Апелляционное определение по делу № 33-10165/2023 от 21.08.2023.

Судья Полынкина Е.А. 24RS0041-01-2021-006679-67 Дело № 33-10165/2023

2.173

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 августа 2023 года г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Макаровой Ю.М.

судей Каплеева В.А., Потехиной О.Б.

при ведении протокола помощником судьи Яматиной О.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Потехиной О.Б.

гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО2 в лице законного представителя ФИО4, ФИО6, ФИО5 в лице законного представителя ФИО7 о признании договора дарения недействительным, выделении доли из наследственного имущества, взыскании денежной компенсации

по апелляционной жалобе представителя ФИО4 – ФИО8

на решение Октябрьского районного суда г. Красноярска от 08 июня 2023 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО2 в лице законного представителя ФИО4, ФИО6, ФИО5 в лице законного представителя ФИО7 о признании договора дарения недействительным, выделении доли из наследственного имущества, взыскании денежной компенсации стоимости доли удовлетворить частично.

Признать недействительным договор дарения от 18 декабря 2008 года жилого дома, общей площадью 630,40 кв.м по адресу: <адрес>, земельного участка, общей площадью 1 741 кв.м, по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО9 и ФИО11.

Признать недействительным завещание от 05 сентября 2009 года ФИО11 в части распоряжения земельным участком, находящимся по адресу: <адрес>, жилым домом, находящимся по адресу: Россия, <адрес>.

Признать недействительными, выданные на имя ФИО2, ФИО3, ФИО12 свидетельства о праве на наследство по закону от 15 апреля 2021 года к имуществу ФИО11.

Признать недействительными, выданные на имя ФИО5, ФИО6 свидетельства о праве на наследство по закону от 10 октября 2022 года к имуществу ФИО12.

Прекратить право собственности ФИО2 на 1/3 доли, ФИО3 на 1/3 доли, ФИО5 на 1/6 доли, ФИО6 на 1/6 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом, общей площадью 630,40 кв.м, по адресу: <адрес>; кадастровый №, земельный участок, общей площадью 1 741 кв.м по адресу: <адрес>, кадастровый №.

Признать за ФИО1 право собственности на 1/2 доли, ФИО2 на 1/6 доли, ФИО3 на 1/6 доли, ФИО5 на 1/12 доли, ФИО6 на 1/12 доли общей долевой собственности на жилой дом, общей площадью 630,40 кв.м, по адресу: <адрес>; кадастровый №, земельный участок, общей площадью 1 741 кв.м по адресу: <адрес>, кадастровый №.

В удовлетворении требования ФИО1 о взыскании денежной компенсации стоимости доли отказать.».

Заслушав докладчика, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО12, ФИО3, ФИО2 в лице законного представителя ФИО4 о признании договора дарения недействительным, выделении супружеской доли из наследственного имущества, признании права собственности на объекты недвижимости (том 1 л.д. 6-10).

Требования были мотивированы тем, что ФИО1 и ФИО9 состояли в браке с 16.12.1999 по 10.09.2020. За период брака на земельном участке по адресу: <адрес> кадастровым номером № был возведен жилой дом с кадастровым номером №, площадью 630,4 кв.м. Право собственности было зарегистрировано за ФИО9 15.03.2007. Земельный участок с кадастровым номером № был выкуплен в частную собственность и право собственности оформлено на ФИО9, земельному участку присвоен кадастровый №. Также по указанному адресу был построен погреб с кадастровым №, общей площадью 87 кв.м, который поставлен на кадастровый учет, но право собственности не зарегистрировано. По договору дарения на неполнокровную сестру ФИО9 – ФИО11 30.12.2008 зарегистрировано право собственности на жилой дом с кадастровым номером № по адресу: <адрес> земельный участок с кадастровым номером № по этому же адресу. Жилой дом и земельный участок, которые были переданы по договору дарения являлись совместно нажитым имуществом ФИО1 и ФИО9 В день смерти 08.09.2020 ФИО11 согласно ее завещанию наследником становится ФИО9, который в этот момент находился в браке с ФИО1 Было открыто наследственное дело №. 15.10.2020 ФИО9 умер. В связи со смертью ФИО13 как одариваемой, договор дарения подлежит отмене, и имущество, полученное по договору дарения ФИО11 возвращается дарителю, в данном случае ФИО9 и ФИО1, находящихся в тот момент в браке. Следовательно, завещание ФИО11 в пользу ФИО9 является ничтожным, а правопреемственность детей ФИО9 от разных браков, а именно ФИО3, ФИО12, ФИО2 на спорные объекты не правомерна. Решение о расторжении брака между ФИО1 и ФИО9 вступило в законную силу 10.09.2020. Спорные объекты являлись на момент дарения совместно нажитым имуществом, и соответственно должны быть применены нормы гражданского и семейного законодательства. В состав наследства, открывшегося со смертью ФИО9, состоявшего в браке до 10.09.2020 с ФИО1 включается его имущество, а также его доля в имуществе супругов, нажитом во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено. После смерти ФИО9 15.10.2020 наследственным имуществом является 1/2 доли спорного имущества. Просила признать договор дарения в отношении жилого дома и земельного участка отмененным, признать совместно нажитым имуществом жилой дом, земельный участок, погреб; выделить супружескую долю из наследственной массы после смерти ФИО9 1/2 доли, приходящуюся на бывшую супругу ФИО1 в отношении жилого дома, земельного участка, погреба; признать право собственности ФИО1 на 1/2 доли на земельный участок, жилой дом, погреб.

