Решение по делу № 3А-329/2022 от 29.12.2022 - об оспаривании постановления главы администрации Костромской области № 598 от 30 декабря 1993 года «Об объявлении находящихся на территории Костромской области объектов, имеющих историческую, культурную и научную ценность, памятниками истории и культуры» в части объявления охраняемым памятником истории и культуры объекта с порядковым номером 36 «Дом, в котором жил деятель коммунистической партии и гражданской войны Д., местонахождение <адрес>, 1916-1917 г.г.».

44ОS0000-01-2022-000216-24

дело № 3а-329/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 декабря 2022 года г. Кострома

Костромской областной суд в составе

председательствующего судьи Лукоянова А.Н.,

с участием прокурора Рыловой Т.В.,

при секретаре Филатовой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к администрации Костромской области об оспаривании постановления главы администрации Костромской области № 598 от 30 декабря 1993 года «Об объявлении находящихся на территории Костромской области объектов, имеющих историческую, культурную и научную ценность, памятниками истории и культуры» в части объявления охраняемым памятником истории и культуры объекта с порядковым номером 36 «Дом, в котором жил деятель коммунистической партии и гражданской войны Д., местонахождение <адрес>, 1916-1917 г.г.»,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением главы администрации Костромской области № 598 от 30 декабря 1993 года «Об объявлении находящихся на территории Костромской области объектов, имеющих историческую, культурную и научную ценность, памятниками истории и культуры» дом, расположенный по адресу: <адрес>, объявлен охраняемым памятником истории и культуры (пункт 36 приложения № к постановлению, объект «Дом, в котором жил деятель коммунистической партии и гражданской войны Д., местонахождение <адрес>, 1916-1917 г.г.»).

Постановление с приложениями опубликовано в специализированном информационно-правовом бюллетене "СП - нормативные документы" от ДД.ММ.ГГГГ.

Административный истец ФИО5, являясь долевым собственником жилого дома по адресу: <адрес>, обратился в суд с названным административным иском, полагая, что постановление администрации в оспариваемой части не соответствует нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, в частности, статье 1 Закона РСФСР от 15.12.1978 г. "Об охране и использовании памятников истории и культуры", действовавшего в момент принятия постановления, и статье 3 Федерального закона от 25.06.2002 г. N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации".

Указанные нормы определяли и определяют, что памятниками истории и культуры могут являться только лишь те объекты, которые представляют историческую, культурную или иную ценность. Однако историческая ценность проживания Д. по адресу: <адрес>, установлена не была.

Кроме того, отсутствуют достоверные данные его проживания в этом доме. Вывод о проживании сделан на основании публикаций в политических, литературно-художественных журналах (Известия Костромского губернского земства, 1917 год, журнал «Юность» 1982 года №), то есть журналах, не являющихся историко-научными. Отсутствуют ссылки на архивные документы, которые бы подтверждали такие данные.

В книгах, изданных позднее этих журналов, значатся иные сведения.

Так, в книге «<адрес>: Справочник» (на страницах 82-83, где содержится описание <адрес>) вообще не упоминается о Д.

В книге «Старая Кострома» при описании <адрес> говорится о том, что Д. снимал квартиру в <адрес> (дом на углу с <адрес>).

Однако <адрес> расположен не на углу с улицей <адрес>, он стоит в глубине квартала, далеко от перекрёстка №.

Таким образом, нет достоверных данных того, что Д. проживал именно в <адрес>.

Необоснованное признание дома памятником истории и культуры несёт для собственника дома ограничения (обременения), которые предусмотрены главой VIII Федерального закона "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации", на собственника возлагаются обязанности по сохранению объекта, проведению комплекса работ, требующих значительных материальных затрат, направленных на восстановление объекта культурного наследия. Собственник не может по своему усмотрению без согласования с Инспекцией по охране объектов культурного наследия Костромской области как-либо изменять внешний облик дома.

Административный истец просит признать недействующим указанное постановление в оспариваемой части с момента его принятия.

Судом к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены Министерство культуры Российской Федерации и долевые собственники дома Т., Т1., М..

