УИД 66RS0004-01-2022-006955-69

Дело № 33-10698/2023

(№ 2-6418/2022)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 19.07.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Ивановой Т.С., судей Мурашовой Ж.А., Ершовой Т.Е.,

с участием прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе прокуратуры Свердловской области Беловой К.С.,

при ведении протокола судебного заседания и аудиозаписи помощником судьи Кривоноговой Н.К.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Жасмин» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

по апелляционным жалобам сторон на решение Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 28.10.2022,

Заслушав доклад судьи Мурашовой Ж.А., объяснения представителя истцов ФИО3, представителя ответчика ФИО4, заключение прокурора Беловой К.С., судебная коллегия

установила:

ФИО1, ФИО2 обратились с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Жасмин» (далее – ООО «Жасмин»), в обоснование которого указали, что 08.06.2022 умер ( / / )20 который приходится супругом для истца ФИО1 и отцом для истца ФИО2, причиной смерти стала пневмония травматическая, травма мозга уточненная, травма, вызванная тупым предметом с определёнными намерениями, на производстве, что подтверждается справкой о смерти № С-00797 от 17.06.2022. Согласно заключению Бюро № 32 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» Минтруда России от 21.06.2022 смерть связана с несчастным случаем на производстве от 19.01.2022. В акте № 1 о несчастном случае на производстве от 15.04.2022 указано, что работодателем ( / / )21 является ООО «Жасмин», несчастный случай произошел на территории арматурно-формовочного цеха в столярном цехе, где ( / / )34 занимающий должность плотника, работал на комбинированном станке КДС-4М (станок промышленный деревообрабатывающий), который не имел защитного ограждения. Выполняя задание мастера ( / / )9, он вместе с ( / / )7 приступил к распиловке, взял доску и начал распиливать её, пропуская на станке. Не дождавшись окончания распиловки, опустил доску и наклонился за следующей, которая лежала на полу. ( / / )7, держа доску с другой стороны, не смог её удержать, она вылетела из станка в обратном направлении в сторону ФИО5 и ударила его по голове в область левого уха, от чего он упал и потерял сознание. Причинами несчастного случая явились: эксплуатация неисправного оборудования, неудовлетворительная организация производства работ. Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, указан прораб ( / / )12, допустивший эксплуатацию неисправного оборудования. Таким образом, по мнению истцов, вина за несчастный случай на производстве лежит на ответчике. В связи с трудовым увечьем ( / / )35 проходил лечение в ЦГКБ № 23 г. Екатеринбурга в отделении нейрохирургии, неврологии в период с 19.01.2022 по 18.05.2022. В дальнейшем 01.06.2022 ему установлена 1 группа инвалидности и 100 % утраты профессиональной трудоспособности. Потеря близкого родственника является для истцов необратимым событием, которое повлекло наступление физических и нравственных страданий как в период с момента несчастного случая, так и после смерти ( / / )22 что является основанием для взыскания с ответчика компенсации морального вреда.

На основании изложенного, с учетом уточнений исковых требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцы просили суд взыскать с ООО «Жасмин» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи со смертью супруга вследствие производственной травмы в сумме 2500000 руб., расходы на оплату юридических услуг в сумме 35000 руб., расходы на оплату государственной пошлины в сумме 300 руб.; в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в связи со смертью отца вследствие производственной травмы в сумме 2300000 руб., расходы на оплату юридических услуг в сумме 35000 руб., расходы на оплату государственной пошлины в сумме 300 руб.

Решением Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 28.10.2022 иск ФИО1, ФИО2 удовлетворен частично. С ООО «Жасмин» в пользу ФИО1 взысканы компенсация морального вреда – 1500000 руб., расходы на оплату юридических услуг представителя – 35000 руб., оплату государственной пошлины – 300 руб. С ООО «Жасмин» в пользу ФИО2 взысканы компенсация морального вреда – 1500000 руб., расходы на оплату юридических услуг представителя – 35000 руб., оплату государственной пошлины – 300 руб. В удовлетворении остальной части иска – отказано.

С таким решением не согласились стороны.

