Дело № 2-314/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
р.п. Иловля 9 июня 2022 года
Иловлинский районный суд Волгоградской области в составе
председательствующего судьи Растегина Р.В.,
при секретаре Гангаловой Т.С.,
с участием помощника прокурора Иловлинского района Волгоградской области Латышевой М.В.,
представителей ответчика ОАО «Новокондрашовское» ФИО1 и ФИО2,
третьего лица – ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к открытому акционерному обществу «Новокондрашовское» о компенсации морального вреда от преступления,
установил:
ФИО4 обратился в суд с иском к открытому акционерному обществу «Новокондрашовское» ( далее – ОАО «Новокондрашовское») о компенсации морального вреда от преступления, просил взыскать с ОАО «Новокондрашовское» в его пользу компенсацию морального вреда от преступления работника ОАО «Новокондрашовское» ФИО3 в размере 800 000 рублей.
В обоснование заявленных требований указал, что вступившим в законную силу приговором Иловлинского районного суда Волгоградской области от 30 декабря 2019 года ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ.
Данным приговором установлено, что в результате неосторожных действий ФИО3 погибла ФИО5, которая является его матерью. Между действиями ФИО3 и наступившими последствиями в виде смерти ФИО5 имеется прямая причинно-следственная связь. ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ОАО «Новокондрашовское».
Истец является сыном погибшей. Моральный вред и нравственные страдания выразились в утрате любимой мамы, которую он больше никогда не увидит, был нарушен привычный ход жизни, планы на будущие встречи и эмоциональную поддержку. Из-за преждевременной смерти матери он пережил очень сильный стресс, появились проблемы со здоровьем, головные боли, нарушился сон, тревожные расстройства и депрессия. Мама для него была самым близким человеком и незаменимой в их семье, жила и любила свою семью, близких, которые остались без нее.
Вред, причиненный жизни матери, повлекший её смерть, причинен противоправными действиями ФИО3 по неосторожности, когда он находился при исполнении должностных обязанностей, а именно, исполнял поручение своего непосредственного руководителя – управляющего Свидетель №1, который направил его на технике, принадлежащей ОАО «Новокондрашовское», для осуществления контроля огня на место уборки родника в рабочее время. Таким образом, ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ОАО «Новокондрашовское», в рабочее время в рамках распоряжения, данного ему управляющим. Ответчик виновен в противоправных действиях своего работника, так как не создал безопасные условия труда, а состоявшийся приговор в отношении работника не освобождает юридическое лицо от ответственности перед потерпевшим.
Исходя из этого, моральный вред он оценивает в 800 000 рублей и просит взыскать с ОАО «Новокондрашовское».
Истец ФИО4, извещённый надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, в заявлении просил рассмотреть дело в его отсутствие. В силу ч.5 ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.
Представители ответчика – ОАО «Новокондрашовское» ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании иск не признали, пояснили, что обязанность по уборке и очистке родников не относится к уставным видам деятельности ОАО «Новокондрашовское». На момент совершения преступления ФИО3 состоял в должности тракториста-механизатора в ОАО «Новокондрашовское». В благотворительных целях сотрудник ОАО «Новокондрашовское» ФИО3 по устному распоряжению был направлен на тракторе с бочкой воды для осуществления контроля огня на роднике в случае необходимости. От руководства и сотрудников ОАО «Новокондрашовское» распоряжений поджигать сухую растительность ФИО3 не поступало, данное распоряжение поступило от Свидетель №2, являющегося служителем церкви. В путевом листе не указывалось на то, что ФИО3 должен был поджигать сухую растительность. В обязанности тракториста-машиниста не входит обязанности тушить пожары. Таким образом, ФИО3, прибыл на территорию родника и осуществлял действия по поджогу растительности, приведшей к смерти ФИО5, без ведома работодателя и, тем самым, вышел за рамки возложенных на него трудовых обязанностей. Истец сослался на косвенную причинную связь между ненадлежащим исполнением работником ОАО «Новокондрашовское» ФИО3 своих должностных обязанностей и причинению истице нравственных страданий, но работодатель при направлении работника для осуществления должностных обязанностей не может нести ответственность за действия работника, совершенные по собственной инициативе, которые косвенным образом могут причинить какой-либо ущерб и, тем более, ограничивать работника в этих действиях. Таким образом, действия ФИО3 находятся за пределами правоотношений с работодателем, возникшими в рамках реализации оспариваемого решения, а, следовательно, за пределами юридически значимой причинной связи. Исходя из вышеизложенного, положения ст. 1068 ГК РФ не могут быть применимы, так как ФИО3 совершил действия (поджог камыша), приведшие к трагедии, выходившие за рамки его должностных обязанностей. И как следствие, работодатель не может отвечать за действия своего сотрудника. АО «Новокондрашовское» не должно возмещать вред, причиненный его работником.
В судебном заседании третье лицо ФИО3 в удовлетворении исковых требований просил отказать. Считает, что истец не имеет права на предъявление данных требований, так как он не является потерпевшим по уголовному делу.
Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, заключение прокурора, полагавшего, что требования истца о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в части, исследовав материалы дела, приходит к следующему.
В силу с п. п. 1, 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Согласно положениям п. п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.
В силу п.1 ст.1068 Гражданского кодекса РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой (59), работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
В соответствии со ст. 1080 Гражданского кодекса РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.
По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 настоящего Кодекса.
В соответствии с п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).
Согласно п.п. «б», «в», «г» п.72 (1) Постановления Правительства РФ от 15.04.2012 № 390 «О противопожарном режиме» выжигание сухой травянистой растительности на земельных участках (за исключением участков, находящихся на торфяных почвах) населенных пунктов, землях промышленности, энергетики, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики, землях для обеспечения космической деятельности, землях обороны, безопасности и землях иного специального назначения может производиться в безветренную погоду при условии, что территория вокруг участка для выжигания сухой травянистой растительности очищена в радиусе – 30 метров от сухостойных деревьев, валежника, порубочных остатков, других горючих материалов и отделена противопожарной минерализованной полосой шириной не менее 1,4 метра.
Согласно п.74 Постановления Правительства РФ от 25.04.2012 № 390 «О противопожарном режиме», на землях общего пользования населенных пунктов запрещается разводит костры, а также сжигать мусор, траву, листву и иные отходы, материалы или изделия, кроме как в местах и (или) способами, установленными органами местного самоуправления поселений и городских округов.
Как установлено в судебном заседании, 11 апреля 2019 года около 14.00 часов группа прихожан, в состав которой входила ФИО5 с настоятелем храма Живоначальной Троицы с. Александровка Иловлинского района Волгоградской области Калачевской Епархии Русской Православной Церкви Свидетель №2 (далее по тексту – настоятель храма Свидетель №2) направились к роднику, расположенному в 7,2 км в северо-западном направлении от здания администрации Кондрашовского сельского поселения Иловлинского муниципального района Волгоградской области, расположенного по адресу: <адрес>. На указанном участке местности производилась уборка территории и её благоустройство.
11 апреля 2019 года около 15.00 часов ФИО3 по просьбе настоятеля храма Свидетель №2, находясь там же, действуя в нарушение общих и разумных мер предосторожности, предусмотренных Постановлением Правительства РФ от 25.04.2012 № 390 «О противопожарном режиме» и Федеральным законом «О пожарной безопасности» № 69-ФЗ от 18.11.1994, то есть неосторожно обращаясь с огнём, являющимся источником повышенной опасности, не предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде воспламенения сухой травянистой растительности с последующим распространением огня по всей площади участка местности вблизи родника и в виде причинения смерти ФИО5, хотя при должной внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть эти последствия, проявляя преступную небрежность, не убедившись в отсутствии граждан в зоне распространения огня, поджёг сухую травянистую растительности на указанном участке местности.
В результате неосторожных действий ФИО3 при обращении с огнём 11 апреля 2019 года в период времени с 15.00 часов до 15 часов 30 мин. при сильном порыве ветра огонь неконтролируемо распространился от подножия меловой горы к её верху, а именно – к роднику, где находилась ФИО5, которая, оказавшись в окружении огня, не имея физической возможности самостоятельно перейти в безопасную зону, скончалась на месте.
Между действиями ФИО3, выразившимися в неосторожном обращении с огнем, и наступлением смерти ФИО5 имеется прямая причинно-следственная связь.
Указанные обстоятельства подтверждаются вступившим в законную силу приговором Иловлинского районного суда Волгоградской области от 30 декабря 2019 года (с учетом апелляционного постановления судебной коллегии по уголовным делам Волгоградского областного суда от 14 мая 2020 года) (л.д.9-28).
В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Также, судом установлено с 11 марта 2019 года по 24 ноября 2021 года ФИО3 состоял в должности тракториста в отделении № 2 ОАО «Новокондрашовское».
Согласно должностной инструкции, в должностные обязанности тракториста-машиниста ОАО «Новокондрашевское» входит, в том числе, выполнение работы, по которой проинструктирован и допущен к работе, исполнение поручения своего непосредственного руководителя (л.д.39-42).
Решением Иловлинского районного суда Волгоградской области от 2 сентября 2020 года иск ФИО6(дочери погибшей ФИО5) к ОАО «Новокондрашовское» о возмещении расходов на погребение, компенсации морального вреда от преступления, к ФИО3 о компенсации морального вреда от преступления, удовлетворен в части. Взыскано с ФИО3 в пользу ФИО6 компенсация морального вреда, причиненного преступлением, в размере 300000 рублей. Взыскано с ОАО «Новокондрашовское» в пользу ФИО6 компенсация морального вреда, причиненного преступлением, в размере 100000 рублей; расходы на погребение в размере 7200 рублей; расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 рублей.
Решение суда вступило в законную силу 20 июля 2021 года (л.д.55-58).
Решением Иловлинского районного суда Волгоградской области от 15 апреля 2021 года иск ФИО7 (супруга брата погибшей ФИО5) к ФИО3 о взыскании расходов на погребение и судебных расходов удовлетворен в части. Взыскано с ФИО3 в пользу ФИО7 расходы на погребение в сумме 101 177 рублей и судебные расходы в сумме 2000 рублей, а всего 103 177 рублей.
Решение вступило в законную силу 11 августа 2021 года (л.д.59-61).
Решением Иловлинского районного суда Волгоградской области от 29 апреля 2021 года иск ФИО8 (дочери погибшей ФИО5) к ФИО3 о взыскании расходов и денежной компенсации морального вреда, удовлетворен в части. Взыскано с ФИО3 в пользу ФИО8 расходы на погребение в сумме 24 250 рублей и денежная компенсация морального вреда в размере 300 000 рублей, а всего 324 250 рублей.
Решение вступило в законную силу 4 августа 2021 года (л.д.62-64).
Решением Иловлинского районного суда Волгоградской области от 15 июня 2021 года иск ФИО9 (супруга погибшей ФИО5) к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов удовлетворен в части. Взыскано с ФИО3 в пользу ФИО9 компенсация морального вреда, причиненного преступлением, в размере 200 000 рублей, судебные расходы в сумме 2000 рублей, а всего 202 000 рублей.
Решение суда вступило в законную силу 8 сентября 2021 года (л.д.65-67).
Решением Иловлинского районного суда Волгоградской области от 24 февраля 2022 года иск ФИО8 (дочери погибшей ФИО5) к ОАО «Новокондрашовское» о взыскании компенсации морального вреда от преступления и судебных расходов удовлетворен в части. Взыскано с ОАО «Новокондрашовское» в пользу ФИО8 компенсация морального вреда, причиненного преступлением, в размере 100 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 3000 рублей, а всего 103 000 рублей.
Решение суда вступило в законную силу 25 мая 2022 года (л.д.68-73).
В соответствии с ч.2 ст.61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Таким образом, поскольку ФИО3, работая в ОАО «Новокондрашовское», состоял с данным юридическим лицом в трудовых отношениях, в результате противоправных действий ФИО3 были существенно нарушены права и законные интересы истца ФИО4, следовательно, в соответствии со ст. 1068 Гражданского кодекса РФ ОАО «Новокондрашовское» также обязано нести ответственность за вред, причиненный его работником.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно ч.2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с п. 2 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, следовательно, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).
Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как разъяснено в абзаце втором пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.
Согласно абзаца 2 пункта 8 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождаются от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине.
Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом ( страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи ( прямая или косвенная) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.
Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.
Как следует из материалов дела истец ФИО4 является сыном погибшей ФИО5 (л.д. 31).
Сам факт причинения нравственных страданий, вызванных смертью близкого родственника не подлежит доказыванию, страдания истца носят неоспоримый характер ввиду невосполнимой утраты близкого ему человека - матери, поэтому сама гибель ФИО5 является для него необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близких людей рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи, что свидетельствует о причинении ФИО4 нравственных страданий.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №2 суду пояснил, что 11 апреля 2019 года они со знакомыми собрались расчистить территорию родника. Он обратился с личной просьбой к ФИО10 для помощи в уборке территории родника, и выделить трактор для подвоза воды, с целью осуществления контроля огня. Собрав мусор, решили поджечь сухостой. Когда ФИО3 прибыл на место, он обратился к нему, с просьбой поджога сухостоя, так как он является курящим человеком и видел у него зажигалку. ФИО3 поджог сухостой по его просьбе. После поджога, огонь стал неуправляемым, они его тушили всеми силами, но в результате случилось несчастье, погибла женщина – матушка Раиса. Работодатель ФИО3 не мог знать о том, что может случиться.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №1 суду пояснил, что он работает управляющим в ОАО «Новокондрашовское» и в должностные обязанности входит руководство отделением. ОАО «Новокондрашовское» выращивает зерно. В деятельность ОАО «Новокондрашовское» услуги по уборке мусора, территорий не входит. 11 апреля 2019 года он получил от руководителя ОАО «Новокондрашовское» ФИО10 распоряжение об отправке бочки с водой на источник, там должны были убирать территорию и на всякий случай, чтобы там ничего не загорелось. В день, когда ФИО3 отправляли, указания не давались, просто выехать на тракторе с бочкой с водой на территорию к роднику на случай возгорания. Указания по поджогу сухостоя ФИО3 не давались. Средства, какие-либо способствующие поджогу, зажигалка, спички не выдавались. Это был рабочий день, ФИО3 в этот день от работы не освобождался, ему выписывался путевой лист. Он сказал ФИО3 о том, что по приезду на родник, он должен обратиться к отцу М. (Свидетель №2). О том, что будет производиться выжиг на роднике, ему не было известно. ФИО3 был отправлен только для контроля огня.
Оценивая показания свидетелей, наряду с иными доказательствами по делу, суд не может взять их за основу поскольку, вред здоровью ФИО5, повлекший ее смерть, причинён противоправными действиями ФИО3, состоящим в трудовых отношениях с ОАО «Новокондрашовское», в рабочее время в рамках распоряжения, данного ему управляющим.
Вред здоровью ФИО5, повлекший ее смерть, причинён противоправными действиями ФИО3 по неосторожности, при этом ФИО3 находился при исполнении должностных обязанностей, а именно исполнял поручение своего непосредственного руководителя – управляющего Свидетель №1, который направил его на технике, принадлежащей ОАО «Новокондрашевское», для осуществления контроля огня на место уборки родника в рабочее время. Вместе с тем, суд учитывает, что действия ФИО3 по поджогу сухой растительности не могут быть отнесены к действиям по осуществлению контроля огня, а наоборот способствовали возникновению пожароопасной ситуации, в результате которой наступила смерть ФИО5
Состоявшийся приговор в отношении работника не освобождает юридическое лицо от ответственности перед потерпевшим, в том числе и в случае ненадлежащего исполнения (неисполнения) таким работником возложенных на него трудовых обязанностей.
Доводы представителей ответчика об освобождении общества от ответственности за вред, причиненный ФИО3, суд находит несостоятельными, поскольку вред здоровью ФИО5, повлекший ее смерть, причинён противоправными действиями ФИО3, состоящим в трудовых отношениях с ОАО «Новокондрашовское», в рабочее время в рамках распоряжения, данного ему управляющим.
Доводы представителей ответчика, о том, что действия ФИО3 находятся за пределами правоотношений с работодателем, возникшими в рамках реализации оспариваемого решения, а, следовательно, за пределами юридически значимой причинной связи и положения ст. 1068 ГК РФ не могут быть применимы, так как ФИО3 совершил действия (пожог камыша), приведшие к трагедии, выходившие за рамки его должностных обязанностей и как следствие, работодатель не может отвечать за действия своего сотрудника. АО «Новокондрашовское» не должно возмещать вред, причиненный его работником, суд считает необоснованным, поскольку в данном случае юридическое значение может иметь и косвенная причинная связь, если ненадлежащее исполнение сотрудником ОАО «Новокандрашовское» должностных обязанностей могло способствовать причинению истице нравственных страданий или привести к ухудшению состояния ее здоровья.
Доводы представителей ответчика, о том, что истец сослался на косвенную причинную связь между ненадлежащим исполнением работником ОАО «Новокондрашовское» ФИО3 своих должностных обязанностей и причинению истице нравственных страданий, но работодатель при направлении работника для осуществления должностных обязанностей не может нести ответственность за действия работника, совершенные по собственной инициативе, которые косвенным образом могут причинить какой-либо ущерб и, тем более, ограничивать работника в этих действиях, суд считает необоснованным, поскольку стороной ответчика не верно истолкованы нормы законодательства Российской Федерации.
Довод третьего лица о том, что истец не имеет права на предъявление требований о взыскании денежной компенсации морального вреда, поскольку ФИО4 не является потерпевшим по уголовному делу, суд находит необоснованным. Обязанность нарушителя компенсировать моральный вред лицу, чьи личные неимущественные права либо нематериальные блага нарушены, прямо предусмотрена ст.151, 1101 ГК РФ. При этом действующее законодательство не связывает возможность для лица на предъявление требования такого возмещения с обязательным признанием данного лица потерпевшим по уголовному делу.
Исходя из совокупности установленных обстоятельств, учитывая то, что в данном случае юридическое значение может иметь и косвенная причинная связь, если ненадлежащее исполнение сотрудником ОАО «Новокондрашовское» должностных обязанностей могло способствовать причинению истице нравственных страданий или привести к ухудшению состояния ее здоровья и степень нравственных страданий истца, связанных с потерей близкого человека - матери, учитывая требования разумности и справедливости, суд считает размер компенсации морального вреда в сумме 800 000 рублей, определённый истцом, завышенным и полагает необходимым взыскать в пользу истца с ответчика ОАО «Новокондрашовское» – 100 000 рублей. В остальной части требования ФИО4 о компенсации морального вреда от преступления, суд считает необходимым оставить без удовлетворения.
В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Согласно п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера, для физических лиц подлежит оплате государственная пошлина в размере 300 рублей.
Согласно пп. 4 п. 1 ст. 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, освобождаются истцы - по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.
Истец при подаче иска был освобождён от уплаты государственной пошлины, поэтому с ответчика ОАО «Новокондрашовское», с учётом ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.
Руководствуясь ст. ст. 103, 194-198 ГПК РФ, суд,
решил:
иск ФИО4 к открытому акционерному обществу «Новокондрашовское» о компенсации морального вреда от преступления, удовлетворить частично.
Взыскать с открытого акционерного общества «Новокондрашовское» в пользу ФИО4 денежную компенсацию морального вреда, причиненного преступлением в размере 100 000 рублей.
В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО4 к открытому акционерному обществу «Новокондрашовское» о компенсации морального вреда от преступления, отказать.
Взыскать с открытого акционерного общества «Новокондрашовское» в доход муниципального образования Иловлинского муниципального района Волгоградской области государственную пошлину в сумме 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в Волгоградский областной суд через Иловлинский районный суд Волгоградской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Р.В.Растегин