В судебном заседании представитель административного истца ФИО1 – ФИО2 заявленные требования поддержала по изложенным в административном иске основаниям, также суду пояснила, что никакими архивными данными не подтверждено, что Д. проживал в <адрес> о проживании сделан на основании источников, которые нельзя считать достоверными. В различных источниках имеются противоречивые сведения об адресе проживания Д. Не установлена историческая ценность факта проживания Д. в доме. Когда дом признавали памятником, то не проводили никаких исследований. Нет достоверных данных о годе постройки дома.

Административный истец ФИО1, надлежащим образом извещённый о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель административного ответчика администрации Костромской области ФИО3 возражал против удовлетворения требования, суду пояснил, что печать Министерства культуры РСФСР на учетных документах объекта культурного наследия свидетельствует о том, что согласование с Министерством культуры РСФСР имело место.

Представитель заинтересованного лица Инспекции по охране объектов культурного наследия Костромской области ФИО4 возражал против удовлетворения требования, суду пояснил (в отзывах указал), что на жилой дом по адресу: <адрес>, составлен паспорт объекта культурного наследия от ДД.ММ.ГГГГ и учетная карточка объекта культурного наследия от этой же даты. Документы составлены М., заверены инспектором по охране памятников Б., на документах имеется печать Министерства культуры РСФСР. Таким образом, соответствующее исследование проведено, процедура постановки памятника на учет соблюдена. Вопросы о том: действительно ли Д. проживал в указанном доме и имеет ли дом ввиду проживания в нём Д. историческую ценность, в соответствии с положениями действующего законодательства подлежат разрешению только в рамках историко-культурной экспертизы, которая проводится по инициативе заинтересованного лица. Приказом Министерства культуры России от 12 июля 2022 года № 1195 утверждены предмет охраны, границы территории и требования к градостроительным регламентам в границах территории исторического поселения федерального значения город Кострома Костромской области. Согласно этому приказу жилой дом по адресу: <адрес>, расположен в границах территории исторического поселения город Кострома и входит в предмет охраны исторического поселения, в том числе с учетом архитектурных особенностей дома. В связи с этим удовлетворение требований административного истца не снимет с дома охраняемого статуса. Снос или реконструкция дома с изменением планировочной и объёмно-пространственной структуры всё равно будут запрещены, также запрещено строительство на земельном участке нового объекта капитального строительства.

Представитель заинтересованного лица М. – ФИО6 заявленные требования поддержал, суду пояснил, что <адрес> был приобретён его прадедом в 1913 году. Прадед был достаточно обеспеченным человеком, в деньгах не нуждался и не мог пустить в дом человека, являющегося одним из лидеров революционного движения. Кроме того, планировка дома не подразумевала никаких гостевых комнат.

Представитель заинтересованного лица Министерства культуры Российской Федерации ФИО7, надлежащим образом извещённая о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в её отсутствие, в представленных суду письменных пояснениях указала, что дом принят на государственную охрану, зарегистрирован в едином государственном реестре объектов культурного наследия. Исключение объекта из реестра возможно только на основании заключения государственной историко-культурной экспертизы.

Заинтересованные лица Т., Т1. и М., надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, суд приходит к следующему.

Как видно из материалов административного дела, долевыми собственниками жилого дома по адресу: <адрес>, являются ФИО5 (размер доли в праве 12/60), М. (размер доли в праве 36/60), Т. (размер доли в праве 1/10) и Т1. (размер доли в праве 1/10) /л.д. 135-141/.

ДД.ММ.ГГГГ на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, как на памятник истории с наименованием «Дом жилой, в котором жил Д.» составлены паспорт и учетная карточка, датировка памятника 1916-1917 годы.

В паспорте в графе «Исторические сведения» указано следующее:

«Д. – деятель Коммунистической партии и гражданской войны. Родился в ДД.ММ.ГГГГ г. в Симбирской губернии в семье священника. Учился в Симбирской духовной семинарии и в Томском университете, откуда исключен в ДД.ММ.ГГГГ. за участие в революционном движении. Перебрался в Петербург, где занимался журналистикой. В ДД.ММ.ГГГГ г. учился в Демидовском лицее в Ярославле, тогда же вступил в КПСС. С ДД.ММ.ГГГГ г. на нелегальном положении. Участвовал в большевистском издательстве «Звено», один из основателей газеты «Правда», её ночной редактор. Сохранил рукописи присылаемых в «Правду» статей ФИО18, которые в ДД.ММ.ГГГГ г. передал в ИМЭЛ. В ДД.ММ.ГГГГ. арестован, в ДД.ММ.ГГГГ выслан в Кострому, где служил секретарём Центрального сельскохозяйственного общества. В ДД.ММ.ГГГГ г. председатель Костромского Совета, депутат Учредительного собрания от Костромской губернии. В декабре ДД.ММ.ГГГГ г. встречался с ФИО8. С ДД.ММ.ГГГГ зам. Председателя Высшей Военной Инспекции, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. комиссар Главного штаба РККА – член Реввоенсовета Республики. Позднее сотрудник ИМЭЛ и экономист в Гравдортрансе. Умер в ДД.ММ.ГГГГ г.».

В графе паспорта «Описание памятника» приведены следующие сведения:

«Дом выстроен во второй половине XIX в. Он деревянный одноэтажный, с мезонином, обращенным на левую от фасада сторону. С правой стороны одноэтажная деревянная пристройка. Здание обшито тесом, за исключением задней части пристройки. Фундамент кирпичный, зацементированный, с продухами. Крыша двускатная под железом. По фасаду разделительные пилястры, закрывающие концы срубов. Наличники рамочные. Два входа с боковых сторон, левый – под железным навесом. Над мезонином – декорированный фронтон.». Также указано, что дом является мемориальным памятником – место пребывания видного деятеля коммунистической партии и гражданской войны Д..

Категория охраны ни в паспорте, ни в учетной карточке не определена. Паспорт и учетная карточка составлены на бланках Министерства культуры РСФСР (Управление по охране памятников истории и культуры, Государственная инспекция по охране памятников истории и культуры) /л.д. 64-70, 12-13/.

Приказом Заместителя Министра культуры Российской Федерации от 03 октября 2017 года № 111061-р объект культурного наследия «Дом, в котором жил деятель ком. партии и гражданской войны Д.», 1916-1917 гг., расположенный по адресу: <адрес>, зарегистрирован в едином государственном реестре объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации как объект культурного наследия регионального значения, ему присвоен регистрационный № /л.д. 62-63/.

На момент принятия оспариваемого постановления действовал Закон РФ от 05.03.1992 г. N 2449-1 "О Краевом, областном Совете народных депутатов и краевой, областной администрации" (далее – Закон № 2449-1).

В соответствии с пунктом 15 статьи 45 этого Закона к ведению краевого, областного Совета относилось объявление находящихся на территории края, области природных и иных объектов, имеющих историческую, экологическую, культурную и научную ценность, охраняемыми памятниками истории, природы и культуры.

Костромской областной Совет народных депутатов прекратил свою деятельность на основании постановления главы администрации Костромской области от 22.10.1993 г. № 418.

Указом Президента РФ от 09.10.1993 г. N 1617 "О реформе представительных органов власти и органов местного самоуправления в Российской Федерации" было установлено, что до избрания и начала работы новых органов представительной власти и местного самоуправления исполнительно - распорядительные функции, закрепленные законодательством Российской Федерации за Советами народных депутатов краев, областей, автономной области, автономных округов, городов федерального значения, осуществляются администрацией соответствующего субъекта Российской Федерации (пункт 4).

В соответствии с положениями Закона № 2449-1 краевая, областная администрация состояла из главы администрации и подчиненных ему управленческих структур (пункт 1 статьи 35). Глава краевой, областной администрации по вопросам, отнесенным к его ведению, принимал постановления и издавал распоряжения (пункт 2 статьи 40).

Таким образом, оспариваемое административным истцом постановление принято полномочным органом, в пределах предоставленной компетенции и в надлежащей форме.

Постановление опубликовано в специализированном информационно-правовом бюллетене "СП - нормативные документы" от 30 апреля 2007 года, что соответствует требованиям статьи 21 Закона Костромской области от 11.01.2007 г. N 106-4-ЗКО "О нормативных правовых актах Костромской области", регулирующей порядок официального опубликования и вступления в силу нормативных правовых актов Костромской области.

То есть постановление опубликовано в установленном законом порядке.

На дату составления паспорта и учетной карточки памятника (ДД.ММ.ГГГГ), а также на дату принятия оспариваемого постановления действовали Закон СССР от 29 октября 1976 года N 4692-IX "Об охране и использовании памятников истории и культуры" (далее – Закон N 4692-IX, утратил силу на территории Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона от 25 июня 2002 года N 73-ФЗ) и Закон РСФСР от 15 декабря 1978 года "Об охране и использовании памятников истории и культуры".

В данных Законах было определено, что памятниками истории и культуры являются сооружения, памятные места и предметы, связанные с историческими событиями в жизни народа, развитием общества и государства, произведения материального и духовного творчества, представляющие историческую, научную, художественную или иную культурную ценность (статья 1 обоих Законов).

В силу положений статьи 5 Закона СССР N 4692-IX и статьи 6 Закона РСФСР "Об охране и использовании памятников истории и культуры" к памятникам истории относили здания, сооружения, памятные места и предметы, связанные с важнейшими историческими событиями в жизни народа, развитием общества и государства, революционным движением, с Великой Октябрьской социалистической революцией, Гражданской и Великой Отечественной войнами, социалистическим и коммунистическим строительством, укреплением международной солидарности, а также с развитием науки и техники, культуры и быта народов, с жизнью выдающихся политических, государственных, военных деятелей, народных героев, деятелей науки, литературы и искусства; захоронения погибших за свободу и независимость Родины.

В соответствии со статьями 9, 10 Закона СССР N 4692-IX и статьи 17 Закона РСФСР "Об охране и использовании памятников истории и культуры" памятники истории и культуры независимо от того, в чьей собственности они находились, подлежали государственному учету. В целях организации учета и охраны памятников истории и культуры недвижимые памятники подразделялись на памятники общесоюзного, республиканского и местного значения. Государственный учет памятников истории и культуры следовало осуществлять в порядке, определяемом Советом Министров СССР.

Пунктом 1 постановления Совета Министров СССР от 14 октября 1948 года N 3898 "О мерах улучшения охраны памятников культуры" (утратило силу в связи с изданием постановления Совмина СССР от 28 марта 1983 года N 246) охрана памятников культуры, а также надзор за их содержанием были возложены на Советы Министров автономных республик, исполнительные комитеты краевых, областных, городских, районных и сельских Советов депутатов трудящихся.

Постановлением Совмина РСФСР от 28 мая 1949 года N 373 утверждена Инструкция о порядке учета, регистрации и содержания археологических и исторических памятников на территории РСФСР (утратила силу в связи с изданием постановления Совмина РСФСР от 20 апреля 1983 года N 178).

Параграфом 7 данной инструкции было предусмотрено оформление паспорта на каждый подлежащий охране исторический памятник в качестве мероприятия по учету здания как памятника.

Согласно параграфам 4 и 6 указанной инструкции составление списков археологических и исторических памятников предусматривалось в отношении соответствующих памятников, имеющих общесоюзное или республиканское значение.

Таким образом, в соответствии с вышеприведёнными нормативными положениями (по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ) единственным и достаточным мероприятием по учету памятников истории и культуры, не имеющих общесоюзного и республиканского значения, являлось составление паспорта памятника. Иных требований к порядку учета памятников истории и культуры предусмотрено не было.

В связи с этим не имеется оснований считать нарушенным порядок учета памятника истории с наименованием «Дом жилой, в котором жил Д.».

Уже после составления указанных учетных документов вышеназванные постановления утратили силу.

Постановлением Совмина СССР от 16 сентября 1982 года N 865 утверждено Положение об охране и использовании памятников истории и культуры (далее также – Положение), на основании которого Приказом Минкультуры СССР от 13.05.1986 г. N 203 утверждена Инструкция о порядке учета, обеспечения сохранности, содержания, использования и реставрации недвижимых памятников истории и культуры (далее также – Инструкция).

Данные правовые акты (Положение и Инструкция) являлись действующими на момент принятия оспариваемого постановления.

Согласно нормам Инструкции государственный учет памятников истории и культуры включает в себя выявление, обследование памятников, определение их исторической, научной, художественной или иной культурной ценности, фиксацию и изучение, составление учетных документов, ведение государственных списков недвижимых памятников (пункт 9).

На каждый недвижимый памятник подлежала составлению учетная карточка, содержащая сведения о местонахождении, датировке, характере современного использования, степени сохранности памятника или вновь выявленного объекта, наличии научной документации, месте её хранения, краткое описание и иллюстративный материал (пункт 15).

