Решение по делу № 2-162/2023 от 06.04.2023 - о взыскании компенсации морального вреда, страхового возмещения.

Дело № 2-162/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

р.п. Варгаши 06 апреля 2023 года

Курганской области

Варгашинский районный суд Курганской области в составе председательствующего судьи Столбова И.В.,

при секретаре Веретенниковой Н.В.,

с участием старшего помощника прокурора Варгашинского района Грибанова А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», СПАО «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда, страхового возмещения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ОАО «Российские железные дороги», СПАО «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда, страхового возмещения, указав, что 17.08.2022 на <адрес> пассажирским поездом был смертельно травмирован сын и брат истцов А.В.А. ФИО1 и погибший А.В.А. проживали совместно, вели общее хозяйство, ФИО2 и ФИО3 общались с братом, отношения были хорошие, конфликтов не было. В результате смерти А.В.А. его матери ФИО1 и сестрам ФИО2 и ФИО3 был причинен моральный вред, который выразился в переживании ими нравственных и физических страданий. Они испытали шок, нервное потрясение и сильный страх в связи с утратой родного человека. Между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» заключен договор страхования гражданской ответственности, согласно которому страховая выплата осуществляется страховщиком в размере не более 100 000 руб. лицам, которым в случае смерти потерпевшего, страхователь обязан компенсировать моральный вред. Просят взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в счет компенсации морального вреда 1 500 000 руб. в пользу каждого из истцов. Взыскать с СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1 страховое возмещение в размере 100 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержала, пояснила, что А.В.А. приходится ей родным братом, она проживает с тремя детьми, двое из которых несовершеннолетние. Брат проживал с матерью по <адрес>, ранее в течение 4 лет работал вахтой в <адрес>, последние полгода жил и работал в <адрес>, подрабатывал в Варгашинском поссовете на уборке территории. С братом виделась раз в неделю, он помогал ей по дому, когда требовалась мужская помощь, приезжал в баню, иногда помогал деньгами. Общался с ее дочерями, водил их за покупками в магазин. Своей семьи у брата не было, он всегда жил с матерью. Накануне гибели, брат ночевал у нее в доме, они вместе выпивали. Утром он на велосипеде поехал на работу. Позднее ей сообщили, что он попал под поезд на железнодорожном переезде. Факт гибели брата она переживает, отношения были близкие, раздельно они проживали последние 19-20 лет, но часто виделись, собирались на семейные праздники. Мать переживает смерть сына, принимала таблетки успокоительные, ни мать, ни она за медицинской или психологической помощью в связи с гибелью сына и брата не обращались.

Истец ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала, пояснила, что А.В.А. приходится ей братом, между ними были близкие родственные отношения. С братом виделась примерно 2-3 раза в месяц, также в отсутствие мужа брат помогал ей по дому, пахал огород. Переживает гибель брата, испытала стресс, так как ей пришлось опознавать тело, заниматься похоронами. Все это было очень тяжело переносить. Они собирались на семейные праздники, день рождения у нее с братом в один день. Брат злоупотреблял спиртными напитками, но она с ним выпивала только на день рождения.

Представитель истцов ФИО4, действующий по доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что истцы перенесли нравственные страдания, умерший помогал им, проживал с матерью, мать Т.А., хотя и получала пенсию, была, можно сказать, на иждивении, сын помогал ей, покупал продукты и что-то в дом. Утрату сына мать по настоящее время переживает, ей тяжело, принимает лекарственные препараты, за медицинской помощью не обращалась. Исковые требования просил удовлетворить.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, была извещена надлежащим образом.

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО5 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в возражениях, дополнительно пояснила, факт тесных семейных отношений истцами не доказан. В письменных возражениях представитель ответчика указал, что вина ОАО «РЖД» в произошедшем травмировании отсутствует, что подтверждается актом служебного расследования несчастного случая не связанного с производством от 17.08.2022, постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 19.08.2022. Со стороны ОАО «РЖД» приняты все возможные меры для снижения (исключения) вреда. Причиной травмирования А.В.А. является нарушение им п. 7, 10 «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути правил личной безопасности». В момент происшествия А.В.А. продолжил движение через железнодорожные пути, игнорируя закрытый переезд, барьер заграждения, красный свет светофора, светозвуковую сигнализацию, сигналы большой громкости локомотива. Истцы и погибший проживали раздельно, общее хозяйство не вели, что говорит об отсутствии тесных семейных взаимоотношений. Погибший при жизни злоупотреблял спиртными напитками, был судим. Присуждаемые суммы носят компенсационный характер, при этом истцами не представлены доказательств обращения за медицинской и психологической помощью. Определенный судом размер компенсации подлежит уменьшению в соответствии с п. 2 ст. 1083 ГК РФ, в связи с грубой неосторожностью потерпевшего. Между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» заключен договор страхования гражданской ответственности ОАО «РЖД» от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым в случае возложения судом на страхователя обязанности денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страховщиком в сумме не более 100 000 рублей в равных долях. В удовлетворении иска к ОАО «РЖД» просила отказать. Взыскать со СПАО «Ингосстрах» с учетом грубой неосторожности погибшего компенсацию морального вреда в пользу матери ФИО1 – 40 000 руб., в пользу сестер ФИО3 и ФИО2 по 30 000 рублей.

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменном отзыве, в котором указала, что основания для возложения ответственности на СПАО «Ингосстрах» отсутствуют, так как ОАО «РЖД» не извещало страховщика в установленном порядке о причинении вреда потерпевшему, страховой акт не составлялся, произошедшее событие страхователем и страховщиком как страховой случай не признано. В соответствии с п. 7.1-7.3 договора страхования предусмотрены действия, которые должен совершить страхователь при наступлении страхового случая, и комплект документов, которые он должен представить. Ни от истцов, ни от ОАО «РЖД» заявления о наступлении страхового случая, с приложением предусмотренных договором страхования документов, в СПАО «Ингосстрах» не поступали. В связи с этим правовых оснований для выплаты страхового возмещения нет, поскольку условия договора страхования для досудебной выплаты страхового возмещения не соблюдены. В случае удовлетворения судом исковых требований, просила учесть, что заявленная сумма компенсации морального вреда завышена, не обоснована, не подтверждена документально. Кроме того, имела место грубая неосторожность самого пострадавшего, вина причинителя вреда отсутствует. С учетом обстоятельств произошедшего события, степени алкогольного опьянения погибшего, а также межличностные отношения погибшего и истцов, сумма компенсации подлежит снижению. Сумма компенсации по аналогичным спорам не превышает 20 000 рублей. Дополнительно пояснила, что доказательств, подтверждающих, что были тесные взаимоотношения между истцами и погибшим, не представлено. Никто из истцов не находился на иждивении погибшего.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего требования подлежащими удовлетворению в меньшем размере, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Судом установлено, что 17.08.2022 около 9 часов 30 минут на <адрес> управлением машиниста Б.И.С. и помощника машиниста К.С.В. был смертельно травмирован А.В.А., ДД.ММ.ГГГГ г.р. (свидетельство о смерти II-БС № от ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа № 1435 от 29.09.2022 смерть А.В.А. наступила от сочетанной тупой травмы головы, грудной клетки, живота, забрюшинного пространства, таза, левой верхней и нижней конечностей с множественными переломами костей скелета, размозжением головы, повреждением внутренних органов. Данные повреждения возникли в результате ударного воздействия железнодорожным составом. При СМИ крови от трупа А.В.А. обнаружен этиловый алкоголь в концентрации 3,36 промилле, что соответствует тяжелой степени алкогольного опьянения применительно к живым лицам.

Постановлением следователя по ОВД Тюменского следственного отдела на транспорте от 19.08.2022 в возбуждении уголовного дела в отношении машиниста Б.И.С. и помощника машиниста К.С.В., дежурной по переезду Е.С.А. отказано в связи с отсутствием в их действиях составов преступлений, предусмотренных ст. 263, 263.1 УК РФ, а также в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ст. 110 УК РФ. По результатам доследственной проверки было установлено, что гибель А.В.А. произошла в результате нарушения им п. 6,7,10,11 Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути.

Из постановления об отказе в возбуждении дела следует, что при осмотре места происшествия труп А.В.А. был обнаружен на обочине 2-го четного железнодорожного пути <адрес> на расстоянии 2,8 м. от рельса. На расстоянии 62 м. от трупа обнаружен велосипед с множественными повреждениями конструкции и колес.

Из объяснений очевидца Л.А.Г.., изложенных в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, следует, что 17.08.2022 в 9-10 ч. он стоял на автомобиле у переезда <адрес>. Переезд был закрыт, светофор мигал красным светом, звенел звонок, барьеры заграждения были подняты, слышен был звуковой сигнал поезда. В этот момент появился велосипедист, который объехал шлагбаум и между барьерами начал пересекать железнодорожные пути. Он окрикнул велосипедиста, но тот не отреагировал. В этот момент поезд ударил в заднее колесо велосипеда, человек отлетел в сторону ящиков. Поезд начал тормозить. В момент происшествия дежурная по переезду встречала поезд и находилась к велосипедисту спиной.

Из объяснений машиниста Б.И.С., изложенных в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, следует, что при приближении к железнодорожному переезду он увидел, что к переезду с левой стороны движется велосипедист. При приближении к переезду неоднократно подавались сигналы большой громкости. На сигналы велосипедист не реагировал. На расстоянии около 100 метров до велосипедиста, подавая сигналы, он применил экстренное торможение, но наезд предотвратить не удалось.

Из объяснений дежурной по переезду Е.С.А., изложенных в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, следует, что перед приближающимся поездом № 60 барьеры были закрыты (подняты), шлагбаумы опущены, переездная сигнализация работала. Автомобили остановились перед опущенными шлагбаумами. Она находилась на посту, осмотрела прилегающую территорию, посторонних лиц не было. Приближающегося велосипедиста она не видела. После этого она повернулась в сторону проходящего поезда. Когда «голова» поезда проследовала переезд, она услышала хлопок и поезд начал экстренно тормозить.

Актом служебного расследования транспортного происшествия, повлекшего причинения вреда жизни или здоровью граждан, не связанных с производством, на железнодорожном транспорте, составленного ОАО «РЖД» от 17.08.2022 установлено, что в 9.30 час. на <адрес> пк 1, пассажирским поездом № 60 серии ЭП2К приписки ТЧ 3 Курган, был сбит велосипедист А.В.А. Машинист Б.И.С. подавал сигналы большой громкости, применил экстренное торможение, но наезд предотвратить не удалось. Исход несчастного случая смертельный. Комиссией сделано заключение, что причиной несчастного случая является нарушение пострадавшим п. 7, 10 Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и переходов через железнодорожные пути, утвержденных приказом Минтранса России от 08.02.2007 №18.

Факт причинения смерти А.В.А. в результате дорожно-транспортного происшествия на железной дороге лицами, участвующими в деле, не оспаривался.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статья 1079 ГК РФ возлагает на юридических лиц и граждан, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения), обязанность возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, при отсутствии доказательств с их стороны того, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Пунктом 10 Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных Приказом Минтранса России от 08.02.2007 № 18, действовавших на день транспортного происшествия, установлены действия граждан, которые не допускаются на железнодорожных путях и пассажирских платформах, кроме прочего, запрещается проходить по железнодорожному переезду при запрещающем сигнале светофора переездной сигнализации независимо от положения и наличия шлагбаума; находиться в состоянии алкогольного, токсического или наркотического опьянения. В соответствии с пунктом 7 Правил при проезде и переходе через железнодорожные пути гражданам необходимо пользоваться специально оборудованными для этого пешеходными переходами, тоннелями, мостами, железнодорожными переездами, путепроводами, а также другими местами, обозначенными соответствующими знаками (при этом внимательно следить за сигналами, подаваемыми техническими средствами и (или) работниками железнодорожного транспорта).

Согласно положениям ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии с абзацем 3 пункта 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой в каждом случае должна решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и иных обстоятельств).

Суд считает установленным факт грубой неосторожности самого потерпевшего А.В.А., который нарушил Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, находясь в тяжелой степени алкогольного опьянения, в непосредственной близости от приближающегося поезда, переезжал на велосипеде железнодорожный переезд на запрещающий сигнал светофора, при опущенных шлагбаумах и поднятых барьерах заграждения, на звуковые сигналы поезда не реагировал.

В силу п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как указано в п. 1 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истцов, - утрата супруга – безусловно является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

При этом следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Пунктом 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» от 26.01.2010 № 1 предусмотрено, что владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (п. 1 ст. 1079 ГК РФ), под непреодолимой силой понимаются чрезмерные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (п. 1 ст. 202, п. 3 ст. 401 ГК РФ), под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата.

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего).

Пассажирский электропоезд № 60 серии ЭП2К приписки ТЧ 3 Курган является источником повышенной опасности и на момент происшествия принадлежал ОАО «РЖД», что сторонами не оспаривалось в ходе рассмотрения дела.

В связи с этим обязанность по возмещению морального вреда вследствие причинения смерти А.В.А. при травмировании поездом должна быть возложена на ОАО «РЖД» как владельца источника повышенной опасности, независимо от его вины. Факты, указывающие, что имел место суицид А.В.А., отсутствуют.

Истец ФИО1 приходится погибшему А.В.А. матерью, истцы ФИО2 и ФИО3 – родными сестрами, что подтверждается свидетельствами о рождении и свидетельствами о заключении брака.

На момент гибели А.В.А. и ФИО1 совместно проживали по адресу: <адрес> (копия паспорта ФИО1 и адресная справка от 22.02.2023).

Истцы ФИО2 и ФИО7, проживают в р.<адрес>, рядом с <адрес>, где жил брат. Согласно их пояснениям, отношения с братом были по-родственному близкими, ФИО2 виделась с А.В.А. еженедельно, ФИО3 – 2-3 раза в месяц. Каждой из сестер А.В.А. помогал личным участием в делах по дому, общался с их детьми. Родственники встречались на семейных праздниках.

Как следует из пояснений истца ФИО2 и ее объяснений в ходе доследственной проверки, А.В.А. ночевал у нее накануне гибели.

Из пояснений истца ФИО3 и ее объяснений в ходе доследственной проверки следует, что она находилась в гостях у матери, когда им сообщили о гибели А.В.А., с ее участием проводилось опознание брата.

Данные факты, вопреки доводам представителей ответчиков, указывают на наличие тесных семейных отношений между погибшим А.В.А. и истцами.

Из пояснений истцов ФИО2 и ФИО3 следует, что, несмотря на переживание смерти А.В.А., ни они, ни мать ФИО1 за медицинской или психологической помощью не обращались.

Суд полагает, что в результате смерти А.В.А. истцам причинены нравственные страдания, поскольку смерть родного и близкого человека, является невосполнимой утратой для истцов в силу прямого кровного родства и поддерживаемой тесной семейной связи.

Исходя из фактических обстоятельств транспортного происшествия и причинения истцам нравственных страданий, вызванных смертью близкого человека, требований разумности и справедливости, индивидуальных особенностей истцов, семейных связей, принимая во внимание, что гибель А.В.А. вызвала большее душевное потрясение для матери, с которой он проживал, чем для сестер, с учетом грубой неосторожности самого погибшего и отсутствия вины ОАО «РЖД», суд полагает необходимым взыскать с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда - 100 000 руб., а в пользу ФИО2 и ФИО3 - по 70 000 руб. каждой.

Ссылка представителей ответчиков на судебную практику по делам о взыскании с ОАО «РЖД» компенсации морального вреда является несостоятельной, поскольку размер такой компенсации в каждом конкретном случае определяется индивидуально, исходя из особенностей конкретного дела, и не может быть поставлен в зависимость от размера компенсации, определенной иными судами при разрешении других дел.

Разрешая требования истца ФИО1 о взыскании со СПАО «Ингосстрах» страхового возмещения, а также оценивая довод представителя ответчика ОАО «РЖД» о том, что компенсация морального вреда подлежит взысканию со страховой компании, суд приходит к следующим выводам.

Гражданская ответственность ОАО «РЖД» по обязательствам причинения вреда жизни и здоровью физических лиц, как владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчика застрахована в СПАО «Ингосстрах», с которым заключен договор № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п.2.2 страховым случаем является наступление гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникшим вследствие причинения вреда, в течение действия договора, жизни, здоровью, имуществу выгодоприобретателей и/или окружающей среде которые влекут за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату.

В соответствии с п. 2.3 договора застрахован риск гражданской ответственности страхователя (ОАО «РЖД») по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни и/или здоровью выгодоприобретателей, в том числе морального вреда лицам, которым причинены телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья, а также лицам, которым в случае смерти потерпевшего страхователь обязан компенсировать моральный вред.

Согласно п. 2.4 договора, обязанность Страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть: на основании предъявленной Страхователю (ОАО «РЖД») претензии, признанной им добровольно; на основании решения суда, установившего обязанность Страхователя возместить ущерб, причиненный Выгодоприобретателю; на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба выгодоприобретателям в результате наступления страхового случая.

Пунктом 8.1.1.2 договора, в случае, если суд возложил на Страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателю, страховая выплата осуществляется Страховщиком в следующем размере: не более 100000 руб. лицам, которым, в случае смерти потерпевшего, Страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред. Выплата компенсации морального вреда этим лицам производится из общей суммы 100000 руб. в равных долях (п. 8.1.1.3).

Таким образом, обязанность по выплате страхового возмещения у страховщика возникает только при добровольном признании предъявленной к страхователю претензии, а в случае отсутствия добровольного признания страхователем претензии – на основании решения суда, установившего обязанность страхователя возместить причиненный вред.

В связи с этим требования ФИО1 к СПАО «Ингосстрах» о взыскании страхового возмещения удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, в соответствующий бюджет.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах.

При подаче искового заявления истцы были освобождены от уплаты государственной пошлины, поэтому госпошлина в размере 900 руб. (за неимущественное требование) подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета Варгашинского района Курганской области.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 (Сто тысяч) рублей.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 70 000 (Семьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 70 000 (Семьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН <***>) в доход местного бюджета Варгашинского района Курганской области госпошлину в сумме 900 (Девятьсот) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к СПАО «Ингосстрах» о взыскании страхового возмещения отказать.

Мотивированное решение изготовлено 13.04.2023.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Варгашинский районный суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья И.В. Столбов