Решение по делу № 2-1439/2025 от 28.04.2025

Дело № 2-1439/2025 КОПИЯ

УИД 59RS0007-01-2024-011873-10

РЕШЕНИЕ.

Именем Российской Федерации

28 марта 2025 года г. Пермь

Свердловский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Дзюбинской О.П.,

при помощнике судьи Маракулиной Т.Г.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ООО «Клиника неврологии» ФИО2

третьего лица ФИО6

помощника прокурора Володиной Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Клиника неврологии», Обществу с ограниченной ответственностью «Клиника классической медицины» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Клиника неврологии», Обществу с ограниченной ответственностью «Клиника классической медицины» (далее ООО «Клиника неврологии», ООО «Клиника классической медицины») о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование заявленных исковых требований указано, что в октябре 2021 её племянница ФИО6 подала исковое заявление о компенсации морального вреда по поводу летального исхода её сестры ФИО5, исковые требования были удовлетворены частично. Она является сестрой ФИО5 В решении от ДД.ММ.ГГГГ Свердловского районного суда г. Перми на основании проведенной комплексной комиссионной судебно-медицинской экспертизы отмечены дефекты, которые легли в основу частичного удовлетворения исковых требований. Факт причинения истцу по вине ответчиков морального вреда выразился в нравственных переживаниях в связи с ненадлежащим диагностированием и лечением её сестры, не реагированием на жалобы, отсутствием онконастороженности, что привело к прогрессированию онкологического заболевания, тяжелым осложнениям, невозможности противоопухолевого лечения из-за упущенного времени, и, как следствие к летальному исходу. Её сестра безрезультатно обращалась в эти медицинские организации за помощью в 2016 и 2017 г. Эти организации могли бы предотвратить не только преждевременную смерть её сестры, но и антигуманное отношение к ней в ГКБ им. Тверье, где врач ФИО3 беспричинно считал сестру симулянткой, а наши попытки доказать обратное привели к фактическому насилию к беспомощному больному человеку. Таким образом, ответчик при оказании медицинской помощи ФИО5 не действовали в её интересах, не соблюдали правовые нормы в области здравоохранения, нарушали общепринятую медицинскую тактику, не обеспечили своевременность медицинской помощи, не уменьшили риск развития осложнений и новых патологических процессов. Бездействием ответчиков ей причинен моральный вред, заключающийся в глубоких нравственных страданиях. Смерть сестры стала для неё неисполнимой утратой и тяжелым ударом. Они с сестрой Людмилой были очень близки, часто навещали друг друга, каждый день разговаривали с ней по телефону. Она была её старшей сестрой, была опорой, защитой. Ее советы всегда помогали в жизни. После ее смерти долго не могла прийти в себя. У неё были проблемы с памятью, неспособность сконцентрироваться, тревожность, беспокойство, снижение настроения, безразличие к окружающему, нарушение сна, повышенная утомляемость, слабость, усталость, отсутствие аппетита. Также основанием компенсации морального вреда являются доказательства того, что истец поддерживала близкие отношения с сестрой, которые представлены в Индустриальный районный суд, где истец была истцом по гражданскому делу № 2-383/2024. В решении от 25.01.2024, которое вступило в законную силу, имеются доказательства того, что истец является сестрой ФИО5 Истцом предоставлены доказательства того, что она ухаживала за сестрой во время ее болезни, копии открыток с поздравлениями её сестры с праздниками, копии обращений в Прокуратуру и Министерство здравоохранения Пермского края по поводу ненадлежащего оказания медицинской помощи её сестре, копии свидетельских показаний в отделении полиции № 2 УМВД России по г. Перми. В этой связи истец просит взыскать с ООО «Клиника неврологии» в его пользу компенсацию морального вреда в размере по 200 000 руб., ООО «Клиника классической медицины» - 50 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Истец в судебном заседании на заявленных исковых требованиях настаивала, доводы, изложенные в исковом заявлении и письменных пояснениях поддержала. Суду пояснила, что в результате ненадлежащих действий ответчиков ей причинен моральный вред, выразившийся в значительных переживаниях по поводу состояния здоровья сестры и её смертью (л.д. 41-42).

Представитель ответчика ООО «Клиника неврологии» в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, представила письменные отзывы на иск. Оснований для удовлетворения исковых требований не находят по причине отсутствия причинно-следственной связи между действиями ответчиков во время лечения сестры истца, состоянием её здоровья и причинением моральных страданий истцу (л.д. 61-63).

