Дело № 10-4031/2023 судья Шмелева А.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Челябинск 4 августа 2023 года

Челябинский областной суд в составе председательствующего судьи Рожнова А.П.,

судей Сырещикова Е.В. и Зуболомова А.М.,

при ведении протокола помощником судьи Абрамовой Е.С.,

с участием:

прокурора Марининой В.К.,

адвоката Морозова И.А.,

осужденного ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Морозова И.А. на приговор Советского районного суда г. Челябинска от 23 августа 2022 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый,

осужден по п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных полномочий на срок 2 года.

На основании ч. 8 ст. 302 УПК РФ ФИО1 освобожден от назначенного наказания, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Удовлетворен гражданский иск, постановлено взыскать с ФИО1 в пользу <данные изъяты> в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, 4 835 332 рубля.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств и имущества, на которое был наложен арест.

Заслушав доклад судьи Рожнова А.П., выступления осужденного ФИО1 и адвоката Морозова И.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Марининой В.К., предложившей оставить приговор без изменения, суд апелляционной инстанции,

установил:

ФИО1 признан виновным в том, что являясь <данные изъяты> (далее по тексту <данные изъяты> расположенного на территории Советского района г.Челябинска, превысил свои должностные полномочия <данные изъяты> в результате чего участок лесного фонда площадью 3 га, расположенный вблизи <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты> а также участок лесного фонда площадью 35,4 га, расположенный <данные изъяты> были исключены из состава земель лесного фонда и федеральной собственности, что повлекло существенное нарушение интересов общества и государства, а также причинило тяжкие последствия, в том числе в виде имущественного ущерба на сумму 4 835 332 рубля.

В апелляционной жалобе адвокат Морозов И.А. просит приговор отменить и оправдать ФИО1, ссылаясь на следующие обстоятельства.

Вопреки предъявленному обвинению и приговору действия ФИО1 полностью соответствовали его полномочиям, предусмотренным Положением о федеральном агентстве по управлению государственным имуществом. <данные изъяты> он не только не превышал своих должностных полномочий, но и на основании представленных <данные изъяты> (далее по тексту <данные изъяты>) документам был обязан <данные изъяты>, при этом ФИО1 <данные изъяты> не переводил земли из одной категории в другую, а лишь, реализуя свои полномочия, согласовал границы лесного участка на основании предоставленной ему документации.

<данные изъяты> появилось на основании первичных документов, предоставленных <данные изъяты> в лице ФИО8, а именно копии плана лесонасаждений, плана лесного участкового лесничества и схемы распределения земель лесного фонда, при этом в представленном плане уже была указана площадь лесных насаждений - 124722103 кв.м., которая якобы является заниженной на 38,4 га, при этом сам ФИО8 безосновательно утверждает, что прилагаемые к письму документы сфальсифицированы. Необходимо отметить, что <данные изъяты> является балансодержателем земель лесного фонда на территории Челябинской области, которое собирает всю необходимую документацию, уточняет земли лесного фонта (координирует, межует), а <данные изъяты> обязано согласовать местоположение границ по представленным <данные изъяты> материалам, как это предусмотрено п. 4.1.17 Положения о ТУ, утвержденном Приказом Минэкономразвития от 1 ноября 2008 года №374.

В материалах уголовного дела имеется заключение №789 от 16 ноября 2007 года, подписанное директором <данные изъяты> согласно которому им рассмотрен акт согласования границ <данные изъяты> и что последнее находится на землях сельскохозяйственного назначения, однако ФИО9 «открещивается» от авторства данного заключения, ссылаясь на исполнителя ФИО10, которая не была допрошена. В письме от 6 июля 2009 года начальник <данные изъяты> также утверждает, что земли <данные изъяты> не входят в состав земель лесного фонда, а исполнитель данного письма ФИО12 указывает, что оно касалось какого-то частного случая. Вместе с тем ФИО12 в это же время получает земельный участок в указанном СНТ за землях, которые фигурирую в деле как земли лесного фонда, также получают участки на спорных землях ФИО13 <данные изъяты> ФИО14 <данные изъяты> которые с их слов знали, что на внутренней территории СНТ находятся земли лесного фонда. Кроме того, спорные земли внутри СНТ распределялись его руководителями по согласованию <данные изъяты> при попустительстве или по согласованию с сотрудниками <данные изъяты> задолго до издания ФИО1 распоряжения. Указанное свидетельствует о заинтересованности именно сотрудников <данные изъяты> в том, чтобы была изменена категория земель, поскольку после этого с них будет снята ответственность по контролю за данными участками.

