Решение по делу № 2-3864/2022 от 21.02.2023 - о признании недействительным договора дарения и применении последствий недействительности сделки, исключении имущества из наследственной массы.

Дело № 2-393/2023(2-3864/2022) УИД 74RS0017-01-2022-004872-94

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 февраля 2023 года г. Златоуст

Златоустовский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Максимова А.Е.,

при секретаре Еникеевой Т.В.,

рассмотрев в отрытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетних детей ФИО4, ФИО6 о признании недействительным договора дарения и применении последствий недействительности сделки, исключении имущества из наследственной массы,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетних детей ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в котором просит:

- признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ., заключенный между ФИО2 и ФИО8 земельного участка, площадью 1 515 кв. м, кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>, дата регистрации: ДД.ММ.ГГГГ, номер регистрации: № Управлением Росреестра по Челябинской области;

- применить следующие последствия недействительности сделки: возвратить в собственность ФИО2 указанный земельный участок;

- аннулировать запись регистрации на имя ФИО8 права собственности на указанный земельный участок;

- исключить из наследственной массы имущества после смерти ФИО8 спорный земельный участок.

В обоснование заявленных требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ. между ним и его сыном ФИО8 в простой письменной форме заключен договор дарения вышеназванного земельного участка. Право собственности ФИО8 зарегистрировано в установленном законом порядке. ФИО8 состоял в браке с ответчиком ФИО3, брак расторгнут. От брака имеются дети ФИО1 и ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 умер, после его смерти нотариусом ФИО9 по заявлению ответчика ФИО3, действующей как законный представитель несовершеннолетних детей, наследников первой очереди, открыто наследственное дело №.

Фактически одаряемый ФИО8 никогда на земельном участке не появлялся, бремя его содержания осуществляет истец: уплачивает налоги, разрабатывает земельный участок, в связи с чем данная сделка является притворной и мнимой. Подписывая договор дарения, истец в свою очередь, заблуждался о последствиях такой сделки и не осознавал, что лишается права собственности (л.д. 5-6).

Определением суда, внесенным в протокол судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены кредиторы наследодателя Банк ВТБ (ПАО), ПАО Сбербанк (л.д.25 оборот).

Определением суда, внесенным в протокол судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление социальной защиты населения Златоустовского городского округа (далее по тексту - УСЗН ЗГО, л.д.43).

Истец ФИО2 в судебном заседании на удовлетворении заявленных требований настаивал. Ранее в ходе судебного разбирательства пояснил, что спорный земельный участок принадлежал ему на основании договора купли-продажи и использовался под посадку картофеля. Он поручил сыну ФИО8, как юристу, провести межевание земельного участка, провести электричество, для чего заключил с ним договор дарения. В дальнейшем планировалось построить на участке дом, оформить его на истца и продать, однако строительство не было начато. О договоренности с сыном при заключении договора никто не знал. Кроме сарая и забора, на участке нет объектов недвижимости и/или объектов незавершенного строительства. Из-за значительных денежных затрат, связанных с оформлением наследственных прав у нотариуса, просит признать договор дарения недействительным, поскольку в случае удовлетворения судом требований он получит земельный участок и не станет претендовать на наследственную квартиру, по долгам наследодателя вопрос будет разрешен.

Представитель истца ФИО10, допущенный к участию в деле по устному ходатайству (л.д. 24), в судебном заседании исковые требования поддержал. Ранее в предварительном судебном заседании пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ. сторонами по делу заключено соглашение об установлении фактических обстоятельств с целью последующего утверждения судом мирового соглашения о применении последствий недействительности договора дарения и передаче земельного участка ФИО2 с тем условием, чтобы внукам перешли права на квартиру. Истец в интересах детей и ответчик обратились к нотариусу с заявлениями о принятии наследства после смерти ФИО8, однако ФИО2 при условии утверждения судом мирового соглашения намерен отказаться от своей доли в наследстве в пользу внуков.

Просил при вынесении судом решения учесть представленный в материалы дела проект мирового соглашения и готовность ответчика заключить его в предварительном судебном заседании, а также подписанное ответчиком ДД.ММ.ГГГГ. соглашение о признании фактических обстоятельств, в том числе недействительности заключенного договора дарения.

Ответчик ФИО3, действующая в интересах своих несовершеннолетних детей, в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, просила дело рассмотреть в свое отсутствие (л.д. 48). В предварительном судебном заседании пояснила, что ей было известно о заключении между ФИО2 и ФИО8 договора дарения земельного участка, однако использовать этот участок под посадку картофеля супруги Ш-вы не планировали, собирались его продать, но не успели при жизни ФИО8 Всеми вопросами, связанными с данным участком, занимался ФИО8, а он был очень занят по работе. Ей известно, где находится земельный участок, хотя она сама там не бывала, в подробности договоренностей истца с сыном не вникала. В ДД.ММ.ГГГГ год брак между ней и ФИО8 расторгнут, совместно не проживали с ДД.ММ.ГГГГ. В состав наследства входит спорный земельный участок, однокомнатная квартира, приобретенная ФИО8 после расторжения брака, долговые обязательства ФИО8 перед Банк ВТБ (ПАО) на сумму 220 000 руб. и перед ПАО Сбербанк на сумму 89 000 руб. Смерть ФИО8 признана страховым случаем. В случае, если истец откажется от своей доли на наследственную квартиру, готова взять на себя выплату долгов наследодателя.

Представители третьих лиц Банка ВТБ (ПАО), ПАО Сбербанк, Управления социальной защиты населения Златоустовского городского округа в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом (л.д. 47, 49-50).

Представитель ПАО Сбербанк ФИО11, действующий на основании доверенности, в письменном заявлении указал, что против утверждения судом мирового соглашения между ФИО2 и ФИО3 Банк не возражает (л.д. 34-36).

Руководитель УСЗН ЗГО ФИО13 в направленном суду письменном заявлении указала, что удовлетворение исковых требований не будет соответствовать интересам несовершеннолетних ФИО5 и ФИО1, просила дело рассмотреть без участия представителя УСЗН ЗГО (л.д. 47).

Суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав истца и его представителя, исследовав материалы дела, суд полагает исковые требования не подлежащими удовлетворению на основании следующего.

В силу положений пункта 2 статьи 218 ГК, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Условие о предмете является существенным условием договора (п. 1 ст. 432 ГК). В договоре дарения должна быть указана вещь, подлежащая передаче дарителем одаряемому (п. 1 ст. 572 ГК). Кроме того, в договоре дарения может быть обусловлено право дарителя отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого (п. 4 ст. 578 ГК).

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ. между ФИО2 и ФИО8 в простой письменной форме заключен договор дарения земельного участка, площадью 1 515 кв. м, кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>, категория земель: земли населенных пунктов – эксплуатация строений и ведение личного подсобного хозяйства, на земельном участке строений не имеется. Земельный участок принадлежал ФИО2 на основании договора купли-продажи, заключенного ДД.ММ.ГГГГ. с ФИО12, свидетельство о праве собственности на землю выдано ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 8 оборот).

Право собственности ФИО8 на земельный участок зарегистрировано в Едином государственного реестре недвижимости 15.03.2010г. (л.д. 8).

ФИО8 умер ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 15). По запросу суда нотариусом ФИО9 в материалы дела представлена копия наследственного дела №, открытого к имуществу ФИО8, заведенного на основании заявлений ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетних детей ФИО1 и ФИО5 (л.д.16), а также заявления ФИО2 (л.д. 17). В состав наследственного имущества входит спорный земельный участок, квартира, денежные вклады в Банке ВТБ (ПАО). Свидетельства о праве на наследство не выдавались (л.д. 15-17).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 166 ГК сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка), либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы, либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд, вопреки доводам истца и его представителя, оснований для признания оспариваемой сделки мнимой или притворной не находит, равно как и не усматривает нарушения требований закона или иного правового акта при ее заключении.

Исходя из смысла п. 1 ст. 170 ГК, для признания сделки мнимой необходимо установить, что в момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (ч.2 ст. 170 ГК).

Указывая на то, что оспариваемый договор дарения является притворной сделкой с одновременным требованием реституции (возвращения подаренного земельного участка дарителю) истцом не учтено, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий, как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019)", утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019).

Представителем истца указано, что заключение договора дарения обусловлено наличием у одаряемого ФИО8, который являлся практикующим юристом и часто бывал в <адрес>, возможности для заключения договоров электроснабжения, проведения межевания земельного участка и поиска возможных покупателей, и прикрывало фактически заключенный сторонами агентский договор.

На основании ч. 1 ст. 1005 ГК, по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

В соответствии со ст. 1006 ГК принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре. Исходя из положений данных норм Кодекса, в обязанности принципала входит возмещение агенту расходов, связанных с исполнением агентского договора, и уплата вознаграждения за оказанные услуги.

Вместе с тем, заключение собственником имущества агентского договора не предполагает прекращения его права собственности. Обстоятельств, вызвавших необходимость заключения сторонами вместо агентского договора дарения, предполагающего переход права собственности на земельный участок одаряемому, истцом и его представителем не названо. Осуществление ФИО8 в отношении земельного участка действий, для совершения которых сторонами был заключен именно договор дарения, могло быть произведено и в случае заключения сторонами агентского договора.

Оценивая представленные сторонами доказательства по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК) и руководствуясь приведенными выше правовыми нормами, суд приходит к выводу, что истцом не представлено достоверных доказательств заключения договора дарения с целью прикрыть агентский договор.

Из материалов дела и пояснений сторон также следует, что после получения в дар земельного участка он поступил во владение и распоряжение ФИО8, который намеревался его продать. Доказательств обратного истцом не представлено. Таким образом, при жизни ФИО8 договор дарения был исполнен сторонами.

В исковом заявлении истец ссылается, в том числе, и на заключение оспариваемой сделки под влиянием заблуждения, не указывая при этом, в чем именно оно заключалось.

В силу п.1 ст. 178 ГК сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если, сторона заблуждается в отношении природы сделки; в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Доводы ФИО2 о том, что он заблуждался о природе, обстоятельствах и последствиях оспариваемой сделки, поскольку не осознавал, что при заключении договора дарения утрачивает право собственности, в нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК, доказательствами не подтверждены, при этом суд учитывает, что истец не ссылается на наличие в действиях одаряемого ФИО8 признаков злоупотребления правом.

Более того, ссылаясь на заключение оспариваемого договора в своих интересах, в том числе с целью последующей продажи земельного участка, со своим сыном ФИО8, как практикующим юристом и по договоренности с последним для прикрытия фактически заключенного сторонами агентского договора истец, действуя с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и заключения сделки с собственным сыном, очевидно не мог заблуждаться относительно перехода права собственности на земельный участок одаряемому, что в силу п.5 ст. 178 ГК является основанием для отказа признания сделки недействительной.

При таких обстоятельствах суд полагает установленным, что ФИО2 и ФИО8, совершая оспариваемую сделку по безвозмездному отчуждению принадлежащего истцу земельного участка, действовали осознанно, добросовестно, в своём интересе при отсутствии у сторон каких-либо долговых обязательств, например, с целью создания препятствий для реализации прав кредиторов.

В соответствии с положениями части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК) установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Суд соглашается с доводами руководителя УСЗН ЗГО Златоустовского городского округа о том, что удовлетворение исковых требований не будет соответствовать интересам несовершеннолетних наследников ФИО5 и ФИО1, поскольку признание недействительным заключенного наследодателем ФИО8 более 12-ти лет назад договора дарения приведет к исключению спорного земельного участка из наследственного имущества ФИО8 и, как следствие, уменьшению объема наследственной массы, за счет которой могут быть удовлетворены требования кредиторов, что позволяет суду сделать вывод о наличии в действиях истца, оспаривающего договор дарения, злоупотребления правом. При этом суд принимает во внимание, что ссылаясь на достижение договоренности с ответчиком относительно прав на земельный участок на момент истечения срока на принятие наследства истец, также являясь наследником ФИО8, не обращался к нотариусу с заявлением об отказе от наследства в пользу несовершеннолетних внуков.

Иные правовые основания для признания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. недействительным отсутствуют, в связи с чем исковые требования не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.12, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил :

Отказать ФИО2 (ИНН №) в удовлетворении исковых требований к ФИО3 (паспорт гражданина Российской Федерации №), действующей в интересах несовершеннолетних детей ФИО1, ФИО14 Артёма ФИО7, о признании недействительным договора дарения, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО8, умершим ДД.ММ.ГГГГ, о применении последствий недействительности сделки, исключении имущества из наследственной массы

Решение может быть обжаловано сторонами в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме через Златоустовский городской суд.

Председательствующий А.Е. Максимов