24RS0056-01-2024-008333-81
Дело № 2-355/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Красноярск
06 февраля 2025 года
Центральный районный суд г. Красноярска в составе председательствующего судьи Сапожникова Д.В., при секретаре судебного заседания Винниковой Е.С., с участием представителя ответчиков прокуратуры Красноярского края, Генеральной прокуратуры Российской Федерации по доверенностям ФИО1,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 ФИО5 к прокуратуре Красноярского края, Генеральной прокуратуре Российской Федерации о взыскании убытков, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратилась в суд с данными требованиями к прокуратуре Красноярского края, Генеральной прокуратуре Российской Федерации, просила с учётом измененных исковых требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскать убытки в сумме 2820 рублей 97 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей 00 копеек.
Требования мотивированы тем, что апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 04 декабря 2023 года постановлено взыскать с Генеральной прокуратуры Российской Федерации единовременную выплату, предусмотренную Указом Президента Российской Федерации от 24 августа 2021 года № 487 «О единовременной денежной выплате отдельным категориям граждан, получающих пенсию», однако денежные средства в размере 10000 рублей были получены лишь 23 декабря 2023 года. В связи с инфляционными процессами, размер денежных средств в сумме 10000 рублей 00 копеек за период с 27 декабря 2021 года по 23 декабря 2023 года утратили свою покупательную способность, размер затрат составил 2820 рублей 97 копеек, которые ФИО2 считает своими убытками, в добровольном порядке не возмещенными ответчиками, что явилось основанием для обращения в суд за защитой нарушенного права.
В судебном заседании представитель ответчиков по доверенностям ФИО1 возражала против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление, а именно какие-либо неимущественные права ФИО2 органами прокуратуры не нарушены, на спорные правоотношения не распространяются положения гражданского законодательства об убытках и индексации денежных сумм.
В судебное заседание истец ФИО2 не явилась, извещена судом надлежащим образом, просила суд рассмотреть дело без её личного участия.
Суд, выслушав пояснения представителя ответчиков прокуратуры Красноярского края, Генеральной прокуратуры Российской Федерации по доверенностям ФИО1, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, согласно статьям 12, 55, 56, 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив юридически значимые обстоятельства по делу, приходит к следующим выводам.
Согласно Конституции Российской Федерации каждому гарантируется государственная, в том числе судебная, защита его прав и свобод (статья 45, часть 1; статья 46, часть 1); право на судебную защиту является непосредственно действующим, оно признается и гарантируется в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (статья 15; статья 17, часть 1; статья 18).
Исходя из предписаний статей 45 (часть 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом, в том числе посредством обращения за судебной защитой, будучи связанным, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, лишь установленным федеральным законом порядком судопроизводства (Постановление от 22 апреля 2013 года № 8-П; определения от 17 ноября 2009 года № 1427-О-О, от 23 марта 2010 года № 388-О-О, от 25 сентября 2014 года № 2134-О, от 9 февраля 2016 года № 220-О; от 7 июля 2016 года № 1421-О и др.).
В соответствии со ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты (п. 1). Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (п. 2). Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).
Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Содержанию этого понятия уделено внимание в Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», где указано, что «под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, честь и доброе имя, <данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина».
Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающим на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.
Статья 39 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.
Исходя из предназначения социального государства механизм социальной защиты, предусмотренный законодательством, должен позволять наиболее уязвимым категориям граждан получать поддержку, включая материальную, со стороны государства и общества и обеспечивать благоприятные, но не ущемляющие охраняемое государством достоинство личности условия для реализации ими своих прав. Несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на социальное обеспечение, осуществляемое, в том числе в виде денежных выплат (пенсий), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда в связи с тем, что социальное обеспечение граждан неразрывно связано с их нематериальными благами и личными неимущественными правами.
Произвольное, то есть в отсутствие установленных законом оснований, лишение гражданина уполномоченным органом права на социальное обеспечение нарушает не только непосредственно его имущественные права, но и влечет нарушение личных неимущественных прав такого гражданина, в числе которых здоровье гражданина, достоинство его личности.
Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой заявлено истцом в связи с неправомерными действиями ответчика по выплате пенсии в неполном размере, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, то нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (ст. 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда в результате незаконных действий (бездействия), применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда, причиненного пенсионным органом.
Таким образом, юридически значимым обстоятельством для компенсации морального вреда является установление наличия или отсутствия вины должностных лиц ответчика.
Как установлено в ходе судебного разбирательства, ФИО2 с 20 августа 1984 года по 24 ноября 2020 года работала в органах прокуратуры Красноярского края, приказом прокурора Красноярского края от ДД.ММ.ГГГГ №-к «Об увольнении из органов прокуратуры Красноярского края за отсутствие на службе в течение более чем четыре месяцев подряд в связи с временной нетрудоспособностью» истица освобождена от занимаемой должности и уволена с ДД.ММ.ГГГГ на основании п. «з» ч. 1 ст. 43 Федерального закона от 17 января 1992 года №2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации».
02 декабря 2021 года в прокуратуру Красноярского края поступило заявление ФИО2, датированное 24 ноября 2021 года о назначении пенсии за выслугу лет.
С учетом положений ст. 53 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей» ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 произведено назначение и начисление пенсии начиная с 25 ноября 2020 года.
Согласно п. 1 Указа Указом Президента Российской Федерации от 24 августа 2021 года № 487 «О единовременной денежной выплате отдельным категориям граждан, получающих пенсию» (далее – Указ) гражданам, постоянно проживающим на территории Российской Федерации и являющимся по состоянию на 31 августа 2021 года получателями пенсий, которые назначены в соответствии с Законом о пенсионном обеспечении, постановлено произвести единовременную денежную выплату в размере 10000 рублей.
Поскольку фактически по состоянию на 31 августа 2021 года ФИО2 не являлась получателем пенсии и с заявлением о её назначении не обращалась, выплата указанной единовременной денежной суммы в сентябре 2021 года ей не осуществлялась.
25 января 2022 года ФИО2 обратилась в Генеральную прокуратуру Российской Федерации с заявлением о получении единовременной выплаты в соответствии с Указом Президента Российской Федерации, которое для рассмотрения по существу было направлено в прокуратуру Красноярского края.
Решением Центрального районного суда г. Красноярска от 13 июля 2023 года по гражданскому делу № постановлено:
«В удовлетворении заявленных ФИО2 ФИО6 требований к Прокуратуре Красноярского края, Генеральной прокурате Российской Федерации о взыскании единовременной денежной выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 24 августа 2021 года № 487 «О единовременной денежной выплате отдельным категориям граждан, получающих пенсию» - отказать».
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 04 декабря 2023 года по гражданскому делу № постановлено решение Центрального районного суда г. Красноярска от 13 июля 2023 года отменить; взыскать с Генеральной прокуратуры Российской Федерации в пользу ФИО2 единовременную выплату в размере 10000 рублей 00 копеек, почтовые расходы в размере 169 рублей.
Удовлетворяя заявленные исковые требования, суд апелляционной инстанции исходил из права ФИО2 на получение указанной выплаты в связи с тем, что назначение ей пенсии произведено с 25 ноября 2020 года и пенсионное обеспечение выплачено, в том числе за август 2021 года.
Во исполнение указанного апелляционного определения денежные средства ФИО2 перечислены 22 декабря 2023 года (л. д. 65).
Требования о компенсации морального вреда ФИО2 мотивированы нарушением органами прокуратуры положений Федерального закона Федерального закона от 02 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации».
Между тем каких-либо нарушений указанного законодательства органами прокуратуры в отношении ФИО2 не допущено. Все ее обращения по вопросу выплаты единовременной меры социальной поддержки рассмотрены в установленные законом сроки, ей даны мотивированные ответы. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 04 декабря 2023 года действия органов прокуратуры незаконными не признавались, нарушения требований указанного закона при рассмотрении ее обращений не установлено.
Само по себе признание судом при рассмотрении гражданского дела № права ФИО2 на получение единовременной денежной выплаты в соответствии с Указом Президента РФ от 24.08.2021 года № 487 «О единовременной денежной выплате отдельным категориям граждан, получающим пенсию» не свидетельствует о нарушении органами прокуратуры ее нематериальных благ.
Согласно п. 1 Указа гражданам, постоянно проживающим на территории Российской Федерации и являющимся по состоянию на 31 августа 2021 года получателями пенсий, которые назначены в соответствии с Законом о пенсионном обеспечении, постановлено произвести единовременную денежную выплату в размере 10000 рублей.
В соответствии с п. 2 Указа перечисление гражданам единовременной денежной выплаты осуществлялось в сентябре 2021 года органами, осуществляющими соответствующее пенсионное обеспечение, на основании документов, содержащихся в выплатном или пенсионном деле, без подачи гражданами заявления об осуществлении единовременной денежной выплаты. В случае если единовременная денежная выплата не была осуществлена в сентябре 2021 года, ее выплата может быть произведена позднее (п. 8 Указа).
Таким образом, единовременная денежная выплата осуществлялась в сентябре 2021 года лицам, фактически получающим по состоянию на 31 августа 2021 года пенсию.
По состоянию на 31 августа 2021 года ФИО2 не обращалась в органы прокуратуры с заявлением о назначении пенсии и такое решение на указанную дату не было принято, поэтому выплата указанной единовременной денежной суммы в сентябре 2021 года ей не могла быть осуществлена.
Поскольку п. п. 1, 8 данного Указа не предусмотрены иные сроки выплаты единовременной социальной помощи и не установлены какие-либо пресекательные сроки ее выплаты, предоставление меры социальной поддержки истцу после сентября 2021 года не нарушают какие-либо требования закона и не свидетельствует о нарушении органами прокуратуры пенсионных прав гражданина.
Также следует отметить, что ФИО2 не предоставлено доказательств, свидетельствующих о том, что действиями (бездействием) органов прокуратуры нарушены принадлежащие ей от рождения или в силу закона нематериальные блага, в том числе право на достойный уровень жизни и поддержание своего здоровья, причинение ей нравственных и (или) физических страданий, что в силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, также исключает основания для взыскания в пользу ФИО2 компенсации морального вреда.
Требования ФИО2 о взыскания в ее пользу убытков в виде неполученного дохода по вкладу и утраты покупательской способности перечисленной ей единовременной денежной выплаты не основаны на нормах закона и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии с положениями ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из разъяснений, содержащихся в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что по смыслу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.
По своей правовой природе единовременная денежная выплата в соответствии с Указом является доплатой к пенсии, следовательно спорные отношения являются по своему содержанию пенсионными, регулируются специальными нормативными правовыми актами в сфере социального обеспечения и к требованиям о взыскании неполученных процентов по вкладу и индексации единовременной выплаты путем возмещения убытков, причиненных несвоевременной выплатой единовременной денежной суммы не могут быть применены положения ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Действующее законодательство в сфере пенсионного и социального обеспечения не предусматривает возможности индексации несвоевременно выплаченных сумм социального обеспечения в связи с ростом индекса потребительских цен, а также взыскании убытков ввиду неполучения мер социальной поддержки. При этом, как ранее было отмечено, органами прокуратуры какие-либо сроки выплаты ФИО2 единовременной меры социальной поддержки не нарушены.
При этом заявленные ФИО2 в качестве убытков денежные средства в виде неполученных процентов по вкладу не состоят в причинно-следственной связи с какими-либо виновными действиями ответчика, носят вероятностный характер, неизбежность получения заявленных к взысканию денежных средств бесспорными доказательствами не подтверждена.
Кроме того, ФИО2 не представлено доказательств получения прибыли в виде процентов по вкладу за спорный период времени, в том числе договор открытия вклада (счета), сведения о капитализации вклада с 27 декабря 2021 года по 22 декабря 2023 года.
Из представленных выписок по счету № следует, что ФИО2 производились расходные операции 26 ноября 2024 года, проценты по вкладу за указанный день ей начислены с остатка по счету в размере 28 рублей 78 копеек.
Сам по себе факт возможности получения процентов по указанному счету, на который подлежала перечислению сумма единовременной выплаты не свидетельствует о доказанности получения ФИО2 каких-либо убытков
Поскольку спорные правоотношения не связаны с исполнением органами прокуратуру гражданско-правовых обязательств требования ФИО2 об индексации суммы единовременной денежной выплаты по правилам гражданского законодательства, в том числе ст. 318 Гражданского кодекса Российской Федерации, не состоятельны.
Руководствуясь положениями статей 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО2 ФИО7 к прокуратуре Красноярского края, Генеральной прокуратуре Российской Федерации о взыскании убытков, компенсации морального вреда отказать.
Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд в порядке, предусмотренном гл. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Центральный районный суд г. Красноярска.
Мотивированное решение суда изготовлено в окончательной форме 18 февраля 2025 года.
Председательствующий судья Д.В. Сапожников
«КОПИЯ ВЕРНА»Федеральный судья____________Секретарь суда _______________«___»_______________2025 г.