Третье лицо ФИО6 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить, пояснила, что приходится дочерью умершей.

Ответчик ООО «Клиника классической медицины» о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, направили заявление о рассмотрении дела в отсутствие предстателя и возражения на иск. Оснований для удовлетворения исковых требований не находят по причине отсутствия причинно-следственной связи между действиями ответчиков во время лечения сестры истца, состоянием её здоровья и причинением моральных страданий истцу (л.д 51-56).

Суд, заслушав пояснения сторон, заключение помощника прокурора, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению с учетом разумности и справедливости, пришел к следующему.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В п. 11 постановления пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда, в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду, с учетом требований разумности и справедливости, следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).

Согласно п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», требования о компенсации морального вреда в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими установлению, с учетом правового обоснования заявленных исковых требований положениями Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», статей 151, 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации и иных норм права, подлежащих применению к спорным отношениям, является выяснение обстоятельств, касающихся того, имели ли место дефекты оказания медицинской помощи, повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность постановки диагноза, назначения соответствующего лечения и развитие летального исхода, а также определение степени нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных переживаний в результате ненадлежащего оказания их близкому родственнику медицинской помощи, наблюдения за его страданиями на протяжении длительного времени и его последующей смерти.

В данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания работниками медицинского учреждения медицинской помощи пациенту могли способствовать ухудшению состояния его здоровья и привести к неблагоприятному для него исходу, то есть к смерти. При этом ухудшение состояния здоровья человека, вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе, по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Из материалов дела следует и судом установлено, что ФИО1 является сестрой ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельствами о рождении, заключении брака (л.д. 29, 30, 31, 45, 46).

Согласно ч.2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Вступившим в законную силу решением Свердловского районного суда г. Перми от 23.12.2022 по делу № 2-894/2022 исковые требования ФИО6 к ООО «Клиника неврологии», ООО «Клиника классической медицины» были удовлетворены частично. С ООО «Клиника неврологии» в пользу ФИО6 взыскана компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей, с ООО «Клиника классической медицины» в пользу ФИО6 взыскана компенсация морального вреда в размере 50 000 рублей.

В ходе рассмотрения гражданского дела № 2-894/2022 судом установлено, что в период с 31.05.2016 по 10.06.2016 ФИО5 проходила лечение в ГБУЗ Пермского края «Пермский краевой онкологический диспансер» с основным диагнозом: <данные изъяты>

В соответствии с выписным эпикризом из истории болезни № ПК «<адрес>вой онкологический диспансер» ФИО5 находилась на лечении в ОРО ДС с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом <данные изъяты> Выписана домой в удовлетворительном состоянии.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 получено консультативное заключение невролога ООО «Клиника классической медицины», поставлен диагноз: Дорсопатия шейного отдела позвоночника. Црвикобрахалгия степень обострения. Назначено лечение. ДД.ММ.ГГГГ. ФИО5 явилась вторично к неврологу.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 получено консультативное заключение невролога «Клиника неврологии» на дому ФИО5, поставлен диагноз: Дорсопатия поясничного отдела позвоночника, люмбоишиалгия левосторонняя, хронический болевой синдром. Полинейропатия сенсомоторная нижних конечностей.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умерла.

Заключением ГКУЗОТ «ПКБСМЭ» № от ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ установлено, что при обращении ФИО5 в ООО «Клиника классической медицины» имелись дефекты (недостатки) оформления медицинской документации – нарушение Приказа МЗРФ от ДД.ММ.ГГГГ №ан «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» (далее – Критерии):

- пункт 3 «а»: форма медицинской карты, оформленная на имя ФИО5, не соответствует форме, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15.12.20154 №н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях, и порядков по их заполнению»; заполнение не всех разделов медицинской карты (на титульном листе заполнены не все графы и отсутствует дата заполнения карты, в использованном шаблоне осмотра невролога заполнены не все графы); в информированном добровольном согласии пациента не подчеркнуты виды медицинских вмешательств, на которые даются согласия;

- пункт 3 «з»: клинический диагноз основного заболевания от ДД.ММ.ГГГГ установлен своевременно, однако отсутствует оформленное должным образом сопутствующие заболевания; не оформлен диагноз по результатам осмотра ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, недостатков в самом оказании медицинской (неврологической) помощи ФИО5 в ООО «Клиника классической медицины» не имеется. Пациентке установлен верный диагноз «дорсопатия шейного отдела позвоночника», обоснованно и своевременно была назначена МРТ шейного отдела позвоночника для подтверждения этого диагноза и исключения возможных метастазов (с учетом анамнеза), как причины болевого синдрома в области шеи и руки. Назначенное лечение соответствовало установленному диагнозу.