Мотивом совершения преступления указана личная заинтересованность ФИО1, связанная, применительно к землям внутри <данные изъяты> со стремлением исполнить просьбу друга ФИО15 оказать содействие члену правления СНТ ФИО16, а относительно земли, примыкающей к <данные изъяты> - со стремлением обеспечить единообразный подход при рассмотрении обращений, схожих с обращением <данные изъяты> и придать тем самым своим действиям характер законных. Вместе с тем ФИО15 опроверг утверждение о наличии у него дружеских отношений с ФИО1, ФИО16 отрицает знакомство с ФИО1 и факт обращения к ФИО15, а ФИО17, как автор обращения от имени <данные изъяты> с ФИО1 также не знаком.

Вопреки выводам суда в результате издания спорного распоряжения государство не утратило право собственности на земли лесного фонда, приказами <данные изъяты> от 12 сентября 2019 года и 31 декабря 2019 года спорные земли были восстановлены в материалах лесоустройства. Из ответа <данные изъяты> в отношении тех участков, которые якобы потеряла РФ, следует, что сведения о категории этих земель не изменились, они продолжают иметь категорию земель лесного фонда.

Причинение материального ущерба в размере 4 835 332 рубля не доказано, поскольку по делу была назначена оценочная экспертиза, на разрешение поставлен вопрос о рыночной стоимости тех земельных участков, которые якобы исключены из состава лесного фонда, однако такой вопрос не основан на законе, так как объективного ответа на него дать невозможно в связи с тем, что земли лесного фонда не находятся в рыночном обороте. Является абсурдным вывод о существенном нарушении интересов общества, выразившееся в нарушении конституционного права на использование земли, поскольку пользователи земли были определены до <данные изъяты> ФИО1

Все доводы стороны защиты судом полностью проигнорированы, по сути приговор скопирован с обвинительного заключения. При разрешении исковых требований суд незаконно и необоснованно отверг просьбу стороны защиты о применении правил истечения срока исковой давности с учетом положений ст. 196 ГК РФ, поскольку с момента <данные изъяты> прошло около 13 лет. В 2010 году после увольнения ФИО1 <данные изъяты> обращалось в <данные изъяты> с заявлением о внесении поправок в <данные изъяты>, прилагая соответствующие документы. Новый руководитель <данные изъяты> внесла изменения в спорное <данные изъяты> своим <данные изъяты>

При таких обстоятельствах в действиях ФИО1 отсутствует состав какого-либо преступления, в связи с чем он должен быть оправдан.

В возражении на апелляционную жалобу адвоката государственный обвинитель Ломакина М.С., просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражение на нее, суд апелляционной инстанции находит к следующим выводам.

Как установлено судом и не оспаривается сторонами, ФИО1 в период с 19 января 2004 года по 1 ноября 2010 года занимая должность <данные изъяты>, и в период с 23 ноября 2009 года по 26 ноября 2009 года исполняя обязанности <данные изъяты>, являлся должностным лицом.

<данные изъяты>

Из государственного акта <данные изъяты>» с находящимся в нем (государственном акте) чертежом границ земель, и материалов лесоустройства 1998 года, действовавшими по состоянию на 2009 год, следует, что участок лесного фонда площадью 3 га по адресу: <адрес>, <данные изъяты> и участок лесного фонда площадью 35,4 га по адресу: <данные изъяты> являлись землями лесного фонда и в соответствии со ст. 17 ЗК РФ, ст. 3 ФЗ «О введении в действие ЛК РФ», ст. 8 ЛК РФ находились в федеральной собственности.

В соответствии со свидетельствами о государственной регистрации права собственности <данные изъяты> в отношении указанных участков лесного фонда зарегистрировано право собственности Российской Федерации на основании ч. 1 ст. 8 ЛК РФ как на земли лесного фонда, о чем в <данные изъяты>

9 сентября 2009 года в <данные изъяты> поступило письмо председателя <данные изъяты> от 2 сентября 2009 года №47, с просьбой сообщить, находятся ли в границах <данные изъяты> земли лесного фонда, после чего ФИО1 дал указание <данные изъяты> организовать рассмотрение заявления председателя <данные изъяты> на совещании с участием заявителя, сотрудников администрации <данные изъяты>. ФИО21 в указанный период организовала в помещении <данные изъяты> два совещания под председательством ФИО1 с участием председателя <данные изъяты>

