Судья Байметов А.А. Дело № 2-300/2023

(первая инстанция)

№ 33-2033/2023

(апелляционная инстанция)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

3 июля 2023 года судебная коллегия по гражданским делам Севастопольского городского суда в составе:

председательствующего судьи - Балацкого Е.В.,

судей - Савиной О.В., Устинова О.И.,

при секретаре - Уласень Я.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы фио1, Министерства финансов Российской Федерации, Управления министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Севастополю на решение Ленинского районного суда города Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу по иску фио1 к Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации,

заслушав доклад судьи Балацкого Е.В.,

установила:

фио1 обратился с иском к Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации, в котором просил взыскать с ответчика за счет средств казны Российской Федерации 49824000 руб. в счет компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование, а также судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 100000 руб.

Исковые требования обоснованы тем, что ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем отделения по расследованию организованной преступной деятельности в сфере экономики СЧ СУ УМВД России по городу Севастополю фио2 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ фио1 был задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ. ДД.ММ.ГГГГ ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ следователем СЧ СУ УМВД России по городу Севастополю вынесено постановление о возбуждении уголовного дела № в отношении фио3 и фио1 по ч. 1 ст. 285 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя СЧ СУ УМВД России по городу Севастополю фио4 уголовное дело № прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии фио1 состава преступления. В целом, в рамках расследования данного уголовного дела к фио1 применялись следующие меры процессуального принуждения: 7 месяцев (или 210 календарных дней) истец находился под стражей; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (55 дней) фио1 находился на домашнем аресте, с ДД.ММ.ГГГГ в отношении него избрана и исполнялась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до ДД.ММ.ГГГГ, т.е. всего 2 года 10 месяцев 29 дней (или 1062 календарных дня). ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя СЧ СУ УМВД России по городу Севастополю фио4 уголовное дело № прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии фио1 состава преступления.

Решением Ленинского районного суда города Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования фио1 удовлетворены частично.

Взыскана с Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу фио1 компенсация морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в размере 1243500 руб., а также судебные расходы в размере 40000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказано.

Не согласившись с решением суда, фио1, Минфин России, УМВД России по г. Севастополю, фио1 подали апелляционные жалобы.

фио1 в своей апелляционной жалобе просит решение изменить, иск удовлетворить полностью.

Ссылаясь на практику Европейского Суда по правам человека, указывает, что размер компенсации морального вреда судом определен неверно, в связи с чем причиненные нравственные страдания за содержание под стражей и нахождение под домашним арестом оценивает в 47700000 руб. А ссылаясь на практику Верховного Суда РФ и Девятого кассационного суда общей юрисдикции, нравственные страдания, понесенные период применения к нему меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, оценивает в сумму 2124000 руб. Помимо этого отмечает, что его появление в наручниках в сопровождении конвоя, фотографии в таком положении с их последующим размещением в интернет-ресурсах взывали у фио1 моральные переживания, которые приводили к нервным срывам, глубоким психологическим травмам. Честь и деловая репутация истца были задеты. Отмечает, что при избрании меры пресечения судом не учитывалось нахождение у истца на иждивении малолетних детей, престарелой матери, у которой он является единственным сыном; насильственное разлучение истца с малолетними детьми и женой, наличие трудностей при трудоустройстве после освобождения из-под стражи. Указывает, что в результате примененных к нему мер пресечения семья истца (мать, жена, двое детей) были вынуждены проживать на 30000 руб., что не покрывало прожиточный минимум на душу населения.

Министерство Финансов Российской Федерации в своей апелляционной жалобе просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении иска фио1 отказать.

Апеллянт полагает, что суд, принимая решение по делу не обратил внимание на отсутствие со стороны истца жалоб на порядок ведения следствия или судебного разбирательства. Правоохранительные органы действовали в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством. Истец, кроме того, что в отношении него было возбуждено уголовное дело и он был под арестом, не приводит объективных доказательств, подтверждающих столь высокий размер компенсации морального вреда. Полагает, что материалами дела не подтверждаются обстоятельства, указанные в иске как основание компенсации морального вреда. Указывает, что по аналогичному делу в отношении иного лица Ленинским районным судом города Севастополя взыскана компенсация морального вреда в сумме 150000 руб. Взысканная сумма морального вреда, по мнению апеллянта, явно завышена и приведет к неосновательному обогащению заявителя. Также отмечает, что сумма судебных издержек, исходя из размера удовлетворенной части исковых требований не может превышать 2000 руб.

УМВД России по г. Севастополю в своей апелляционной жалобе просит решение отменить, в удовлетворении иска отказать.

В обоснование доводов жалобы указывает, что факт причинения нравственных страданий на сумму, присужденную судом, не доказан. Полагает, что расчет суда с оценкой одного дня нахождения под стражей в 3000 руб. явно завышен и ничем не обоснован, произволен. Отмечает, что истец на протяжении всего периода нахождения под стражей каких-либо жалоб на условия содержания не подавал. Полагает, что нахождение в СИЗО не является унижением чести и достоинства. По мнению апеллянта, тревога фио1 за свои жизнь и здоровье в период нахождения под стражей безосновательны. Компенсацию за нахождение истца под подпиской о невыезде и домашним арестом полагает необоснованной, поскольку данные меры пресечения не нарушают личных неимущественных прав фио1 Размер взысканных судебных расходов полагает завышенным.

Прокуратурой города Севастополя поданы возражения на апелляционную жалобу фио1, в которых она просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, решение суда оставить без изменения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца фио1 – фио13, представитель УМВД России по г. Севастополю – фио5, представитель Министерства финансов Российской Федерации – фио6, каждый в отдельности, поддержали поданные ими апелляционные жалобы, просили их удовлетворить по доводам в них изложенным.

Прокурор фио7 просила решение суда оставить без изменения.

Истец фио8, третьи лица Министерство внутренних дел Российской Федерации, Управление Федерального казначейства по г. Севастополю в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили.

В соответствии с требованиями ст.ст. 167, 327 ГПК РФ судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав судью-докладчика, пояснения явившихся участников процесса, проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, обсудив указанные доводы, представленные возражения, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем отделения по расследованию организованной преступной деятельности в сфере экономики СЧ СУ УМВД России по городу Севастополю возбуждено уголовное дело № по факту завладения бюджетными денежными средствами г. Севастополя путем мошенничества по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса РФ (далее – УК РФ) (т. 1, л.д. 214).

ДД.ММ.ГГГГ фио1 постановлением старшего следователя отделения по расследованию организованной преступной деятельности в сфере экономики СЧ по РОПД СУ УМВД России по г. Севастополю привлечен в качестве обвиняемого по данному уголовному делу, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ (т. 1, л.д. 216).

ДД.ММ.ГГГГ следователем СЧ СУ УМВД России по городу Севастополю вынесено постановление о возбуждении уголовного дела № в отношении фио3 и фио1 по ч. 1 ст. 285 УК РФ (т. 1, л.д. 212).

ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем по расследованию организованной преступной деятельности в сфере экономики СЧ СУ УМВД России по г. Севастополю прекращено уголовное преследование в отношении, в т.ч. фио1 в части совершения преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и продолжено уголовное преследование по признакам преступления, предусмотренного по ч. 1 ст. 285 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ руководителем следственного органа - врио заместителя начальника СУ УМВД России по городу Севастополю – начальника по расследованию организованной преступной деятельности вынесено постановление о соединении уголовного дела № с уголовным делом № в одно производство с присвоением общего номера №.

ДД.ММ.ГГГГ и.о. прокурора г. Севастополя отменено постановление от ДД.ММ.ГГГГ о частичном прекращении уголовного преследования в отношении фио1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ фио1 предъявлено новое обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 285 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в порядке ч. 1 ст. 222 УПК РФ направлено прокурором г.Севастополя в Балаклавский районный суд города Севастополя.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Балаклавского районного суда города Севастополя уголовное дело по обвинению, в т.ч. фио1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 285 УК РФ, возвращено прокурору г. Севастополя для устранения препятствий в его рассмотрении судом в порядке ст. 237 УПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ апелляционным постановлением Севастопольского городского суда постановление Балаклавского районного суда города Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменений.

ДД.ММ.ГГГГ следователем по особо важным делам отделения по расследованию организованной преступной деятельности в сфере экономики СЧ СУ УМВД России по г. Севастополю возбуждено уголовное дело № в отношении, в т.ч. фио1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 – ч. 4 ст. 160 УК РФ, по факту покушения на присвоение находящихся в хозяйственном ведении ГУП «ГАЗСК» денежных средств г. Севастополя, совершенного с использованием своего служебного положения, организованной группой в особо крупном размере.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением руководителя следственного органа - заместителем начальника СУ УМВД России по городу Севастополю - начальником следственной части уголовное дело № соединено с уголовным делом №, присвоен единый номер №.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя СЧ СУ УМВД России по городу Севастополю уголовное дело № прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии фио1 состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ.

Данным постановлением за фио1 признано право на реабилитацию (т. 1, л.д. 218-228).

Из указанного постановления следует, что в рамках расследования уголовного дела к фио1 применялись следующие меры процессуального принуждения:

-ДД.ММ.ГГГГ фио1 задержан следователем по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, а с ДД.ММ.ГГГГ в отношении него Ленинским районным судом города Севастополя избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая в последующим Ленинским районным судом города Севастополя неоднократно продлялась. Под стражей истец находился до ДД.ММ.ГГГГ (момента его фактического освобождения), т.е. всего 210 календарных дней;

-с ДД.ММ.ГГГГ Ленинским районным судом города Севастополя в отношении обвиняемого фио1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, которая в отношении него применялась до ДД.ММ.ГГГГ, т.е. 61 календарный день;

-с ДД.ММ.ГГГГ в отношении фио1 избрана и исполнялась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до ДД.ММ.ГГГГ, т.е. 1058 календарных дней.

Исходя из вышеприведенных обстоятельств, суд первой инстанции, установив, что фио1 причинены нравственные страдания в связи с незаконным содержанием под стражей на протяжении длительного периода, нахождением под домашним арестом и избранием меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении; приняв во внимание, что на момент избрания меры пресечения в виде заключения под стражу фио1 был не судим, не скрывался от следствия, занимал должность советника губернатора города Севастополя на общественных началах, а также руководящие должности в ГУП «ГАЗК»; полагая, что факт избрания и продления самой строгой меры пресечения несомненно повлиял на подрыв авторитета истца, что причинило ущерб его деловой репутации, деловые и политические партнеры утратили к истцу доверие; учитывая, что фио1 действительно испытал психологическую травму, связанную с изоляцией от членов семьи, нуждающихся в уходе, тревогу за их здоровье и будущее, страх потерять их уважение, ощущал чувство вины перед ними за свое отсутствие на протяжении семи месяцев нахождения под стражей и стыда за происходящее; оценив характер и объём испытанных страданий, с учетом фактических обстоятельств, при которых истцу причинен моральный вред, пришел к выводу о том, что требования истца подлежат частичному удовлетворению. Определяя размер компенсации морального вреда суд исходил, в том числе из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ18-38, содержащей ссылки на постановление ЕСПЧ («ФИО10 и другие против Российской Федерации» (жалоба №,№), в соответствии с которой Верховный Суд Российской Федерации признал разумным размер компенсации за незаконное содержание под стражей в размере 2000 руб. за сутки, как необходимого минимума, но не как предельного размера компенсации за незаконное содержание под стражей и домашним арестом, в связи с чем пришел к выводу о том, что фио1 вправе рассчитывать на компенсацию морального вреда в сумме 1243500 руб.

Судебная коллегия полагает, что размер компенсации морального вреда, исходя из приведенных обстоятельств дела, не соответствует степени и характеру понесенных истцом страданий и подлежит увеличению по следующим основаниям.

В силу ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 133 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и п.п. 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч.1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В соответствии с ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Из положений ст. 134 УПК РФ следует, что суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию.

Согласно п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 ГК РФ и ст. 151 данного кодекса.

Согласно абз. 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе, продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

С учетом разъяснений, изложенных в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Согласно п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда следует понимать в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Между тем, суд, устанавливая размер компенсации морального вреда, причиненного фио1 в результате незаконного уголовного преследования, применив требования разумности, недостаточно полно оценил обстоятельства, связанные с определением длительности и условий содержания истца под стражей и длительности применения иных мер пресечения, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца до его задержания и заключения под стражу, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи близким родственникам, в том числе матери, степень испытанных нравственных страданий судом в целом не выяснялась и не исследовалась, суд при определении компенсации морального вреда фактически исходил из количества дней применения к истцу мер пресечения, оценив степень испытанных нравственных страданий, за день нахождения фио1 под стражей в 3000 руб. в день, за день нахождения под домашним арестом в 1500 руб. в день, за день нахождения под подпиской о невыезде в 500 руб. в день, а всего в 1243500 руб.

Вместе с тем, помимо привязки компенсации морального вреда к количеству дней, в течении которых к истцу применялась соответствующая мера пресечения, суду следовало учесть и иные обстоятельства, имеющие значение для дела, взыскав компенсацию, в том числе с учетом личности реабилитируемого лица, указанных выше обстоятельств, а также принять во внимание, что уголовное преследование повлекло изменение статуса личности фио1 и, как следствие, привычного уклада жизни и сопровождалось определенным морально-психологическим воздействием.

Действующий порядок определения судом размера компенсации морального вреда причиненного лицу в результате незаконного или необоснованного преследования, предусматривает исследование характера причиненных физических и нравственных страданий, требует учета фактических обстоятельств и индивидуальных особенностей, гарантирует его возмещение, в том числе исходя из принципов разумности и справедливости.

Так, из материалов дела следует, что фио1 состоит в браке с фио9, от брака имеет двоих малолетних детей фои10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, фио11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Мать истца – фио12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является пенсионером по старости, была зарегистрирована в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, наблюдалась в указанный период у врачей по месту жительства в г. Севастополе. Заботу о матери-пенсионерке, семье проявлял истец, у которого члены его семьи фактически находились на содержании, о чем указал истец в поданном иске, а также пояснил его представитель в ходе рассмотрения дела по существу. Доход фио9 за 2017, 2018, 2019 год составил 355625,86 руб., 464492,14 руб., 465950,42 руб. соответственно. При этом, сам фио1 в период нахождения под следствием испытывал трудности при трудоустройстве. Согласно записям в трудовой книжке истца серии АТ-IX № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ трудовую деятельность он не осуществлял. Указанное неблагоприятным образом отражалось на достатке семьи истца, фио1 в результате уголовного преследования был лишен возможности оказания необходимой помощи и заботы близким ему людям. Сам факт уголовного преследования оказал существенное негативное влияние на деловую репутацию фио1

Указанное при определении характера физических и нравственных страданий истца, с учетом того, что фио1 являлся добропорядочным членом общества, замещал должность государственной гражданской службы, ранее к уголовной ответственности не привлекался, при разрешении вопроса о компенсации морального вреда, принято судом во внимание в должной мере не было, в связи с чем коллегия судей полагает возможным изменить размер компенсации морального вреда, увеличив ее до 2000000 руб.

Доводы жалобы фио1 о применении фиксированных сумм для определения размера компенсации морального вреда, исходя из практики Европейского Суда по правам человека, согласно которой размер такой компенсации за один день незаконного содержания под стражей определен в сумме 3000 евро, а также в отношении иных мер принуждения, исходя из практики Верховного Суда РФ и Девятого кассационного суда общей юрисдикции, согласно которой размер компенсации за один день процессуального принуждения определен из расчета 2000 руб. за день применения такой меры, коллегия судей отклоняет по следующим основаниям.

Так, определение компенсации морального вреда носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера такой компенсации, учитывая вышеуказанные нормы закона, степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Помимо этого, коллегия судей отмечает, что Россия с ДД.ММ.ГГГГ на основании Резолюции ЕСПЧ от ДД.ММ.ГГГГ перестала быть Высокой Договаривающейся Стороной Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключенной в Риме ДД.ММ.ГГГГ, и протоколов к ней, в связи с чем практика Европейского Суда по правам человека не применима на территории Российской Федерации.

Судебные акты Верховного Суда РФ и Девятого кассационного суда общей юрисдикции приняты в отношении иных граждан, с учетом конкретных обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения дел указанными судебными инстанциями, а потому не могут быть приняты во внимание при рассмотрении конкретного спора при определении размера компенсации морального вреда, носящей оценочный характер.

При этом, морально-психологическое состояние, разлучение истца с членами его семьи, вопросы чести и деловой репутации и проч. нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции и были учтены коллегией судей при увеличении размера компенсации морального вреда.

Мнение УМВД России по г. Севастополю, изложенное в апелляционной жалобе о том, что факт причинения нравственных страданий не доказан, нахождение в СИЗО было безопасным для истца, поскольку, в СИЗО, в том числе можно было обратиться за медицинской помощью, является ошибочным и на существо спора не влияет. Оснований полагать, что размер компенсации морального вреда, определенного коллегией судей при апелляционном рассмотрении дела, завышен, не имеется, поскольку размер компенсации морального вреда привязан не только к количеству дней, в течение которых к истцу применялась соответствующая мера пресечения, но и к иным морально-нравственным страданиям истца, указанным выше.

Довод указанного апеллянта, а также аналогичный довод Министерства финансов Российской Федерации о том, что истец на протяжении всего периода нахождения под стражей каких-либо жалоб на условия содержания не подавал, а нахождение в СИЗО не является унижением чести и достоинства на правовую природу компенсации морального вреда, с учетом признания за фио1 права на реабилитацию, не влияет. Кроме того, незаконным привлечением к уголовной ответственности истец претерпевал значительные лишения, страдали члены его семьи и он сам, в результате их разлучения по причине пребывания истца в СИЗО, фио1 испытывал душевные и нравственные страдания, вызванные фактом уголовного преследования.

В апелляционной жалобе УМВД России по г. Севастополю указывает, что, по мнению названного органа, взыскание компенсации морального вреда за нахождение истца под подпиской о невыезде и домашним арестом необоснованно, поскольку данные меры пресечения не нарушают личных неимущественных прав фио1

Данный довод жалобы коллегия судей находит субъективным мнением названного ответчика, противоречащим вышеуказанным нормам материального права, согласно которым компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате, в том числе незаконного привлечения его к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде; с учетом эмоциональных страданий лица в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, изменения привычного образа жизни, ограничения прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания и проч.

Довод жалобы Министерства финансов Российской Федерации о том, что материалами дела не подтверждаются обстоятельства, указанные в иске как основание компенсации морального вреда, коллегией судей отклоняются как противоречащие материалам дела, поскольку в ходе рассмотрения спора в суде первой и апелляционной инстанций достоверно установлено, что фио1 был незаконно привлечен к уголовной ответственности, постановлением от ДД.ММ.ГГГГ за ним признано право на реабилитацию.

Ссылка данного апеллянта в обоснование позиции о чрезмерно взысканном размере компенсации морального вреда на судебное решение Ленинского районного суда города Севастополя по делу в отношении иного лица, которым в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в сумме 150000 руб. преюдициального значения для рассмотрения настоящего спора не имеет. Решение по указанному делу не может быть принято во внимание при рассмотрении настоящего спора, в том числе поскольку оно выносилось в отношении иного лица, с учетом конкретных обстоятельств дела. Суды апелляционной инстанции не могут при принятии решения руководствоваться решениями районных судов.

Тот факт, что правоохранительные органы действовали законно, в рамках предоставленных им полномочий, при разрешении вопроса о правовых последствиях вынесения акта о прекращении уголовного преследования по реабилитирующему основанию не влечет отказа в удовлетворении требований о компенсации морального вреда, при наличии к тому оснований.

Увеличение размера компенсации морального вреда до 2000000 руб., по мнению судебной коллегии, не является завышенным и не влечет неосновательного обогащения на стороне истца.

Довод жалобы Министерства финансов Российской Федерации о том, что судебные издержки в порядке ст. 98 ГПК РФ при частичном удовлетворении требований истца подлежат пропорциональному взысканию с ответчика за счет казны Российской Федерации в размере не превышающем 2000 руб., коллегией судей отклоняются, поскольку нематериальные требования о взыскании компенсации морального вреда хотя и подлежат оценке, однако носят неимущественный характер, в связи с чем оснований для применения правил о пропорциональности взыскания судебных расходов не имеется.

Судебные расходы в сумме 40000 руб. правильно взысканы судом с учетом сложности категории спора, объема работы представителя (составление иска, участие при подготовке дела к судебному разбирательству, участие в двух судебных заседаниях), принципа справедливости и разумности расходов, понесенных фио1 при рассмотрении спора в суде, среднерыночных цен на оказание юридических услуг в г. Севастополе, минимальных ставок, рекомендованных Адвокатской коллегией города Севастополя. Оснований для снижения либо увеличения размера судебных расходов по доводам жалоб фио1 и Министерства финансов Российской Федерации коллегия судей не усматривает.

Кроме того, согласно минимальным ставкам вознаграждений за отдельные виды юридической помощи, оказываемой по соглашениям адвокатами города Севастополя, и размеры компенсации командировочных расходов с ДД.ММ.ГГГГ, утвержденных решением Совета Адвокатской палаты г. Севастополя, оплата за ведение гражданского дела в суде первой инстанции определена в размере 50000 руб.

Факт того, что адвокат фио1 знакомился с 59 томами уголовного дела какого-либо правового значения для рассмотрения настоящего спора не имеет. Такое ознакомление судом не может быть признано обязательным, поскольку, право на реабилитацию и последующую компенсацию морального вреда возникло у ответчика на основании постановления от ДД.ММ.ГГГГ, которое было получено истцом ДД.ММ.ГГГГ. Все имеющие значение для предъявления иска данные содержались в указанном постановлении.

Доводы апелляционных жалоб ответчика и третьего лица, являясь их субъективным мнением, фактически сводятся к несогласию со взысканием компенсации морального вреда в пользу истца, и не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для отказа в удовлетворении иска или снижения размера такой компенсации, направлены на переоценку собранных по делу доказательств.

Доводы жалобы фио1 частично нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, в связи с чем коллегия судей пришла к выводу о возможности изменения взысканной компенсации морального вреда путем ее увеличения до 2000000 руб.

При таких обстоятельствах, решение суда подлежит изменению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия,

определила:

решение Ленинского районного суда города Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ изменить, увеличив сумму взыскиваемой компенсации морального вреда до 2000000 (двух миллионов) руб.

В остальной части это же решение суда оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в трехмесячный срок.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий Е.В. Балацкий

Судьи О.В. Савина

О.И. Устинов