало глубоко в гробу, под наклоном, челюсть была открыта, зубы были все, лицо было обмазано чем-то белым. В фойе был полумрак, на гробу она (свидетель) ничего не видела. Сомнения в том, что тело в гробу принадлежит Л., появились сразу, поскольку во рту у тела были все 32 зуба, а Л. удаляли зубы. Личные вещи Л. так и не выдали, и не прислали, а в военной части дочери отказали в выдаче вещей.
Допрошенная в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО9 пояснила, административного истца знает, они познакомились в ДД.ММ.ГГГГ, когда их мужья подписали контракты, после этого они подружились. Их мужья ДД.ММ.ГГГГ подписали контракты и оправились в зону боевых действий. Они собирались вместе отмечать новый год, но ФИО2 отправили на задание, после чего ФИО2 престал выходить на связь. В январе ФИО1 пришло сообщение, в котором сказали срочно связаться с военной частью, после чего они узнали, что Л. ранили. Они стали искать сведения о том, что случилось с Л.. С помощью волонтеров узнали, что Л. умер в госпитале ДД.ММ.ГГГГ. У ФИО1 возникали сомнения в смерти мужа, поскольку поиск информации о его гибели и процедура доставки тела вызывали сомнения, информация о дате смерти и ранениях разнилась. Её (свидетеля) двоюродный брат также заключил контракт, получил травму, находился в госпитале в <адрес>. Она навестила брата в госпитале примерно в ДД.ММ.ГГГГ., где она увидела Л., узнала его сразу. Однако записан Л. был по чужому жетону. Врач отказался выдавать сведения, но ей сообщили, что у Л. амнезия и что он ничего о себе не помнит. Когда она увидела Л., он был без сознания. Она не знала, как сказать Э. о том, что она видела Л. в Омске живым, поскольку думала, что ей не поверят. Последующие поиски Л. результатов не дали У неё (свидетеля) нет никаких сомнений, что она видела Л. живым после ДД.ММ.ГГГГ т.е. после его похорон.
Допрошенный в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО10 пояснил, что он присутствовал на похоронах ФИО2, он знал его как ФИО20 до смены фамилии и имени, который приходится его другом, ранее они вместе работали в МВД. О гибели А. он узнал от своих коллег по службе, пришёл в театр «Колесо» на его похороны. Он (свидетель) спросил у одного из организаторов можно ли открыть окошко, на что ему сказали, что если родственники попросят открыть окошко, то они это сделают, также ему разрешили проводить А.. Он смог также посмотреть в окошко и опознать А.. В окошко он (свидетель) заглядывал, сомнений в том, что это А., у него не возникло, лицо не было обезображено, он сразу узнал А.. Когда крышку гроба приоткрыли, административный истец сказала, что это А. и упала в обморок. После окончания процессии, они поехали на аллею ветеранов, там и похоронили А. и разъехались. Похоронами солдат занимается Спецкомбинат.
Допрошенная в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО11 пояснила, что ФИО1 и ФИО2 знает. Последний является её родным братом, они двойняшки, а Э. его супруга. На опознании она (свидетель) не присутствовала, её не пустили. Ей известно, что на прощании была только Э., других не помнит. Родители Л. приехали только когда началось отпевание. Ей показывали фотографию Л., где он в госпитале лежал. На этом фото она точно опознала своего брата.
Допрошенный в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО12 пояснила, что Э. и Л. знает только под другими фамилиями, они носили фамилию Г-вы. Л. её младший родной брат. Между ней (свидетелем) и Э. имеются неприязненные отношения, но их наличие не дает оснований для оговора. О смерти брата ей (свидетелю) сказала её дочь, которой сообщила об этом Э.. В процессе похорон и впоследствии никто не высказывал сомнений о том, что похоронили не Л..