Также в <данные изъяты> 11 ноября 2009 года поступило письмо председателя <данные изъяты> с просьбой исключить из площади <данные изъяты> участок леса, на который зарегистрировано право собственности РФ, а именно на участок лесного фонда площадью 3 га по адресу: <данные изъяты>

В период с 9 сентября 2009 года по 23 ноября 2009 года ФИО1 направил в адрес <данные изъяты> не менее двух запросов о предоставлении сведений о наличии земель лесного фонда в районах расположения <данные изъяты> На указанные запросы <данные изъяты> направил письмо от 16 ноября 2009 года №5025, к которому приложил копию из плана <данные изъяты> план лесного участка, а также карту-схему расположения и границы лесного участка.

23 ноября 2009 года ФИО1 в помещении <данные изъяты> издал <данные изъяты> от <данные изъяты> в соответствии с которым в границах земель <данные изъяты> был сформирован лесной участок, не включающий в себя <данные изъяты>

На основании указанного <данные изъяты> поданного 26 ноября 2009 года в <данные изъяты>, 21 января 2010 года была произведена государственная регистрация права собственности РФ в отношении лесного участка, <данные изъяты>

В ходе предварительного расследования и в суде ФИО1 вину не признал, дал показания, суть которых, с учетом доводов стороны защиты, сводится к тому, что <данные изъяты> он, действуя в пределах своих полномочий, согласовал границы лесного участка на основании документов, предоставленных <данные изъяты>, при этом у него не было никакого преступного мотива, он не изменял категорию земель, его действия не повлеки исключение земельных участков из лесного фонда, не причинили какого-либо вреда, спорные земельные участки были распределены между пользователями до издания распоряжения, в связи с чем он должен быть оправдан.

Показания ФИО1 были оценены судом по правилам ст. 88 УПК РФ в совокупности с иными доказательствами и обоснованно признаны недостоверными в части, в которой они противоречат фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства.

Так, утверждение стороны защиты о том, что ФИО1, действуя в пределах своих полномочий, в том числе предусмотренных п. 4.1.17 Положения, утвержденного Приказом Минэкономразвития от 1 ноября 2008 года №374, <данные изъяты> опровергается следующим.

<данные изъяты>

Вместе с тем <данные изъяты> ФИО1 <данные изъяты> к указанному виду решений не относится, поскольку не содержит сведений о согласовании границ земельных участков между заинтересованными лицами, указанными в распоряжении (<данные изъяты> в нем лишь указано о формировании из лесных участков площадью 125103853 кв.м лесного участка меньшей площади <данные изъяты>

<данные изъяты>

Из показаний свидетеля ФИО8, работавшего в 2009 году <данные изъяты>, следует, что он подписывал письмо от 16 ноября 2009 года №5025 о предоставлении материалов <данные изъяты>, на которое имеется ссылка в распоряжении ФИО1, однако из приложенных к данному письму документов не могло следовать о необходимости уменьшения площади земель лесного фонда <данные изъяты> <данные изъяты>

Оснований не доверять показаниям ФИО8, из которых фактически следует, что имеющаяся в <данные изъяты> копия плана лесного участка была сфальсифицирована, не имеется, так как свидетели ФИО21 и ФИО22 показали, что в ходе совещаний ФИО8 сообщал о том, что внутри <данные изъяты> расположен лесной участок, и соответственно, он не мог предоставить документы, свидетельствующие об обратном.

Утверждение стороны защиты о том, что у ФИО1 не было мотива для совершения преступления, опровергаются исследованными материалами дела.

Так, из показаний ФИО15 следует, что <данные изъяты> попросила его познакомить с ФИО1, для того, чтобы тот помог исключить участок внутри <данные изъяты> из состава лесного фонда. На эту просьбу он согласился и в разговоре с ФИО1 сообщил, что ФИО16, <данные изъяты> внутри территории которого есть участок лесного фонда, находящийся в государственной собственности, ищет пути исключения этого участка из лесного фонда для последующего межевания и продажи, в связи с чем просит о встрече с ФИО1 Последний ответил, что готов встретиться с ФИО16, поэтому он организовал их встречу. В последующем со слов ФИО16 ему стало известно о том, что ФИО1 согласился ей помочь.