Также требовалось составить на каждый недвижимый памятник паспорт, который являлся учетным документом, содержащим сумму научных сведений и фактических данных, характеризующих историю памятника и его современное состояние, местонахождение в окружающей среде, оценку исторического, научного, художественного или иного культурного значения, сведения о его территории, связанных с ним сооружениях, садах, парках, находящихся в нем произведениях искусства, предметах, представляющих культурную ценность, о зонах охраны, а также об основных историко-архитектурных и библиографических материалах. В паспорте указывалась категория охраны и вид памятника со ссылкой на утверждающий документ (пункт 16).

При этом статья 18 Закона РСФСР от 15.12.1978 г. предусматривала, что отнесение недвижимых памятников истории и культуры к категории памятников республиканского значения производилось Советом Министров РСФСР по представлению Министерства культуры РСФСР, а к категории памятников местного значения - Советами Министров автономных республик, исполнительными комитетами краевых, областных, Московского и Ленинградского городских Советов народных депутатов по согласованию с Министерством культуры РСФСР.

Представленные в материалы административного дела паспорт памятника и учетная карточка на него также полностью соответствуют требованиям, установленным вышеприведёнными нормами Инструкции. Кроме подписи составителя, паспорт и карточка подписаны инспектором по охране памятников, имеют печать Министерства культуры РСФСР.

Оспариваемым постановлением фактически был утверждён список памятников истории и культуры, подлежащих соответствующей государственной охране, в который включен существующий и уже учтённый памятник истории «Дом, в котором жил деятель ком. партии и гражданской войны Д.».

В соответствии с пунктом 3 статьи 64 Федерального закона от 25 июня 2002 года N73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" (далее также – Федеральный закон N 73-ФЗ) памятники истории и культуры местного значения, принятые на государственную охрану в соответствии с законодательными и иными правовыми актами СССР и РСФСР, отнесены к объектам культурного наследия регионального значения, включенным в реестр, за исключением случаев отнесения указанных памятников истории и культуры к объектам исторического и культурного наследия федерального (общероссийского) значения, с последующей регистрацией данных объектов в реестре в соответствии с требованиями настоящего Федерального закона.

Статьёй 3 данного закона определено, что к объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации (далее - объекты культурного наследия) в целях настоящего Федерального закона относятся объекты недвижимого имущества (включая объекты археологического наследия) и иные объекты с исторически связанными с ними территориями, произведениями живописи, скульптуры, декоративно-прикладного искусства, объектами науки и техники и иными предметами материальной культуры, возникшие в результате исторических событий, представляющие собой ценность с точки зрения истории, археологии, архитектуры, градостроительства, искусства, науки и техники, эстетики, этнологии или антропологии, социальной культуры и являющиеся свидетельством эпох и цивилизаций, подлинными источниками информации о зарождении и развитии культуры.

Одним из видов объектов культурного наследия являются памятники, к которым относятся отдельные постройки, здания и сооружения с исторически сложившимися территориями; мемориальные квартиры; мавзолеи, отдельные захоронения; произведения монументального искусства; объекты науки и техники, включая военные; объекты археологического наследия.

Таким образом, к памятникам истории и культуры как в соответствии с Законом РСФСР "Об охране и использовании памятников истории и культуры" (статья 1), так и в соответствии с Федеральным законом N 73-ФЗ (статья 3) относят объекты, имеющие, например, историческую ценность.

Требования административного истца обоснованы, в том числе доводами о том, что не установлена историческая ценность проживания Д. в доме по адресу: <адрес>, нет в этом проживании никакой исторической ценности.

В тоже время никаких доказательств в подтверждение этих доводов сторона административного истца не представила. Отрицание исторической ценности факта проживания Д. в доме фактически обосновывалось негативной субъективной оценкой личности Д. и его деятельности. Однако индивидуальная субъективная оценка событий и личностей не имеет никакого значения в вопросе установления исторической ценности объекта.

В паспорте и учетной карточке приведены достаточно подробные биографические сведения о Д., описаны основные особенности планировочной, композиционно-пространственной структуры и конструкций, характер декора фасадов и строительного материала дома, что подтверждает проведение соответствующего исследования перед признанием дома памятником истории. Составление учетных документов на памятник уже само по себе свидетельствует о его исторической ценности.

