Дело № 2-1675/2025
УИД 27RS0006-01-2025-001750-14
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
22 июля 2025 года г. Хабаровск
Хабаровский районный суд Хабаровского края в составе:
председательствующего судьи Костышиной Н.В.,
при ведении протокола помощником судьи Гуркиной О.А.,
с участием:
истца ФИО1,
представителей истца ФИО4, ФИО5, действующих по доверенности,
представителя ответчика ФИО6, действующей по доверенности,
помощника прокурора <адрес>ной прокуратуры ФИО7,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница» имени профессора ФИО8 министерства здравоохранения <адрес> о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, расходов по оплате госпошлины.
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница» имени профессора ФИО8 министерства здравоохранения <адрес> (далее по тексту КГБУЗ ККБ им ФИО8) о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, расходов по оплате госпошлины.
В обосновании исковых требований указав, чтов период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ее супруг <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ следственным отделом по <адрес> следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> и <адрес> было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ. Истец была признана потерпевшей по данному уголовному делу. ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело прекращено. В связи со смертью супруга истец понесла расходы на погребение. Просит суд с учетом уточненных исковых требований взыскать с ответчика в ее пользукомпенсацию морального вреда в <данные изъяты>
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечены: <данные изъяты> ФИО10, <данные изъяты> ФИО11, <данные изъяты> ФИО12
В судебное заседание третьи лица, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены, стороны не возражали о рассмотрении дела в отсутствии третьих лиц.
Суд, руководствуясь положениями ч.3 ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных о времени и месте судебного разбирательства третьих лиц.
В судебном заседании истец ФИО1, представители истца, исковые требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении, просили исковые требования удовлетворить. Дополнительно истец пояснила, что супруг никогда не страдал таким заболеванием как бронхиальная астма. Врачи ее супругу была оказана ненадлежащая медицинская помощь, в результате чего ее супруг скончался. После смерти супруга истец сильно переживает, она осталась проживать одна, осталась без поддержки и помощи супруга.
Представитель ответчика ФИО6 исковые требования не признала, пояснила, что согласно заключению комиссии экспертов, при внезапно развившемся заболевании-тромбоэмболии ветвей легочных артерий вследствие тромбоза ушка правого предсердия из-за хронической сердечной недостаточности, обусловленной наличием крупноочагового постинфарктного кардиосклероза, наступление благоприятного исхода и сохранение жизни пациента было исключено независимо от качества оказания ему медицинской помощи. Считает, что вины ответчика в наступлении смерти ФИО9 не имеется.
В судебном заседании допрошен свидетель <данные изъяты> который приходится сыном истцу и пояснил, что ФИО14 очень сильно переживает после смерти супруга, говорит, что ей тяжело без него, принимала успокоительные препараты, некоторое время он жил с ней, чтобы маме было легче психологически, здоровье ухудшилось на фоне переживаний, психологическое состояние тяжелое.
Помощник прокурора в судебном заседании полагала исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению.
Выслушав пояснения истца, представителей истца, представителя ответчика, показания свидетеля, заключение прокурора, исследовав материалы дела, медицинские карты, суд приходит к следующему.
Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 является супругой <данные изъяты> что подтверждается свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ.
<данные изъяты>
В соответствии с медицинским свидетельством о № ДД.ММ.ГГГГ в качестве причины смерти <данные изъяты> указано: отек легкого с недостаточностью левого желудочка; кардиосклероз постинфарктный, болезнь гипертоническая.
ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> обратился в <данные изъяты> с жалобами на отдышку, где ему был поставлен диагноз: ишемическая болезнь сердца, по результатам ЭКГ прогрессирование, острый коронарный синдром, хроническая сердечная недостаточность, гипертоническая болезнь 3 степени, риск 4, нормотония, атеросклероз аорты, стеноз 75%, распространенный остеохондроз позвоночника, сахарный диабет второго типа, показатель торопин теста 51.73.
Врачом <данные изъяты> принято решение о госпитализации <данные изъяты> в инфарктное отделение ККБ№, о чем было выдано направление и вызвана бригада скорой медицинской помощи.
ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> был доставлен в указанное выше медицинское учреждение, но поскольку его место жительство территориально не относится к данному медицинскому учреждению, его направили в КГБУЗ ККБ им ФИО8.
ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> был доставлен КГБУЗ ККБ им ФИО8, осмотрен врачом-кардиологом, по результатам осмотра, врач принял решение о том, что показаний для экстренной госпитализации в КТО нет. Данных за острую кардиальную патологию в настоящее время нет. Наблюдение у кардиолога планово. Назначен план лечения, выписаны медицинские препараты.
ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> обратился в КБУЗ ККБ им ФИО8 к врачу- пульмонологу с жалобами на отдышку, ему были даны рекомендации для амбулаторного лечения.
ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением здоровья <данные изъяты> обратился в КГБУЗ ККБ им ФИО8, приступы удушья, отдышкой, где его госпитализировали в пульмонологическое отделение с диагнозом: астма неуточненная, бронхиальная астма среднетяжелого течения в стадии обострения, сахарный диабет второго типа, ишемическая болезнь сердца.
<данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> проходил периодические медицинские осмотры в ООО НУЗ «Медицинский центр». В период с ДД.ММ.ГГГГ какой-либо медицинской помощью не обращался, что следует из ответа от ДД.ММ.ГГГГ №, предоставленного истцом в судебном заседании.
Из письменных пояснений врача ФИО15 следует, что <данные изъяты> осмотрен ею ДД.ММ.ГГГГ в приемном отделении КГБУЗ ККБ им ФИО8. На момент осмотра в приемном отделении показаний для экстренной госпитализации в кардиологическое отделение не было. Была назначена медикоментозная коррекция на амбулаторном этапе.
Ссылку в пояснениях на ДД.ММ.ГГГГ суд признает ошибочным.
В судебном заседании исследованы:
медицинская карта наблюдения <данные изъяты> КГБУЗ КДЦ «Вивея» в ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что записей про жалобы или наличия заболевания бронхиальной астмы не имеется.
Согласно медицинской карты № от ДД.ММ.ГГГГ при поступлении <данные изъяты> в пульмонологическое отделение КГБУЗ ККБ им ФИО8 указан диагноз бронхиальная астма, обострение.
Из посмертного эпикриза от ДД.ММ.ГГГГ в стационарной карте больного следует, что установлен диагноз основной: острый инфаркт миокарда неуточненный локализации. Постинфарктный кардиосклероз неизвестной давности. Стенозирующий атеросклероз корональных артерий. СПО: коронарная ангиопластика со стентированием ДД.ММ.ГГГГ Осложнения: фибрилляция желудочков с последующей остановкой сердца. Легочно- сердечная недостаточность. Сопутствующий диагноз: бронхиальная астма, медикаментозно неконтролируемая, средне -тяжелого течения, обострение. Сахарный диабет 2 типа.
Ссылаясь на то, что ответчик ненадлежащим образом оказал медицинскую помощь <данные изъяты> в результате чего последний скончался, и ей, супруге умершего, причинены значительные нравственные страдания, истец обратилась в суд с настоящим иском.
Хабаровским филиалом АО «Страховая компания «СОГАЗ-МЕД» организована и проведена экспертиза качества оказания медицинской помощи.
Из выводов заключения по результатам мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ № проведенной Хабаровским филиалом АО «Страховая Компания «СОГАЗ-МЕД» следует указание на отсутствие консультации кардиолога и неполное лечение кардиопатологии.
Согласно экспертному заключению к заключению № от ДД.ММ.ГГГГ (протокол) выявлены нарушения: не осмотрен кардиологом при поступлении в стационар при лечении кардиальной патологии (приказ Минздрава России №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» (специализированная помощь). Замечания: отсутствие осмотра кардиологом и неполное лечение кардиологической патологии.
Согласно выводам экспертного заключения, к заключению № от ДД.ММ.ГГГГ (протокол) больной пожилого возраста с ухудшением состояния с кардинальной патологии обратился в ККБ1 к кардиологу, ему было отказано в госпитализации. При этом клиническая ситуация не исключала возможность госпитализации в стационар. Жалоба родственников больного обоснована.
Указанные выше заключения не оспаривались, незаконными не признаны.
Следственным отделом по <адрес> следственного управления Следственного комитета России по <адрес> и <адрес> ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса РФ.
ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело прекращено в связи с связи с отсутствием признаков указанного преступления.
В рамках уголовного дела в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проведена комиссионная медицинская судебная экспертиза, производство которой было поручено АНО «Алтайское бюро независимой судебно-медицинской экспертизы».
Из выводов судебно-медицинского заключения комиссии экспертов № следует:
1.На основании сведений изученных медицинских документов и материалов дела, данных патологоанатомического исследования трупа мужчины и результатов проведенного гистологического исследования представленного аутопсийного материала, судебно-медицинская экспертная комиссия считает, что смерть <данные изъяты> наступила в ДД.ММ.ГГГГ минут ДД.ММ.ГГГГ от крупноочагового постинфарктного кардиосклероза, приведшего к хронической сердечной недостаточности с формированием тромбоза ушка правого предсердия и развитием тромбоэмболии ветвей легочных артерий, о чем свидетельствуют инические и морфологические данные, в том числе наличие очаговых, мелких диффузных и периваскулярных участков фиброзных изменений миокарда с чередующимися -.агами гипертрофии и атрофии кардиомиоцитов; свободной жидкости в полости сердечной сорочки (гидроперикард) и плевральных полостях (двусторонний гидроторакс), фонического венозного полнокровия внутренних органов; смешанных тромботических масс в ушке правого предсердия, фибриново-эритроцитарных и эритроцитарных тромбоэмболов в ветвях легочных артерий и капиллярах легких, дистелектаза альвеол, шагового бронхоспазма, острой эмфиземы легких др.
При этом судебно-медицинская экспертная комиссия считает необходимым отметить, что внезапное развитие тромбоэмболии ветвей легочных артерий с прекращением кровообращения в легких всегда сопровождается неблагоприятным исходом - наступлением смерти человека, о чем свидетельствуют, в том числе и данные специальной медицинской литературы.
2. Согласно сведениям представленных медицинских документов, при оказании медицинской помощи <данные изъяты>. врачом терапевтом ЧУЗ КГБУЗ КДЦ «Вивея» ДД.ММ.ГГГГ часов, на основании жалоб, данных анамнеза и объективного осмотра, результатов дополнительного лабораторного и инструментального обследования, в том числе биохимического анализа крови и электрокардиографии, у мужчины было обоснованно заподозрено развитие острого коронарного синдрома на фоне имеющейся патологии в виде крупноочагового постинфарктного кардиосклероза, хронической сердечной недостаточности, гипертонической болезни, атеросклероза аорты, сахарного диабета второго типа и др. В связи с этим и учитывая необходимость уточнения клинического диагноза, прежде всего, исключения острого инфаркта миокарда, пациенту в этот период была верно назначена консультация врача кардиолога.
Таким образом, при анализе данных представленных медицинских документов, судебно-медицинской экспертной комиссией не было установлено каких-либо и недостатков и дефектов оказания в этот период медицинской помощи ФИО9, повлиявших на развитие неблагоприятного исхода - наступление смерти мужчины.
3.Ввиду отсутствия признаков острого инфаркта миокарда по результатам последующего консультационного осмотра <данные изъяты> врачом кардиологом КГБУЗ ККБ» им. проф. ФИО16, а также учитывая необходимость определения дальнейшей тактики оказания медицинской помощи и алгоритм маршрутизации пациентов, в данном случае была верно осуществлена медицинская эвакуация мужчины в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» им. проф. ФИО8.
Исходя из данных представленных медицинских документов и материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 был осмотрен врачом кардиологом приемного отделения КГБУЗ «Краевая клиническая больница», им. проф. ФИО8.
При этом в соответствии с жалобами, данными анамнеза и объективного осмотра, результатами проведенного лабораторного и инструментального обследования, в том числе повторных биохимического анализа крови и электрокардиографии, у пациента в этот период не были выявлены признаки острой кардиальной патологии.
На основании вышеизложенного и учитывая удовлетворительное общее состояние мужчины, судебно-медицинская экспертная комиссия считает, что в данном случае отсутствовали абсолютные показания для госпитализации <данные изъяты> в кардиологическое отделение.
В связи с этим, ему были правильно даны соответствующие рекомендации, в том числе о необходимости проведения в амбулаторных условиях консервативной терапии, наблюдения у врачей терапевта и кардиолога в поликлинике по месту жительства, изменения образа жизни, соблюдения диеты и т.д.
Таким образом, при анализе данных представленных медицинских документов, судебно-медицинской экспертной комиссией не было установлено каких-либо недостатков и дефектов оказания в этот период медицинской помощи <данные изъяты>., повлиявших на развитие неблагоприятного исхода - наступление смерти мужчины.
4. Исходя из данных представленных медицинских документов, при поступлении <данные изъяты>. в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» им. проф. ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ), мужчина предъявлял жалобы на появление в течение четырех дней приступов удушья после контакта с собакой, при этом в анамнезе у него был установлен факт наличия бронхиальной астмы с детских лет.
На основании вышеизложенного, а также учитывая данные объективного осмотра и результаты дополнительного лабораторного и инструментального обследования, у <данные изъяты> в этот период было обосновано установлено обострение бронхиальной астмы.
Учитывая установленный диагноз и тяжесть общего состояния, пациенту было правильно назначено соответствующее лечение и дообследование в условиях пульмонологического отделения КГБУЗ «Краевая клиническая больница» им. проф. ФИО8.
Вместе с тем следует отметить, что на фоне проводимой консервативной, терапии, в ДД.ММ.ГГГГ произошло внезапное ухудшение общего состояния мужчины, при этом у него врачом анестезиологом-реаниматологом было своевременно установлено отсутствие сознания, дыхания и пульса, о чем свидетельствуют данные представленных медицинских документов и материалов дела.
В связи с этим, пациенту были правильно и в полном объеме проведены реанимационные мероприятия, однако, несмотря на это, в ДД.ММ.ГГГГ была зафиксирована биологическая смерть <данные изъяты>
При этом судебно-медицинской экспертной комиссией были выявлены недостатки оказания медицинской помощи <данные изъяты> в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» им. проф. ФИО8 в этот период: неверное оформление медицинской карты, в том числе неполный сбор анамнеза и т.д.; непроведение осмотра пациента врачом кардиологом при его поступлении в стационар, том числе с целью осуществления коррекции лечения кардиальной патологии и др., что также подтверждается и результатами проверки Хабаровского филиала АО «Страховая компания «Согаз-Мед».
5.Учитывая вышеизложенное, в том числе факт внезапного развития тромбоэмболии зетвей легочных артерий вследствие тромбоза ушка правого предсердия из-за хронической сердечной недостаточности, обусловленной наличием крупноочагового постинфарктного кардиосклероза у <данные изъяты> судебно-медицинская экспертная комиссия считает, что з данном случае наступление благоприятного исхода и сохранение жизни пациента было исключено независимо от качества оказания ему медицинской помощи в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» им. проф. ФИО8 в период с ДД.ММ.ГГГГ
При этом судебно-медицинская экспертная комиссия указывает, что все вышеперечисленные недостатки оказания медицинской помощи <данные изъяты> в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» им. проф. ФИО8, в данном случае, не оказали никакого влияния на внезапное развитие тромбоэмболии ветвей легочных артерий, ухудшение общего состояния и наступление смерти пациента.
В свою очередь, ненадлежащее оказание медицинской помощи (недостатки оказания медицинской помощи), не состоящее в прямой причинно-следственной связи с наступившим неблагоприятным исходом, в соответствии с порядком проведения судебно- медицинской экспертизы по факту неоказания или ненадлежащего оказания медицинской помощи не является «дефектом» оказания медицинской помощи, не рассматривается как причинение вреда здоровью и не подлежит судебной медицинской оценке по тяжести вреда, причиненного здоровью человека.
Судом на обсуждение сторон был поставлен вопрос о назначении по делу повторной судебно-медицинской экспертизы, стороны отказались от проведения по делу экспертизы.
Согласно ст.ст.56-57 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В части 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации закреплено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.
Согласно части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.
Нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан»).
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан – система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 части 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).
В ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5-7 статьи 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ).
Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент – физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ).
В п. 21 ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ).
Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Из разъяснений, изложенных в п.11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью граждан» по общему правилу, установленномупунктами 1и2 статьи 1064ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070,статья 1079,пункт 1 статьи 1095,статья 1100ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069,1070,1073,1074,1079и1095ГК РФ).
Установленнаяст. 1064Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В силу ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии со ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ.
В соответствии с ч. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В силу п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
На основании п.12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина причинителя вреда по общему правилу также является одним из условий наступления деликтной ответственности.
В статье 401 Гражданского кодекса РФ содержится указание на обстоятельства, исключающие вину лица, а именно принятие исчерпывающих мер для надлежащего исполнения обязательства при должной степени заботливости и осмотрительности. Следовательно, вина гражданского ответчика выражается в таком отношении лица к своим действиям, которое характеризуется несоблюдением требований должной внимательности, заботливости, осмотрительности.
Таким образом, вина лица, причинившего вред либо не исполнившего обязательство, презюмируется (предполагается), а отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство, причинившим вред.
В соответствии с пунктами 48, 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19ичасти 2,3 статьи 98Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 25-28 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.
Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина"» суду следует учитывать, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Таким образом, с учетом выше изложенного, суд, оценивая представленные доказательства по делу в их совокупности в соответствии со ст. 67 ГПК РФ приходит к выводу о том, что указанные выше недостатки оказания медицинской помощи ответчиком свидетельствуют об оказании <данные изъяты>. ненадлежащей медицинской помощи.
Комиссией экспертов, а также экспертом Хабаровского филиала АО «Страховая компания «СОГАЗ-МЕД выявлены недостатки оказания медицинской помощи: неверное оформление медицинской карты, неполный сбор анамнеза, не проведение осмотра пациента врачом кардиологом при его поступлении в стационар, в том числе с целью осуществления коррекции лечения кардиальной патологии, отказ в госпитализации. При этом клиническая ситуация не исключала возможность госпитализации в стационар.
При рассмотрении спора указанные недостатки ответчиком не опровергнуты.
Согласно выводам экспертов от ДД.ММ.ГГГГ ненадлежащее оказание медицинской помощи не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившим неблагоприятным исходом.
Вместе с тем, суд, приходит к выводу, что отсутствие такой связи не может являться основанием для вывода об отсутствии оснований для компенсации истцу морального вреда, вызванного переживаниями за жизнь и здоровья супруга, поскольку возможность компенсации морального вреда не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.
Судом установлено, что при косвенной (опосредованной) причинно-следственной связи между недостатками оказания медицинской помощи (отказ в госпитализации, при клинической ситуации не исключающей возможность госпитализации в стационар, отсутствие консультации кардиолога и неполное лечение кардиопатологии, отказ в госпитализации в стационар при наличии показаний), которые могли способствовать ухудшению состояния здоровья пациента и ограничить его право на получение отвечающего установленным стандартам лечения оснований для отказа в удовлетворении требования о компенсации морального вреда не имеется.
В данном случае имеет место косвенная причинно-следственная связь, что свидетельствует о вине ответчика при оказании <данные изъяты>. медицинской помощи ненадлежащего качества.
Несмотря на то, что в заключении экспертов указано на отсутствие прямой причинно-следственной связи между допущенными недостатки и наступления смерти, ответчик не доказал, что надлежащим образом оказанная медицинская помощь не повлияла на прогрессирование заболевания и наступления смерти, и что отсутствует вина ответчика, в причинении морального вреда ФИО1, в связи со смертью ее супруга <данные изъяты>
Довод ответчика о том, что пациент умер от внезапного развития тромбоэмболии ветвей легочных артерий вследствие тромбоза ушка правого предсердия из-за хронической сердечной недостаточности, обусловленной наличием крупноочагового постинфарктного кардиосклероза и, что наступление благоприятного исхода и сохранение жизни пациента было исключено независимо от качества оказания ему медицинской помощи, суд отклоняет.
Согласно сведениям в Википедии, размещенным в интернет-сети тромбоэмболи?я-острая закупорка (эмболия) кровеносного сосудатромбом, оторвавшимся от места своего образования (на стенке сердца, сосуда) и попавшим в циркулирующую кровь. В результате тромбоэмболии кровоток в сосуде прекращается, возникаетишемияткани в бассейнеокклюзированногососуда, часто завершающаяся ишемическим инфарктом. ТЭЛА является последствием, а не самостоятельной болезнью. Симптомы ТЭЛА могут напоминать бронхиальную астму, инфаркт миокарда, острую пневмонию. Данная информация является общедоступной.
В заключении комиссии экспертов указана ссылка на протокол патологоанатомического вскрытия № умершего <данные изъяты> согласно патологоанатомическому диагнозу: совпадение клинического и патологоанатомического диагнозов, неправильная конструкция диагноза, гипердиагностика инфаркта миокарда, не распознано смертельное осложнение.
Ухудшение состояния здоровья вследствие ненадлежащего (несвоевременного) оказания медицинской помощи, в том числе при наличии такого некачественного оказания медицинской помощи как не проведение пациенту всех необходимых лечебных и диагностических мероприятий, направленных на устранение патологического состояния здоровья, несвоевременное оказание медицинской помощи причиняет страдания, т.е. причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, суд учитывает обстоятельства причинения вреда, а именно то, что вред причинен лечебным учреждением, которое в силу закона обеспечивают охрану здоровья граждан и обязано надлежащим образом оказывать медицинскую помощь, характер допущенных нарушений ответчиком, установленных судом, а также нарушений, выявленныхкомиссией экспертов, экспертом Хабаровского филиала АО «Страховая компания «СОГАЗ-МЕД», комиссией экспертов при проведении судебно-медицинской экспертизы, принимая во внимание, что смерть <данные изъяты>. бесспорно причинилаистцу значительные физические и нравственные страдания, обусловленные безвременной смертью близкого человека (супруга), с которым у них существовали крепкие семейные отношения, при смерти супруга нарушено право супруги на семейную жизнь.
Таким образом, с учетом характера и степени причиненных истцу нравственных страданий, требований разумности и справедливости, принимая во внимание фактические обстоятельства, при которых истцу причинен моральный вред, а также индивидуальные особенности истца – возраст ФИО1, оставшейся без поддержки близкого человека, степень вины причинителя вреда, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей.
Данный размер компенсации морального вреда суд признает разумным, справедливым.
В удовлетворении остальной части требования следует отказать.
Разрешая требование о возмещении расходов на погребение, суд приходит к следующему.
В силу ст. 1094 Гражданского кодекса РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимыерасходына погребение лицу, понесшему эти расходы.
Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.
В соответствии сост. 3Федерального закона № 8-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О погребении и похоронном деле» погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям, которое может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).
В силуст.5названного Федерального закона вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.
Истцом представлены доказательства, подтверждающие несение расходов на погребение в размере 110868 рублей.
Расходы, истца подлежат отнесению к расходам, возмещение которых подлежит в соответствии со ст. 1094 Гражданского кодекса РФ, ФЗ «О погребении и похоронном деле», поскольку они относятся к обрядовым действиям по непосредственному погребению тела человека.
Суд приходит к выводу, что к числу необходимых расходов, связанных с обрядовыми действиями по захоронению тела, следует отнести расходы на общую сумму 110868 руб., заявленные истцом. Возражений ответчика по сумме расходов, а также по перечню обрядовых действий не поступило.
Согласност.94Гражданского процессуального кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимые расходы.
В соответствии сч. 1 статьи 98Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренныхчастью второй статьи 96настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящейстатьесудебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
При подаче иска истцом уплачена государственная пошлина в размере 3000 рублей, что подтверждается чеком по операции ПАО «Сбербанк» от ДД.ММ.ГГГГ
Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате госпошлины в размере 3000 рублей.
С учетом выше изложенного, исковые требования подлежат частичному удовлетворению.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО1 к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница» имени профессора ФИО8 министерства здравоохранения <адрес> о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, расходов по оплате госпошлины удовлетворить частично.
Взыскать с краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница» имени профессора ФИО8 министерства здравоохранения <адрес> <данные изъяты> в пользу ФИО1, паспорт <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, расходы на погребение в размере 110 868 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 3000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение суда может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в <адрес>вой суд через Хабаровский районный суд <адрес>.
Председательствующий Н.В.Костышина
Мотивированный текст решения суда составлен ДД.ММ.ГГГГ.