Оснований не доверять показаниям ФИО15 не имеется, поскольку, хотя ФИО16 и не подтвердила факт общения с ФИО1 по поводу указанного земельного участка, однако фактические обстоятельства, <данные изъяты>, в результате которого лесной участок, расположенный внутри <данные изъяты> не вошел во вновь образованный земельный участок земель лесного фонда, свидетельствую о том, что такое общение имело место.

То обстоятельство, что ФИО15 не подтвердил дружеские отношения с ФИО1, фактическое наличие таковых по состоянию на 2009 год не опровергает, поскольку из неоспоренных стороной защиты показаний того же ФИО15 следует, что он занимался продажей земельного участка ФИО1, расположенного на территории <данные изъяты> при этом данный участок был оформлен в собственность последнего незадолго <данные изъяты>.

Ссылка стороны защиты на то, что ФИО1 не был знаком с председателем <данные изъяты> не свидетельствует об отсутствии у ФИО1 мотива для совершения преступления, поскольку из взаимосвязанных показаний ФИО17, ФИО24, следует, что:

рассмотренное ФИО1 письмо в адрес <данные изъяты>, касающееся участка леса, граничащего <данные изъяты> было предоставлено ФИО17 в готовом виде ФИО23, который, в свою очередь, ранее работал <данные изъяты>, а в 2009 году – <данные изъяты>

в это же время ФИО1, помимо работы в <данные изъяты>, по совместительству работал <данные изъяты> и последний в итоге получил в собственность земельный участок, граничащий <данные изъяты> который ранее, <данные изъяты> входил в состав земель лесного фонда.

Отсутствие в изданном ФИО1 распоряжении сведений о переводе земель лесного фонда в иную категорию, не свидетельствует об отсутствии в действиях последнего состава преступления, поскольку достижение данной цели было реализовано путем <данные изъяты>, в площадь которого не вошли земли лесного фонда, по поводу которых имели место обращения со стороны <данные изъяты>

Утверждение стороны защиты о том, что действия ФИО1 не повлекли исключение спорных участков из состава земель лесного фонда РФ, опровергается тем, что после регистрации 21 января 2010 года права собственности РФ на новый земельный участок меньшей площади <данные изъяты>, ранее зарегистрированное право собственности РФ на земельные участки, <данные изъяты> юридически перестало существовать, и представленные стороной защиты в суд первой инстанции ответы на запросы адвоката данный факт не опровергают.

Постановка в 2019 году <данные изъяты> перечисленных спорных участков общей площадью 38,4 га на учет в качестве земель лесного фонда (т. 11 л.д. 221-222), на что ссылается сторона защиты, носит формальных характер, поскольку по состоянию на 2019 год данные земли уже были поделены между пользователями и оформлены в собственность различных лиц, что подтверждается имеющимися в уголовном деле документами, в том числе истребованными судом апелляционной инстанции (т. 4 л.д. 174-181, 185-191, т. 14-21).

Представленные стороной защиты в суд первой инстанции документы, подтверждающие наличие в собственности РФ земель лесного фонда, часть которых сдается в аренду, к настоящему делу отношения не имеют, поскольку в них фигурируют земельные участки, выбытие которых из собственности РФ ФИО1 не инкриминировалось (т. 12 л.д. 1-85). Об этом в частности свидетельствуют запрошенные судом апелляционной инстанции сведения о земельных участках <данные изъяты> (т. 13 л.д. 61-64), на которые ФИО1 ссылался в тексте своего выступления, приобщенного к материалам дела (т. 11 л.д. 51), а также ответ <данные изъяты> на запрос суда апелляционной инстанции, согласно которому в период с 23 ноября 2009 года по 10 июня 2023 года <данные изъяты> не заключались договоры аренды земельных участков, расположенных <данные изъяты> (т. 13 л.д. 71).

