Дело № 2-3948/2022
26RS0002-01-2022-005560-25
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
8 ноября 2022 года город Ставрополь
Ленинский районный суд города Ставрополя Ставропольского края в составе:
председательствующего судьи Суржа Н.В.,
при секретаре Даниловой С.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к управлению Федеральной службы судебных приставов России по Ставропольскому краю, Федеральной службе судебных приставов России о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением, в котором просит взыскать с УФССП России по Ставропольскому краю, ФССП России за счёт казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей.
В обоснование исковых требований указано, что судебные приставы-исполнители Невинномысского ГОСП УФССП России по Ставропольскому краю в лице ФИО2, ФИО3 и ФИО4 незаконно изъяли не принадлежащее истцу имущество в виде электродвигателей, насосов, задвижек, клапанов, прессов, и другого оборудования. Указанное имущество находилось на территории по <адрес обезличен>, согласно договора хранения <номер обезличен> от <дата обезличена> и дополнительного соглашения № 1 к договору ответственного хранения от <дата обезличена>, заключённого между ИП ФИО5 и ИП ФИО1
Незаконно изъятое имущество, согласно акта об изъятии было передано на хранение по адресу <адрес обезличен>. Как позже выяснилось в ходе судебных разбирательств, а также следственных действиях, судебные приставы-исполнители ФИО2, ФИО3, ФИО6 вступили в сговор с представителем Армавирскрского ОРС ФИО7 и ФИО8 участвующий в качестве понятого. В отношении приставов-исполнителей также было заведено уголовное дело. Как выяснилось в ходе следствия, незаконно изъятое имущество было продано неизвестному лицу в тот же день, ночью, сразу после изъятия. На хранение в Армавирский ОРС не поступало. На протяжении 6 лет истец добивался в судах, что незаконно изъятого имущество принадлежит ФИО5
<дата обезличена> по иску ФИО1 о признании незаконными действий судебных приставов исполнителей, а также старшего пристава Невинномысского ГОСП УФССП России по Ставропольскому краю ФИО9, Невинномысский городской суд Ставропольского края в лице судьи Трачук А.А. принял решение по деду № 2а-2615/2016 о признании незаконными действий судебных приставов-исполнителей и старшего судебного пристава ФИО9
Решение вступило в законную силу <дата обезличена>. Решение не было обжаловано. Затем ФИО5 подавал иски о возмещение ущерба в Ленинский районный суд г. Ставрополя. Неоднократно суд Ленинского районного суда г. Ставрополя отказывал в его исках и не признавал его собственником незаконно изъятого имущества. ФИО5 пришлось отстаивать его нарушенные права в апелляционной и кассационной инстанциях.
Определением кассационного суда общей юрисдикции от <дата обезличена> апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от <дата обезличена> отменено и направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от <дата обезличена> решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение о частичном удовлетворении исковых требований ФИО5
Судебные приставы-исполнители, а также старший судебный прислав Невинномысского ГОСП УФССП России по Ставропольскому краю, наплевали на Конституцию, для них нажива является основным приоритетом для своего благополучия, за счёт других людей, и для них закон не действует, у преступников свои законы и они являются преступниками по решению суда и следственных органов. Изъятое незаконно имущество ФИО5 не возвращено, компенсировано решениями суда частично, что не покрывает его затраты на приобретение однотипного оборудования.
В результате незаконных действий истцу причинён моральный вред, выразившийся в нравственных переживаниях, вызванных тревогой в связи с утратой дорогостоящего оборудования, которое принадлежит ФИО5 и необходимостью проведения судебных заседаний и следственных действий с доказыванием того, что незаконные действия судебных приставов-исполнителей лишили ФИО5 имущества, что повлияло на его и его семьи благосостояние, что заставляло нервничать истца. Как следствие, у истца повысилась раздражительность, головные боли. Также на фоне нервного переживания обострились хронические болезни, и ему пришлось проходить лечение в больнице. Таким образом, было нарушено психическое благополучие и душевное равновесие истца. Размер компенсации причинённого истцу морального вреда он оценивает в размере 3 000 000 рублей.
Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил суд их удовлетворить.
