Дело № 2-1-2713/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Калужский районный суд Калужской области в составе

председательствующего судьи Желтиковой О.Е.

при ведении протокола помощником судьи Титковой О.В.,

с участием прокурора Ульяновой С.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Калуге 08 декабря 2022 года гражданское дело по иску ФИО3, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО1 и ФИО4, ФИО5 к ФИО6 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, ФИО7, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, впоследствии уточнив требования, обратились в суд с иском к ФИО6 о взыскании расходов на погребение и компенсации морального вреда, указав в обоснование требований, что ДД.ММ.ГГГГ около <адрес> произошло столкновение транспортного средства УАЗ 3151, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО6 и мотоцикла-питбайка неустановленной марки без государственного регистрационного номера под управлением ФИО11, который в результате полученных травм скончался. В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО6 отказано. Однако истцы полагают, что виновным в указанном ДТП является водитель ФИО6, создавший своими действиями аварийную обстановку, в результате которой ФИО11 погиб. Также указывают, что ФИО7 является супругой погибшего ФИО11, а истец ФИО5 и несовершеннолетние ФИО1 и ФИО8 детьми погибшего. В результате гибели ФИО11 истцы испытали и продолжают испытывать физические страдания, сильнейшие переживания и стресс. Кроме того, ФИО7 понесла расходы на его погребение. С учетом уточнения исковых требований просят взыскать с ответчика в пользу каждого по 1 000 000 рублей, а также в пользу ФИО7 расходы на погребение в размере 82 100 рублей.

Определением суда от 08 декабря 2022 года исковые требования ФИО7 к ФИО6 о взыскании расходов на погребение оставлены без рассмотрения.

Истцы ФИО5, ФИО7, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО1 и ФИО8, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещались надлежаще, представители истцов по доверенности ФИО9 и ФИО10 в судебном заседании исковые требования поддержали.

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещался надлежаще, его представитель по доверенности ФИО12 в судебном заседании исковые требования не признал, просил в иске отказать.

Третье лицо ФИО13 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещалась надлежаще.

Представитель АО «АльфаСтрахование» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, допросив экспертов, исследовав письменные материалы дела, материалы дела №, материал проверки № (КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ), выслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.

Согласно ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

На основании ст.150 ГК РФ здоровье является нематериальным благом, принадлежащим гражданину от рождения, и подлежит защите.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 21 часов 55 минут в районе <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие путем столкновения транспортного средства УАЗ № государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО6 и принадлежащего на праве собственности ФИО15, и мотоцикла-питбайка неустановленной марки, без государственного регистрационного знака, под управлением ФИО11

В результате дорожно-транспортного происшествия водитель мотоцикла-питбайка ФИО11 от полученных травм скончался на месте происшествия.

Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, явилась сочетанная тупая травма тела, полученные им повреждения согласно пп. 6.1.10, 6.1.11, 6.1.13, 6.1.16 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года №194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненному здоровью человека» явились опасными для жизни, причинили тяжкий вред здоровью и повлекли смерть ФИО11

При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа ФИО11 обнаружен этиловый спирт в концентрации: в крови – 1,8 промилле, в моче – 2,3 промилле, что обычно, у живых лиц, соответствует средней степени алкогольного опьянения.

Согласно сведениям ГБУЗ КО «НДКО» при исследовании крови и мочи ФИО6 алкоголь у последнего не обнаружен.

Из материала проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, копия которого имеется в материалах дела, следует, что следователем ССО по РДТП СУ УМВД России по Калужской области неоднократно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО6, которые впоследствии отменялись.

Так, постановлением от ДД.ММ.ГГГГ отменено постановлением следователя ССО по расследованию ДТП СУ УМВД России по Калужской области от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПФ РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО6, ФИО11 признаков преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ.

Таким образом, вина участников ДТП ФИО6 и ФИО11 в рамках проведения проверки до настоящего времени не установлена.

Обосновывая требования о компенсации морального вреда, истцы полагали, что виновным в указанном происшествии является водитель ФИО6, при этом полагали, что вины ФИО11 в ДТП при управлении мотоциклом-питбайком не имеется, поскольку ФИО11 не нарушал ПДД РФ, так как не управлял транспортным средством, поскольку в силу технических характеристик мотоцикл-питбайк не является транспортным средством, а является лишь спортивным инвентарем, в связи с чем, передвигаясь по дороге на спортинвентаре, ФИО11 не управлял источником повышенной опасности, в связи с чем в произошедшем событии не имеется столкновение двух источников повышенной опасности, при этом передвижение на мотоцикле-питбайке на дорогам общественного пользования не противоречит действующему законодательству.

Суд не соглашается с данными доводами истцов в виду следующего.

Согласно примечанию к статье 12.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях под транспортным средством в названной статье следует понимать автомототранспортное средство с рабочим объемом двигателя внутреннего сгорания более 50 кубических сантиметров или максимальной мощностью электродвигателя более 4 киловатт и максимальной конструктивной скоростью более 50 километров в час, а также прицепы к нему, подлежащие государственной регистрации, а в других статьях главы 12 указанного Кодекса также трактора, самоходные дорожно-строительные и иные самоходные машины, транспортные средства, на управление которыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о безопасности дорожного движения предоставляется специальное право.

По смыслу приведенного примечания наличие таких характеристик транспортного средства как рабочий объем двигателя внутреннего сгорания более 50 кубических сантиметров или максимальная мощность электродвигателя более 4 киловатт и максимальная конструктивная скорость более 50 километров в час, относится только к применению статьи 12.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В целях применения других статей главы 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях под транспортными средствами понимаются также иные транспортные средства, на управление которыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о безопасности дорожного движения предоставляется специальное право.

В соответствии с пунктом 1.2 Правил дорожного движения транспортным средством признается устройство, предназначенное для перевозки по дорогам людей, грузов или оборудования, установленного на нем.

Механическое транспортное средство - транспортное средство, приводимое в движение двигателем. Термин распространяется также на любые тракторы и самоходные машины.

«Мотоцикл» - двухколесное механическое транспортное средство с боковым прицепом или без него, рабочий объем двигателя которого (в случае двигателя внутреннего сгорания) превышает 50 куб. см или максимальная конструктивная скорость (при любом двигателе) превышает 50 км/ч.

Согласно пункту 1 статьи 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность в том числе при использовании механизмов, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).

Как следует из материалов дела, в том числе материала проверки № (КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ), характеристики на мотоцикл-питбайк, а именно: модель, марка, объем его двигателя, отсутствуют и в ходе проверки не установлены, также мотоцикл-питбайк не имел государственного регистрационного знака.

Таким образом, в рассматриваемом случае, даже при отсутствии технических характеристик на мотоцикл-питбайк, которым управлял ФИО11, вышеизложенные нормы права позволяют суду сделать вывод, что мотоцикл-питбайк является механизмом, приводимым в движение двигателем, деятельность при использовании которого создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, то есть является источником повышенной опасности при его использовании.

Устанавливая наличие вины ФИО11 и ФИО6 в произошедшем столкновении, повлекшим смерть ФИО11, суд приходит к следующему.

В ходе проведения проверки следователем ССО по расследованию ДТП СУ УМВД России по Калужской области с целью установления виновного лица в произошедшем ДТП произведен осмотр места происшествия и назначено проведение автотехнической экспертизы.

Согласно протокола осмотра места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра установлено, что место ДТП находится вне населенного пункта и расположено на расстоянии 1 км от <адрес>, проезжая часть горизонтальная, покрытие щебеночное, имеются дефекты дороги в виде выбоины на проезжей части, дорожное покрытие для двух направлений шириной 6,9 м., к проезжей части примыкают справа обочина шириной 1,6 м., слева обочина шириной 1,5 м., далее за обочиной кювет глубиной 1,5 м. справа и слева кювет глубиной 1,5 м., дорожные знаки отсутствуют, видимость дороги обеспечивается светом фар.

Как следует из материалов дела, автомобиль УАЗ 31519, государственный регистрационный знак, №, двигался по <адрес> со стороны СНТ «Мотор» в сторону <адрес> по полосе движения, предназначенной для движения во встречном направлении, с включенным светом фар, выполняя маневр обгона автомобилей Ауди и Хендай на проезжей части, при этом мотоцикл-питбайк двигался по <адрес> в сторону СНТ «Мотор» по правой полосе движения без света фар, водитель мотоцикла-питбайка ФИО11 находился состоянии алкогольного опьянения.

Согласно п.11.1 ПДД РФ прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Согласно п.10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В соответствии с п.19.1 ПДД РФ в темное время суток и в условиях недостаточной видимости независимо от освещения дороги, а также в тоннелях на движущемся транспортном средстве должны быть включены следующие световые приборы: на всех механических транспортных средствах - фары дальнего или ближнего света, на велосипедах - фары или фонари, на гужевых повозках - фонари (при их наличии); на прицепах и буксируемых механических транспортных средствах - габаритные огни.

Как следует из материала проверки, в рамках проведения проверки было назначено проведение автотехнических экспертиз.

Согласно заключения эксперта Экспертно-криминалистического центра УМВД России по Калужской области от ДД.ММ.ГГГГ № в рассматриваемом случае место столкновения автомобиля УАЗ 31519, государственный регистрационный знак, №, и мотоцикла-питбайк располагалось на расстоянии около 1,1 м от края полосы движения в сторону СНТ «Мотор», исходя из первоначального направления движения транспортных средств – на стороне дороги мотоцикла-питбайкт.

Согласно заключения эксперта Экспертно-криминалистического центра УМВД России по Калужской области от ДД.ММ.ГГГГ № в условиях ДТП скорость автомобиля УАЗ 31519, государственный регистрационный знак, № перед торможением составляла около 29 км/ч. При этом при заданных исходных данных, то есть при видимости мотоцикла на расстоянии 23,1 м и скорости движения автомобиля УАЗ 29 км/ч, водитель ФИО6 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с мотоциклом при условии, что мотоцикл находится в стагнации на проезжей части, то есть в неподвижном состоянии.

Также экспертом при исследовании схемы места ДТП и протокола осмотра места происшествия установлено, что момент столкновения практически совпал с моментом начала торможения (начала торможения автомобиля), то есть водитель автомобиля УАЗ применил торможение в последний (крайний) момент перед столкновением.

При этом экспертом отмечено, что вопрос о наличии у водителя автомобиля УАЗ технической возможности предотвратить происшествие путем торможения не имеет технического смысла, так как в случаях, когда встречное транспортное средство до момента столкновения не было заторможено или было заторможено практически в последний момент, снижение скорости и даже остановка данного транспортного средства не исключают возможности происшествия.

Как следует из заключений эксперта ФГБУ КЛСЭ № и № от ДД.ММ.ГГГГ, скорость движения автомобиля УАЗ к моменту начала торможения составляла равной более 32,5 км/час; установленная скорость движения автомобиля является минимальной, при этом в условиях данного происшествия величина безопасной скорости движения у автомобиля УАЗ в условиях ограниченной видимости (видимость полотна дороги составляла 29,1 м), определена экспертом равной не более 56 км/ч.

Также экспертом сделан вывод, что в данной дорожной ситуации при заданных исходных данных водитель автомобиля УАЗ не располагал технической возможностью применения экстренного торможения остановить автомобиль при скорости движения 40-60 км/ч д места столкновения, поскольку остановочный путь автомобиля (26,5 м. + 47,5 м.) больше расстояния, на котором автомобиль мог находиться от места столкновения в момент возникновения опасности для движения (расстояние конкретной видимости – 23,1 м. / 21,3 м.).

Согласно заключения эксперта Экспертно-криминалистического центра УМВД России по Калужской области от ДД.ММ.ГГГГ № при заданных исходных данных в условиях данного происшествия водитель мотоцикла ФИО11 располагал технической возможностью предотвратить столкновение путем экстренного торможения при условии экстренного торможения и автомобиля УАЗ в момент возникновения опасности, еси же автомобиль УАЗ в указанный момент не был заторможен или торможение происходило непосредственно перед столкновением, то снижение скорости мотоцикла или даже его остановка не исключает возможности столкновения.

Согласно заключения эксперта Экспертно-криминалистического центра УМВД России по Калужской области от ДД.ММ.ГГГГ № экспертом сделан вывод, что в условиях данного происшествия расстояние, которое необходимо автомобилю УАЗ, движущегося с постоянной скоростью 29-32,5 км/ч, для обгона автомобиля Ауди, движущегося с постоянной скоростью 20 км/ч, составляет 106-90 м соответственно, а расстояние которое необходимо автомобилю УАЗ для обгона автомобилей Ауди и Хендай, движущихся с постоянной скоростью 20 км/ч и на расстоянии 20-60 м друг от друга, составляет интервал значений от 183 м до 312 м.

В рамках рассмотрения настоящего дела, судом назначено проведение судебной экспертизы, производство которой поручено экспертам ООО «Консультант Авто».

Согласно заключению эксперта ООО «Консультант Авто» № от ДД.ММ.ГГГГ механизм ДТП имел следующий вид: ДД.ММ.ГГГГ водитель УАЗ волков Р.В., двигаясь по <адрес> в <адрес> приступил к совершению маневра обгона попутных автомобилей Ауди и Хендай, подъезжая к <адрес> обнаружил, что навстречу движется питбайк под управлением водителя ФИО11, водитель ФИО6 применил экстренное торможение; в момент столкновения автомобиль УАЗ контактировал передней левой частью кузова (капотом, передним бампером, передним крылом левым, передней левой блок-фарой), питбайк контактировал передним колесом; после столкновения автомобиль УАЗ остановился на месте столкновения, питбайк сместился на левую обочину, водитель питбайка после контактирования с капотом автомобиля переместился в левый кювет (место расположения мотошлема).

Также экспертом сделан вывод, что поскольку установленная по следам торможения автомобиля УАЗ скорость движения составляет 29,3 км/м, а скорость при которой водитель имеет возможность предотвратить наезд на неподвижное препятствие (исходя из видимости определенной в следственном эксперименте) составляет 34 км/ч, следовательно скорость, выбранная водителем ФИО6 позволяла предотвратить наезд на неподвижное препятствие; при этом если принимать в расчет скорость движения автомобиля УАЗ, которая определна по следам торможения и расстояние обнаружения опасности, определенное по результатам следственного эксперимента, то при таких условиях водитель УАЗ ФИО6 в момент возникновения опасности должен был остановиться перед тем, как произошло столкновение и в этом случае наезд на стоящий автомобиль совершил бы водитель питбайка ФИО11

Проанализировав представленные суду доказательства, суд приходит к выводу, что ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО11, управляя источником повышенной опасности мотоциклом-питбайком, в нарушение п.2.7 ПДД, находясь в состоянии алкогольного опьянения, ставящим под угрозу безопасность движения, управляя мотоциклом-питбайком, в нарушение п.19.1 ПДД РФ, двигался по <адрес> со стороны <адрес> в сторону СНТ «Мотор» в темное время суток при отсутствии уличного освещения, без света фар в связи с отсутствием световых приборов на мотоцикле-питбайке, исходя из условий видимости, отсутствие освещения на мотоцикле-питбайке не позволило водителю УАЗ ФИО6, двигавшемуся во встречном направлении, обнаружить мотоцикл-питбайк под управлением ФИО11, вследствие чего нарушений п.11.1 ПДД в действиях водителя ФИО6 суд не усматривает. При этом приступив к маневру обгона и выехав на встречную полосу, водитель ФИО6 создал опасность для водителя ФИО11, свет фар автомобиля на данном участке ничем не ограничен, тем не менее водитель ФИО11 каких-либо мер к предотвращению столкновения не предпринял, чем нарушил п.10.1 ПДД РФ; скорость автомобиля УАЗ на момент столкновения составляла 32,5 км/ч, что не превышала установленную безопасную скорость движения в 56 км/ч. Данные обстоятельства дают суду основания полагать, что в результате невыполнения водителем ФИО11 пунктов 2.7, 10.1, 19.1 ПДД РФ при управлении мотоциклом-питбайком, произошло столкновение с автомобилем УАЗ.

Оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО11, между его неправомерными действиями и наступившими последствиями имеется причинно-следственная связь.

Допустимых доказательств того, что в действиях водителя ФИО6 имеются нарушения ПДД РФ, стороной судом не установлено.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью; признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2); в Российской Федерации как социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, охраняется здоровье людей (статья 7); осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3); каждый имеет право на жизнь, право на государственную охрану достоинства личности и право на охрану здоровья (статья 20, часть 1; статья 21, часть 1; статья 41, часть 1).

Гражданский кодекс Российской Федерации (глава 59), устанавливая - исходя из конституционных основ правового регулирования отношений, связанных с возмещением вреда, причиненного деликтом, - общие положения о возмещении вреда (статьи 1064 - 1083), предусматривает специфику ответственности за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (статья 1079), и особенности компенсации морального вреда (статьи 1099 - 1101).

Согласно положению пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064). Следовательно, при решении вопроса об ответственности владельцев транспортных средств, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии, следует опираться на общие основания ответственности, согласно которым вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации); лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных им в постановлении от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее: а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается; в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого; г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга (пункт 25).

Из этого следует, что в случае взаимодействия нескольких источников повышенной опасности (в том числе столкновения) в результате нарушения Правил дорожного движения одним из владельцев недопустимо возложение ответственности за причинение вреда на других владельцев источников повышенной опасности, вина которых в данном взаимодействии не установлена.

Учитывая изложенное, на владельца источника повышенной опасности, не виновного в столкновении транспортных средств, не может быть возложена ответственность по возмещению вреда, в том числе обязанность компенсировать моральный вред другому владельцу источника повышенной опасности, виновному в дорожно-транспортном происшествии, или его родственникам, признанным потерпевшими.

Данная правовая позиция отражена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 15 мая 2012 года N 811-О "По жалобе гражданина ФИО2 на нарушение его конституционных прав статьями 1079, 1083 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации", в котором указано, что по смыслу оспариваемых заявителем статей 1079, 1083 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с его статьей 1064, устанавливаемое ими правовое регулирование нельзя рассматривать как не допускающее отказ в присуждении компенсации родственникам владельца источника повышенной опасности (транспортного средства), виновного в дорожно-транспортном происшествии - взаимодействии (столкновении) нескольких источников повышенной опасности (транспортных средств) - и погибшего в результате него, в том случае, когда другой участник столкновения Правила дорожного движения не нарушал и в столкновении не виновен.

Кроме того, как следует из пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

Согласно абз. 3 п.21 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, подлежит компенсации на общих основаниях, предусмотренных статьей 1064 ГК РФ. Владелец источника повышенной опасности, виновный в этом взаимодействии, а также члены его семьи, в том числе в случае его смерти, не вправе требовать компенсации морального вреда от других владельцев источников повышенной опасности, участвовавших во взаимодействии (статьи 1064, 1079 и 1100 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ произошло столкновение автомобиля УАЗ 31519 и мотоцикла-питбайк, являющихся на момент их столкновения источниками повышенной опасности.

То обстоятельство, что мотоцикл-питбайк является спортивным инвентарем, используется в основном для спорта и активного отдыха, не свидетельствует о том, что он предназначен исключительно для участия в спортивных соревнованиях и в момент, относящийся к событию, не использовался ФИО11 для передвижения по дороге.

Таким образом, поскольку дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО11, управлявшего источником повышенной опасности, при этом в действиях водителя ФИО6 вины в ДТП не установлено, то в силу вышеуказанных положений закона и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, истцы, будучи членами семьи погибшего ФИО11, не вправе требовать компенсации морального вреда от ФИО6, как владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии, в связи с чем суд отказывает истцам в удовлетворении требований о компенсации морального вреда.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО1 и ФИО4, ФИО5 к ФИО6 о компенсации морального вреда – отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба, прокурором принесено апелляционное представление в Калужский областной суд через Калужский районный суд Калужской области в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме.

Председательствующий О.Е. Желтикова

Мотивированное решение изготовлено 09 декабря 2022 года.