С учетом изложенного суд не усматривает оснований полагать, что в оспариваемой части постановление противоречит нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, в частности статье 1 Закона РСФСР "Об охране и использовании памятников истории и культуры" и статье 3 Федерального закона N 73-ФЗ.

Довод представителя административного истца о том, что вывод о проживании Д. в доме, признанном памятником истории, не мог быть сделан на основании публикаций в журналах, не являющихся историко-научными, а мог быть сделан только лишь на основании архивных данных, суд полагает необоснованным, поскольку законодательство, действовавшее на момент учета дома как памятника истории и на момент принятия оспариваемого постановления, не предусматривало подобных требований к источникам сведений о памятниках истории и культуры.

В паспорте памятника написано, что составлен он, в том числе на основании статьи ФИО9 (в паспорте - «Брайкин») «Д.», опубликованной в журнале Юность за 1982 год №. В статье описана биография Д., даны подробные сведения о его революционной деятельности, в том числе указано, что во время ссылки в Костроме он проживал в <адрес> (до 1925 года так называлась <адрес>). Автор статьи отмечает, что при написании очерка им использованы документы, хранящиеся в центральных архивах в Москве, в партийном архиве Костромского обкома КПСС, в Государственном архиве <адрес> и в личном архиве Д1..

Такое содержание статьи, учитывая использованные при её написании источники, позволяло сделать вывод о проживании Д. в <адрес>.

Сведения о годе постройки дома, имеющиеся в инвентарном деле на дом (в некоторых документах указано «до 1917 года», в некоторых – «1917 год» или «нет сведений»), учитывая информацию, представленную ОГБУ «Костромаоблкадастр – Областное БТИ», не позволяют исключить факт проживания Д. в доме в 1916-1917 гг.

В связи с этим суд полагает несостоятельными доводы представителя административного истца о недостоверности источников, использованных при составлении паспорта памятника, о недостоверности данных о проживании Д. в <адрес>.

Указание иного места жительства Д. (<адрес>) в книге ФИО10 «Старая Кострома», изданной впервые в 1997 году, и в архивных документах, сведения о которых получены в ходе рассмотрения административного дела (списки № по Костромскому избирательному округу Российской социал-демократической рабочей партии (большевиков) за ДД.ММ.ГГГГ гг. в архивных фондах Избирательной комиссии по выборам в Учредительное собрание по Костромскому округу; тот же список в газете «Северный Рабочий» № от ДД.ММ.ГГГГ), не является основанием для вывода о недействительности оспариваемого нормативного правового акта, поскольку эти сведения появились (получены) после принятия оспариваемого нормативного правового акта, они противоречат данным, послужившим основанием для признания объекта памятником истории, но без проведения дополнительных исследований не позволяют эти данные опровергнуть.

Кроме того, суд отмечает, что в соответствии с нормами Федерального закона от 25.06.2002 г. N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" (в частности, статьи 23, 28, 30), Положения о государственной историко-культурной экспертизе, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.07.2009 г. N 569 (в том числе, пункт 20), вопросы о том, в каком действительно доме проживал Д. (<адрес> или <адрес>), о годе постройки <адрес>, о наличии исторической ценности факта проживания, позволяющей признать дом объектом культурного наследия, подлежат разрешению в рамках проведения государственной историко-культурной экспертизы, выводы которой служат основанием для принятия уполномоченными органами соответствующих решений, а не основанием для признания недействующими актов, принятых ранее в отношении этого объекта.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что оспариваемое постановление в оспариваемой части соответствует нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, а потому отсутствуют основания для удовлетворения административного иска.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 215 КАС РФ, суд

РЕШИЛ :

Административное исковое заявление ФИО1 о признании недействующим постановления главы администрации Костромской области № 598 от 30 декабря 1993 года «Об объявлении находящихся на территории Костромской области объектов, имеющих историческую, культурную и научную ценность, памятниками истории и культуры» в части объявления охраняемым памятником истории и культуры объекта с порядковым номером № «Дом, в котором жил деятель коммунистической партии и гражданской войны Д., местонахождение <адрес>, <адрес> г.г.», оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Первый апелляционный суд общей юрисдикции через Костромской областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий А.Н. Лукоянов

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ.