Дело № 2-346/2025
УИД: 23RS0039-01-2025-000457-13
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ст. Павловская 31 октября 2025 г.
Павловский районный суд Краснодарского края в составе:
председательствующего судьи Богданова Л.Ю.,
при секретаре судебного заседания Павленко К.Ю.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора Павловского района Краснодарского края в интересах ФИО1 к ООО «Лукойл-Югнефтепродукт», ООО «КубаньСтандарт», ООО «Агентство «Ртутная Безопасность» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Прокурор Павловского района Краснодарского края обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением в интересах ФИО1 к ООО «Лукойл-Югнефтепродукт», ООО «КубаньСтандарт», в котором просит взыскать солидарно с ответчиков в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 1500000 руб.
Исковое заявлением мотивированно тем, что прокуратурой Павловского района проведена проверка соблюдения требовании трудового законодательства в деятельности ООО «Лукойл-Югнефтепродукт», ООО «КубаньСтандарт», осуществляющих деятельность по адресу: <адрес>
По результатам проверки установлено, что между ООО «Лукойл-Югнефтепродукт» и ООО «КубаньСтандарт» заключен договор на «Оказание услуг по комплексному обслуживанию и ремонту нефтебаз» № от ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ работник ФИО15 согласно приказу ООО «КубаньСтандарт» №-П от ДД.ММ.ГГГГ направлен на Павловскую нефтебазу ООО «Лукойл-Югнефтепродукт» для выполнения ремонтных работ по адресу: <адрес>
В период с 10 часов до 12 часов, слесарь ФИО5, находясь на территории ООО «Лукойл-Югнефтепродукт», для подключения насоса, воспользовался электрическим удлинителем длинной около 50 метров, который подключил к слесарной мастерской, для загрузки ливневых стоков в автоцистерну.
Во время спуска произошли хлопок и вспышка, после которых ФИО5 самостоятельно выбрался из технологического резервуара сбора ливневых стоков и отложений, при этом находящаяся на нем одежда была воспламенена, после чего упал и перестал подавать признаки жизни.
Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выданному Павловским отделением ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» М3 КК, смерть ФИО5 наступила в результате <данные изъяты> Вышеуказанные телесные повреждения явились непосредственной причиной смерти ФИО5
Согласно акту расследования несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ начальник нефтебазы ООО «Лукойл-Югнефтепродукт» ФИО11 допустил проведение работ повышенной опасности в ограниченном замкнутом пространстве без непрерывного контроля в составе воздуха рабочей зоны концентрации паров, газов и других веществ (выявленных при оценке параметров рабочей среды ОЗП), способных вызвать взрыв и (или) возгорание, чем нарушил ст. 215 ТК РФ, п. 143, 165 Правил по охране труда при работах в ограниченных и замкнутых пространствах, утвержденных приказом №н от ДД.ММ.ГГГГ Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации, п. 2.2.4.9 должностной инструкции начальника нефтебазы ООО «Лукойл-Югнефтепродукт».
Также начальник участка ООО «КубаньСтандарт» ФИО6 не осуществил контроль за выполнением работ повышенной опасности, чем нарушил ст. 215 ТК РФ, п. 3.3, п. 3.22 должностной инструкции руководителя работ (начальника участка, мастера участка) ООО «КубаньСтандарт».
В связи с утратой сына ФИО5 испытала и продолжает испытывать нравственные страдания, чувство тревоги и переживания. Она не может вести прежний образ жизни, ощущает чувство неполноценности. Нравственные страдания заключаются в изменении прежнего образа жизни, моральном переживании по факту гибели сына.
Причиненные ей нравственные страдания ФИО5 оценивает в 1500000 рублей.
При этом, в силу преклонного возраста, правовой неграмотности и отсутствия финансовой возможности заключить соглашение с адвокатом, ФИО2 не может самостоятельно обратиться в суд за защитой своих нарушенных прав, ввиду чего обратилась к прокурору с заявлением о представлении ее интересов в судебном порядке.
На стадии предварительного судебного заседания к участию в разбирательстве дела наряду с основным ответчиком привлечено ООО «Агентство «Ртутная Безопасность» в качестве соответчика.