Допрошенный в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО13 пояснила, что ФИО14 знает, она родственница со стороны её (свидетеля) мужа ФИО15 Н.ча. В ДД.ММ.ГГГГ. им сообщили, что Л. погиб. Его долго не могли привезти, но потом все-таки доставили и назначили дату похорон. Похороны проходили в театре Колесо в Тольятти. Организатор похорон пригласил Э. и ее родителей на опознание, перед этим взяв у них фотографию. Потом пригласили всех остальных. Слева стоял чужой гроб, а справа их. На крышке гроба стояла фотография Л., сам гроб был закрыт.
Допрошенный в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО16 пояснил, что Э. его племянница. Л. он также знал. Ему (свидетелю) известно, что Э. пыталась найти мужа, поскольку сомневалась в его гибели, и доставке тела именно Л..
Допрошенный в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО17 пояснил, что является сотрудником МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг». О погребении ФИО14 ему известно, он (свидетель) занимался организацией захоронения от начала и до конца, не присутствовал только на кладбище. Военкомат уведомляет людей о том, что их боец прибыл, после чего в военкомате родственникам разъясняют процедуру захоронения, после чего оформляются выплаты на проведение захоронений. Саму церемонию прощания также проводил он. Церемония прощания проходила в центральном районе г. Тольятти в театре «Колесо». Для организации захоронения был необходим паспорт умершего, который находился у истицы, медицинское заключение для получения свидетельства о смерти. В помещении для прощания бригада для захоронения забирает транспортировочный ящик и распаковывает его, в зал для прощания пребывает цинковый гроб в том состоянии, в котором его направлял ФИО18. Обычно это цинковая фанера, обшитая красной или бардовой тканью. На транспортировочном ящике имеется табличка с указанием ФИО бойца. Каждый цинковый гроб везет сопровождающий, либо представитель части. На прощание, для опознания допускаются только самые близкие родственники, для всех остальных цинк остается закрытым. В гробу было окно. На церемонии прощания после осмотра тела через окно девушке (супруге ФИО14) стало плохо и потребовалось вмешательство медиков. На его практике еще ни разу не было такого, чтобы кто-то говорил, что в гробу лежит не их родственник. В данном случае, таких сомнений родственники также не высказывали.
Выслушав мнения лиц, участвующих в деле, опросив свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующему выводу.
В соответствии с частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ) гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.
По смыслу положений статьи 227 КАС РФ для признания решений, действий (бездействия) незаконными необходимо наличие совокупности двух условий - несоответствие оспариваемых решений, действий (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца. При отсутствии хотя бы одного из названных условий требования удовлетворению не подлежат.
В силу части 2 статьи 62 КАС РФ обязанность доказывания законности оспариваемых нормативных правовых актов, актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами, решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений.
По административным делам данной категории административный истец не обязан доказывать незаконность оспариваемых решений.
Согласно части 9 статьи 226 КАС РФ если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:
1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;
2) соблюдены ли сроки обращения в суд;
3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:
а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);
б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен;
в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;
4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.
Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие) (часть 11 статьи 226 КАС РФ).
Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО14 (до брака ФИО19) Э.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО2 (до смены имени и фамилии ФИО20), ДД.ММ.ГГГГ года рождения, состояли в зарегистрированном браке, что подтверждается свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ. (т. 1, л.д. 13).
ДД.ММ.ГГГГ между младшим сержантом ФИО2 и Министерством обороны Российской Федерации в лице ВрИО командира войсковой части 90600 гвардии подполковника ФИО21 был заключен контракт о прохождении военной службы (т. 1, л.д. 14-17).
Начиная с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 проходил военную службу по контракту в войсковой части 90600 и в дальнейшем был направлен для выполнения боевых задач в рамках специальной военной операции (далее - СВО) (т. 1, л.д. 18).
Согласно справке Городской больницы № города Горловки Донецкой Народной Республики от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д. 22), ФИО2 был доставлен в приемное отделение ГБ № <адрес> ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ в сопровождении военнослужащих. Место ранения неизвестно. Паспортные данные пациента были взяты из первичной медицинской карточки (форма 100), с которой он был доставлен. Пациент был доставлен с личными вещами: цепь белого металла, крест белого металла, жетон белого металла. Вышеперечисленные вещи были направлены с телом в бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>. При поступлении была заведена медицинская карта № стационарного больного. Данная медицинская карта в настоящее время находится в архиве ГБ № <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер Тело ФИО14 передано в бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>.
ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем 3 отдела (по расследованию преступлений на территории <данные изъяты> ФИО22 с участием врача-анестезиолога был составлен осмотр трупа ФИО2 (т. 1, л.д. 228-229). В ходе осмотра проводилась фотосъемка. При производстве следственного действия ничего не изъято. Какие-либо замечания не поступали. Труп направлен в СМЭ <адрес>, о чем составлено соответствующее письменное направление от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д. 230). В данном направлении также указано, при проведении судебно-медицинского исследования трупа разрешено выдать врачебное свидетельство о смерти. Одежду трупа (обувь) и иные вещи уничтожить.
Согласно сведениям ГБУ ДНР «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д. 23-25), ДД.ММ.ГГГГ для проведения судебно-медицинской экспертизы из городской больницы № <адрес> был доставлен труп ФИО2, предположительно <данные изъяты>. Основанием для проведения судебно-медицинского исследования трупа ФИО2 послужило направление о назначении судебно-медицинского исследования старшего следователя 3 отдела (по расследованию преступлений на территории Ц-<адрес>) СУ УМВД России «Горловское» старшего лейтенанта полиции К.А. Госстрой от ДД.ММ.ГГГГ. Объектами исследования и материалами для проведения судебного-медицинского исследования послужили труп ФИО2, а также медицинская карта стационарного больного №. По результатам проведения судебно-медицинского исследования трупа ФИО2, составлен Акт №, который в последующем выдан должностному лицу, назначившему проведение исследования. Врачебное свидетельство о смерти №, а также Акт судебно-медицинского исследования трупа ФИО2 №, заполнялись на основании анкетных данных, указанных в направлении, а также предоставленной Медицинской карты стационарного больного №. В дальнейшем, тело ФИО2 было отправлено в 522 Центр приема, обработки и отправки погибших, расположенный в <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ тело ФИО2 и врачебное свидетельство о его смерти выдано представлению войсковой части ФИО23 (т. 1, л.д. 59-60).
В материалы дела также представлены копии медицинской карты пациента №, первичная медицинская карточка по форме 100, данные первичного осмотра, осмотр хирурга, предоперационный осмотр, сведения о пациенте, сведения о лекарствах необходимых и вводимы ФИО2, описание операции, эпикриз посмертный, протокол установления смерти человека, лист назначений и их выполнений, лист назначений и наблюдений за больным в отделении интенсивной терапии, лист назначений наркотических средств, биохимический анализ крови, направление в судебно-медицинское бюро и ГБ № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д. 64-99).
В указанных документах подробно отражены сведения о характере травм, их лечении, проведенных операциях и смерти пациента.
Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа № (т. 1, л.д. 120-122), подготовленным врачом ФИО24, причиной смерти ФИО2 явилась взрывная травма с повреждением костей черепа и вещества мозга. По данным медицинской карты стационарного больного № на имя ФИО2 смерть его наступила ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ. При исследовании трупа гр-на ФИО2 обнаружено: взрывная травма, сопровождавшаяся осколочными ранениями головы с повреждением костей черепа и вещества мозга, осколочными ранениями нижних и левой верхней конечностей, которая образовалась в результате взрывного действия снаряда и повреждающих его факторов, незадолго до поступления в стационар и относится к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью человека в соответствии с пунктом 6.1.2 «медицинский критерий определения тяжести вреда причиненного здоровью человека в соответствии с приказом №н Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ.»; точечные раны в локтевых сгибах, раны на передней брюшной стенке являются следствиями медицинских манипуляций, произведенных незадолго до наступления смерти. При судебно-химическом исследовании мышцы от трупа гр-на ФИО2 спирт этиловый не найден.
ДД.ММ.ГГГГ ГБУ ДНР «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» были составлены окончательное врачебное свидетельство о смерти № и справка о причине смерти (к форме №/у №, выдается для захоронения) в которых указано, что ФИО2, год рождения неизвестен, ДД.ММ.ГГГГ умер в реанимационном отделении по причине отека головного мозга, взрывная травма с повреждением костей черепа и вещества головного мозга. Указанные документы подписаны врачом ФИО24 и представителем войсковой части ФИО23 в получении документов (т.1, л.д. 20-21, 133-134).
