РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 марта 2023 года дело № 2-194/2023

УИД 43RS0034-01-2022-002513-61

Слободской районный суд Кировской области в составе председательствующего судьи Черных О.В.,

при секретаре Вычегжаниной А.С.,

с участием представителя истца ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Слободском Кировской области гражданское дело по иску Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Кировской области к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 2 по Кировской области (далее - МИФНС № 2) обратилась в суд с иском к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения, указав в обоснование, что ФИО4 представила в МИФНС № 2 налоговые декларации по налогу на доходы физических лиц (далее – НДФЛ): 15 марта 2018 года - за 2017 год, 07 марта 2019 года - за 2018 год, по которым ответчиком были исчислены суммы налога, подлежащие возврату из бюджета, в размере 47194 рубля за 2017 год, в размере 51522 рубля за 2018 год. ФИО4 представила заявления о возврате НДФЛ: 16 марта 2018 года - за 2017 год в размере 47194 рубля, 13 июня 2019 года – за 2018 год в размере 51522 рубля, в том числе при покупке квартиры - 48252 рубля 76 копеек. Указанные суммы НДФЛ возвращены МИФНС № 2 на расчетный счет ФИО4 в отделении АО КБ «Хлынов» г. Киров. Основанием для возврата послужил факт приобретения ответчиком квартиры по адресу: <адрес>. Однако в ходе осуществления мероприятий налогового контроля - проведения выездной налоговой проверки в отношении ФИО5 - налоговым органом было выявлено, что вышеназванные денежные средства как суммы имущественного вычета перечислены ФИО4 22 июня 2018 года и 18 июня 2019 года при отсутствии предусмотренных законом оснований. В частности, проверкой было установлено, что квартира по адресу: <адрес> находилась в собственности ФИО5 в период с 28 декабря 2016 года по 11 мая 2017 года и была продана по договору купли-продажи от 28 апреля 2017 года ФИО4, ФИО6 и несовершеннолетним ФИО1. и ФИО2., при этом первоначальным продавцом данной квартиры по договору купли-продажи от 15 декабря 2016 года была ФИО7 (мать ФИО4). По результатам налоговой проверки, оформленным в виде акта № 2 от 28 ноября 2019 года, налоговый орган пришел к выводу, что заключенные договоры купли-продажи между ФИО7 и ФИО5, а также ФИО5 и ФИО12, ФИО1., ФИО2. являются мнимыми сделками, поскольку стороны по сделкам при наличии правильного оформления документов не намеревались создать реальных правовых последствий, имея лишь цель получить право на имущественные вычеты по приобретению квартиры. Указанные сделки прикрывают собой единую сделку, направленную на переход права собственности квартиры от ФИО7 к ФИО4 Данные лица в силу статьи 105.1 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) являются взаимозависимыми. Между тем, в соответствии с пунктом 5 статьи 220 НК РФ запрещено получение имущественного вычета по сделкам купли-продажи жилья между физическими лицами, являющимися взаимозависимыми. Таким образом, ответчику неправомерно возвращены денежные средства из федерального бюджета за 2017 и 2018 годы в размере 95446 рублей. 30 декабря 2021 года в адрес ФИО4 было направлено уведомление № о возложении обязанности возвратить в бюджет НДФЛ за 2017, 2018 годы, а также уточнить налоговые обязательства за 2017, 2018 годы путем представления уточненных налоговых деклараций по форме 3-НДФЛ в срок не позднее 15 января 2022 года. Однако до настоящего времени ответчик требования, установленные налоговым органом в уведомлении, не исполнила. На основании изложенного Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 2 по Кировской области просит суд взыскать с ФИО4 в доход государства сумму неосновательного обогащения в части налога на доходы физических лиц за 2017, 2018 годы в размере 95446 рублей.

Протокольными определениями суда от 28 декабря 2022 года и от 26 января 2023 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены ФИО5, ФИО7, ФИО6, несовершеннолетние ФИО2 и ФИО1. в лице их законных представителей ФИО6 и ФИО4, орган опеки и попечительства администрации Белохолуницкого района Кировской области, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования по Кировской области, Управление Росреестра по Кировской области.