В последующем истец ФИО1 на основании ст. 39 ГПК РФ изменила исковые требования (том 2 л.д. 151-153), согласно которым в соответствии с п.п. 1.6 и 2.2 договора дарения от 18.12.2008 между ФИО9 и ФИО11 одаряемая одновременно с получением имущества принимает и обязательства по его содержанию. Однако фактически данные пункты не были исполнены: ФИО11 подаренное имущество не приняла, никогда не пользовалась подаренными объектами и не несла расходы по их содержанию, а после регистрации права собственности членом <данные изъяты> не стала. В доме не жила и всегда проживала по адресу: <адрес>. ФИО1 и ФИО9 проживали в доме с 2003 года по 2019 год. Кроме того, согласно справке <данные изъяты> ФИО9 являлся членом ТСЖ, регулярно и своевременно лично вносил соответствующие членские взносы за счет семейного бюджета. В целях улучшения качества электроснабжения жилого дома ФИО9 в 2012 году приобрел дорогостоящее оборудование – электроустановку КТПН-10/0,4 кВ (КТП-3179) напряжением 380 В, заключил договоры на проведение строительно-монтажных и пуско-наладочных работ, а также ввода в эксплуатацию с МРСК «Сибирь». Отопление жилого дома – газовое (заправка газовых ёмкостей для работы газового оборудования производилась два раза в год), электрическое и жидкотопливное. Последние котлы, 3 шт. были приобретены в <данные изъяты> по адресу: <адрес> Все расходы по приобретению, установке и вводу в эксплуатацию электрического и газового оборудования оплачивалась за счет семейного бюджета семьи ФИО9 и ФИО1 Расходы по электроснабжению оплачивал лично ФИО9, на имя которого открыты лицевые счета в ПАО «Красноярскэнергосбыт». По договору № от 11.07.2017 между ФИО9 и <данные изъяты> была установлена система видеонаблюдения, установку которой оплатил ФИО9 Помимо этого, ФИО9 и ФИО1 несли и иные расходы, связанные с проживанием: доставка лекарств на дом, доставка еды, вызов мастеров из сервисного центра <данные изъяты>», вызов на дом ветеринарных врачей из клиники «Акелла», пошив штор в комнаты дома в ателье <данные изъяты>, и их химчистка, оплата услуг <данные изъяты> (телевидение, телефонная связь, интернет), покупка бытовой техники в магазине <данные изъяты> мебели в мебельном магазине <данные изъяты> В тот же период времени, когда был заключен договор дарения между ФИО9 и ФИО11, между ФИО9 и ФИО14 (сестра ФИО1) был заключен договор уступки права требования на квартиру по адресу: <адрес>. Обмен денежными средствами между сторонами не производился. Это как и заключение договора дарения с ФИО11, было сделано после семейного решения, принятого по настоянию ФИО9 и его заверения о возврате имущества в семью, о переоформлении права собственности на имеющиеся на тот момент объекты недвижимости на близких родственников – неполнокровную сестру ФИО9 – ФИО11 и сестру ФИО1 ФИО14, которые после стабилизации экономической обстановки в стране (в связи с мировым экономическим кризисом 2008 – 2010 г.г.) должны были переоформить объекты обратно на ФИО9, что и сделала ФИО14 по договору от 22.12.2012. Ссылаясь на п. 1 ст. 167, п. 1 ст. 170 ГК РФ, указывает, что заключая договор дарения от 18.12.2008 с ФИО11, и регистрируя на нее право собственности, ФИО9 и ФИО11 не имели намерения реально совершить и исполнить соответствующую сделку. Так, 25.09.2009 ФИО11 завещала подаренный дом обратно ФИО9 У ФИО9 было две неполнородных сестры ФИО22 (замужем, двое детей) и ФИО11 (разведена, детей нет). Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что по своей правовой природе, данная сделка была мнимой и не содержала намерения действительного дарения дома и земельного участка, а имела своей целью перерегистрацию на сестру собственности на время нестабильной экономической ситуации (мировой экономический кризис 2008 – 2010 г.г.). Основанием для получения права собственности ФИО11, а в последующем у ответчиков является ничтожная сделка, которая влечет за собой возврат каждой из сторон всего полученного по сделке. Следовательно, и права собственности ни у ФИО11, ни у ответчиков не возникло. А поскольку спорные объекты никогда не выбывали из владения и пользования супругов ФИО9 и ФИО1 следует, что данные объекты являются совместно нажитым имуществом. Просила признать договор дарения в отношении жилого дома с кадастровым номером №, площадью 630,4 кв.м, находящегося по адресу: <адрес> земельного участка с кадастровым номером №, находящегося по адресу: <адрес> между ФИО9 и ФИО11 недействительным в силу ничтожности; применить последствия недействительности сделки путем выделения 1/2 супружеской доли, приходящейся ФИО1 из наследственной массы после смерти ФИО9 в отношении земельного участка с кадастровым номером №, находящегося по адресу: <адрес>, жилого дома с кадастровым номером №, площадью 630,4 кв.м, находящегося по адресу: <адрес>, погреба с кадастровым номером №, общей площадью 87 кв.м, находящегося по адресу: <адрес>; взыскать с ответчиков в свою пользу денежную компенсацию в размере 13648887 руб. (1/2 кадастровой стоимости земельного участка и жилого дома) за 1/2 долю совместно нажитого имущества (земельного участка и жилого дома) в браке ФИО9 и ФИО1