В подтверждение сведений о смерти, в материалы дела также были представлены соответствующие фотоматериалы, на которых отображен погибший ФИО2 (т. 1, л.д. 237).
В дальнейшем, тело ФИО2 было отправлено в 522-й Центр приема, обработки и отправки погибших, расположенный в <адрес>.
Затем, транспортировочный ящик с гробом и телом ФИО2 был доставлен в ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы». Из ответа бюро от ДД.ММ.ГГГГ следует, что действующим законодательством, регламентирующим деятельность бюро судебно-медицинской экспертизы, порядок и сроки принятия и передачи транспортировочных ящиков с гробом и телом военнослужащих (далее - объекты) не регламентированы. Данные объекты в ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» по поручению министерства здравоохранения <адрес> принимались исключительно для временного хранения и передачи получателям (администрации муниципальных образований, специализированной службе по вопросам похоронного дела администрации). Каких-либо действий с объектами (вскрытие, отождествление личности, фиксации информации, написанной на ящике и др.) Бюро не осуществляло. Регистрация фамилии, имени, отчества погибшего, находящегося в транспортировочном ящике, осуществлялась в Бюро в журнале регистрации исключительно по данным, содержащимся на самом транспортировочном ящике, либо по представляемому лицом, передающим объект, документу с такой информацией. Ответственности за содержимое ящика и его соответствия информации, написанной на транспортировочном ящике или соответствия информации, в представляемом документе Бюро не несет, поскольку не имеет возможности сопоставлять эти данные и такие обязательства на Бюро не возложены. Бюро не обладает информацией о том, какие сведения должны быть отражены на транспортировочном ящике. Оформление каких-либо иных документов после регистрации объектов, а также порядок и сроки их передачи в МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти не регламентированы. Фактический алгоритм действий Бюро при передаче на хранение объектов: принять объект, внести сведения в журнал регистрации, разместить объект на хранение, выдать объект лицам, указанным выше. Данный алгоритм какими-либо нормативными правовыми актами не регламентирован. ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ в Тольяттинский отдел ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО25 на временное хранение в транспортировочном ящике доставлен объект, который зарегистрирован как ФИО2. Вместе с объектом представлено врачебное свидетельство о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ. Данные сведения внесены в журнал регистрации (копию журнала прилагается). ДД.ММ.ГГГГ транспортировочный ящик передан ФИО26 по доверенности от МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти (копию доверенности прилагается).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась к директору МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти с заявлением об оказании услуг на погребение №.
В тот же день, между ФИО1 (Заказчик) и МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти (Исполнитель) был заключен договор возмездного предоставления услуг ритуального назначения № № по условиям которого Исполнитель обязуется по заданию Заказчика предоставить товары и услуги ритуального назначения по погребению умершего ФИО2 согласно действующему прейскуранту в соответствии с Приложением №. После оказания ритуальных услуг, между указанными сторонами был составлен акт о выполнении услуг в соответствии с которым каких-либо претензий у сторон друг к другу не имеется. Заказчик произвел оговоренную оплату.
ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС Центрального района городского округа Тольятти управления ЗАГС Самарской области была выдана справка о смерти № № ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, а также свидетельство о смерти серии № №.
ДД.ММ.ГГГГ состоялось захоронение ФИО2
В последнем судебном заседании административным истцом ФИО1 не оспаривалось то обстоятельство, что ФИО2 погиб и на представленных в материалы дела фотографиях изображен именно он.
Исходя из этого, доводы административного иска о том, что в период нахождения тела в <адрес> ФИО2 не был надлежащим образом идентифицирован, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку в рамках рассматриваемого дела оспариваются действия (бездействия) ответчиков в части погребения (транспортировки) тела погибшего в <адрес>. Документы, составленные при поступлении ФИО2 в лечебное учреждение, документы о его нахождении и лечении в этом учреждении, а также акт судебно-медицинского исследования трупа № до настоящего времени недействительными признаны не были и в рамках данного дела не оспариваются.
Кроме того, необходимо отметить, что проведения процедуры опознания в данном случае не требовалось, поскольку раненый боец был доставлен в больницу живым, был идентифицирован как ФИО2, умер в больнице. Процедура опознания проводится в отношении лица, погибшего в ходе боевых действий.
При этом, ФИО1 полагает, что процедура транспортировки и передачи тела погибшего была нарушена.
Рассматривая доводы, изложенные в административном исковом заявлении, суд приходит к следующему выводу.
На момент смерти ФИО2 и транспортировки его тела в г. Тольятти действовал Порядок погребения погибших (умерших) военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, граждан, пребывавших в добровольческих формированиях, граждан, уволенных с военной службы, ветеранов военной службы, участников и инвалидов Великой Отечественной войны, ветеранов боевых действий, оплаты услуг по погребению, а также изготовления и установки намогильных сооружений (надгробий) (приложение № 1 к настоящему приказу), утвержденный Приказом Министра обороны от 12.04.2023 № 210 (далее – Порядок).
В соответствии с абзацем 2 пункта 4 порядка организация погребения погибших (умерших) возлагается на командиров воинских частей (руководителей организаций) - при погребении военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, граждан, пребывавших в добровольческих формированиях, погибших (умерших) в период прохождения военной службы (военных сборов, выполнения отдельных задач в области обороны в составе добровольческих формирований) в этих воинских частях (организациях).
В ходе рассмотрения дела было установлено, что организацией погребения военнослужащего с учетом требований вышеуказанного Порядка, занималось Министерство обороны Российской Федерации, которое осуществляло подготовку тела для транспортировки, а именно помещение тела военнослужащего в гроб и в транспортировочный ящик, а затем саму транспортировку в сопровождении военнослужащих в г. Тольятти.
Довод административного истца о том, что в 522-м Центре не производилось фотографирование, регистрация тела и его опознание в установленном законом порядке является несостоятельным, поскольку на указанный Центр федеральным законом или иными нормативными правовыми актами обязанности производить указанные действия с телом погибшего не возложены. Все вышеперечисленные действия были произведены следователем и врачами ГБУ ДНР «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы», о чем имеются соответствующие документы и фотографии в материалах дела.
Довод административного истца о том, что ни на деревянном коробе (транспортировочном ящике) ни на гробе не было маркировочных надписей является несостоятельным.
В соответствии с пунктом 22 Порядка ля подготовки к перевозке тела (останков) погибшего (умершего) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании:
- тело (останки) погибшего (умершего) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, бальзамируется и охлаждается, помещается в цинковый, герметично запаянный гроб, который затем помещается в деревянный гроб, свободное пространство в котором заполнено веществом, впитывающим влагу (сухие опилки, мелкая древесная стружка);
- при возможности производится фотографирование погибшего (умершего) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, в гробу;
- в случае, когда гроб вскрывать нецелесообразно, в головной части крышки цинкового гроба делается окно размером 15 x 15 см, которое герметично закрывается органическим стеклом, и на крышке цинкового гроба делается предупредительная надпись: "Вскрытию не подлежит", о чем инструктируются лица, назначенные для сопровождения гроба;
- цинковый гроб, помещенный в деревянный гроб, упаковывается в деревянный, плотно сколоченный прямоугольный транспортировочный ящик;
- крышка транспортировочного ящика закрепляется и опечатывается с двух противоположных сторон сургучной печатью воинской части (организации), выдавшей справку об отсутствии в транспортировочном ящике и в гробе с телом (останками) погибшего (умершего) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, посторонних вложений (далее - справка об отсутствии в транспортировочном ящике посторонних вложений) (рекомендуемый образец приведен в приложении N 4 к настоящему Порядку);
- в центре крышки транспортировочного ящика прикрепляется бирка с указанием фамилии, имени, отчества (при наличии) погибшего (умершего) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, и пункта назначения. Бирка изготавливается из фанеры размером 15 x 20 см и закрашивается белой масляной краской.
Согласно сведениям Тольяттинского отдела ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» регистрация ФИО погибшего осуществлялась исключительно на основании сведений, отраженных на транспортировочном ящике и направленных с ним документов. Затем транспортировочный ящик с документами были переданы представителям ритуального агентства, которыми в дальнейшем осуществлялось вскрытие транспортировочного ящика и доставка гроба в помещение для участия в церемонии прощания. Необходимость отражения каких-либо иных сведений на гробе Порядком не предусмотрена.
Исходя из изложенного следует, что административному истцу не могло быть достоверно известно о наличии либо отсутствии бирки (таблички) с указанием ФИО погибшего, поскольку при вскрытии транспортировочного ящика она не присутствовала и не могла присутствовать. Наличие установленных законом документов и сведений о военнослужащем на транспортировочном ящике были подтверждены представителем ритуального агентства и документами бюро судебно-медицинской экспертизы, представленными в материалы дела.
Довод административного истца о том, что личные вещи не были вручены супруге погибшего военнослужащего не может быть принят судом во внимание, поскольку при производстве следственных и иных процессуальных действий следователем было поручено уничтожить одежду трупа (обувь) и иные вещи, что не запрещено действующим законодательством. При этом необходимо учитывать, что оспаривание действий следователя по уничтожению указанных вещей не является предметом рассмотрения настоящего дела и подлежит оспариванию в ином процессуальном порядке.
Довод административного истца о том, что она не видела тела своего погибшего мужа и не участвовала в процедуре опознания, опровергается пояснениями как самого административного истца, так и свидетелей из которых следует, что во время церемонии прощания ФИО1 осматривала лицо погибшего ФИО2 через окно в гробу размером примерно 15 x 15 см., после чего упала в обморок и в дальнейшем в ходе похорон не высказывала сомнений, что там находится иной человек.
Ссылка административного истца на нарушение пункта 11 Порядка, согласно которому опознание погибшего военнослужащего производится его супругой (супругом) или родственником также не может быть принят судом во внимание, поскольку боевые действия и медицинское учреждение находятся на территории Донецкой Народной Республики, то есть на значительном отдалении от Самарской области. Кроме того, Указом Президента Российской Федерации, в том числе, на территории Донецкой Народной Республики с ДД.ММ.ГГГГ введено военное положение, которое действует до настоящего времени.
При этом следует учитывать, что опознание и иные следственные и процессуальные действия производились следователем и врачами городской больницы г. Горловка Донецкой Народной Республики. Обоснованные сомнения относительно того, что погибшим военнослужащим является не ФИО2, в ходе указанных процедур не возникли. Какие-либо незначительные описки (ошибки) в медицинских и иных документах основаниями для удовлетворения административных исковых требований не являются, поскольку на юридически значимые обстоятельства в рамках рассматриваемого дела не влияют и в условиях военного времени на указанных территориях данное обстоятельство не следует рассматривать как грубое нарушение требований действующего законодательства.
Таким образом, права и законные интересы административного истца в указанной части нарушены не были.
Довод административного истца о том, что награды мужа ей не передавались, опровергается представленными в материалы дела документами. Так, со стороны родителей ФИО2 – заинтересованных лиц ФИО4 и ФИО5 в материалы дела представлены скриншоты из социальной сети «ВКонтакте» где на фотографиях административный истец изображена с орденом мужества, которым был награжден ФИО2 В ходе судебного разбирательства ФИО2 не оспаривала подлинность данных фотографий и не отрицала получение награды, однако говорила о том, что награда была получена до смерти ФИО2 Между тем, на указанной фотографии видно, что ФИО2 награжден орденом мужества Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ, то есть после его смерти (ДД.ММ.ГГГГ). Кроме того, Военным комиссариатом <адрес> и <адрес> также были подтверждены сведения о вручении в <данные изъяты> ФИО1 награды.
Доводы административного истца о том, что ни один из документов, указанных в пункте 29 Порядка не был направлен административному истцу, а в частности, вместе с телом не было передано письмо командира части супруге с изложением обстоятельств гибели не могут быть приняты судом во внимание.
