Дело (УИД) 69RS0026-01-2022-001428-83

Производство № 2-795/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 октября 2022 г. г. Ржев Тверской области

Ржевский городской суд Тверской области в составе:

председательствующего судьи Харази Д.Т.,

при секретаре Панкратьевой М.Н.,

с участием истца ФИО1 и его представителя адвоката Качурина Д.В.,

старшего помощника Ржевского межрайонного прокурора Тверской области Соцковой Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации и Управлению Федерального казначейства по Тверской области о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к казне Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере 29 400 000 руб.

Свои требования, со ссылками на положения ст. 53 Конституции Российской Федерации, ст. 1069, ст. 1070 и ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2006 г. № 279-О, мотивировал тем, что 29 сентября 2017 г. в отношении ФИО было возбуждено уголовное дело по п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ. 19 марта 2018 г. между ФИО и адвокатом Качуриным Д.В. было заключено соглашение на оказание юридической помощи в связи с привлечением ФИО к уголовной ответственности по п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ. 17 октября 2018 г. в отношении ФИО было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 160 УК РФ. 17 октября 2018 г. в отношении ФИО было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 187 УК РФ. 26 октября 2018 г. в отношении ФИО было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 33 ч. 1 ст. 173.1 УК РФ. 17 декабря 2018 г. перечисленные уголовные дела были объединены в одно производство. ДД.ММ.ГГГГ ФИО скончался. 30 августа 2021 г. постановлением суда в качестве представителя ФИО к участию в уголовном деле был допущен истец, приходящийся ФИО сыном. 08 октября 2021 г. приговором Ржевского городского суда Тверской области ФИО, умерший ДД.ММ.ГГГГ, по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 2 ст.165 УК РФ и ч. 3 ст. 160 УК РФ был признан невиновным и оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. В соответствии со ст.134 УПК РФ Ржевский городской суд Тверской области признал за умершим ФИО право на реабилитацию и направил истцу ФИО1 как представителю умершего извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием. Незаконно обвиняя ФИО в совершении тяжких преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ и ч. 3 ст.160 УК РФ органы предварительного следствия представили отца истца перед другими людьми и особенно перед родственниками, близкими и коллегами в негативном свете. Во время уголовного преследования ФИО истец видел его страдания и переживал данную несправедливость вместе с ним. В конечном счёте противоправность действий ФИО не нашла подтверждения в ходе судебного разбирательства. В ходе предварительного следствия ФИО была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке. Своими действиями органы предварительного следствия причинили отцу истца ФИО и заявителю моральный вред. По приоритету прав человека, закреплённых в конституционных и международных нормах, суд обязан разрешить вопрос о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием, восстановить в полном объёме в нарушенных правах. Истец полагает справедливым требовать с Казны Российской Федерации компенсации за один день уголовного преследования 20 000 руб. Уголовное преследование осуществлялось с 29 сентября 2017 г. по 8 октября 2021 г., то есть 1 470 дней. С учётом указанного общий размер компенсации морального вреда составляет 29 400 000 (20 000 руб. х 1 470 дней).

Определением суда от 23 августа 2022 г., вынесенным в протокольной форме, к участию в деле были привлечены: в качестве ответчика Управление Федерального казначейства по Тверской области, в качестве, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Прокуратура Тверской области.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал заявленные исковые требования в полном объёме по доводам изложенным в иске, пояснив, что вся ситуации с уголовным делом продолжалась достаточно длительное время, в течение которого он помогал своему отцу не только морально, но и материально. Взыскиваемый ущерб покроет его моральные страдания и поможет приобрести квартиру в г. Москва его одинокой матери, которая будет воспитывать его детей. Он также испытывал нравственные страдания незаконным уголовным преследованием его отца, поскольку является бывшим следователем органов МВД.

Представитель истца ФИО1 - адвоката Качурин Д.В. также поддержал заявленные исковые требования в полном объёме по доводам изложенным в иске.

Старший помощник Ржевского межрайонного прокурора Тверской области Соцкова Н.А. возражала относительно удовлетворения заявленных исковых требований, дав пояснения по содержанию предоставленных в адрес суда возражений.

Ответчик Министерство финансов Российской Федерации, извещённый надлежащим образом, о дате, месте и времени рассмотрения дела, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, предоставив в адрес суда ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя. Также предоставил возражения, в которых, со ссылками на положения ч. 1 ст. 150, ст. 1070, ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, критикуются доводы ФИО1 и содержится требование об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

Ответчик Управление Федерального казначейства по Тверской области, извещённый надлежащим образом, о дате, месте и времени рассмотрения дела, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, каких-либо заявлений или ходатайств в адрес суда не предоставил.

Заслушав пояснения истца ФИО1 и его представителя адвоката Качурина Д.В., старшего помощника Ржевского межрайонного прокурора Тверской области Соцковой Н.А., установив юридически значимые обстоятельства, огласив письменные материалы дела и дав оценку собранным по делу доказательствам в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на их всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, суд приходит к следующему.

В ст. 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод (ч. 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещёнными законом способами (ч. 2).

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причинённого незаконными действиями (бездействием) должностных лиц.