Согласно Клиническим рекомендациям Министерства здравоохранения РФ: Остеохондроз позвоночника, 2016 год, «….рекомендуется при проведении амбулаторного и стационарного консервативного лечения назначать клинические, биохимические и иные исследования….». Клинические и биохимические исследования не были назначены ФИО5 в период ее лечения в ООО «Клиника классической медицины» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, однако они были выполнены ей в этот период – ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ ПК «ГКП №». Учитывая рекомендательный характер использования этих исследований в диагностике остеохондроза и фактическое проведение данных исследований ФИО5, считать отсутствие их назначений дефектом оказания медицинской помощи нет оснований.

Указанные выше нарушения оформления медицинской документации не оказали влияния на течение и исход основного онкологического заболевания, явившегося причиной смерти ФИО5, а потому не находятся в причинно-следственной связи с ухудшением здоровья и смерти ФИО5

Медицинская помощь ФИО5 в ООО «Клиника классической медицины» была оказана в полном объеме, своевременно, правильно (назначена медикаментозная терапия, шейная тракция, воротник Шанца, блокады).

Врач-невролог не является специалистом лечения онкологических заболеваний. Профилактика, диагностика и лечение онкологических заболеваний является компетенцией врача-онколога.

Каких-либо нормативных документов, регламентирующих обязанность врача-невролога проведения «первоочередной диагностики (в третичной профилактике)» по заболеванию рак матки не существует.

При этом, следует отметить, что назначив пациентке ФИО5 МРТ-исследование и получив его результаты, врач-невролог ООО «Клиника классической медицины» исключил онкологические происхождения боли в шейном отделе позвоночника и установил причину болевого синдрома.

Согласно записям представленной амбулаторной карты из ООО «Клиника классической медицины» на имя ФИО5 после проведенного лечения в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ухудшения состояния не отмечалось. Более того, отмечена положительная динамика. Показаний для госпитализации в стационар неврологического профиля для установления правильного и своевременного диагноза ФИО5 (вместо лечения в ООО «Клиника классической медицины») не было, отсутствовали клинические признаки компрессионных синдромов дорсопатии, наблюдался положительный эффект от проводимого лечения. Объективных оснований для госпитализации в онкологический стационар в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ также не имелось. Больная проходила курс лечения в онкодиспансере с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где ей проводился курс комбинированного лечения по основному диагнозу: «ЗНО тела матки I ст. рТ1NoMo. После операции. После ДЛТ».

Имеющиеся дефекты оформления медицинской документации, перечисленные в 1 выводов настоящего Заключения (использование неутвержденной формы медицинской карты, заполнение не всех разделов, нарушения при оформлении информированного добровольного согласия пациента и т.д.) не оказали влияние на оценку «динамики состояния здоровья, объем, характер и условия предоставления медицинской помощи ФИО5 в ООО «Клиника классической медицины», поскольку диагноз основного неврологического заболевания – дорсопатия шейного отдела позвоночника ей был установлен верно, лечение назначено правильно.

Диспансерное наблюдение онкологических пациентов должно проводиться врачом-онкологом. Из медицинских документов следует, что ФИО5 после операции экстирпации матки с придатками было проведено два курса дистанционной лучевой терапии в онкодиспансере, после чего в соответствии с рекомендациями онколога до ДД.ММ.ГГГГ ей следовало пройти анализы (общий анализ крови, общий анализ мочи, биохимический анализ крови) и явиться в онкодиспансер для определения дальнейшей тактики лечения.

По лечению ФИО5 врачом-неврологом ООО «Клиника неврологии» установлено, что в медицинской карте диагноз не в полной мере соответствует диагнозу, имеющемуся в выданном врачом-неврологом консультативном заключении по итогам осмотра, так как в нем отсутствует: «Полинейропатия сенсомоторная нижних конечностей». Кроме того, назначений в медицинской карте указано меньше, чем в Консультативном заключении, в частности, нет назначения «ДЭНАС терапия постоянно (СКЭНАР)», «Компрессионный трикотаж или эластичные бинты», «Детралекс 500 мг х 2 р. В день п/еды в течение 2-х недель».