В силу пункта 29 Порядка Перед отправкой гроба с телом (останками) погибшего (умершего) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, председатель комиссии по организации похорон вручает старшему группы сопровождения:
извещение о гибели (смерти);
свидетельство о смерти (иной документ о смерти - в случае, если смерть погибшего (умершего) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, наступившая за пределами Российской Федерации, зарегистрирована компетентным органом иностранного государства);
копию свидетельства о смерти, заверенную подписью командира воинской части (руководителя организации) и печатью воинской части (организации) (копию иного документа о смерти - в случае, если смерть погибшего (умершего) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, наступившая за пределами Российской Федерации, зарегистрирована компетентным органом иностранного государства);
справку о смерти (форма N 11) (за исключением случая, если смерть погибшего (умершего) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, наступившая за пределами Российской Федерации, зарегистрирована компетентным органом иностранного государства);
письмо супруге (супругу) или одному из близких родственников погибшего (умершего) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, подписанное командиром воинской части (руководителем организации), с изложением обстоятельств гибели (смерти);
документ медицинской (военно-медицинской) организации, которой устанавливалась причина гибели (смерти) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, подтверждающий отсутствие у погибшего (умершего) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, инфекционных заболеваний, воспрещающих провоз тела (останков) по территории Российской Федерации и через государственную границу Российской Федерации;
один экземпляр акта описи, составленного комиссией по организации похорон (рекомендуемый образец приведен в приложении N 2 к настоящему Порядку);
справку об отсутствии в транспортировочном ящике посторонних вложений (рекомендуемый образец приведен в приложении N 4 к настоящему Порядку);
военный билет и учетно-послужную карточку военнослужащего из числа сержантов (старшин), солдат (матросов), проходивших военную службу по призыву, граждан, призванных на военные сборы, удостоверение гражданина, пребывающего в добровольческом формировании;
воинские перевозочные документы для перевозки гроба с телом (останками) погибшего (умершего) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, к месту погребения, а также для проезда группы сопровождения к месту погребения и обратно.
Из содержания указанного пункта следует, что перечисленные документы, подлежат передаче старшему группы сопровождения гроба с телом военнослужащего, но не супруге погибшего. Порядком предусматривается необходимость известить телеграммой или по телефону, в том числе, супругу о гибели военнослужащего (абзацы 3, 4 пункта 9); передать по акту описи личные вещи, документы, ценности и награды погибшего (умершего) супруге, либо старшему группы сопровождения для дальнейшей передачи супруге (абзац 1 пункта 13); в случае направления супруге или родственникам личных вещей, наград и т.д. погибшего военнослужащего, то указанным лицам необходимо направить извещение о направлении данных вещей заказным письмом (пункт 14).
Таким образом, административному истцу было сообщено о гибели её супруга ФИО2, о чем она пояснила в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 111 оборот). В адрес административного истца личные вещи не направлялись, поскольку были уничтожены. Награда военнослужащего была вручена административному истцу. Врачебное свидетельство о смерти, справка о причине смерти, свидетельство о смерти также были получены административным истцом, что не оспаривалось в ходе судебного разбирательства.
Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ Военным комиссариатом г. Отрадный и Кинель-Черкасского района Самарской области на имя ФИО1 по адресу: <адрес> и на имя ФИО27 (предыдущие фамилия и имя ФИО1) по адресу: <адрес> были направлены извещения № о гибели ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в которых указано, что ФИО2 погиб при выполнении задач в ходе специальной военной операции на территории Украины, Луганской народной Республики и Донецкой Народной Республики. Смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы.
То обстоятельство, что административному истцу не вручено письмо с изложением обстоятельств гибели военнослужащего не является основанием для удовлетворения административных исковых требований, поскольку обстоятельства гибели военнослужащего были изложены в извещениях военного комиссариата, в связи с чем, права и законные интересы административного истца в данной части не нарушаются, обстоятельства гибели (смерти) военнослужащего не оспариваются. Также следует учитывать, что удовлетворение требований в указанной части само по себе не приведет к восстановлению нарушенных прав.
