Решение по делу № 2-1358/2022 от 15.03.2023 - о признании сделок недействительными и применение последствий их недействительности.

Дело № 2-145/202315 марта 2023 года

УИД 29RS0016-01-2022-001556-65

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Новодвинский городской суд Архангельской области

в составе председательствующего судьи Склейминой Н.В.,

при помощнике судьи Ляшкевич Ю.В.,

с участием ответчика ФИО1,

третьего лица 3-го лица ФИО2,

представителя ответчика и третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Новодвинске Архангельской области гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО1 о признании сделок недействительными и применение последствий их недействительности,

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5, ФИО1 о признании сделок недействительными и применение последствий их недействительности. В обоснование требований указал, что 11 октября 2019 года между ним и ФИО5 заключено соглашение об отступном, по условиям которого они договорились о прекращении его обязательств перед ФИО5 по договору займа от 30 июня 2017 года на сумму 10000 000 руб. путем предоставления им ФИО5 отступного на условиях и в порядке, предусмотренном договором. В соответствии с соглашением об отступном его обязательства погашаются на сумму 10000 000 руб. путём передачи ФИО5 1/2 доли в праве общей долевой собственности на объект торговли (торговый центр) по адресу: г.Новодвинск, <адрес>, площадью 1202,1 кв.м; 1/2 доли в праве общей долевой собственности на наружные сети бытовой канализации, наружные сети водопровода, наружные тепловые сети, сеть наружного электроснабжения. Заключая соглашение об отступном, они достоверно знали о том, что фактически ФИО5 никогда не предоставлял ему заём на сумму 10000 000 руб. Соглашение об отступном прикрывало иную сделку: передачу имущества в собственность ФИО5 с последующим оформлением имущества на её сына –ФИО1 Считает соглашение об отступном от 11 октября 2019 года ничтожной сделкой с оформлением фиктивного договора займа от 30 июня 2017года, после чего ФИО5 произвел отчуждение приобретенной доли своему сыну ФИО1 по договору дарения. Денежные средства по сделкам не передавались. Полагая, что договор займа от 30 июня 2017 года на сумму 10000 000 руб. между ним и ФИО5 является незаключенным (безденежным), просит признать соглашение об отступном от 11 октября 2019 года между ним и ФИО5 ничтожной (притворной) сделкой; признать договор дарения, заключенный между ФИО5 и ФИО1 недействительным и применить последствия недействительности сделок в виде возврата в его собственность 1/2 доли в праве общей долевой собственности на объект торговли (торговый центр) по адресу: г. Новодвинск, <адрес> (кадастровый №), 1/2 доли в праве общей долевой собственности на наружные сети бытовой канализации (кадастровый №), 1/2 доли в праве общей долевой собственности на наружные сети водопровода (кадастровый №), 1/2 доли в праве общей долевой собственности на наружные тепловые сети канализации (кадастровый №), 1/2 доли в праве общей долевой собственности на сеть наружного электроснабжения (кадастровый №).

Истец и его представитель в судебное заседание не явились, ранее представляли заявление об отказе от исковых требований, которые не были приняты судом. Иных доводов в обоснование своих доводов по иску не представили.

Ответчик ФИО5, третье лицо ФИО6 извещены надлежащим образом о месте и времени судебного заседания.

Ответчик ФИО1 и его представитель ФИО7 возражали относительно заявленных требований по основаниям указанным в письменных возражениях на исковое заявление. Пояснили, что в 2016 году ФИО4 предложил ФИО5 и ФИО6 участвовать в финансировании строительства здания торгового центра, площадью 1200 кв.м. по адресу: Архангельская область, г.Новодвинск, <адрес>, д.12. 06.07.2018 между ФИО5, ФИО4 и ФИО6 заключен договор о совместной деятельности, целью которого был в том числе распределение результатов строительства торгового центра между участниками. По договорённости с участниками договора простого товарищества 50% строительства здания финансировал ФИО6, 50% ФИО5, ФИО4 планировал оставить 10 % площадей бедующего торгового центра за предоставление участникам простого товарищества земельного участка, на котором строился торговый центр. Участники строительства договорились, что после введения торгового центра в эксплуатацию доли будут распределены следующим образом, как указано в договоре 50% ФИО6, 40% ФИО5 и 10% ФИО4 Доля ФИО6 внесена в размере 11250000 руб., дополнительно осуществлял финансирование ФИО2 С 2016 по 2017 г.г. ФИО4 дважды увеличивал первоначальную стоимость строительства. В июне 2017 года между ФИО6 и ФИО4 написана расписка на сумму 11250000 руб., а между ФИО4 и ФИО5 на сумму 10 0000 руб. В июле 2018 года ФИО5 передала ФИО4 через ФИО1 еще 1250000 руб. Расписка на 10000000 руб. была забрана ФИО4 и написана новая на 11250000 руб. После ввода объекта в эксплуатацию ФИО4 не только не передал сторонам на доли на объект недвижимости, но и получал доход в размере арендной платы от ООО «Агроторг» в размере 170000 руб. ежемесячно до подписания в 2018 году договора с ФИО5 об отступном, обосновывая, что эта сумма будет в совокупности составлять отказ от прав на земельный участок в пользу ФИО5 Считает, что требование реальности договора займа соблюдено, денежные средства, указанные в расписке действительно были переданы. Всех организацией строительства занимался исключительно ФИО4 Он сам попросил оформить переход право собственности на объект через отступное.

Третье лицо Управление Росреестра по Архангельской области и Ненецкому автономному округу о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом, представителя не направило, возражений по иску не представило.

Суд, руководствуясь статьей 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав ответчика, третье лицо, представителя ответчика и третьего лица, свидетеля ФИО8, исследовав материалы дела, а также материалы гражданского дела № 2-30/2022, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 21 июня 2016 года, истцу выдано разрешение на строительство торгового центра по адресу: <адрес>, 12 июля 2018 года - разрешение N RU 29305000-330 на строительство объекта торговли (торговый центр), 30 июля 2018 года получено разрешение на ввод этого объекта в эксплуатацию N RU 29305000-234. 18 августа 2018 года (после завершения строительства торгового центра) произведена регистрация права собственности истца на данный объект.

В Едином государственном реестре недвижимости (далее ЕГРН) имеются записи о государственной регистрации права общей долевой собственности (1/2 доли) за ответчиком ФИО1 от 17.10.2019:

на объект торговли (торговый центр) по адресу: <адрес> (кадастровый №);

на наружные сети водопровода (кадастровый №);

на наружные сети бытовой канализации (кадастровый №);

на наружные тепловые сети канализации (кадастровый №);

на сеть наружного электроснабжения 0,4 кВ (кадастровый №).

Основанием для государственной регистрации является договор дарения от 29.10.2019, заключенный между ответчиками ФИО5 (даритель) и ФИО1 (одаряемый), удостоверенный нотариусом нотариального округа город Архангельск 29.10.2019.

Основанием для возникновения права общей долевой собственности (1/2 доли) на указанные объекты недвижимого имущества за ответчиком ФИО5 является заключенное между ней и истцом ФИО4 соглашение об отступном от 11.10.2019, удостоверенное нотариусом нотариального округа город Архангельск 11.10.2019.

По условиям соглашения об отступном о передачи указанных объектов недвижимого имущества в размере 1/2 доли в праве общей долевой собственности ФИО5, прекращено обязательство ФИО4 перед ФИО5 по договору займа, заключенного между ними в г.Архангельске от 30.06.2017 (Т2 л.д.29-31), в силу которого (договора займа) по состоянию на 11.10.2019 у истца ФИО4 имелись не исполненные обязательства перед ответчиком ФИО5 по возврату денежных средств на сумму 10000 000 руб.

Раннее, на указанный объект недвижимости и коммуникации, 14 сентября 2018 года произведена государственная регистрация права общей долевой собственности в равных долях также за истцом и ФИО6 Основанием для государственной регистрации права собственности ФИО6 явилось соглашение об отступном от 04.09.2018.

Согласно статье 409 ГК РФ обязательство может быть прекращено предоставлением взамен исполнения отступного, в том числе передачей имущества.

В силу правовой природы отступного и его зависимости от прекращающегося предоставлением отступного обязательства, в отсутствие последнего отступное не может существовать. Сделка по предоставлению отступного в погашение несуществующего обязательства согласно действовавшему в спорный период законодательству, применительно к рассматриваемым отношениям, являлась оспоримой в силу статьи 168 ГК РФ, как не соответствующая статье 409 Кодекса.

Согласно ч.2 ст. 812 ГК РФ, если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), оспаривание займа по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы или стечения тяжелых обстоятельств, а также представителем заемщика в ущерб его интересам.

В материалы дела представлен договор займа от 30.06.2017 и расписка от 30.06.2017, где имеются подписи ФИО5 (займодавец) и ФИО4 (заемщика), следовательно, факт передачи денежных средств от ответчика истцу подтвержден письменными доказательствами, не опровергнут истцом, а также не представлено последним доказательств о безденежности такого договора займа.

В силу п. 5 ст. 166 ГК РФ и разъяснениям, приведенным в п. 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Из материалов гражданского дела № 2-30/2022, а также установленными судебными актами следует, что по аналогичным обстоятельствам ФИО4 просил признать договор займа от 28.06.2017, заключенный между ним и ФИО6 и соглашение об отступном от 04.09.2018 о передачив размере 1/2 доли в праве общей долевой собственности ФИО6 на объекты торговли (торговый центр) по адресу: <адрес> (кадастровый №);на наружные сети водопровода (кадастровый №);на наружные сети бытовой канализации (кадастровый №);на наружные тепловые сети канализации (кадастровый №);на сеть наружного электроснабжения 0,4 кВ (кадастровый №).

Решением суда от 22.03.2022 в удовлетворении требований ФИО4 отказано. Апелляционным определением Архангельского областного суда от 05.07.2022 решение суда оставлено без изменения. Третьим кассационным судом от 16.11.2022 судебные акты первой и второй инстанции оставлены без изменения.

Судебной коллегией по гражданским делам Архангельского областного суда установлено, что истец, с момента заключения сделок не предпринимал никаких действий, направленных на возврат сторон в первоначальное положение, тем самым сохраняя силу сделки, при этом, обращение в суд с иском последовало только после привлечения истца к налоговой ответственности.

Позиция истца по настоящему спору сводится к подаче искового заявления и указание на безденежность договора займа и притворность соглашения об отступном.

В силу ч. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (ч. 2 ст. 10 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 ГПК РФ, ст. 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (п. 3 ст. 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

Истец в обосновании требований о недействительности сделок ссылается фактически на положения п. 2 ст. 170 ГК РФ, указывая на соглашение об отступном, как притворную сделку.

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу указанной нормы права и существа заявленных требований истец по настоящему делу должен доказать, что при заключении договора воля обеих сторон сделки была направлена не на достижение соответствующих ей правовых результатов, а на создание иных правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду. При этом, намерения одного участника на совершение притворной сделки для применения п. 2 ст. 170 ГК РФ недостаточно (п. 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно п. 87 названного Постановления, притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Таким образом, сделка признается притворной при наличии совокупности следующих условий: присутствие и в прикрываемой сделке, и в притворной сделке одних и тех же сторон, направленность воли всех сторон на достижение в прикрываемой сделке иных гражданско-правовых отношений и последствий и целей по сравнению с указанными в притворной сделке; осознание сторонами последствий своих действий.

Бремя доказывания признаков притворности сделки возлагается на истца. При этом оснований для признания соглашения об отступном притворной сделкой истец не указывает.

Истец просил вернуть 1/2 долю в недвижимом имуществе в свою собственность, тогда как признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий, как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.

При таких обстоятельствах, в иске о признании недействительным соглашения об отступном между ФИО4 и ФИО5 следует отказать. Производные требования истца о признании недействительной сделки по дарению недвижимого имущества между ФИО5 и ФИО1 также не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО5, ФИО1 о признании сделок недействительными и применение последствий их недействительностиотказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде путем подачи апелляционной жалобы через Новодвинский городской суд Архангельской области в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья Н.В. Склеймина

Мотивированное решение изготовлено 22.03.2023