Представитель ответчиков УФССП России по Ставропольскому краю, ФССП России ФИО10 в судебном заседании исковые требования не признал, просил суд в их удовлетворении отказать.
В представленных возражениях указал, что истцом пропущен срок для подачи искового заявления в суд о возмещении морального вреда, поскольку согласно доводов истца о нарушенном праве истец узнал <дата обезличена>. Указанный довод подтверждается судебными актами по административным и гражданским делам. Истец долгое время предполагал, что его права и законные интересы нарушены, однако на протяжении порядка 6 лет не предпринял каких-либо действий к подаче иска о компенсации морального вреда. Истцом не представлено уважительных причин пропуска срока для подачи искового заявления в суд. По доводам искового заявления указывает, что в данном случае какие-либо действия ответчика, направленные на нарушение личных неимущественных прав истца либо посягающие на принадлежащие ему нематериальные блага, а также доказательства (документы) в обоснование своей позиции в материалы дела со стороны истца не представлено.
Представитель третьего лица Невинномысского ГОСП УФССП России по Ставропольскому краю, третьи лица старший судебный пристав Невинномысского ГОСП УФССП по Ставропольскому краю ФИО9, судебный пристав-исполнитель Невинномысского ГОСП УФССП по Ставропольскому краю ФИО11, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, сведений о причинах неявки суду не представили.
Третье лицо ФИО5, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.
Суд в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к выводам об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.
Положениями ч. 1 ст. 45 Конституции Российской Федерации установлено, что государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется.
Согласно ст. 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.
Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В соответствии с п. 81 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50, иск о возмещении вреда, причиненного незаконными постановлением, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств ФССП России.
Согласно п. 82 указанного Постановления, по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда.
Таким образом, истец, предъявляя требование о возмещении вреда, причиненного действиями (бездействием) органа (должностного лица), должен доказать обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих требований, а именно доказать факт причинения ему вреда, его размер, наличие причинной связи между действиями (бездействием) органа (должностного лица) и наступившими неблагоприятными последствиями, а также противоправность таких действий (бездействия), так как ответственность судебного пристава-исполнителя без вины законом не предусмотрена. На ответчике лежит бремя доказывания обстоятельств, послуживших основанием для совершения таких действий (бездействия).
Подтверждению подлежат все факты, входящие в предмет доказывания, поскольку ответственность государства за действия должностных лиц, предусмотренная ст. 15, 1069 ГК РФ, наступает только при совокупности таких условий как противоправность действий (бездействия) должностного лица, наличие вреда и доказанность его размера, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями.
Возложение обязанности доказывания на истца, основано на положениях ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно ст. 2 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, а также в целях обеспечения исполнения обязательств по международным договорам Российской Федерации.
В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 68 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу. Меры принудительного исполнения применяются судебным приставом-исполнителем после возбуждения исполнительного производства. Если в соответствии с настоящим Федеральным законом устанавливается срок для добровольного исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, то меры принудительного исполнения применяются после истечения такого срока.
Судом установлено, что решением Невинномысского городского суда Ставропольского края от <дата обезличена> исковые требования ФИО1, ФИО5 удовлетворены. Признаны незаконными действия должностных лиц службы судебных приставов по передаче арестованного имущества по акту от <дата обезличена> на реализацию; бездействия по не вынесению и не направлению должнику постановления о передаче имущества должника на реализацию; акт о передаче арестованного имущества на реализацию от <дата обезличена>; постановление об окончании исполнительного производства и действия судебного пристава-исполнителя по не снятию ареста с имущества в виде электродвигателей в количестве 157 штук, не переданных на реализацию и не возвращению их должнику. Суд обязал судебного пристава-исполнителя ФИО2 отменить постановление об окончании исполнительного производства от <дата обезличена>; снять арест с имущества в виде электродвигателей в количестве 157 шт., не переданных на реализацию и возвратить должнику. Также суд признал незаконными бездействие старшего судебного пристава ФИО9, выразившееся в несвоевременном рассмотрении жалобы на действие судебных приставов-исполнителей по аресту имущества от <дата обезличена>.
Обращаясь с настоящим иском в суд, истец указывает, что ему причинен моральный вред, в результате незаконных действий судебных приставов-исполнителей.