В рамках поставленного вопроса следует заключить, что в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №, у ФИО5 зафиксирован болевой синдром 8-10 баллов, который по общепринятой в медицине шкале ВАШ соответствует показателю до уровня «нестерпимой» боли. Также в жалобах отмечено «ограничение движений из-за болей, ходит с костылями и поддержкой», в объективном неврологическом статусе – движения» ограничены из-за болей», «может сидеть и лежать». Такие клинико-неврологические данные свидетельствуют о реальных сложностях выполнения сделанных врачом-неврологом назначений о проведении диагностических исследований (общий анализ крови, общий анализ мочи, биохимический анализ крови, ревмопробы, флюорографии, ЭКГ, МРТ поясничного отдела позвоночника) в амбулаторных условиях. Исходя из этого, в рассматриваемом случае для выполнения диагностических мероприятий, а также лечения имелись показания для госпитализации пациентки, что согласуется с п.6 (абз. 6) и пунктом 10 Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при заболеваниях нервной системы, утвержденном приказом Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н.

Вместе с тем, указанный дефект оказания медицинской помощи, как и дефекты оформления медицинской карты пациента, не находятся в причинно-следственной связи с ухудшением состояния здоровья и смертью ФИО5 К моменту осмотра ФИО5 врачом-неврологом ООО «Клиника неврологии» у пациентки уже были диагностированы метастазы в легкие и печень, что свидетельствовало о крайне неблагоприятном прогнозе для её жизни. Именно онкологическое заболевание – <данные изъяты> и явилось причиной смерти ФИО5 и, соответственно, находится с ней причинно-следственной связи.

Оценивая оказание медицинской помощи ООО «Клиника неврологии» ФИО5 на предмет её соответствия действующим на период положения Приказа МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №ан «Об утверждении критериев положения Приказа МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №ан «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», следует констатировать, что в рассматриваемом случае имелись дефекты(недостатки) оформления медицинской документации – нарушения положений этих Критериев:

- пункт 3 «а»: заполнение не всех разделов медицинской карты (на обратной стороне титульного листа заполнены не все графы – с 10 по 13, 16);

П.3 «в» - установление предварительного диагноза лечащим врачом в ходе первичного приема пациента – данный Критерий выполнен не полностью, так как в диагнозе не указана сопутствующая патология; имеется не полное соответствие между диагнозом в медицинской карте и диагнозом в выданном врачом-неврологом Консультативном заключении по итогам осмотра;

- п. 2.1 «в» - имеется не полное соответствие между назначениями в медицинской карте и назначениями в выданном врачом-неврологом консультативном заключении по итогам осмотра.

Помимо этого, имелись показания для госпитализации пациентки, которая не была предложена ФИО5

Иных дефектов (недостатков) в оказании медицинской (неврологической) помощи ФИО5 врачом-неврологом ООО «Клиника неврологии» не имеется. Диагноз дорсопатии поясничного отдела позвоночника был установлен на основании имевшихся на момент осмотра клинических данных, назначенное лечение соответствовало установленному диагнозу, объем назначенного обследования был достаточным, рекомендация по повторной консультации после обследования для оценки статуса пациентки в динамике была правильной. Диагноз заболевания ФИО5 был установлен правильно.

Между тем, в материалы дела представлен Акт документарной проверки Территориального органа федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым установлены дефекты оказания медицинской помощи ФИО5 Так, при прохождении ФИО5 лечения в ООО «Клиника классической медицины» были допущены дефекты её лечения в виде ненадлежаще оформленной медицинской карты, в которой при заполнении информированного добровольного согласия ФИО5 не отмечены манипуляции, на которые она дала свое согласие, анамнез собран не полностью. При установлении основного диагноза не отражен код по МКБ, отсутствуют записи о назначении препарата «Артозилен», в амбулаторной карте отсутствуют дневниковые записи от 26 и ДД.ММ.ГГГГ. В карточке приема и процедур ФИО5 указано внутривенное введение 26, 28, ДД.ММ.ГГГГ препарата «арт» (лекарственный препарат идентифицировать не удается). Таким образом, в первичной медицинской документации отсутствуют записи назначения врачом-неврологом лекарственного препарата «Артрозилен».

По результатам данной проверки Территориальным органом федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по <адрес> в отношении ООО «Клиника классической медицины» вынесено Предписание от ДД.ММ.ГГГГ №.».

Как установлено судом из совокупности исследованных доказательств по делу, при прохождении ФИО5 лечения в ООО «Клиника классической медицины» были допущены дефекты её лечения в виде ненадлежаще оформленной медицинской карты, в которой при заполнении информированного добровольного согласия ФИО5 не отмечены манипуляции, на которые она дала свое согласие, анамнез собран не полностью. При установлении основного диагноза не отражен код по МКБ, отсутствуют записи о назначении препарата «Артозилен», в амбулаторной карте отсутствуют дневниковые записи от 26 и ДД.ММ.ГГГГ. В карточке приема и процедур ФИО5 указано внутривенное введение 26, 28, ДД.ММ.ГГГГ препарата «арт» (лекарственный препарат идентифицировать не удается), в первичной медицинской документации отсутствуют записи назначения врачом-неврологом лекарственного препарата «Артрозилен». Кроме того, ФИО5 не были назначены клинические и биохимические исследования.

Указанные дефекты, по мнению суда, можно расценивать как дефекты диагностики (не соблюдение объема амбулаторно-поликлинической диагностики) и/или как дефекты ведения медицинской документации (небрежное, неполное заполнение медицинских документов). При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе, по причине таких дефектов ее оказания как несвоевременная (неправильная) диагностика заболевания и непроведение пациенту всех необходимых лечебных мероприятий, направленных на устранение патологического состояния здоровья, причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.

Исследовав обстоятельства настоящего спора и собранные по делу доказательства, с учетом вступивших в законную силу решений Свердловского районного суда г. Перми от 23.12.2022 по делу № 2-894/2022 и Индустриального районного суда г. Перми от 14.11.2023 по делу № 2-3266/2023, суд находит доводы ФИО1 обоснованными, исковые требования подлежащими удовлетворению.

Поскольку подтверждены нарушения со стороны ответчиков, ФИО5 оказана медицинская помощь с дефектами, учитывая, что истцом представлены доказательства, что между умершей сестрой и истцом ФИО1 были близкие и доверительные отношения, принимая во внимание, что они постоянно общались, перед смертью ФИО5 ФИО1 находилась с ней в лечебном учреждении, проявляла надлежащую заботу о близком человеке, в связи с этим смерть ФИО5 причинила истцу страдания, обусловленные утратой сестры, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчиков в пользу ФИО1 морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда судом учтены характер и степень причиненных истцу страданий. Вместе с тем, также подлежат учету и обстоятельства причинения морального вреда и индивидуальные особенности потерпевшего: при оказании медицинской помощи бабушке истца не были соблюдены правовые нормы в области здравоохранения, нарушена общепринятая медицинская тактика, не обеспечена своевременность оказания медицинской помощи, не уменьшен риск развития осложнений и новых патологических процессов.

Определяя размера компенсации морального вреда, суд исходит из того, что сам факт смерти близкого родственника, сестры, причиняет родным и близким людям нравственные страдания в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя. Гибель близкого человека является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие и влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.

Оценивая степень нравственных страданий истца, суд учитывает фактические обстоятельства дела, наличие косвенной причинно-следственной между действиями ответчиков и наступившими последствиями, обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных истцом переживаний в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи сестре истца, близкие отношения истца со своей сестрой, и считает, что с учетом требований разумности и справедливости в пользу ФИО1 с ООО «Клиника классической медицины» следует взыскать денежную компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., с ООО «Клиника неврологии» в размере 90 000 руб. Вместе с тем, оснований для отказа в удовлетворении исковых требований в полном объеме, как о том просят представители ответчиков, суд не усматривает.

В силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере по 1 500 рублей с каждого.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Клиника неврологии» (ИНН №) в пользу ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС № компенсацию морального вреда в размере 90 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 1 500 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Клиника классической медицины» (ИНН №) в пользу ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС № компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 1 500 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Свердловский районный суд города Перми в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья – подпись

Копия верна

Судья О.П. Дзюбинская

Мотивированное решение изготовлено 28 апреля 2025 года.

Подлинный документ подшит в деле № 2-1439/2025

УИД 59RS0007-01-2024-011873-10

Дело находится в производстве

Свердловского районного суда г. Перми