Определением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 18.10.2022 произведена замена ответчика ФИО12 на ФИО6, ФИО5 (том 3 л.д. 213-214).

Судом постановлено вышеприведенное решение.

В апелляционной жалобе представитель ФИО4 – ФИО8 просит решение отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. Выражает несогласие с выводами суда о наличии пороков воли истца при заключении оспариваемого договора дарения и о мнимости сделки, указывая на то, что ФИО1 выразила нотариально удостоверенное согласие на совершение оспариваемой сделки. Указывает на отсутствие доказательств, что при удостоверении нотариального согласия на совершение оспариваемой сделки истица находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, а также свидетельствующих о том, что на момент заключения договора дарения воля сторон договора не была направлена на его исполнение, а сделка была направлена на достижение других правовых последствий и прикрывали иную волю участников сделки. Указывает, что судом необоснованно не применен срок исковой давности, о применении которого было заявлено ответчиками.

Судебная коллегия на основании ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежаще извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не сообщивших об уважительных причинах неявки, не просивших об отложении дела.

Проверив законность и обоснованность решения суда по правилам апелляционного производства в пределах доводов апелляционной жалобы (ч. 1 ст. 327-1 ГПК РФ), выслушав пояснения ФИО3 и ее представителя ФИО15, ФИО6, представителя ФИО2 – ФИО8 поддержавших доводы апелляционной жалобы, пояснения ФИО1 и ее представителя ФИО16, полагавших решение законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения судебного решения.

Часть 3 ст. 17 Конституции РФ устанавливает, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно ст. 33 СК РФ, законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

В силу ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Согласно ст. 38 СК РФ раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов. В случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке. При разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация.

В соответствии с пунктами 1 и 3 ст. 39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами, общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным им долям.

Согласно ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или третьим лицом.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла указанной правовой нормы для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Пунктом 1 ст. 1111 ГК РФ предусмотрено, что наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону.

Согласно п. 1 ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно п. 1 ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом, в период 16.12.1999 по 10.09.2020 ФИО1 и ФИО9 состояли в зарегистрированном браке.

Вступившим в законную силу заочным решением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 18.01.2007 за ФИО9 признано право собственности на индивидуальный двенадцати комнатный трехэтажный жилой дом, общей площадью 654,4 кв.м, в том числе: 308,6 кв.м жилая площадь, 321,8 кв.м площадь подсобных помещений и 24 кв.м площадь балконов, расположенный в микрорайоне индивидуальной жилой застройки <адрес> (том 1 л.д. 86 (оборот) – 88).