Учитывая изложенное, также не является основанием для удовлетворения административных исковых требования и то обстоятельство, что извещения не подписаны начальником части.
Доводы административного истца о том, что свидетель ФИО9 видела ФИО2 в медицинских учреждениях Министерства обороны Российской Федерации в <адрес> и <адрес> опровергается сведениями ФГКУ «1586 ВКГ» Минобороны России, согласно которым ФИО28, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в журналах учета стационарных больных приемного отделения и реестре стационарных больных не значится. Какие-либо доказательства в опровержение указанных сведений и в подтверждение доводов в материалы дела не представлено.
Довод административного истца о том, что некий ФИО20 (предыдущие имя и фамилия погибшего ФИО2) был внесен в базу данных АО «Аскомед», что могло бы свидетельствовать о том, что ФИО2 жив, не может быть принят судом во внимание, поскольку из ответа АО «Аскомед» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в едином регистре застрахованных лиц и в региональном сегменте единого регистра застрахованных лиц гражданин с личными данными – ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ не идентифицирован. Какими-либо иными доказательствами изложенный довод не подтвержден.
Как следует из норм действующего законодательства, по своей сути административное судопроизводство направлено не только на сам факт признания незаконными тех или иных решений, действий (бездействия) государственного органа или должностного лица, судебная защита имеет целью именно восстановление нарушенного права административного истца (статья 46 Конституции Российской Федерации, статьи 3, 4, 227 КАС РФ).
По смыслу части 1 статьи 4, части 2 статьи 225 КАС РФ, судебной защите подлежат только нарушенные, оспариваемые права, свободы и законные интересы. Решение суда в силу требований о его исполнимости должно приводить к реальному восстановлению нарушенного права, либо устранять препятствия к реализации названного права.
Из смысла вышеуказанных положений закона следует, что предъявление заявления об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти и должностных лиц должно иметь своей целью восстановление реально нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, а способ защиты права должен соответствовать по содержанию нарушенному праву и характеру нарушения.
Резюмируя в совокупности изложенные обстоятельства судом установлено, что в ходе выполнения боевых задач в рамках проведения специальной военной операции ФИО2 было получено ранение, после чего он был доставлен в больницу г. Горловки Донецкой Народной Республики, где ему оказывалась медицинская помощь, что отражено в представленных документах, указаны характер травм, способы и методы их лечения. ДД.ММ.ГГГГ в указанной больнице ФИО2 от тяжести полученных травм скончался. При проведении следователем следственных и иных процессуальных действий, с учетом акта судебно-медицинского исследования трупа № все изложенные обстоятельства были достоверно установлены, составлены необходимые документы, сделаны фотографии погибшего, имеющиеся при военнослужащем вещи были уничтожены. После проведения указанных мероприятий, тело ФИО2 было подготовлено и отправлено в 522-й Центр приема, обработки и отправки погибших Министерства обороны Российской Федерации, а затем в транспортировочном ящике гроб с телом ФИО2 и документами о его смерти был направлен в г. Тольятти Самарской области. ДД.ММ.ГГГГ прошла церемония прощания с погибшим, в ходе которой его близкие родственники, в том числе ФИО1, простились с военнослужащим, после чего он был захоронен.
Проверив доводы, изложенные в административном исковом заявлении и озвученные в ходе рассмотрения дела, с учетом действующего правового регулирования, суд не усматривает нарушений прав и законных интересов административного истца, а также грубых нарушений действующего законодательства, в том числе Порядка погребения погибших (умерших) военнослужащих.
В соответствии с частью 2 статьи 227 КАС РФ по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается одно из следующих решений:
1) об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и об обязанности административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление;
2) об отказе в удовлетворении заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными.
При таких обстоятельствах, суд не находит законных оснований для удовлетворения административных исковых требований.
Руководствуясь статьями 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Административные исковые требования ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации, Войсковой части № о признании действий (бездействия) незаконными – оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Волжский районный суд Самарской области в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.
Председательствующий Серова С.Н.
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.