УИД 62RS0004-01-2022-002482-08

дело №2-2410/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 сентября 2022 года г.Рязань

Советский районный суд г.Рязани в составе председательствующего судьи Эктова А.С., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Заверуха Т.С., с участием:

истца ФИО1 и её представителя адвоката Бобылева Е.Н., действующего на основании ордера,

представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Рязанской области – ФИО2, действующего на основании доверенности,

представителя третьего лица УМВД России по Рязанской области – ФИО3, действующего на основании доверенности,

представителя третьего лица прокуратуры Рязанской области – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Рязанской области о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, мотивируя тем, что 24 ноября 2020 года СЧ СУ УМВД России по Рязанской области в отношении ФИО7 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением следователя по ОВД отдела № СЧ СУ УВМД России по Рязанской области ФИО8 от дд.мм.гггг. указанное уголовное дело было прекращено в связи с отсутствием в действиях истца признаков состава вышеуказанного преступления (п.2, ч.1, ст.24 УПК РФ).

Ссылаясь на то, что действиями органов предварительного следствия, нарушающими её права, ей был причинен моральный вред, связанный с длительностью уголовного преследования и проводимых в отношение неё следственных действий, а также стрессовым состоянием, вызванным необходимостью выслушивать ложные обвинения в свой адрес и оправдываться, просила суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в свою пользу сумму компенсации морального вреда в размере 500000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании требования поддержала по указанным выше основаниям.

Представитель ответчика иск не признал, указывая на отсутствие в деле доказательств причинения истцу морального вреда и обоснованности его размера.

Представители третьих лиц изложили аналогичные позиции, дополнительно полагая, что взыскание в пользу истца компенсации морального вреда в заявленном размере не будет отвечать требованиям разумности и справедливости.

Суд, выслушав объяснения истца, представителя ответчика и третьих лиц, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации гласит, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53).

Статья 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в рамках исчерпывающего перечня случаев устанавливает особый режим возмещения вреда, причиненного гражданину незаконными действиями должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда и более широкую защиту прав граждан при нарушении их личных свобод в сфере правосудия.

Так, в соответствии со ст. ст. 1070, 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности и применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде и надлежащем поведении, возмещается независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия и прокуратуры, за счет казны Российской Федерации.

От имени казны Российской Федерации в таких случаях выступает Министерство финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства по субъекту Российской Федерации (п.14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»).

В настоящее время порядок соответствующего возмещения и перечень лиц, имеющих право на реабилитацию, установлен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, в п. 4 ч. 2 ст. 133 которого закреплено, что право на реабилитацию имеет, в том числе подозреваемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п.п. 1 и 4 - 6 ч.1 ст. 27 настоящего Кодекса.

Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Согласно ст. ст. 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, иски о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в денежном выражении предъявляются к государству в порядке гражданского судопроизводства.

Возможность предъявления в гражданском порядке иска о компенсации морального вреда, причиненного гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде независимо от вины причинителя вреда, предусмотрена также ст. ст.151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.

Как разъяснено в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному, судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В судебном заседании установлено, что дд.мм.гггг. СЧ СУ УМВД России по Рязанской области было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении ФИО7 и иных неустановленных лиц по факту хищения путем обмана денежных средств у ООО «СК «Авалон».

После возбуждения уголовного дела ФИО1 дважды допрашивалась в качестве свидетеля, в её жилище, нежилом помещении и автомобиле был произведен обыск с целью сбора доказательств, подтверждающих вину ФИО7 в совершении преступления.

дд.мм.гггг. ФИО1 была задержана в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

дд.мм.гггг. ФИО1 освобождена из-под стражи.

В ходе расследования уголовного дела № с участием ФИО1, имеющей статус подозреваемой проведено 15 следственных действий, из которых: один допрос в качестве подозреваемой и ознакомления с постановлениями о назначении судебных экспертиз и заключениями экспертов.

Мера пресечения либо мера процессуального принуждения в отношении ФИО1 не избирались, обвинение ФИО1 не предъявлялось.

Факт проведения с истицей по уголовному делу № вышеуказанных следствий действий подтверждается справкой по уголовному делу и не оспаривался сторонами в ходе судебного разбирательства.

дд.мм.гггг. следователем по ОВД отдела № СЧ СУ УМВД России по Рязанской области капитаном юстиции ФИО8 вынесено постановление о прекращении уголовного дела № в отношении подозреваемой ФИО1 возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в её действиях состава преступления.

По смыслу ст.ст.5, 46 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, осуществляемая стороной обвинения процессуальная деятельность в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления признается уголовным преследованием.

Соответственно, установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что почти 12 месяцев (с дд.мм.гггг. по дд.мм.гггг.) в отношении ФИО1 осуществлялось уголовное преследование по подозрению в совершении преступления, относящегося к категории тяжкого преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание, в том числе в виде лишения свободы на срок до десяти лет.

Однако, последующее вынесение постановления о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям и вступление его в законную силу, дает суду основания для вывода о незаконности уголовного преследования ФИО1, а также всех произведенных с её участием следственных действий, которыми являются экспертизы и допрос ФИО1 в качестве подозреваемой.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что ФИО1, несмотря на отсутствие факта заключения её под стражу или избрания иной меры пресечения, предъявления обвинения по инкриминируемой статье, имеет право требовать в порядке реабилитации, в том числе компенсации в денежном выражении морального вреда, причиненного таким незаконным уголовным преследованием.

Определяя размер компенсации в денежном выражении, суд принимает во внимание, что моральный вред по своему характеру, не предполагая возможности его точного выражения в деньгах, должен отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, не выходя за пределы разумности, поэтому учитывает длительность производства по уголовному делу (почти 12 месяцев), объем наступивших для истицы последствий, степень её беспокойства и переживания по поводу привлечения к уголовной ответственности, возраст, и другие данные о её личности, а также иные фактические обстоятельства дела.

Так, ФИО1 вопреки утверждению стороны ответчика, в период, будучи осведомленной о наличии в отношении неё возбужденного уголовного дела, безусловно, испытывала чувство обиды и страха перед возможным незаконным осуждением за совершение преступления, в том числе с назначением реального лишения свободы сроком до десяти лет.

Так же сторона ответчика оставила без внимания личность истца, а именно тот факт, что ранее к уголовной ответственности она никогда не привлекалась и является добропорядочным членом общества.

Соответственно бесспорным является факт причинения ФИО1 нравственных страданий.

Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда, суд исходит не только из обязанности максимально возместить реабилитированному лицу причиненный моральный вред, но и из обязанности соблюсти предусмотренный законом принцип разумности и справедливости, который, в свою очередь обеспечивается балансом частных и публичных интересов таким образом, чтобы компенсация морального вреда одним категориям граждан не нарушала права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, распределяемых и направляемых, как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28 июля 2015 года № 36-КГ15-11.

При таких обстоятельствах, учитывая длительность производства по уголовному делу, возраст истицы, и другие данные о её личности, нахождение ФИО1 в статусе подозреваемой без избрания ей меры пресечения, а также объем наступивших для неё последствий и степень её беспокойства по поводу привлечения к уголовной ответственности, суд приходит к выводу о том, что взыскание в пользу ФИО1 с государства Российская Федерация в лице его казны, от имени которой выступает Министерство Финансов Российской Федерации, денежной компенсации морального вреда в размере 50000 руб., будет являться разумным и справедливым.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

ФИО1 заявлено требование о взыскании расходов на оплату услуг представителя в сумме 20000 руб.

Суд считает, что размер оплаты истцом юридических услуг в сумме 20000 руб. является завышенным и не соответствует требованиям разумности. С учетом сложности дела, объема оказанных услуг и временных затрат, суд находит необходимым взыскать с ответчика в пользу истца оплату юридических услуг в размере 10000 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Рязанской области о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием – удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 (паспорт ) с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (ОГРН №) за счет средств казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., а также судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 10000 руб.

В остальной части требований о взыскании компенсации морального вреда отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в коллегию по гражданским делам Рязанского областного суда через Советский районный суд г.Рязани в течение месяца со дня изготовления решения в мотивированной форме.

Судья А.С. Эктов