27.11.2008 между ФИО9 и Департаментом муниципального имущества и земельных отношений администрации г. Красноярска был заключен договор купли-продажи земельного участка №, согласно которому ФИО9 приобрел в собственность земельный участок из земель населенных пунктов, зоны жилой усадебной застройки, с кадастровым номером №, площадью 1741 кв.м по адресу: <адрес> для использования жилого дома (том 1 л.д. 116 (оборот) – 119).

Также по адресу: <адрес> расположен погреб, общей площадью 87 кв.м, которому присвоен кадастровый № (том 1 л.д. 16).

18.12.2008 между ФИО9 (даритель) и ФИО11 (одаряемая) заключен договор дарения недвижимого имущества (том 1 л.д. 99 (оборот) – 100), по условиям которого даритель безвозмездно передает, а одаряемая безвозмездно принимает в собственность в соответствие с условиями настоящего договора следующее недвижимое имущество:

- жилой дом, общей площадью 630,40 кв.м., в том числе жилой 308,60 кв.м, по адресу: Россия, <адрес>; кадастровый №;

- земельный участок, категории земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: занимаемого жилым домом, общая площадь 1741 кв.м, адрес объекта: <адрес>; кадастровый №.

Согласно п. 1.6 договора дарения, факт передачи имущества от дарителя к одаряемой и принятия имущества последней подтверждается подписанием сторонами настоящего договора и не требует дополнительного подписания акта приема-передачи имущества.

Согласно п. 3.2 договора дарения, даритель по отношению к одаряемой является братом, а одаряемая - сестрой.

В день подписания договора дарения, 18.12.2008 ФИО1 дано согласие на дарение ее супругом ФИО9 приобретенного во время совместного брака и являющегося общей совместной собственностью следующего имущества: земельного участка и жилого дома по адресу: <адрес> его сестре ФИО11 (том 1 л.д. 134).

Права собственности ФИО11 в отношении земельного участка и жилого дома по адресу: <адрес>, зарегистрировано в установленном законом порядке 30.12.2018.

08.09.2020 ФИО11 умерла.

Из материалов наследственного дела №, открытого к наследству ФИО11, следует, что ФИО11 при жизни составила завещание от 05.09.2009 (том 1 л.д. 150 (оборот), согласно которому ФИО11 завещала принадлежащее ей на праве собственности имущество: земельный участок, находящийся по адресу: <адрес>, жилой дом, находящийся по адресу: <адрес> ФИО9; <адрес>, находящуюся по адресу: <адрес> ФИО17

ФИО9 умер 15.10.2020, не успев принять наследство по завещанию ФИО11

Далее судом установлено, что у ФИО9 имеется трое детей: сын ФИО12, <дата> года рождения матерью является ФИО6 (том 1 л.д. 154), дочь ФИО3, <дата> года рождения, матерью является ФИО10 (том 1 л.д. 154 (оборот), дочь ФИО2, <дата> года рождения, матерью является ФИО4 (том 1 л.д. 155).

С заявлениями о принятии наследства после смерти ФИО11, ФИО9 обратились ФИО17 (сестра ФИО11), ФИО12 (сын ФИО9) в порядке наследственной трансмиссии в соответствие со ст. 1156 ГК РФ в связи со смертью ФИО9, ФИО3 (дочь ФИО9), ФИО4, действующая как законный представитель несовершеннолетней ФИО2, <дата> года рождения (дочь ФИО9).

15.04.2021 ФИО2, ФИО3, ФИО12 нотариусом выданы свидетельства о праве на наследство каждому на 1/3 долю в праве собственности на жилой дом с кадастровым номером 24:50:0100478:365 и 1/3 долю земельный участок с кадастровым номером 24:50:0100478:276, расположенные по адресу: <адрес> (том 1 л.д. 192 - 195).

В ходе судебного разбирательства по настоящему гражданскому делу ФИО12 умер 19.03.2022 (том 3 л.д. 144).

Из наследственного дела 132/2022 (том 3 л.д. 142-161) открытого к наследству ФИО12, следует, что с заявлением о принятии наследства обратились сын наследодателя - ФИО5 <дата> года рождения, в лице законного представителя ФИО7, и мать - ФИО6 (том 3 л.д. 143-146).