Имеющиеся в материалах уголовного дела заключение №789 от 16 ноября 2007 года и письмо от 6 июля 2009 года, на которые ссылается сторона защиты, не могут являться основанием для оправдания ФИО1, поскольку на спорные земельные участки общей площадью 38,4 га, входившие в состав других земельных участков, было зарегистрировано право собственности РФ и выданы свидетельства <данные изъяты>

В силу положений ст. 252 УПК РФ суд не вправе оценивать правомерность действий иных, помимо ФИО1, лиц, имеющих отношение к спорным земельным участкам и <данные изъяты>, поскольку они не были привлечены по уголовному делу в качестве обвиняемых, а также оценивать обоснованность внесения в октябре 2010 года изменений <данные изъяты>

Описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям, установленным ст. 307 УК РФ. Показания допрошенных по уголовному делу лиц приведены достаточно полно, раскрыто основное содержание других доказательств, что опровергает довод о переносе текста обвинительного заключения в приговор без учета результатов проведенного судебного разбирательства.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции считает недоказанным, что действиями ФИО1 был причинен крупный имущественный вред в размере 4 835 332 рублей, что содеянное им нарушило конституционное право каждого на использование земли и других природных ресурсов как основы жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории, и повлекло последствия в виде остановки освоения лесов на большой площади, которое осуществляется в целях обеспечения их многоцелевого, рационального, непрерывного, неистощительного использования, а также развития лесной промышленности, поскольку судом апелляционной инстанции были запрошены сведения, касающиеся спорных земельных участков площадью 35,4 га и 3 га, уже поделенных на наделы (т. 4 л.д. 174-181, 185-191), и из полученных ответов следует, что часть данных наделов была передана во владение различных лиц <данные изъяты> (т. 14-21), в связи с чем нет оснований утверждать, что нарушение прав граждан на пользование лесами и наступление последствий в виде остановки их освоения на всей указанной площади явилось следствием действий ФИО1, и что был причинен крупный имущественный вред, рассчитанный экспертом исходя из всей площади участков (35,4 га и 3 га), что исключает возможность квалификации содеянного по п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

С учетом изложенного приговор подлежит изменению на основании п. 1 ст. 389.15 УК РФ путем переквалификации действий ФИО1 с п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от 9 ноября 2009 года №58-ФЗ) на ч. 1 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 года №420-ФЗ), поскольку ФИО1 являясь <данные изъяты> совершил действия, изложенные в описании преступления, в том числе явно выходящие за пределы его полномочий в силу их отнесения к полномочиям <данные изъяты>, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества (дискредитация и подрыв авторитета <данные изъяты>, созданного для осуществления функции по управлению федеральным имуществом, а также в формирование негативного мнения в обществе о возможности безнаказанного совершения незаконных действий и превышения должностных полномочий лицами, занимающими <данные изъяты> и государства (исключение из состава земель лесного фонда двух лесных участков общей площадью 38,4 га, грубое нарушение установленного федеральным законодательством порядка управления и распоряжения земельными участками, находящимися в собственности РФ), при этом между умышленными действиями ФИО1 <данные изъяты> <данные изъяты> и наступившими последствиями имеется прямая причинно-следственная связь, так как в числе прочего это повлекло юридически оформленное выбытие земельных участков из состава земель лесного фонда и собственности РФ в силу получения свидетельства о праве собственности РФ на земельный участок меньшей площади, <данные изъяты>

Внесенное изменение является основанием для назначения ФИО1 наказания, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от 9 ноября 2009 года №58-ФЗ), при этом суд апелляционной инстанции руководствуется требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, принимает во внимание все иные обстоятельства по делу, указанные в приговоре.

Поскольку установленный законом шестилетний срок давности привлечения к уголовной ответственности за преступление средней тяжести истек, ФИО1 полежит освобождению от наказания на основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24, ч. 8 ст. 302 УПК РФ.

С учетом внесенных судом апелляционной инстанции изменений приговор в части удовлетворения исковых требований <данные изъяты> о взыскании с ФИО1 4 835 332 рублей в счет возмещения причиненного преступлением материального ущерба подлежит отмене с отказом <данные изъяты> в удовлетворении предъявленного к ФИО1 гражданского иска.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

приговор Советского районного суда г.Челябинска от 23 августа 2022 года в отношении ФИО1 изменить:

переквалифицировать действия ФИО1 с п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от 9 ноября 2009 года №58-ФЗ) на ч. 1 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 года №420-ФЗ), по которой назначить наказание в виде штрафа в размере 50 000 рублей;

на основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24, ч. 8 ст. 302 УПК РФ освободить ФИО1 от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Этот же приговор в части удовлетворения исковых требований <данные изъяты> о взыскании с ФИО1 4 835 332 рублей в счет возмещения причиненного преступлением материального ущерба отменить и отказать <данные изъяты> в удовлетворении предъявленного к ФИО1 гражданского иска.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Морозова И.А.– без удовлетворения.

Решение суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: