Дело № 2а-645/2023

10RS0016-01-2023-001330-70

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

31 мая 2023 года г. Сегежа

Сегежский городской суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Балашова Д.А.,

при секретаре Мамаевой И.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело посредством видеоконференцсвязи по иску ФИО1 к ФСИН России, Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор №2» о признании действий незаконными, присуждении компенсации в порядке ст. 227.1 КАС РФ,

установил:

Административное исковое заявление предъявлено в суд по тем основаниям, что в период содержания в ФКУ «Следственный изолятор №2» с 29 декабря 2021 по 05 февраля 2022, с 25 февраля 2022 по 20 апреля 2022 в камерах 3, 4, 14, 19, 23, 24, 40 установлены видеокамеры, посредством которых сотрудники женского пола наблюдали за административным истцом и по переговорному устройству, находящемуся в каждой камере, обсуждали его. В связи с этим административный истец просил признать действия ответчика, допустившего к посту видеонаблюдения сотрудников женского пола незаконными и взыскать компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

В судебном заседании административный истец исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ФКУ «Следственный изолятор №2» ФИО2, действующий на основании доверенности, и представитель ФСИН России ФИО3, действующая на основании доверенности, в удовлетворении административного иска просили отказать.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ), которая введена Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ (вступает в силу по истечении 30 дней со дня его официального опубликования 27 декабря 2019 г.), лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

При рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Статьей 13 Закона РФ от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» установлено, что Учреждения, исполняющие наказания, обязаны: 1) обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; 2) создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях; 3) обеспечивать привлечение осужденных к труду, условия для получения осужденными общего образования, а также их профессиональное обучение и получение ими профессионального образования; 4) обеспечивать охрану здоровья осужденных; 5) осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы; 6) в пределах своей компетенции оказывать содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность; 7) обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (ч. 2 ст. 10 УИК РФ).

Права и обязанности лишенных свободы лиц регулируются законодательством и международными обязательствами Российской Федерации.

К таким правам и обязанностям, согласно разъяснениям, данным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» относятся, в частности, следующие права: на личную безопасность и охрану здоровья, на получение юридической помощи, на обращение в государственные органы и в общественные наблюдательные комиссии, на доступ к правосудию, на получение информации, непосредственно затрагивающей реализацию прав соответствующих лиц, на материально-бытовое обеспечение, включая обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий, питания и прогулок, право на образование и досуг. Любое содержание под стражей, в том числе перемещение в транспортных средствах, должно осуществляться в соответствии с принципами уважения человеческого достоинства и применимыми правовыми требованиями и должно исключать незаконное физическое или психологическое жестокое обращение. Любое нарушение таких требований является нарушением условий содержания под стражей и запрещенное обращение (пункт 3 Постановления № 47).

В соответствии с частью 1 статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

В силу ч. 1 ст. 34 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые находятся в местах содержания под стражей под охраной и надзором и передвигаются по территориям этих мест под конвоем либо в сопровождении сотрудников мест содержания под стражей. В целях осуществления надзора может использоваться аудио- и видеотехника.

Приказом Минюста России от 04.09.2006 № 279 утверждены Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы (далее - Наставления).

Подпункт 4 пункта 30 Приказа N 279 содержит указание на то, что жилые и коммунально-бытовые объекты оборудуются видеокамерами.

Согласно пп. 5 п. 60 Наставлений для наблюдения за поведением осужденных и лиц, содержащихся под стражей, устанавливаются видеокамеры, в том числе, в камерах и коридорах режимных зданий и помещений.

Изображения от видеокамер выводятся на видеоконтрольные устройства в помещениях соответствующих операторов СОТ, ПУТСН (СОТ, ДПНСИ, ДПНТ).

В судебном заседании установлено, что ФИО1 в исковой период содержался в ФКУ «Следственный изолятор №2» в камерах 4, 14, 19,23,24, 40.

Камеры, в которых содержался ФИО1, в соответствии с требованиями части 5 пункта 60 Наставления для наблюдения за поведением осужденных и лиц, содержащихся под стражей, оборудованы системой видеонаблюдения. Видеоконтрольные устройства этой системы установлены на посту системы охранного телевидения (ПСОТ). Диапазон видеокамеры не охватывает санитарный узел, находящийся в камере.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля оператор дежурной службы ФИО4 пояснила, что в ее должностные обязанности входит контроль соблюдения распорядка дня осужденных посредством видеонаблюдения. Видеокамеры, установленные в камерах, охватывают все помещение за исключением санитарного узла. В камерах установлены также переговорные устройства, по которому осужденные могут задавать вопросы сотрудникам. Если такие вопросы поступают, должностные лица разрешают их. Также свидетель пояснила, что никаких обсуждений с ее стороны в адрес ФИО1 не осуществлялось.

В соответствии с пунктом 20 Должностной инструкции младшего инспектора – оператора поста системы охранного телевидения, в обязанности младшего инспектора входит постоянное наблюдение за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в камерах режимного корпуса, по громкоговорящей требует прекращения действий, нарушающих установленные требования.

Согласно выписке из приложения к приказу ФСИН России № 33дсп от 27 ноября 2019 года лица женского пола допускаются к работе в качестве оператора ПСОТ.

Таким образом, поскольку разделения должностных обязанностей по определенным должностям между сотрудниками мужчинами и женщинами согласно действующему законодательству не предусмотрено, контроль за осужденными лицами женского пола не связан с личным досмотром осужденных, нарушений прав административного истца не имеется. Не установлено и фактов неправомерных действий должностных лиц при осуществлении контроля за административным истцом.

Конституционный Суд Российской Федерации, отказывая в принятии к рассмотрению жалобы осужденного, оспаривающего положения части 1 статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации на том основании, что эти законоположения могут быть поняты как наделение неограниченной властью администраций исправительных учреждений подвергать содержащихся под стражей лиц постоянному видеонаблюдению, что противоречит статье 21 Конституции Российской Федерации, в Определении от 19 октября 2010 года N 1393-О-О высказал позицию о том, что применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов, предполагает изменение привычного уклада осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности; в любом случае лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (определения от 16 февраля 2006 года N 63-О, от 20 марта 2008 года N 162-О-О и от 23 марта 2010 года N 369-О-О). Право администрации исправительных учреждений использовать технические средства контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность подозреваемых, обвиняемых, осужденных и персонала соответствующего учреждения, режим содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей (часть 1 статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации), а потому закрепление указанного права оспариваемыми нормами преследует конституционно значимые цели и не может рассматриваться как несоразмерно ограничивающее права.

Учитывая, что использование следственным изолятором технических средств контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность и режим содержания подозреваемых, обвиняемых и персонала соответствующего учреждения, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей, ведение видеонаблюдения не может расцениваться как действие, нарушающее право ФИО1 на частную жизнь, либо унижающее его человеческое достоинство, равно как и осуществления контроля должностными лицами противоположного пола.

Руководствуясь статьями 175 – 180 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении административного иска ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Карелия через Сегежский городской суд Республики Карелия в течения месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Д.А. Балашов

Мотивированное решение изготовлено 09.06.2023.