10.10.2022 ФИО6 и ФИО5 выданы свидетельства о праве на наследство в виде 11/3 долю в праве собственности на жилой дом с кадастровым номером № и 1/3 долю земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>.

Ссылаясь на мнимость договора дарения от 18.12.2008, заключенного между ФИО9 и ФИО11, истец ссылается на то, что договор дарения не исполнялся, ФИО11 спорное недвижимое имущества не принимала, расходов по его содержанию не несла.

Согласно представленным в материалы дела актам сверки начислений за потребленную электрическую энергию, предоставленным <данные изъяты> за период с 10.08.2012 по 09.11.2022, в жилом доме, по адресу: <адрес> установлены три прибора учета, абонентом указан ФИО9 (том 2 л.д. 123-125, том 4 л.д. 24-30).

Согласно справке ТСЖ «Содружество» от 07.12.2021 (том 2 л.д. 154), ФИО9 с 2003 года по октябрь 2020 года являлся членом <данные изъяты>, проживал по адресу: <адрес>. Членские взносы и прочие платежи на нужды <данные изъяты> вносил лично и регулярно наличными денежными средствами в кассу ТСЖ, принимал участие в собраниях ТСЖ. Информация о платежах предоставляется с 2014 года в связи с уничтожением архива документов за период с января 2003 года по январь 2013 года. К справке приложена выписка из реестра платежей ТСЖ «Содружество» (том 2 л.д. 154 (оборот).

Согласно договору об осуществлении технологического присоединения от 03.02.2012, заключенному между <данные изъяты> (исполнитель) и ФИО9 (заказчик), исполнитель взял на себя обязательство по технологическому присоединению энергопринимающих устройств по адресу: <адрес> (том 1 л.д. 155-158); осуществление технологического подключения подтверждается актом № 245, подписанным <данные изъяты> и ФИО9 (том 2 л.д. 159).

Согласно договору № 39/17 от 11.07.2017, заключенному между <данные изъяты> и ФИО9, исполнитель обязуется выполнить работы по монтажу системы видеонаблюдения на объекте, расположенном по адресу: <адрес>, стоимость работ составила 311165,70 руб. Оплата по договору произведена тремя платежными поручениями ФИО9 (том 2 л.д. 162-169, том 3 л.д. 184-188, 189-191).

ФИО1 представлены заказ на пошив штор в ателье Амка (том 1 л.д. 170-172), а также квитанции по услугам химчистки (том 2 л.д. 173-175).

Согласно сведениям ООО «Радиоимпульс-Телеком», между Обществом и ФИО9, проживающим по адресу: <адрес> были заключены договоры на оказание услуг связи: договор на оказание услуг телефонной связи от 21.02.2013 года, расторгнут 19.09.2018 года, договор на оказание услуг по кабельному вещанию от 21.02.2013 года, договор на оказание телематических услуг связи и услуг по передаче данных (интернет) от 21.02.2013 года. 22.02.2013 года, за подключение к услугам связи ФИО9 оплачено 10000 руб., 22.02.2013 года платеж вносил ФИО9, с 31.05.2013 года по 16.09.2020 года оплата вносилась в кассу, установить лицо, внесшее платеж не представляется возможным (том 3 л.д. 137-138).

Согласно сведениям <данные изъяты> (том 5 л.д. 13-25), ФИО9 по договору № от 16.02.2012 приобретался сниженный углеводородный газ для отопления жилого помещения и нагрева воды, расположенного по адресу: <адрес>. Принимая во внимание срок хранения бухгалтерских документов 5 лет, представлены накладные и приходные кассовые ордера за период с марта 2018 года по июль 2020 года. В 2021, 2022 г.г. ФИО9 в <данные изъяты> газ не приобретал.

Согласно информации ИП ФИО25 (том 5 л.д. 26-39), в период с сентября 2012 года по август 2015 года было поставлено газовое топливо по заявкам ФИО9 по адресу: <адрес>. Общая сумма поставок газового топлива составила 1028250 руб. Оплата производилась лично ФИО9

Допрошенная в судебном заседании 13.12.2021 (том 2 л.д. 178) свидетель ФИО14 пояснила, что ФИО9 обратился к ней в конце 2008 года, объяснил ситуацию об экономическом кризисе, в связи с чем необходимо переоформить недвижимость. На нее была оформлена квартира, предлагали переоформить коттедж, но так как она не близкий родственник были проблемы с оформлением. Условиями были такие, что после определенного времени все вернется снова ФИО9, когда он об этом попросит. Денежные средства по договору уступке не передавались, в декабре 2012 года она вернула имущество ФИО9 ей известно о договоренности с ФИО11, она тоже должна была вернуть имущество. В жилом доме ФИО11 не проживала, приезжала только на праздники. ФИО9 просил вернуть ФИО26 имущество, но она отказалась, она лично это рассказала (ФИО14), а она (ФИО14) рассказала об этом сестре ФИО1 Это было осенью 2019 года.

Из материалов регистрационного дела на квартиру по адресу: <адрес> (том 2 л.д. 231-248) следует, что 27.11.2008 года между ФИО9 и ФИО14 был заключен договор уступки прав и перевода долга по договору № 15 участия в долевом строительстве жилого дома в г. Красноярске от 21.08.2007 года в отношении <адрес>, а 21.12.2012 года между ФИО14 и ФИО9 заключен договор уступки прав и перевода долга по договору № 15 участия в долевом строительстве жилого дома в г. Красноярске от 21.08.2007 года в отношении <адрес>

В судебном заседании 21.02.2022 года были допрошены свидетели ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31 (том 3 л.д. 105-114).

Свидетель ФИО27 пояснила, что она является другом семьи ФИО9 и ФИО1, они проживали в доме по <адрес>, она ездила к ним в гости начиная с 2009 года, вместе отмечали праздники, Белецкую она знает как сестру ФИО9, видела ее один раз на дне рождении ФИО9 Ей известно, что в собственности у ФИО9 был соседний участок, он планировал расширять территорию, о том, что дом подарен сестре она не знала, дом строил сам ФИО9 20 лет. В последний раз она видела ФИО9 и ФИО1 вместе в 2017 году.

Свидетель ФИО28 пояснил, что 16 лет знал ФИО9, познакомились в 2005 году, вместе лежали в больнице. Он (ФИО28) очень часто был в гостях у ФИО18 по <адрес>, начиная с 2006 года, последний раз был в октябре 2020 года. Про сестру Белецкую ничего не знает.

Свидетель ФИО29 пояснил, что с ФИО9 и ФИО1 знаком с 2003 года, Белецкую не знает. ФИО1 и ФИО18 вместе с доме проживали до 2019 года. Про дарение дома ему ничего известно не было, ФИО9 сам приходил и оплачивал членские взносы.

Свидетель ФИО32 пояснила, что в 2014 году они с мужем приобрели дом по <адрес>, были вхожи в дом ФИО9 и ФИО1, ходили в гости к друг другу по соседски, последний раз были в гостях в декабре 2018 года.

Свидетель ФИО33 пояснил, что ФИО9 и ФИО1 знает как соседей, знакомы с 2014 года, ФИО1 и ФИО9 жили в доме, ФИО1 часто гуляла с собаками. Последний раз были в гостях около двух лет назад.

Истцом ФИО1 представлен протокол допроса свидетеля ФИО34, удостоверенный нотариусом (том 3 л.д. 180-181), который пояснил, что ФИО9 переоформил дом и земельный участок на сестру ФИО11 поскольку боялся, что банки могут обратить взыскание по долгам на дом. Супруги после сделки продолжали проживать в доме, он бывал у них в гостях 2-3 раза в месяц. Со слов Александра расходы по содержанию и благоустройству дома нес сам Александр, сестра в расходах не участвовала.

В судебном заседании 07.04.2023 года (том 5 л.д. 110-113) свидетель ФИО35 пояснил, что он работал в ООО Термогазсервис с 2006 года до 2015 в разных должностях, был заключен договор по газоснабжению дома по <адрес> с ФИО9 Договор предусматривал доставку оборудования, установка, поставка на сумму 850 000 руб., договор 130 000 руб. Денежные средства вносил ФИО9 наличными. На объект выезжали раза четыре или пять объект большой, работа была объемная, в доме находилась супруга, работник вольнонаемный и сам ФИО18. Дом был обжитой, котельная уже работала, в доме проживали ФИО9 с супругой. Работа включала в себя монтаж газового хранилища, объект был индивидуальный, эксклюзивный, потому что нагрузка большая, было смонтировано резервуарное хранилище, проведен подземный газопровод в помещении котельной, смонтировано 3 газовых котла, 3 электрических котла, дымоход. В дальнейшем продолжалось облуживание до 2015 года.