В судебном заседании представитель истца – старший помощник прокурора ФИО7 поддержала заявленные требования, представив письменные уточнения в части надлежащих ответчиков по заявленным требованиям, просила удовлетворить исковые требования.
Лицо, в чьих интересах выступил прокурор, ФИО2 настаивала на исковых требованиях, выразив согласие с позицией участвующего в деле прокурора, просила удовлетворить иск в полном объеме.
Представитель ответчика – ООО «Лукойл-Югнефтепродукт» ФИО8 возражал против доводов искового заявления, полагая заявленные требования необоснованными, просил отказать в удовлетворении иска, поддержав позицию, изложенную в возражениях на иск.
Представитель ответчика – ООО «КубаньСтандарт» ФИО9 просил отказать в удовлетворении иска, представив письменные возражения в обоснование своей позиции.
Представитель соответчика – ООО «Агентство «Ртутная Безопасность» посчитал правомерными требования истца к вышеуказанным ответчикам и не возражал против удовлетворения искового заявления.
Третье лицо ФИО11 возражал против доводов иска, посчитав его требования незаконными и необоснованными, просил в его удовлетворении отказать.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения извещены судом своевременно и надлежащим образом, что подтверждается имеющимися в материалах дела сведениями. Также представили письменные заявления, в которых выразили свою позицию и просили рассмотреть дело в их отсутствие.
Выслушав доводы участников процесса, оценив представленные доказательства и исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.
Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (осуществление строительной и иной, связанной с ней деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридические лица, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Как установлено материалами дела, ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в защиту интересов которой выступил прокурор, является матерью погибшего ФИО5, что подтверждается копией свидетельства о рождении, представленной в материалы дела.
Между ООО «Лукойл-Югнефтепродукт» и ООО «КубаньСтандарт» заключен договор на «Оказание услуг по комплексному обслуживанию и ремонту нефтебаз» № от ДД.ММ.ГГГГ.
Погибший ФИО5 являлся работником ООО «КубаньСтандарт» и согласно приказу работодателя №-П от ДД.ММ.ГГГГ направлен на Павловскую нефтебазу ООО «Лукойл-Югнефтепродукт» для выполнения ремонтных работ по адресу: <адрес>
В период с 10 часов до 12 часов, слесарь ФИО5, находясь на территории ООО «Лукойл-Югнефтепродукт», для подключения насоса, воспользовался электрическим удлинителем длинной около 50 метров, который подключил к слесарной мастерской, для загрузки ливневых стоков в автоцистерну.
Во время спуска произошли хлопок и вспышка, после которых ФИО5 самостоятельно выбрался из технологического резервуара сбора ливневых стоков и отложений, при этом находящаяся на нем одежда была воспламенена, после чего упал и перестал подавать признаки жизни.
Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выданному Павловским отделением ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» М3 КК, смерть ФИО5 наступила в результате сочетанной тупой травмы головы, грудной клетки, брюшной полости: кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут лобной области слева; субарахноидальные кровоизлияния лобных, височных, затылочных долей слева и справа; кровоизлияния в мягкие ткани параорбитальной, скуловой, щечной области слева; кровоизлияние в области тела грудины на уровне 2-3 межреберья; кровоизлияния в околопочечную клетчатку справа. Сопутствующие повреждения: обгорание трупа; ожоги кожных покровов 3-4 степени; обширные участки обгорания кожных покровов практически по всем поверхностям тела; отсутствие кровоизлияний в сохранившихся мягких тканях. Вышеуказанные телесные повреждения явились непосредственной причиной смерти ФИО5
Из акта расследования несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ следует, что начальник нефтебазы ООО «Лукойл-Югнефтепродукт» ФИО11 допустил проведение работ повышенной опасности в ограниченном замкнутом пространстве без непрерывного контроля в составе воздуха рабочей зоны концентрации паров, газов и других веществ (выявленных при оценке параметров рабочей среды ОЗП), способных вызвать взрыв и (или) возгорание, чем нарушил ст. 215 ТК РФ, п. 143, 165 Правил по охране труда при работах в ограниченных и замкнутых пространствах, утвержденных приказом №н от ДД.ММ.ГГГГ Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации, п. 2.2.4.9 должностной инструкции начальника нефтебазы ООО «Лукойл-Югнефтепродукт».
Согласно сведениям из государственного реестра опасных производственных объектов в Северо-Кавказском управлении Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору зарегистрирован опасный производственный объект: «Площадка нефтебазы по хранению перевалке нефтепродуктов «Павловская», рег. № класс опасности по адресу: <адрес>
В соответствии со сведениями, характеризующими опасный производственный объект, сформированными ООО «Лукойл-Югнефтепродукт» в состав вышеуказанного опасного производственного объекта входят: - группа резервуаров и сливоналивных устройств; - площадка насосной станции; - участок транспортирования опасных веществ (железнодорожный); - площадка автоналивной эстакады.
В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.
Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.
При установленных обстоятельствах, несмотря на неиспользование по назначению на момент происшествия локально-очистного сооружения (резервуара сбора ливневых стоков и отложений), в который спустился ФИО5, свойства данного объекта позволяют признать его источником повышенной опасности, поскольку содержащаяся в нем горючая эмульсия и пары ее веществ при контакте с электрооборудованием послужили причиной вспышки и воспламенения, в результате которой слесарь ФИО5 получил травмы и погиб до приезда скорой помощи.
Вместе с этим, данное локально-очистное сооружение относится к числу объектов, которые находятся на территории единого опасного производственного объекта - «Площадка нефтебазы по хранению перевалке нефтепродуктов «Павловская».
Таким образом, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ООО «Лукойл-Югнефтепродукт», как владельца источника повышенной опасности, гражданско-правовой ответственности по возмещению причиненного морального вреда ФИО2
В силу положений абзаца четвертого и абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (часть 2 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и девятый части 1 статьи 216 Трудового кодекса Российской Федерации).
Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить безопасные условия труда и возместить работнику причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.
Как ранее установлено, ФИО5 являлся работником ООО «КубаньСтандарт», с которым заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ на неопределенный срок.
По условиям трудового договора работник принят на должность слесаря с ДД.ММ.ГГГГ и обязуется выполнять все работы, обуславливаемые должность, на которую он принимается, а также трудовыми обязанностями и конкретными заданиями (поручениями) устанавливаемыми работодателем и должностной инструкцией в случае ее наличия.
С должностной инструкцией слесаря ФИО5 ознакомлен под роспись в дату заключения трудового договора.
Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ с 06:00 часов ДД.ММ.ГГГГ введен режим чрезвычайной ситуации в результате атаки БПЛА и возгорания резервуаров хранения нефтепродуктов (бензина) № в резервуарном парке Павловской нефтебазы ООО «Лукойл-Югнефтепродукт».
Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ с 09:00 ДД.ММ.ГГГГ режим чрезвычайной ситуации с розливом нефтепродуктов на Павловской нефтебазе ООО «Лукойл-Югнефтепродукт» отменен.
Согласно Приказу Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасного ведения газоопасных, огневых и ремонтных работ», работы по локализации и ликвидации последствий аварий выполняются без наряда-допуска на проведение газоопасных работ до устранения прямой угрозы причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц и окружающей среде и проводятся в соответствии с планом мероприятий по локализации и ликвидации последствий аварий».
Погибший ФИО5 был обучен по оказанию первой помощи пострадавшим, использования СИЗ, программе безопасные методы и приемы выполнения работ, работы на высоте, работа ОЗП, строительные работы, газоопасные работы, работа в электроустановках, работа с инструментом.
Согласно удостоверению от ДД.ММ.ГГГГ № ДД.ММ.ГГГГ.38 ФИО5 присвоена 3 группа по электробезопасности.
Изучая обстоятельства несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, суду не представляется возможным достоверно установить, выполняя служебное поручение либо по собственной инициативе ФИО5 принял участие в выполнении работ по сбору опасных отходов и спустился в резервуар сбора ливневых стоков и отложений, тогда как на данные работы, в день трагедии, заявки от ООО «Лукойл-Югнефтепродукт» в ООО «КубаньСтандарт» не поступали.
При этом, как следует из акта расследования несчастного случая, в день трагедии - ДД.ММ.ГГГГ, слесарь ФИО5 должен был приступить к плановым ремонтным работам по заявкам, поступившим из Павловской нефтебазы в КАСУ Petronics «Автоматизированная система регистрации и мониторинга событий» ДД.ММ.ГГГГ
Согласно пункта 3.3 должностной инструкции руководителя работ ООО «КубаньСтандарт» (начальника участка, мастера участка) руководитель работ обязан осуществлять контроль в сфере охраны труда, промышленной безопасности, электробезопасности, санитарии, за подчиненными работниками на объектах заказчика, еженедельно (с 09-00 до 18-00).
Поскольку ФИО5, состоял в трудовых отношениях с ООО «КубаньСтандарт» и по приказу Общества №-П от ДД.ММ.ГГГГ направлен на Павловскую нефтебазу ООО «Лукойл-Югнефтепродукт» для выполнения ремонтных работ и находился там в день трагедии, исполняя свои служебные обязанности, суд считает ООО «КубаньСтандарт» надлежащим ответчиком.
ООО «КубаньСтандарт» не учитывались приведенные нормы материального права, возлагающие на работодателя, как на субъекта ответственности за вред, причиненный работнику, в связи с несчастным случаем на производстве, в императивном порядке обязанность обеспечить безопасные условия труда на производстве, несоблюдение которой влечет наступление для него негативных последствий в виде возмещения соответствующего вреда.
Учитывая установленные по делу обстоятельства, подтверждающиеся результатами действующего акта расследования несчастного случая и иными представленными в материалы дела доказательствами, следует придти к выводу, что производственная травма в рассматриваемом случае со смертельным исходом ФИО5, произошла по причине взаимодействия потерпевшего с источником повышенной опасности, принадлежащим ООО «Лукойл-Югнефтепродукт», а также не обеспечения должного контроля со стороны ООО «КубаньСтандарт» за выполнением работ повышенной опасности в нарушение должностной инструкции руководителя работ.
Таким образом, разрешая заявленные истцом требования, суд считает, что ответчики обязаны компенсировать ФИО2 моральный вред по разным правовым основаниям: ООО «КубаньСтандарт» как работодатель, не обеспечивший работнику безопасных условий труда, а ООО «Лукойл-Югнефтепродукт» как владелец источника повышенной опасности - опасного производственного объекта.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда») разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Суд находит обоснованными требования истца о необходимости взыскания в пользу ФИО2 компенсации морального вреда, причиненного ответчиками, учитывая, что гибель сына ФИО5 в любом случае для ФИО2 является необратимым обстоятельством, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.
Определяя размер компенсации такого вреда, суд соглашается с заявленной прокурором денежной суммой, учитывая характер физических и нравственных страданий ФИО2, требования разумности и справедливости.
Также учитывает, что несмотря на длительность рассмотрения дела и личного участия ФИО2 в нескольких судебных заседаниях наряду с прокурором, представители ответчиков, возражая против требований и уклоняясь от предоставления доказательств, так и не принесли ей извинений как матери работника, добросовестный труд и исполнительность которого в режиме чрезвычайной ситуации по локализации и ликвидации последствий атаки нефтебазы БПЛА способствовали минимизации потерь и устранению угрозы безопасности для всех сотрудников нефтебазы.
В силу абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.
Учитывая данные обстоятельства, исковые требования прокурора в интересах ФИО2 к ответчикам ООО «Лукойл-Югнефтепродукт», ООО «КубаньСтандарт» о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.
Руководствуясь статьями 45, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования прокурора Павловского района Краснодарского края в интересах ФИО1 к ООО «Лукойл-Югнефтепродукт», ООО «КубаньСтандарт», ООО «Агентство «Ртутная Безопасность» о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить.
Взыскать с ООО «Лукойл-Югнефтепродукт» № ООО «КубаньСтандарт» № солидарно в пользу ФИО2 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 1500000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Павловский районный суд Краснодарского края.
Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ
Судья: Богданов Л.Ю.