В апелляционной жалобе, срок на подачу которой восстановлен, истцы просят решение изменить, принять по делу новое решение. В обоснование доводов жалобы указывают, что не согласны с решением суда в части определения судом размера компенсации морального вреда. Полагают, что суд принял во внимание только нравственные страдания истцов, понесенные в связи со смертью потерпевшего, не мотивировав, при этом, почему не могут быть приняты во внимание заявленные истцами физические страдания, пережитые ими с момента производственной травмы до дня смерти потерпевшего. Указывают, что материалами дела подтверждается факт обращения истцов за медицинской помощью в связи с ухудшением состояния здоровья после произошедшей производственной травмы с ( / / )24. и его последующей смерти.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение отменить, принять по делу новое решение. В обосновании доводов жалобы указывает, что судом не были приняты во внимание доводы ответчика и показания третьего лица ( / / )12 о том, что ( / / )23. нарушил технику безопасности, что повлекло за собой наступление несчастного случая. Ответчиком в пользу истцов была перечислена денежная сумма в общем размере 100000 руб., что свидетельствует о том, что на протяжении всего периода со дня несчастного случая до похорон ответчик находился в постоянной связи с женой и дочерью погибшего, смягчая боль от болезни и утраты близкого человека как материально, так и морально. Полагает заявленный истцами размер компенсации морального вреда завышенным. Также указывает, что права ответчика на предоставление доказательств и привлечение свидетелей были нарушены.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчика истцы просят в ее удовлетворении отказать, решение суда в оспариваемой ООО «Жасмин» части оставить без изменения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истцов ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержал, возражал относительно удовлетворения жалобы ответчика.

Представитель ответчика ФИО4 в заседании суда апелляционной инстанции доводы апелляционной жалобы поддержала, возражала относительно удовлетворения жалобы истцов.

Истцы, третье лицо ( / / )12 в заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения информации о дате и месте рассмотрения дела на официальном сайте Свердловского областного суда. На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы истцов, а апелляционную жалобу ответчика не подлежащей удовлетворению, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения согласно требованиям ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов апелляционных жалоб, возражений на них, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Судебная коллегия полагает, что обжалуемое решение суда таким требованиям соответствует.

Согласно ч. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии с ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В силу ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. ст. 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

Как следует из содержания ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить в числе прочего: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; обучение по охране труда, в том числе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, обучение по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучение по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверку знания требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты; недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения по охране труда, в том числе обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, обучения по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучения по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверки знания требований охраны труда, обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний.

Судом установлено, следует из материалов дела, что ( / / )36 с 03.12.2013 работал в ООО «Жасмин» плотником в арматурно – формовочном цехе (т. 1 л.д. 23-27).

19.01.2022 в 08:15 на территории арматурно-формовочного цеха ООО «Жасмин» в столярном цехе произошел несчастный случай со смертельным исходом, по факту которого проведено расследование и составлен акт № 1 о несчастном случае на производстве по форме Н-1, утвержденный 15.04.2022 директором ООО «Жасмин» ( / / )8 (т. 1 л.д. 13-17).

Как следует из указанного акта 19.01.2022 плотник ( / / )37 прибыл на свое рабочее место в 08:00 в арматурно-формовочный цех ООО «Жасмин» по адресу: <...>. Мастер цеха ( / / )9 дал задание ( / / )25 и ( / / )7 приступить к распиловке досок на деревянные подмостки для транспортировки парапетных блоков на комбинированном деревообрабатывающем станке КДС-4. Около 08:10 ( / / )26 и ( / / )7 приступили к распиловке досок. ( / / )27 взял доску и начал распиливать её, пропуская на станке. Не дождавшись окончания распиловки, отпустил доску и наклонился за следующей, которая лежала на полу. ( / / )7, держа доску с другой стороны, не смог её удержать, она вылетела из станка в обратном направлении в сторону ( / / )28 ударив его по голове в область левого уха, от чего он упал и потерял сознание. Незамедлительно была вызвана скорая медицинская помощь, которая приехала примерно в 08:30, ( / / )29. госпитализирован Нижнесергинскую ЦРБ.

В результате несчастного случая ( / / )30 получил травмы: ЗЧМТ. Ушиб головного мозга тяжелой степени. Перелом теменной и височной костей слева. Субарахноидальное кровоизлияние. Субдуральная гематома слева. В соответствии с медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести» от 19.01.2022 указанные повреждения относятся к категории «тяжкая».

01.06.2022 Бюро № 32 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» Минтруда России ( / / )31. выдана справка серии МСЭ-2021 № 0675909 об установлении впервые первой группы инвалидности на срок до 01.06.2021 с указанием причины инвалидности «трудовое увечье», а также справка серии МСЭ-2017 № 0035668 об определении степени утраты профессиональной трудоспособности 100% на срок до 01.06.2024 в связи с несчастным случаем на производстве 19.01.2022, акт по форме Н-1 № 1 от 15.04.2022 (т. 1, л.д. 21).

08.06.2022 ( / / )38 умер, что подтверждается свидетельством о смерти (т. 1, л.д. 19).

В справке о смерти № С-00797 от 17.06.2022 указано, что причиной смерти является пневмония травматическая, травма мозга уточненная, травма, вызванная тупым предметом с определёнными намерениями, на производстве (т. 1, л.д. 18).

Согласно заключению Бюро № 32 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» Минтруда России от 21.06.2022 смерть инвалида ( / / )32 связана с несчастным случаем на производстве 19.01.2022, акт по форме Н-1 № 1 от 15.04.2022 (т. 1, л.д. 20

Как указано в акте, причинами несчастного случая явились:

- эксплуатация неисправного оборудования – комбинированного станка КДС-4 М не оснащенного защитными устройствами, исключающими в процессе работы выбрасывание режущим инструментом отбрасываемых заготовок и отходов, что привело к травмированию работника. Нарушение статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации, части 3 пункта 877 «Правил охраны труда в лесозаготовительном, деревообрабатывающем производствах и при выполнении лесохозяйственных работ», утвержденных приказом Минтруда России от 23.09.2020 № 644н;

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в выполнении работ на комбинированном станке КДС-4 М при отсутствии технической (Эксплуатационной) документации организации – изготовителя на данный станок, а также технологической документации (инструкции, технологические карты), предусматривающей меры, предотвращающие воздействие на работников вредных и (или) опасных производственных факторов. Нарушение статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации, пунктов 5, 778 «Правил охраны труда в лесозаготовительном, деревообрабатывающем производствах и при выполнении лесохозяйственных работ», утвержденных приказом Минтруда России от 23.09.2020 № 644н;

- недостаточное функционирование системы управления охраны труда, в части непринятия мер по исключению или снижению уровня риска, направленных на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности. Нарушение статей 21, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, пунктов 2, 8 Типового положения о системе управления охраной труда, утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 19.08.2016 № 438н.

Виновным в несчастном случае признан прораб ( / / )12, допустивший эксплуатацию неисправного оборудования, неудовлетворительную организацию производства работ и недостаточное функционирование системы управления охраны труда.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что ( / / )33 нарушил технику безопасности, что повлекло за собой наступление несчастного случая, признаются судебной коллегией несостоятельными. Актом о несчастном случае на производстве вина потерпевшего установлены не была. Указанный акт в установленном порядке оспорен не был, недействительным не признан, является достоверным доказательством обстоятельств несчастного случая. Достаточных и достоверных доказательств того, что выводы о наличии вины работодателя являются неправильными, ответчик суду не представил (ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, в ходе судебного разбирательства с достоверностью установлено, что причиной происшедшего 19.01.2022 несчастного случая на производстве со смертельным исходом, в результате которого погиб ФИО5, явилось нарушение работодателем требований охраны труда.

Соответственно, ответчик несет ответственность по компенсации причиненного истцам морального вреда.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из вышеизложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации и положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены как родственниками погибшего лица, так и иными лицами, совместно с ним проживающими и ведущими общее хозяйство, имеющими общие ценности и интересы, основанные на взаимном уважении и любви, поскольку в связи со смертью близкого человека и разрывом семейных связей лично им причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

Как установлено судом и ответчиком не отрицалось, погибший ( / / )40 приходился мужем истцу ФИО1, отцом истцу ФИО2 (что подтверждено соответствующими свидетельствами актов гражданского состояния - т. 1 л. <...>). Из искового заявления, пояснений истца в судебном заседании следует и ответчиком не опровергнуто, что между истцами и умершим ( / / )41 имелись тесные семейные связи, в результате преждевременной и неожиданной смерти близкого человека им причинены значительные нравственные страдания.

Таким образом, по вине ответчика произошел несчастный случай, повлекший смерть ( / / )42 чем нарушено принадлежащее истцам неимущественное благо (семейные связи) и причинены нравственные страдания в связи со смертью близкого человека, что следует из искового заявления и пояснений истцов ФИО1 и ФИО2

Судебная коллегия полагает, что смерть ( / / )43 нанесла истцам (супруге, оставшейся без его поддержки и внимания, в том числе материальной поддержки; дочери, которая не испытывает заботы и внимания со стороны родного ей человека) глубокий моральный вред, и явилась невосполнимой утратой, причинившей нервное потрясение и нравственные страдания, которые выразились в переживаниях, моральной травме, дискомфорте, чувстве потери и горечи утраты эмоционально близкого и значимого для каждого из них в своей мере человека.

Нет оснований сомневаться, что такое благо, как семейные связи, относится к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения. Необходимость защиты семейных связей следует и из ст. 38 Конституции Российской Федерации, объявляющей семью находящейся под защитой государства. Смерть человека, безусловно, нарушает целостность семьи и влечет нравственные страдания и переживания ее членов.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен, моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из анализа положений ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе суда первой и апелляционной инстанции.

Таким образом, данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы закона, с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Размер компенсации морального вреда определен судом первой инстанции в рамках предоставленных ему полномочий с учетом степени нравственных страданий каждого истца, с учетом обстоятельств причинения вреда, вины работодателя, невосполнимости утраты близкого человека в результате его смерти от несчастного случая на производстве, а также требований разумности и справедливости.

Вопреки доводам апелляционных жалоб оснований для переоценки размера компенсации морального вреда не имеется.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истцов в размере по 1500000 руб. каждому, суд первой инстанции верно руководствовался положениями ст.ст. 150, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учел все заслуживающие внимание и приведенные истцами обстоятельства в обоснование заявленных требований, индивидуальные особенности каждого истца, степень моральных и нравственных страданий, причиненных им, а также вину работодателя. Окончательный размер компенсации морального вреда каждому истцу определен судом с учетом принципа разумности и соразмерности.

Доводы апелляционной жалобы истцов о том, что суд не принял во внимание заявленные ими физические страдания, пережитые с момента производственной травмы до дня смерти потерпевшего, признаются судебной коллегией несостоятельными.

Так, в решении суда указано и судом учтено, что в своих пояснениях истец ФИО1 указала, что в период после производственной травмы и до дня смерти супруга было нарушено благополучие семьи, нависла угроза её существования, супруг был отстранен от неё на несколько месяцев. В этот период его не было рядом фактически, отсутствовало его забота и тепло, внимание, другие супружеские отношения, состояние здоровья супруга было угрожающим его жизни. Когда он находился на лечении в больнице, у неё ещё была надежда, что он вернется к ней в каком-либо состоянии.

Также судом учтены пояснения истца ФИО2 относительно того, что в период после производственной травмы и до дня смерти отца ей было морально тяжело, она недосыпала, потеряла аппетит, принимала лекарственные препараты от головной боли и давления, бегала по врачам, оказывала содействие в переводе в реабилитационный центр, чтобы поднять отца на ноги, ей было страшно, что она может его потерять, было больно видеть и его страдания. Она осуществляла уход за отцом в больнице, старалась во всем ему помочь.

Подлежат отклонению и доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что заявленный истцами размер компенсации морального вреда является завышенным, учитывая, что требования истцов удовлетворены частично.

Доводы ответчика об оказании истцам материальной помощи в общем размере 100000 руб. не имеют правового значения для рассмотрения спора.

Несогласие с размером компенсации морального вреда, взысканной в пользу истцов, выраженное в апелляционных жалобах, не является основанием для отмены либо изменения обжалуемого решения, поскольку оценка характера и степени причиненного каждому потерпевшему морального вреда относится к исключительной компетенции судов и является результатом оценки конкретных обстоятельств дела.

Оснований полагать, что суд первой инстанции не учел требования закона и неверно определил размер компенсации морального вреда с учетом фактических обстоятельств, не имеется, поскольку судами могут быть приняты во внимание при определении размера компенсации морального вреда любые заслуживающие внимание обстоятельства. Изучение материалов дела показало, что выводы суда первой инстанции о размере компенсации морального вреда основаны на правильно установленных фактических обстоятельствах дела и приведенном правовом регулировании спорных правоотношений и доводами апелляционных жалоб не опровергаются.

Согласно ст. ст. 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к последним относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Порядок возмещения расходов на оплату услуг представителя регламентирован положениями ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Удовлетворяя требования ФИО1, ФИО2 о взыскании судебных расходов, суд, руководствуясь вышеизложенными нормами процессуального права, правильно пришел к выводу о наличии оснований для возмещения расходов на оплату юридических услуг представителя. При этом, определяя размер подлежащих взысканию с ответчика в пользу истцов судебных расходов, суд первой инстанции учел всю совокупность юридически значимых обстоятельств, таких как сложность дела, фактический объем и качество оказанных представителем услуг, критерии разумности и справедливости, пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения требований в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они полностью соответствуют требованиям процессуального законодательства.

Каких-либо доказательств несоответствия взысканной суммы объему оказанных представителем услуг,ответчикомв материалы дела не представлено, в связи с чем, оснований для изменения взысканной суммы не имеется.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истцов обоснованно взысканы расходы по оплате госпошлины по 300 руб. в пользу каждого.

В целом доводов, опровергающих выводы суда, апелляционные жалобы сторон не содержат. Их содержание по существу повторяет позицию апеллянтов в суде первой инстанции, которой судом дана соответствующая оценка, что основанием для отмены либо изменения решения суда явиться не может. Оснований для иной оценки установленных обстоятельств и представленных доказательств судебная коллегия не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 327.1, 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 28.10.2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы истцов и ответчика – без удовлетворения.

Председательствующий Т.С. Иванова

Судьи Ж.А. Мурашова

Т.Е. Ершова