Согласно судебному заключению <данные изъяты> № 74/2023 (том 4 л.д. 66-227) рыночная стоимость жилого дома по адресу: <адрес>, кадастровый № составляет 54138000 руб., рыночная стоимость земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый № составляет 2600000 руб., рыночная стоимость погреба, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый № составляет 5246000 руб.

Согласно Выписке из ЕГРН от 19.05.2023 года право собственности на жилой дом по адресу: <адрес>, кадастровый №, земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый № зарегистрировано за ФИО2 – 1/3 доли, ФИО3 – 1/3 доли, ФИО6 -1/6 доли, ФИО5 – 1/6 доли (том 5 л.д. 149-172).

Ответчиками в ходе рассмотрения настоящего спора заявлено о пропуске истцом срока исковой давности и о применении последствий его пропуска.

Разрешая исковые требования ФИО1 о признании договора дарения недействительным, оценив имеющиеся в деле доказательства, в том числе показания свидетелей, в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд первой инстанции исходил из того, жилой дом и земельный участок возведен и приобретен супругами ФИО1 и ФИО9 в период брака на общие средства и являлись совместно нажитым имуществом супругов с равенством долей супругов в праве на него; после заключения договора дарения ФИО9 и ФИО1 продолжили проживать в доме, несли расходы, вкладывали значительные суммы в его обустройство из семейного бюджета супругов до октября 2019 года, относились к спорному имуществу как к своему личному, тогда как ФИО11 свои права и обязанности как собственник не реализовала, в спорное домовладение не вселялась, расходов по его содержанию не несла, т.е. фактически не вступала в пользование жилым помещением, в связи с чем пришел к выводу, что оформляя договор дарения в отношении спорного жилого дома и земельного участка ФИО9 и ФИО11 не имели реальных намерений создать последствия заключения сделки - договора дарения в виде фактической передачи имущества в собственность ФИО11, сделку стороны фактически не исполняли, и исполнять не намеревались, в данном случае имеется формальное исполнение договора – регистрация перехода права собственности на ФИО11, поскольку фактически данное имущество не вышло из владения ФИО9, как и ФИО1, признав договор дарения от 18.12.2008 жилого дома, общей площадью 630,40 кв. по адресу: <адрес>, земельного участка, общей площадью 1741 кв.м. по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО9 и ФИО11, недействительным в силу ничтожности как мнимой сделки.

Установив, что ФИО1 не является стороной ничтожной сделки, в результате которой нарушено ее право на супружескую долю в совместно нажитом имуществе, суд первой инстанции применил последствия недействительности сделки, признав недействительными: завещание от 05.09.2009 года ФИО11 в части распоряжения земельным участком, находящимся по адресу: <адрес>, жилым домом, находящимся по адресу: Россия, <адрес>, свидетельств о праве на наследство по закону от 15.04.2021 к имуществу ФИО11, выданных на имя ФИО2, ФИО3, ФИО12, свидетельств о праве на наследство по закону от 10.10.2022 к имуществу ФИО12, выданных на имя ФИО5, ФИО6

Учитывая, что брачный договор и соглашение о разделе совместно нажитого имущества между ФИО1 и ФИО9 не заключались, жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес> приобретены браке, учитывая положения ст. 39 Семейного кодекса РФ, суд первой инстанции признал за ФИО1 право собственности на 1/2 долю в жилом доме и земельном участке, распределив 1/2 долю ФИО9 в указанном имуществе между ответчиками, являющимися наследниками после смерти ФИО9: ФИО2 - 1/6 доли, ФИО3 - 1/6 доли, ФИО5 - 1/12 доли, ФИО6 - 1/12 доли, и прекратив право собственности ФИО2 на 1/3 доли, ФИО3 на 1/3 доли, ФИО5 на 1/6 доли, ФИО6 на 1/6 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок.

Разрешая заявление ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности по настоящему спору, суд учитывает, что в ходе судебного разбирательство установлено, что стороны не приступили к исполнению сделки дарения, в связи с чем, срок исковой давности по требованию о признании указанной сделки недействительной течь не начинал, поэтому не является пропущенным.

Разрешая исковые требования ФИО1 о взыскании с ответчиков денежной компенсации за причитающиеся истцу доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок суд первой не установил правовых оснований для удовлетворения данного требования.

Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции, как основанными на правильном применении норм материального и процессуального права, сделанными на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Решения в части отказа в удовлетворении требований о взыскании с ответчиков денежной компенсации за причитающиеся истцу доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок лицами, участвующими в деле не обжалуется, в связи с чем предметом апелляционного рассмотрения не является.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки. Истец должен доказать, что при совершении оспариваемой сделки стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена, не породила правовых последствий.

Из материалов дела следует, что ФИО9 и ФИО11 состоят в родственных отношениях (являлись братом и сестрой), после заключения договора дарения, фактически спорное имущество во владение ФИО11 не передавалось, ФИО9 (до момента смерти) и ФИО1 (до октября 2019 года) продолжали проживать в доме, несли расходы по его содержанию и обустройству, относились к спорному имуществу как к своему личному.

Вместе с тем, доказательств того, что ФИО11 реализовала свои права и обязанности как собственник, вступила в фактическое владение спорным имуществом, несла расходы по его содержанию в материалы дела не представлено

При установленных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида, сделка сторонами не исполнялась, имущество не передавалось, что свидетельствует о заключении договора дарения между ФИО9 и ФИО11 без намерения произвести реальную передачу имущества, в связи с чем совершенная сторонами сделка является мнимой.

Данные выводы суда подробно мотивированы в судебном решении, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах применительно к нормам права, регулирующим спорные правоотношения, и которым суд в решении дал надлежащую оценку.

Суд обоснованно указал, что факт регистрации права собственности на жилой дом и земельный участок за ФИО11, равно как и оформление нотариального согласия ФИО1 на заключение договора, сам по себе не свидетельствует о действительности сделки, приняв во внимание разъяснения, изложенные в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которым одним из признаков мнимой сделки является ее формальное исполнение сторонами, что не препятствует признанию сделки ничтожной. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

С учетом изложенного, ссылка в жалобе на обстоятельства уплаты ФИО11 налогов, оформление завещания, указания на отсутствие доказательств волеизъявления сторон на достижения иных целей, наличия пороков воли, утверждения о том, что сделка исполнена сторонами, поскольку прошла государственную регистрацию, не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, поскольку противоречат установленным фактическим обстоятельствам дела и направлены на иную оценку доказательств.

Напротив, действия ФИО11 по оформлению завещания, согласно которого спорное имущество было завещано ФИО9, свидетельствуют о принятии ФИО11 мер к тому, чтобы в случае ее смерти спорные земельный участок и жилой дом не выбыли из владения ФИО9

Доводы апелляционной жалобы о пропуске истцом срока исковой давности судебной коллегией отклоняются как основанные на неверном толковании норм права, регулирующих исчисление сроков исковой давности.

В силу п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения; истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Ответчиками в ходе рассмотрения настоящего спора заявлено о пропуске истцом срока исковой давности и о применении последствий его пропуска.

Согласно п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения.

По смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

Исчисляя срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки, суд правомерно исходили из того, что стороны договора купли-продажи его не исполняли: заключая спорный договор, ФИО11 не имела своей целью вступить в права владения, распоряжения и пользования жилым домом и земельный участком; несмотря на указание в п. 1.6 договора о том, что он имеет силу акта приема-передачи объектов недвижимости, ФИО11 во владение оформленными на свое имя домом и земельным участком, не вступала, ключей от дома не имела; истец проживала и продолжала проживать в доме с ФИО9, в связи с чем, пришел к правильному выводу, что трехлетний срок исковой давности по требованию о признании договора недействительным не истек.

Вопреки доводам апелляционной жалобы требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки было разрешено в соответствии с п. 3 ст. 166 ГК РФ, с разъяснениями, изложенными в пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"

Доводы апелляционной жалобы в своей совокупности сводятся к несогласию истца с изложенными выводами суда, оценкой фактических обстоятельств дела, основаны на ошибочном толковании норм материального и процессуального права, при этом не содержат ссылок на обстоятельства, которые не были исследованы судом либо опровергали его выводы. Доводы направлены на переоценку собранных по делу доказательств и установленных судом обстоятельств, однако оспариваемый судебный акт постановлен исходя из собранных по делу доказательств в их совокупности, которые получили оценку судом с учетом требований ст. 67 ГПК РФ.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции правильно установил имеющие значение для дела фактические обстоятельства, дал им надлежащую юридическую оценку, правильно применил положения действующего законодательства, регулирующие спорные правоотношения, и решение судом по делу вынесено правильное, доводы жалобы не содержат предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Октябрьского районного суда г. Красноярска от 08 июня 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО4 – ФИО8 оставить без удовлетворения.

Председательствующий: Макарова Ю.М.

Судьи: Потехина О.Б.

Каплеев В.А.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 25 августа 2023 года.