УИД: 56RS0№-48

дело № 33-5564/2023

(2-1075/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Оренбург 8 августа 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего судьи Данилевского Р.А.

судей областного суда Синельниковой Л.В., Сенякина И.И.,

при секретаре судебного заседания Лихтиной А.И.,

с участием прокурора Поповой Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску С.А.А. к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов, Главному управлению Федеральной службы судебных приставов по (адрес), Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда

по апелляционным жалобам Главного управления Федеральной службы судебных приставов России по (адрес) и С.А.А.

на решение Промышленного районного суда (адрес) от (дата).

Заслушав доклад судьи Данилевского Р.А., пояснения представителя ответчиков – Федеральной службы судебных приставов и Главного управления Федеральной службы судебных приставов по (адрес), ФИО1, поддержавшую доводы апелляционной жалобы и просившую решение суда отменить, прокурора Попову Е.А., полагавшую, что решение суда является законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

С.А.А. обратился суд с указанным иском. В его обоснование он указал, что вступившим в законную силу решением Саракташского районного суда (адрес) от (дата) по административному делу № было удовлетворено его административное исковое заявление к судебному приставу-исполнителю Саракташского РОСП ФИО2 о признании незаконными действий и постановления о расчёте размера задолженности по алиментам.

Указывает, что он является законопослушным гражданином, бывшим сотрудником МВД и хорошим отцом, возмущён отношением должностного лица ФССП России к нему Воспользовавшись его юридической безграмотностью, судебный пристав-исполнитель попытался выставить его асоциальной личностью, злостным неплательщиком алиментов, чем принизил его честь и достоинство, охраняемые Конституцией Российской Федерации. Судебный пристав-исполнитель П.Ю.В., вопреки действующему законодательству, незаконно начислила задолженность более ***, наложила арест на его заработную плату в размере ***%, периодически выезжала по месту его жительства с целью составления описи имущества, ограничивала его право на управление транспортным средством и прочее.

Полагает, что на протяжении полутора лет судебных разбирательств он вынужден был нести как материальные затраты, так и находиться в состоянии глубокого эмоционального стресса. В период с мая 2021 года до октября 2022 года находился в состоянии депрессии, у него было устойчиво снижено настроение, утрачена способность радоваться простым вещам и получать удовольствие, сильно понизилась самооценка, возникло чувство вины, пессимизм, нарушение концентрации внимания, усталость, слабость, диарея, расстройство сна и аппетита, он похудел на 25 кг. Длительное время вынуждено прибывал в состоянии стыда по месту работы, вновь и вновь переживая неприятные воспоминания, связанные с рассмотрением дела о расторжении брака и разлукой с сыном.

Кроме того, указывает, что испытывал нравственные страдания, вследствие незаконных действий со стороны государственного служащего Федеральной службы судебных приставов. Он осознал неэффективность системы исполнительного производства, получил моральную травму, негативные воспоминания вызывают панические атаки и физическую боль.

На основании изложенного, истец С.А.А. просил суд взыскать за счёт казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда в размере ***, полагая, что именно компенсация морального вреда для него станет мерой реабилитации и возможностью испытать положительные эмоции.

Решением Промышленного районного суда (адрес) от (дата) исковые требования С.А.А. были удовлетворены частично.

Суд

постановил:

взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов за счёт казны Российской Федерации в пользу С.А.А. компенсацию морального вреда в сумме ***.

В удовлетворении исковых требований С.А.А. к Главному управлению Федеральной службы судебных приставов по (адрес) и Министерству финансов Российской Федерации отказано.

В апелляционной жалобе Главное управление Федеральной службы судебных приставов по (адрес), ссылаясь на незаконность и необоснованность решения суда, просит его отменить и отказать в удовлетворении исковых требований.

В апелляционной жалобе истец С.А.А., выражает несогласие с решением суда в части размера компенсации морального вреда. Полагает, что определённый судом первой инстанции размер компенсации морального вреда несоизмеримо мал, просит решение суда отменить и принять по делу новое решение, которые его исковые требования удовлетворить в полном объёме.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец С.А.А., представитель ответчика – Министерства финансов Российской Федерации, а также третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора – судебный пристав-исполнитель Саракташского РОСП ГУФССП России по (адрес) П.Ю.В., С.Ю.В., участие не принимали, о дате, месте и времени его проведения были извещены надлежащим образом, об уважительности причин своей неявки суду не сообщили.

В соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело было рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность решения суда в порядке, предусмотренном пунктом 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции, следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, (дата) судебным приставом-исполнителем Саракташского РОСП ГУФССП России по (адрес) П.Ю.В. на основании судебного приказа № от (дата) в отношении С.А.А. возбуждено исполнительное производство по взысканию в пользу С.Ю.В. алиментов на содержание детей.

В рамках данного исполнительного производства судебным приставом-исполнителем проведён ряд мероприятий, направленных на исполнение судебного приказа, в том числе неоднократно производится расчёт задолженности С.А.А. по алиментам, с чем последний не был согласен.

Решением Саракташского районного суда (адрес) от (дата) было удовлетворено административное исковое заявление С.А.А. и признаны незаконными постановление о расчёте задолженности по алиментам от (дата) и действия судебного пристава-исполнителя Саракташского РОСП ГУФССП России по (адрес) П.Ю.В. по его вынесению. В удовлетворении административных исковых требований к Саракташскому РОСП УФССП России по (адрес), судебному приставу-исполнителю Саракташского РОСП ГУФССП России по (адрес) ФИО о признании действий и постановления о расчёте размера задолженности по алиментам незаконными отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Оренбургского областного суда от (дата) решение Саракташского районного суда (адрес) от (дата) оставлено без изменения и вступило в законную силу.

При принятии решения от (дата) судом были установлены нарушения при расчёте задолженности по алиментам в отношении С.А.А. со стороны судебного пристава-исполнителя Саракташского РОСП ГУФССП России по (адрес) П.Ю.В. Суд пришёл к выводу об отсутствии вины в действиях С.А.А., поскольку последний в спорный период работал, был официально трудоустроен, взыскателю поступали алименты, а потому, в силу требований статьи 102 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», у судебного пристава-исполнителя отсутствовали основания для расчёта задолженности по алиментам С.А.А. за тот же период, исходя из средней заработной платы в Российской Федерации.

Установив факт нарушения прав истца С.А.А. со стороны судебного пристава-исполнителя Федеральной службы судебных приставов, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 150, 151, 1069, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

Судебная коллегия с указанными выводами суда первой инстанции соглашается и находит их законными и обоснованными, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и сделаны в точном соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения.

В соответствии со статьёй 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями или бездействием органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению на основании статей 16 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По тем же правилам возмещается и причиненный гражданину моральный вред.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, её размер определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации неприкосновенность частной жизни отнесена к нематериальным благам граждан, которые в силу пункта 2 данной статьи защищаются в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 2 статьи 1099 данного Кодекса моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 4 июня 2009 года, № 1005-О-О, в соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Из содержания данной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Так, например, судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного в случае разглашения вопреки воле усыновителей охраняемой законом тайны усыновления (пункт 1 статьи 139 Семейного кодекса Российской Федерации); компенсация морального вреда, причиненного незаконными решениями, действиями (бездействием) органов и лиц, наделенных публичными полномочиями; компенсация морального вреда, причиненного гражданину, в отношении которого осуществлялось административное преследование, но дело было прекращено в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения либо ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (пункты 1, 2 части 1 статьи 24.5, пункт 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, далее - КоАП РФ).

Согласно разъяснению, изложенному в пункте 4 данного постановления, судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях.

В пункте 37 названного постановления Пленума также разъяснено, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Согласно статье 2 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.

В силу статьи 5 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» принудительное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, возлагается на Федеральную службу судебных приставов и ее территориальные органы. Непосредственное осуществление функций по принудительному исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц возлагается на судебных приставов-исполнителей структурных подразделений Федеральной службы судебных приставов и судебных приставов-исполнителей структурных подразделений территориальных органов Федеральной службы судебных приставов.

Положениями статей 12 и 13 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации» предусмотрено, что в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных Федеральным законом «Об исполнительном производстве», судебный пристав-исполнитель должен принимать меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов, не допуская при этом ущемления прав, законных интересов граждан и организаций.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», защита прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий осуществляется по правилам главы 17 Закона об исполнительном производстве, но не исключает применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными постановлениями, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя (пункт 80).

В пункте 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года №50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» разъяснено, что по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда.

Из приведенных положений следует, что признание действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя незаконным, является основанием для удовлетворения требований о возмещении вреда, причиненного этими действиями (бездействием). При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы представителя ответчика, исходя из толкования приведённых положений Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, а также указанных разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что сам по себе факт нарушения в результате незаконных действий судебных приставов-исполнителей имущественных прав потерпевшего от данных действий, не исключает компенсацию морального вреда при установлении фактов причинения данными незаконными действиями физических и нравственных страданий.

В данном случае, при принятии решения Саракташским районным судом (адрес) (дата) судом было установлено, что действия судебного пристава-исполнителя Саракташского РОСП ГУФССП России по (адрес) П.Ю.В. являются незаконными, нарушают законные права и интересы С.А.А. В силу требований статьи 102 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», у судебного пристава-исполнителя отсутствовали основания для расчёта задолженности по алиментам С.А.А. за тот же период, исходя из средней заработной платы в Российской Федерации, поскольку последний в спорный период работал, был официально трудоустроен, взыскателю поступали алименты.

Исходя из данных обстоятельств, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу, что с момента возбуждении исполнительного производства С.А.А. многократно обращался с письменными заявлениями и жалобами к должностным лицам Главного управления Федеральной службы судебных приставов по (адрес) с указанием на имеющие значение для производства обстоятельства и факты, сообщал о месте работы и размере заработной платы. Впоследствии, он обращался за защитой нарушенного права в судебном порядке, что повлекло для него эмоциональные переживания и как следствие причинение нравственных страданий, которые выразились в претерпевании неблагоприятных последствий, ощущениях беззащитности при совершении в отношении него незаконных действий судебным-приставом исполнителем. Сам по себе факт незаконного действия судебного пристава-исполнителя в отношении истца подрывает авторитет государственной власти и умаляет достоинство личности, нарушает право граждан на защиту от совершения необоснованных и незаконных действий органов государственной власти то есть, причиняет нравственные страдания. Таким образом, вступившим в законную силу решением суда установлено, что в результате незаконных действий судебного пристава-исполнителя были нарушены личные неимущественные права истцов С.А.А., в том числе на правильное исполнение требований исполнительного документа при взыскании с него алиментов на содержание несовершеннолетнего ребёнка, а также на соблюдение прав и интересов участников исполнительного производства, что свидетельствует о наличии оснований для присуждения компенсации морального вреда истцу.

В этой связи, указание в апелляционной жалобе, что нарушение имущественных прав истцов не свидетельствует о наличии у них права на компенсацию морального вреда, основано на неверном толковании норм действующего законодательства.

Определяя размер компенсации морального вреда суд первой инстанции, исходя из положений Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая конкретные обстоятельства дела, степень нравственных страданий истца, связанных с допущенным судебным приставом-исполнителем нарушением его неимущественных прав на правильное исполнение требований исполнительного документа при взыскании с него алиментов на содержание несовершеннолетнего ребёнка, длительность нарушения прав истца более полутора лет, индивидуальные особенности истца, степень вины ответчика, действуя в соответствии с принципами разумности и справедливости, адекватного и эффективного устранения нарушения, пришел к выводу о взыскании в пользу С.А.А. компенсации морального вреда ***.

Судебная коллегия отмечает, что определённый судом первой инстанции размер компенсации морального вреда учитывает как фактические обстоятельства причинения морального вреда, так и объём наступивших последствий для истца, связанных с несвоевременным рассмотрением его обращения применительно к установленным обстоятельствам дела. При этом компенсация морального вреда не предполагает возможности его точного выражения в определённой денежной сумме, в связи с чем предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесённые страдания.

В связи с изложенным судебная коллегия находит взысканную судом первой инстанции компенсацию морального вреда в размере *** соразмерной нравственным страданиям истца, отвечающей требованиям разумности, справедливости и обстоятельствам дела.

С учётом изложенного, доводы апелляционной жалобы истца С.А.А. об удовлетворении его иска в полном объёме являются необоснованными. По мнению судебной коллегии, определённый судом первой инстанции размер компенсации морального вреда является разумным и справедливым, обеспечивающим баланс интересов сторон, компенсирующим истцу причинённые ему страдания. Оснований для увеличения размера компенсации морального вреда судебная коллегия не находит.

Оснований для уменьшения установленного судом первой инстанции размера компенсации морального вреда по доводам апелляционной жалобы Главного управления Федеральной службы судебных приставов России по (адрес), судебная коллегия не усматривает, поскольку определенная судом к взысканию сумма соответствует установленным по делу обстоятельствам и способствует восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

Доводы апелляционной жалобы Главного управления Федеральной службы судебных приставов России по (адрес) о том, что размер компенсации морального вреда основан на неверном установлении судом первой инстанции обстоятельств, о завышенном размере взысканной компенсации, по существу направлены на иную оценку обстоятельств, принятых судом во внимание при определении размера компенсации морального вреда. В данном случае, исходя из вышеуказанных фактических обстоятельств дела, а также обстоятельств относящихся к личности потерпевшего С.А.А., судебная коллегия приходит к выводу, о том, что определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда является справедливым и в полной мере компенсирует те физические и нравственные страдания, которые были причинены истцу.

При этом, в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком Главным управлением Федеральной службы судебных приставов России по (адрес) не было представлено доказательств, которые бы достоверно подтверждали наличие обстоятельств, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, для взыскания компенсации морального вреда в меньшем размере, а также являющихся основанием для отказа в удовлетворении иска.

В целом доводы апелляционной жалобы представителя ответчика являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции и не содержат в себе обстоятельств, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда.

Нарушений норм процессуального права, которые в силу положений статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются безусловными основаниями к отмене решения суда, в ходе рассмотрения дела судом допущено не было.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Промышленного районного суда (адрес) от (дата) оставить без изменения, апелляционные жалобы Главного управления Федеральной службы судебных приставов России по (адрес) и С.А.А. – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 21 августа 2023 года.