Представитель истца Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Кировской области по доверенности ФИО3 в судебном заседании на заявленном требовании настаивал по доводам, изложенным в иске, а также пояснениях по отзывам ФИО4 и ФИО6 и дополнениях к ним (т.1 л.д.192-193, т.2 л.д.34-36), пояснил, что настоящий иск предъявлен в пределах срока исковой давности, исчисляемого в данном случае с даты составления акта налоговой проверки № 2 от 28 ноября 2019 года.

Ответчик ФИО4, являющаяся также законным представителем третьих лиц ФИО2 и ФИО1., извещенная о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, в суд не явилась, представила письменный отзыв на исковое заявление (т.1 л.д.176-179), в котором просила рассмотреть дело без ее участия, в удовлетворении исковых требований отказать. В частности, ФИО4 считает, что истцом пропущен срок исковой давности, который, по ее мнению, следует исчислять с момента принятия ошибочного решения о предоставлении имущественного налогового вычета. Кроме того, ответчик не согласна с выводами истца о том, что договоры купли-продажи между ФИО7 и ФИО5, а также ФИО5 и ФИО12, ФИО1., ФИО2. являются мнимыми сделками. Указала, что в период 2016-2017 годов она и ее муж решили уехать из г. <данные изъяты> в г. Киров либо в г. Тюмень, в связи с чем занимались поисками работы и квартиры; проживали на тот момент в квартире матери ответчика - ФИО7 по адресу: <адрес>. Поскольку они хотели уехать, ФИО7 решила продать эту квартиру. Также ФИО4 указала, что занималась поисками покупателя на вышеназванное жилое помещение, общалась с ФИО5 как с клиенткой АКБ «Хлынов» и предложила ей купить его, та согласилась после осмотра квартиры. Квартира матери была продана в декабре 2016 года ФИО5, с которой они в связи с намерением уехать договорились, что поживут в этом жилом помещении до отъезда. С переездом не получилось, так как не смогли найти подходящую работу, накопленных денежных средств на приобретение нужного жилья не хватало. Поскольку ФИО5 необходимы были денежные средства, оформили с ней сделку, рассчитавшись наличными и средствами материнского капитала. Помимо этого, ФИО4 указывает, что в исковом заявлении истец дает оценку объектам недвижимости, не обладая специальными познаниями.

Третье лицо ФИО6, являющийся также законным представителем третьих лиц ФИО2 и ФИО1., извещенный о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, в суд не явился, представил письменный отзыв на иск (т.1 л.д.228-230), в котором просил рассмотреть дело без его участия, в удовлетворении исковых требований отказать по доводам, аналогичным доводам ответчика ФИО4

Третье лицо ФИО7, извещенная о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, в суд не явилась, согласно телефонограмме (т.1 л.д.232), просила дело рассмотреть в ее отсутствие.

Третье лицо ФИО5 извещенная о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд не явилась, отзыв по существу иска не представила.

Представитель третьего лица органа опеки и попечительства администрации Белохолуницкого района Кировской области, извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд не явился. И.о. главы Белохолуницкого муниципального района Кировской области ФИО8 представил письменное заявление, в котором просил рассмотреть дело в отсутствие представителя органа опеки и попечительства.

Представитель третьего лица Отделения Фонда пенсионного и социального страхования по Кировской области по доверенности ФИО9 в судебное заседание не явилась, представила письменный отзыв (т.1 л.д.243-244), в котором указала, что при принятии решения об удовлетворении заявления ФИО4 о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала Отделением Фонда пенсионного и социального страхования по Кировской области положения Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ «О мерах дополнительной государственной поддержки семей, имеющих детей» были соблюдены.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Кировской области по доверенности ФИО10 в судебное заседание не явилась, представила письменный отзыв (т.1 л.д.226), в котором просила рассмотреть дело в отсутствие их представителя, разрешение спора оставила на усмотрение суда, поскольку он не затрагивает процессуальные права и обязанности Управления.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие ответчика и третьих лиц.

Заслушав объяснения представителя истца, исследовав представленные письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Материалами дела установлено, что 15 декабря 2016 года между ФИО7 и ФИО5 был заключен договор купли-продажи квартиры (далее по тексту - договор от 15 декабря 2016 года), в соответствии с которым ФИО7 продала, а ФИО5 купила в собственность квартиру № в доме № по <адрес> области за 2450000 рублей (т.1 л.д.68-69). Согласно пункту 4 названного договора, расчет произведен до подписания договора, который имеет силу расписки.