К способам защиты гражданских прав, предусмотренным ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), относится, в частности, возмещение убытков, под которыми понимаются, в том числе расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления своего нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Положениями п. 1 ст. 15 названного кодекса предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

В п. 1 ст. 1070 ГК РФ приведены случаи возмещения вреда, причинённого незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, независимо от вины причинителя вреда.

В остальных случаях вред, причинённый в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 ГК РФ.

На основании ст. 1069 ГК РФ вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счёт соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Ответственность субъектов, перечисленных в ст. 1069 ГК РФ, наступает на общих основаниях, но при наличии указанных в ней специальных условий, выражающихся в причинении вреда противоправными действиями при осуществлении властно-административных полномочий.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, приговором Ржевского городского суда Тверской области от 08 октября 2021 г., ФИО, умерший ДД.ММ.ГГГГ, по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 2 ст. 165 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) и ч. 3 ст. 160 УК РФ, признан невиновным и оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, за ним признано право на реабилитацию.

Представителем подсудимого ФИО являлся ФИО1, который является его сыном, что подтверждается свидетельством о рождении №.

Согласно ч. 34 ст. 5 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) реабилитацией является порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

В силу ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причинённый гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объёме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В соответствии с положениями ст. 133, ст.135 и ст. 138 УПК РФ и п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются судом в уголовно-процессуальном порядке.

Как следует из ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причинённый моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причинённый гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объёме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч. 1 ст. 133 УПК РФ).

Право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (ч. 3).

Верховный Суд Российской Федерации в п. 8 Постановления Пленума «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» № 10 от 20 декабря 1994 г. дал разъяснения о том, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесённых им страданий. Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Право на возмещение вреда в порядке реабилитации имеют только участники уголовного судопроизводства, уголовное преследование которых прекращено по реабилитирующим основаниям (ст. 27 УПК РФ, вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования), либо незаконно подвергнутые принудительным мерам медицинского характера, а равно иные лица, незаконно подвергнутые мерам процессуального принуждения.

Таким образом, перечень лиц, имеющих право на реабилитацию, является определенным и не подлежащим расширительному толкованию.

Как установлено судом, за истцом ФИО1 не признавалось право на реабилитацию.

При таких обстоятельствах, по смыслу вышеприведённых положений истец ФИО1 не является лицом имеющим право на компенсацию морального вреда в порядке, определенном ч. 3 ст. 133 УПК РФ.

Истец обосновывал свои требования ссылками на положения ст. 1069, ст. 1070 и ст. 1071 ГК РФ.

По смыслу закона, лица, не имеющие права на реабилитацию и на возмещение вреда на основании ч. 3 ст. 133 УПК РФ, в случае причинения им вреда дознавателем, следователем, прокурором или судом в соответствии с ч. 5 ст. 133 УПК РФ имеют право на его возмещение в порядке гражданского судопроизводства (например, в случае причинения вреда при проведении оперативно-розыскных мероприятий до возбуждения уголовного дела; в случае причинения вреда лицам, к которым при производстве по уголовному делу непосредственно меры процессуального принуждения не применялись) (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве»).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинён гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу (абз. 3 ст. 1100 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 данного Кодекса. Моральный вред, причинённый действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, в силу указанных выше положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред подлежит компенсации, если он причинён действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему личные нематериальные блага.

Однако в соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ истцом не было представлено достоверных и допустимых доказательств, в подтверждении его доводов о причинении ему морального вреда в результате виновных действий ответчиков.

Ссылки истца на ухудшение его морального состояния, душевные переживания в связи с незаконным уголовным преследованием его отца, объективно бесспорными доказательствами не подтверждены, суду такие доказательства в порядке ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено.

Судом в ходе рассмотрения дела были проверены все основания заявленных истцом требований, дающие, по мнению истца, право на взыскание с ответчиков компенсации морального вреда.

Кроме того, следует принять во внимание следующее.

Так, в соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причинённого жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

В отношении правоотношений по возмещению вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием, такой порядок нормами действующего законодательства не предусмотрен.

Согласно п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» право на компенсацию морального вреда в денежном выражении неразрывно связано с личностью реабилитированного, оно в соответствии со ст. 1112 ГК РФ не входит в состав наследства и не может переходить в порядке наследования.

Принимая во внимание вышеизложенные нормы действующего законодательства, суд, оценивший имеющиеся доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, приходит к выводу о том, что истцом не представлено бесспорных, объективных, достоверных и допустимых доказательств в соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ в подтверждение его доводов о причинении ему морального вреда в результате виновных действий ответчиков, равно как не представлено согласно положениям ст. 56 и ст. 71 ГПК РФ доказательств распространения порочащих истца сведений, временного ограничения или лишения истца каких-либо прав именно по вине ответчиков ввиду незаконного уголовного преследования его отца.

При таком положении, а также учитывая, что у ФИО1 отсутствует право на возмещение вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием его отца, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации и Управлению Федерального казначейства по Тверской области о взыскании компенсации морального вреда в размере 29 400 000 руб., отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Ржевский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Д.Т. Харази

Мотивированное решение суда изготовлено 18 октября 2022 г.