В соответствии со ст. 1099 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.
В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, к числу которых, в частности, относятся жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п. или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. Отсюда вытекает и важная особенность морального вреда, заключающегося в том, что денежная компенсация присуждается только за совершение таких действий (бездействий), описанных выше.
Причинно-следственная связь предполагает указание на фактические обстоятельства причинения вреда личным неимущественным правам либо нематериальным благам лица. Безосновательное заявление гражданина о причинении ему морального вреда без указания на обстоятельства, действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина, или посягательства на принадлежащие ему личные нематериальные блага, а также в отсутствие доказательной базы, справедливо обернется отказом суда в удовлетворении заявленных требований в этой части. Так, причиненный вред, будь то нравственные или физические страдания, должны подкрепляться какими-либо доказательствами, к числу которых, например, относятся: справки из больницы или от врача; документы, подтверждающие наличие тех или иных диагнозов, при условии причинно-следственной связи с действиями (бездействиями) лица (например, указание на депрессию, часто используемое в исковом заявлении, содержащем требование о компенсации морального вреда, должно подтвердиться медицинским документом, так как депрессия является диагнозом); справки из службы занятости; экспертизы; доказательства, подтверждающие покупку тех или иных лекарственных средств или препаратов, назначенных по рекомендациям врача, и др.
Таким образом, из буквального содержания приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что компенсация морального вреда возможна в случаях причинения такого вреда гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.
Моральный вред, причиненный нарушением имущественных прав, подлежит компенсации лишь в случаях, прямо указанных в законе.
Статья 1069 ГК РФ, регулирующая гражданско-правовую ответственность за вред, причиненный публичной властью, прямо не предусматривает компенсации морального вреда гражданину или юридическому лицу.
Федеральный закон от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» не содержит прямого указания на взыскание морального вреда при защите прав взыскателя, должника и других лиц путем применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными постановлением, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя.
Законодателем установлена ответственность в виде компенсации морального вреда, лишь за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе.
В соответствии с ч. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
По правилам ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В силу ст.ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Истец обязан доказать, что он претерпел нравственные страдания, а также наличие причинно-следственной связи между незаконным бездействием должностного лица и перенесенными нравственными страданиями.
Истец указывает, что незаконными действиями судебных приставов-исполнителей, а также длительными судебными процессами ему причинены нравственные переживания, ухудшилось состояние физического и психического здоровья.
Вопреки указанным истцом доводам, у суда отсутствуют объективные данные о наличии причинно-следственной связи между незаконными действиями судебных приставов-исполнителей и получением ФИО1 ухудшения состояния физического и психического здоровья в период изъятия имущества и судебных разбирательств.
В данном случае какие-либо действия ответчиков, судебных приставов-исполнителей, направленные на нарушение личных неимущественных прав истца либо посягающие на принадлежащие ему нематериальные блага, судом не установлено.
Наличие в действиях должностных лиц службы судебных приставов совокупности элементов для возложения обязанности по компенсации морального не установлено.
Рассматривая довод представителя ответчика о пропуске срока истца в суд о взыскании морального вреда, суд приходит к следующему.
В соответствии с п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ.
На основании ч.1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Абзацем 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ предусмотрено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Как следует из абз. 1 ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев предусмотренных законом.
Истец обратился в суд с требованием о компенсации морального вреда, как следствие защиты своих личных неимущественных прав и других нематериальных благ.
Разрешая исковые требования о взыскании денежной компенсации морального вреда, установив, что не имеется в материалах дела фактических данных, подтверждающих причинно-следственную связь между действиями должностных лиц и возникшим у истца моральным вредом, учитывая, что истцом не доказаны обстоятельства причинения ему морального вреда именно действием должностных лиц, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворения исковых требований в полном объеме.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования ФИО1 к управлению Федеральной службы судебных приставов России по Ставропольскому краю, Федеральной службе судебных приставов России о взыскании с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств Федеральной службы судебных приставов России компенсации морального вреда размере 3 000 000 рублей - оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд путем подачи жалобы через Ленинский районный суд города Ставрополя в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено 09.11.2022.
Судья Н.В. Суржа