По договору купли-продажи квартиры от 28 апреля 2017 года (далее по тексту - договор от 28 апреля 2017 года) ФИО5 продала указанную выше квартиру ФИО4, ФИО6 и их несовершеннолетним детям ФИО2., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО1., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т.1 л.д.70-73). Данная квартира оценена сторонами в сумме 2450000 рублей и приобретена за счет собственных средств в размере 2016974 рубля и за счет средств материнского (семейного) капитала в сумме 433026 рублей; деньги в сумме 2016974 рубля переданы покупателями продавцу до подписания договора (пункт 5 договора от 28 апреля 2017 года).

Ответчиком ФИО4 были представлены в МИФНС № 2 налоговые декларации по налогу на доходы физических лиц: 15 марта 2018 года - за 2017 год, 07 марта 2019 года - за 2018 год с целью получения имущественного налогового вычета в связи с приобретением 28 апреля 2017 года квартиры по адресу: <адрес>. Сумма налога, подлежащая возврату из бюджета, за 2017 год составила 47194 рубля, за 2018 год - 51522 рубля, в том числе при покупке квартиры - 48252 рубля 76 копеек (т.1 л.д.47-58).

По заявлениям ФИО4 налоговым органом были приняты решения от 20 июня 2018 года № 900 о возврате из бюджета денежных средств в сумме 47194 рубля и от 13 июня 2019 года № 1794 о возврате из бюджета денежных средств в сумме 51522 рубля как излишне уплаченных в бюджет в результате возникновения права на предоставление налоговых вычетов (т.1 л.д.64, 65).

22 июня 2018 года и 18 июня 2019 года на расчетный счет, указанный ФИО4 в заявлениях, перечислены денежные средства на основании платежных поручений: № - в размере 47194 рубля (за 2017 год), № - в размере 51522 рубля (за 2018 год) (т.1 л.д.66, 67).

При этом в период с 11 сентября 2019 года по 06 ноября 2019 года МИФНС № 2 в отношении ФИО5 проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты НДФЛ за период с 01 января 2016 года по 31 декабря 2018 года, по результатам которой составлен акт № 2 от 28 ноября 2019 года, принято решение № 2 от 14 января 2020 года об отказе в привлечении лица к ответственности за налоговое правонарушение, предусмотренное Налоговым кодексом Российской Федерации (т.1 л.д.74-91, 202-212).

В частности, налоговой проверкой установлено, что ФИО5 необоснованно заявлен имущественный налоговый вычет по НДФЛ за 2016-2018 годы в сумме 139423 рубля, в том числе за 2016 год в размере 73941 рубль, за 2017 год в размере 65482 рубля, поскольку ФИО5 фактически являлась посредником по сделке купли-продажи квартиры по адресу: <адрес> между ФИО7 и ФИО4, ФИО6, несовершеннолетними ФИО1. и ФИО2. При этом ФИО4 не вправе была рассчитывать на получение имущественного налогового вычета в силу положений пункта 1 статьи 105.1, пункта 5 статьи 220 НК РФ. Кроме того, налоговым органом был сделан вывод о том, что заключенные 15 декабря 2016 года между ФИО7 и ФИО5 и 28 апреля 2017 года между ФИО5 и ФИО4, ФИО6, несовершеннолетними ФИО1. и ФИО2 договоры купли-продажи квартиры являются мнимыми.

Решением УФНС России по Кировской области от 20 апреля 2020 года апелляционная жалоба ФИО5 на решение № 2 от 14 января 2020 года оставлена без удовлетворения (т.1 л.д.219-225).

Как следует из материалов дела, требование о взыскании неосновательного обогащения в виде неправомерно (ошибочно) предоставленного имущественного налогового вычета за 2017 и 2018 годы заявлено МИФНС № 2 в связи с тем, что истец считает ничтожными (мнимыми) договоры купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, заключенные 15 декабря 2016 года между ФИО7 и ФИО5 и 28 апреля 2017 года между ФИО5 и ФИО4, ФИО6, несовершеннолетними ФИО1 и ФИО2., полагая заключенным фактически договор купли-продажи данного жилого помещения между взаимозависимыми лицами ФИО7 и ее дочерью ФИО4 При этом МИФНС № 2 не оспаривает возникновение права собственности на квартиру у ФИО12, ФИО1. и ФИО2.

В соответствии с положениями статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (пункт 3). Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях (пункт 4 статьи 166 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 года № 25), исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В пунктах 86-88 данного постановления также разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

При этом в соответствии с частью 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как следует из материалов дела, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 15 сентября 2022 года по делу № 33-2552/2022 отменено заочное решение Слободского районного суда Кировской области от 09 февраля 2021 года по делу № 2-2/56/2021 по иску МИФНС № 2 к ФИО5; по делу принято новое решение, которым с ФИО5 в доход государства взыскано неосновательное обогащение в размере 111271 рубль (т.2 л.д.45-52).

При этом указанным апелляционным определением суда установлен факт заключения между ФИО7 и ФИО5 15 декабря 2016 года и между ФИО5 и ФИО4, ФИО6, несовершеннолетними ФИО1., ФИО2 28 апреля 2017 года притворных сделок, прикрывающих сделку купли-продажи квартиры по адресу: <адрес> между ФИО7 и ФИО4, ФИО6, несовершеннолетними ФИО1. и ФИО2

Доказательств, подтверждающих реальность намерений супругов ФИО4 и ФИО6 уехать из г. <данные изъяты> на иное постоянное место жительства, а также заключения договора купли-продажи от 15 декабря 2016 года с сохранением проживания последних в спорной квартире, на что указано в отзывах ответчиком ФИО4 и третьим лицом ФИО6, как названными участниками процесса, так и иными третьими лицами не представлено. Кроме того, суд учитывает, что данным доводам была дана оценка судебной коллегией по гражданским делам Кировского областного суда при рассмотрении дела № 33-2552/2022.

С учетом вышеизложенного, поскольку в силу части 2 статьи 61 ГПК РФ установленные апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 15 сентября 2022 года по делу № 33-2552/2022 обстоятельства имеет преюдициальное значение для настоящего дела, суд приходит к выводу, что между ФИО7 и ФИО5 15 декабря 2016 года и между ФИО5 и ФИО4, ФИО6, несовершеннолетними ФИО1., ФИО2. 28 апреля 2017 года были заключены притворные сделки, прикрывающие сделку купли-продажи квартиры по адресу: <адрес> между ФИО7 и ФИО4, ФИО6, несовершеннолетними ФИО1. и ФИО2

Следовательно, в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ вышеуказанные сделки являются недействительными в силу их ничтожности.

Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 220 НК РФ, при определении размера налоговой базы в соответствии с пунктом 3 статьи 210 НК РФ налогоплательщик имеет право на получение имущественных налоговых вычетов, в частности, в размере фактически произведенных налогоплательщиком расходов на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации жилых домов, квартир, комнат или доли (долей) в них.

Данный имущественный налоговый вычет предоставляется в размере фактически произведенных налогоплательщиком расходов на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации одного или нескольких объектов указанного имущества, не превышающем 2 000 000 рублей (подпункт 1 пункта 3 статьи 220 НК РФ).

В соответствии с пунктом 7 статьи 220 НК РФ имущественные налоговые вычеты предоставляются при подаче налогоплательщиком налоговой декларации в налоговые органы по окончании налогового периода, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

В силу пункта 5 статьи 220 НК РФ имущественные налоговые вычеты, предусмотренные подпунктами 3 и 4 пункта 1 настоящей статьи, не предоставляются в части расходов налогоплательщика на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации жилого дома, квартиры, комнаты или доли (долей) в них, покрываемых за счет средств работодателей или иных лиц, средств материнского (семейного) капитала, направляемых на обеспечение реализации дополнительных мер государственной поддержки семей, имеющих детей, за счет выплат, предоставленных из средств бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, а также в случаях, если сделка купли-продажи жилого дома, квартиры, комнаты или доли (долей) в них совершается между физическими лицами, являющимися взаимозависимыми в соответствии со статьей 105.1 настоящего Кодекса.

Таким образом, если сделка купли-продажи квартиры совершается между физическими лицами, указанными в статье 105.1 НК РФ, то есть между взаимозависимыми лицами, налоговая льгота, предусмотренная статьей 220 приведенного Кодекса, не предоставляется.

Согласно подпункту 11 пункта 2 статьи 105.1 НК РФ, взаимозависимыми лицами признаются физическое лицо, его супруг (супруга), родители (в том числе усыновители).

ФИО4 является дочерью ФИО7 (т.1 л.д.96-97, 102-103), а, следовательно, в силу подпункта 11 пункта 1 статьи 105.1 НК РФ они являются взаимозависимыми лицами. В связи с этим в соответствии с пунктом 5 статьи 220 НК РФ ФИО4 не имела право на предоставление ей имущественного налогового вычета в связи с приобретением вышеназванной квартиры и возврат налога на доходы физических лиц.

В силу положений статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 24 марта 2017 года № 9-П положения статей 32, 48, 69, 70 и 101 Налогового кодекса Российской Федерации, а также пункта 3 статьи 2 и статьи 1102 ГК Российской Федерации признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку эти положения по своему конституционно-правовому смыслу при отсутствии в законодательстве о налогах и сборах специального регулирования порядка возврата неправомерно (ошибочно) предоставленного имущественного налогового вычета:

не исключают возможность взыскания с налогоплательщика денежных средств, полученных им вследствие неправомерно (ошибочно) предоставленного по решению налогового органа имущественного налогового вычета по налогу на доходы физических лиц, в порядке возврата неосновательного обогащения в случае, если эта мера оказывается единственно возможным способом защиты фискальных интересов государства;

предполагают, что соответствующее требование может быть заявлено - в случае, если предоставление имущественного налогового вычета было обусловлено ошибкой самого налогового органа, - в течение трех лет с момента принятия ошибочного решения о предоставлении имущественного налогового вычета; если же предоставление имущественного налогового вычета было обусловлено противоправными действиями налогоплательщика, то налоговый орган вправе обратиться в суд с соответствующим требованием в течение трех лет с момента, когда он узнал или должен был узнать об отсутствии оснований для предоставления налогоплательщику имущественного налогового вычета;

исключают применение в отношении налогоплательщика, с которого взысканы денежные средства, полученные им вследствие неправомерно (ошибочно) предоставленного имущественного налогового вычета, иных правовых последствий, если только такое неосновательное обогащение не явилось следствием противоправных действий самого налогоплательщика, и не иначе как в рамках системы мер государственного принуждения, предусмотренных законодательством о налогах и сборах.

В названном Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации также отмечено, что получение налогоплательщиком налогового вычета при отсутствии для этого законных оснований означало бы, по существу, неосновательное обогащение за счет бюджетных средств, приводило бы к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения и к нарушению конституционных прав и свобод других налогоплательщиков.

Кроме того, в пункте 77 постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 года № 25 разъяснено, что факты уклонения гражданина или юридического лица от уплаты налогов, нарушения им положений налогового законодательства не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделки недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору, а подлежат установлению при рассмотрении налогового спора с учетом норм налогового законодательства. Оценка налоговых последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение сделок, производится налоговыми органами в порядке, предусмотренном налоговым законодательством. При установлении в ходе налоговой проверки факта занижения налоговой базы вследствие неправильной юридической квалификации налогоплательщиком совершенных сделок и оценки налоговых последствий их исполнения налоговый орган, руководствуясь подпунктом 3 пункта 2 статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации, вправе самостоятельно осуществить изменение юридической квалификации сделок, статуса и характера деятельности налогоплательщика и обратиться в суд с требованием о взыскании доначисленных налогов. Если суд на основании оценки доказательств, представленных налоговым органом и налогоплательщиком, придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения не учел операции либо учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания данной операции или совокупности операций в их взаимосвязи.

Таким образом, оценив изложенные выше обстоятельства и представленные доказательства, суд приходит к выводу, что при осуществлении сделки купли-продажи квартиры между взаимозависимыми лицами - ФИО11 (матерью) и ФИО4 (дочерью) при вовлечении в сделку посредника ФИО5 ФИО4 неправомерно, в отсутствие предусмотренных законом оснований были получены из федерального бюджета денежные средства в виде имущественного налогового вычета за 2017-2018 годы в размере 95446 рублей.

Данные денежные средства в соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ, с учетом разъяснений пункта 4.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24 марта 2017 года № 9-П суд расценивает как неосновательное обогащение ответчиком ФИО4, в связи с чем они подлежат возврату последней в бюджет.

Как следует из материалов дела, 30 декабря 2021 года истцом в адрес ФИО4 было направлено уведомление № о возложении обязанности возвратить в бюджет государства необоснованно полученные денежные средства в размере 95446 рублей, а также уточнить налоговые обязательства за 2017, 2018 годы путем представления уточненных налоговых деклараций по форме 3-НДФЛ в срок не позднее 15 января 2022 года (т.1 л.д.36-43). Однако в указанный срок данные требования ею исполнены не были.

Доказательств возврата названной денежной суммы в федеральный бюджет на момент рассмотрения настоящего дела ответчиком суду не представлено.

Доводы ответчика ФИО4 и третьего лица ФИО6 о пропуске истцом срока исковой давности для взыскания суммы неосновательного обогащения суд находит несостоятельными в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ определено, что, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, что является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как указано выше, трехлетний срок исковой давности в случае, если предоставление имущественного налогового вычета было обусловлено ошибкой самого налогового органа, подлежит исчислению с момента принятия ошибочного решения о предоставлении имущественного налогового вычета, а если противоправными действиями налогоплательщика, то с момента, когда налоговый орган узнал или должен был узнать об отсутствии оснований для предоставления налогоплательщику имущественного налогового вычета.

Согласно статье 106 НК РФ, под противоправностью понимается совершение действий в нарушение законодательства о налогах и сборах.

В рассматриваемом же случае имели место неправомерные действия ФИО5 и ФИО4, выразившиеся в создании формального документооборота с целью получения имущественного налогового вычета путем заключения притворных сделок купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>. Противоправность действий ФИО4 заключается и в нарушении ею императивных требований пункта 5 статьи 220 НК РФ при обращении с заявлением в налоговый орган о предоставлении такого вычета и получении его в дальнейшем.

При этом суд учитывает, что договоры купли-продажи квартиры от 15 декабря 2016 года и от 28 апреля 2017 года были составлены не взаимозависимыми лицами, в отдельности такой документ не нес в себе доказательственной базы притворности сделок. Вывод о ничтожности (мнимости) сделок между ФИО11 и ФИО5, а также между ФИО5 и ФИО12, ФИО1., ФИО2. установлен лишь налоговым органом по итогам выездной проверки в отношении ФИО5, исходя из совокупности и взаимосвязи установленных в ходе нее обстоятельств и зафиксирован в акте № 2 от 28 ноября 2019 года. Из иных документов, в том числе информационных писем № и № от 27 сентября 2019 года, не следует, что МИФНС № 2 с достоверностью знала об отсутствии оснований у ФИО4 для получения ею имущественного вычета.

При этом факт непривлечения ФИО4 равно, как и третьего лица ФИО5 к налоговой, административной и уголовной ответственности не свидетельствует об отсутствии со стороны ответчика противоправных действий, поскольку законодательством по налогам и сборам не предусмотрена налоговая ответственность в случае получения налогового вычета в результате противоправных действий налогоплательщика. Привлечение же к административной и уголовной ответственности не является обязательным условием для предъявления налоговым органом требования к налогоплательщику о возврате неправомерно полученного им имущественного налогового вычета.

Срок исковой давности в данном случае, с учетом позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 24 марта 2017 года № 9-П, подлежит исчислению с даты составления акта налоговой проверки в отношении ФИО5, то есть с 28 ноября 2019 года.

Как следует из материалов дела, исковое заявление подано МИФНС № 2 в суд 25 ноября 2022 года, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности.

При таких обстоятельствах требование истца о взыскании с ФИО4 как неосновательного обогащения суммы необоснованно полученного ею налогового вычета за 2017-2018 годы в размере 95446 рублей суд находит законным и обоснованным, а потому иск МИФНС № 2 подлежит удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 103 ГПК РФ, подпунктом 8 пункта 1 статьи 333.20 НК РФ с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, следует взыскать государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «городской округ город Слободской Кировской области» в размере 3063 рубля.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

иск Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Кировской области к ФИО4 удовлетворить.

Взыскать с ФИО4 (ИНН <данные изъяты>) в доход государства сумму неосновательного обогащения в размере 95446 (девяносто пять тысяч четыреста сорок шесть) рублей.

Взыскать с ФИО4 (ИНН <данные изъяты>) в доход бюджета муниципального образования «городской округ город Слободской Кировской области» государственную пошлину в размере 3063 (три тысячи шестьдесят три) рубля.

Решение может быть обжаловано в Кировский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Слободской районный суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Судья подпись О.В. Черных

Мотивированное решение суда составлено 28 марта 2023 года.