РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 марта 2023 года город Москва

Кузьминский районный суд г. Москвы в составе судьи Прониной И.А., при секретаре Ахрамеевой А.Е., с участием помощника Кузьминского межрайонного прокурора г. Москвы Изатуллаевой К.Т., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-26/23 по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении вреда, причиненного здоровью несовершеннолетнего,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о возмещении вреда, причиненного здоровью несовершеннолетнего ребенка.

Свои требования истец мотивировала тем, что 10.08.2018г. в 20.00 час. на детской площадке по адресу: ***, вблизи ДЦ №3, ФИО2, управляя электрическим самокатом, совершил наезд на малолетнего ***, *** г.р. (сына истца), в результате которого ребенок получил телесные повреждения в виде ушибов мягких тканей головы, верхних конечностей и передней брюшной стенки. ФИО1 с сыном обратилась в травмпункт, откуда ребенка доставили в ДГКБ Св. Владимира. Для восстановления здоровья *** были назначены лекарственные препараты и рекомендовано ограничение посещения детского сада в течение одного месяца.

В тот же день, 10.08.2018г., истец обратилась в ОМВД России по району Выхино-Жулебино г. Москвы с сообщением о преступлении по факту причинения телесных повреждений. По результатам проведенной проверки 18.08.2018г. было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в совершении преступления.

В связи с физической болью, длительностью восстановительного периода и последующими расстройствами здоровья *** был причинен и моральный вред.

ФИО1 просила суд взыскать с ФИО2 в счет компенсации морального вреда 600 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб., а также расходы по оплате юридических услуг в сумме 35 000 руб.

Истец в судебном заседании доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержала; просила суд заявленные требования удовлетворить в полном объеме, полагая заключение судебно-медицинской экспертизы необъективным, поскольку экспертами не были учтены все медицинские обследования.

Ответчик в судебное заседание явился, иск не признал и просил суд в его удовлетворении отказать по доводам представленных возражений, ссылаясь на то, что его вина в произошедшем не установлена. Отсутствует причинно-следственная связь между его действиями и причинением морального вреда. В момент наступления события истец отказалась от предложенной ответчиком помощи, в том числе совместно обратиться в травмпункт и возместить затраты на обращение к врачу. Невозможно оценить разумный и справедливый подход при расчете размера компенсации морального вреда без предоставления документов, подтверждающих затраты на лечение. Поскольку требования о возмещение вреда истцом не предъявлялись, то и требования о компенсации морального вреда, которые, как правило, являются сопутствующими какому-либо иному требованию о возмещении вреда, предъявлять не правомерно.

Заслушав объяснения сторон, заслушав заключение прокурора, проверив и изучив материалы дела, оценив представленные доказательства с учетом требований ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии с ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 52 Конституции Российской Федерации государство обеспечивает доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (ч. 1 ст. 20), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (ч. 1 ст. 41), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

В ходе судебного разбирательства и исследования представленных доказательств установлено, что ФИО1 является матерью малолетнего ***, *** г.р.

10.08.2018г. в отдел МВД России по району Выхино-Жулебино г. Москвы поступил материал проверки по факту получения телесных повреждений *** по адресу: ***. По данному факту в соответствии со ст. 144 УПК РФ была проведена проверка.

В ходе проведения проверки был опрошен ФИО2, который пояснил, что 10.08.2018г. около 20.00 час. он со своим несовершеннолетним сыном *** находился на детской площадке по адресу: ***, где его сын ***играл с другими детьми. Когда ФИО2 собирался уходить домой, он поставил своего сына на электросамокат и сам также встал на него. После этого они выехали с детской площадки, как неожиданно им навстречу выбежал мальчик около 5 лет, в результате чего произошло столкновение. После столкновения мальчик упал на покрытие детской площадки и ударился головой. В этот момент к ребенку подбежала его мать и ФИО2 предложил свою помощь – отвезти мальчика в травмпункт или больницу, но на это предложение последовал отказ матери. Свой отказ мать ребенка мотивировала тем, что самостоятельно отвезет сына в больницу. При этом ФИО2 оставил свой номер телефона для связи и сообщил, что готов возместить ущерб за полученные ребенком травмы.

В ходе проведения проверки была опрошена ФИО1, которая пояснила, что 10.08.2018г. в 20.00 час. она со своим несовершеннолетним сыном *** и еще двумя несовершеннолетними детьми находилась на детской площадке по адресу: ***, вблизи ДЦ № 3, когда ранее неизвестный ей мужчина на вид около 45 лет ехал на электрическом самокате со своим ребенком по территории детской площадки и переехал её сына ***, ***, при этом причинил телесные повреждения в виде ***, ***. По данному факту ФИО1 обратилась в травмпункт, откуда её сына доставили в ДГКБ Святого Владимира. Врач-невролог назначил *** курс препаратов на сумму 1 700 руб. и рекомендовал в течение месяца не посещать детский сад. Мужчина предлагал купить медицинские препараты ребенку, но ФИО1 отказалась, пояснив, что у неё имеются назначенные врачом препараты.

Не установив объективных данных о наличии в действиях ФИО2 состава преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ, УУП ОМВД России по району Выхино-Жулебино г. Москвы 18.08.2018г. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2

Согласно заключению экспертов Бюро судмедэкспертизы № 2223001427 от 01.03.2023г. на основании данных материалов гражданского дела и медицинских документов на имя ***, *** г.р., с учётом результатов осмотра, дополнительного исследования и в соответствие с поставленными вопросами комиссия экспертов пришла к следующим выводам.

Анализом представленных материалов установлено, 10.08.2018 *** была получена *** (***- прим. ком. экспертов) ***, что подтверждается данными объективных осмотров.

Данные повреждения образовались от ****. ***, не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, в соответствии с пунктом 9 приложения к приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194н от 24 апреля 2008 г расцениваются как не причинившие вред здоровью.

Относительно рассматриваемого события, в медицинской документации также описываются «***», однако в виду скудного описания данных повреждений, их дальнейшая судебно-медицинская оценка не представляется возможной.

Диагноз ***, ***, не сопровождался соответствующим *** и не нашёл своего объективного подтверждения (обоснования) соответствующей клинической и офтальмологической картиной по результатам обращения за медицинской помощью.

*** (***) *** результатами лучевых исследований подтвержден не был.

Предъявляемые на момент осмотра (07.02.2023) жалобы на ***объективно не могут быть связаны с травмой полученной *** 10.08.2018 и более характерны для **** (****).

Встречающиеся с 2020 года в структуре диагнозов «***» (***) и «***» являются *** и далеко не всегда обусловлены травмами ***, которые, согласно истории развития ребенка (медицинская карта №7700007067246134) имели место у ***, как до, так и после события 10.08.2018 года:

- 26.03.2015 невролог: «***»;

- 15.07.2016 нейрохирург: «***…»;

26.12.2018 на детской площадке в «Меге» упал на спину на резиновое покрытие, ударился ***, 27.12.2018 обращались в травмпункт, диагноз: ***.

Суд принимает указанное экспертное заключение и кладет его в основу принимаемого по делу решения, поскольку оно подготовлено специалистами, сомневаться в компетентности которых у суда оснований не имеется.

Оценивая представленное заключение, анализируя соблюдение порядка проведения экспертизы, определяя полноту заключения, обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что оно отвечает требованиям относимости и допустимости, а также требованиям Федерального закона от 31.05.2001г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Составившие заключение эксперты имеют соответствующее образование и подготовку, многолетний стаж работы по своим специальностям, являются независимыми и ни в каких отношениях со сторонами в споре не состоят, предупреждались судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы; в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из представленных в их распоряжение материалов, основываются на исходных объективных данных. Данные обстоятельства не вызывают сомнений в обоснованности и правильности данного экспертами заключения.

По содержанию экспертное заключение отвечает требованиям ч. 2 ст. 86 ГПК РФ не допускает неоднозначного толкования, является достоверным и допустимым доказательством.

Каких-либо объективных доказательств, позволивших бы усомниться в результатах судебной экспертизы, сторонами не представлено.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070,1073, 1074,1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу требований вышеназванных положений закона, по общему правилу, необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда и его вина. Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом, на истца возложено бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на ответчике.

В силу положений ст. 1087 ГК РФ в случае увечья или иного повреждения здоровья несовершеннолетнего, не достигшего четырнадцати лет (малолетнего) и не имеющего заработка (дохода), лицо, ответственное за причиненный вред, обязано возместить расходы, вызванные повреждением здоровья.

Согласно ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага (жизнь, здоровье), суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий, размер компенсации не зависит от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (ст. ст. 12, 151 ГК РФ). Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст. ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Верховный Суд Российской Федерации в своем решении от 30.03.2022г. №АКПИ22-66 «Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующими абзацев восемнадцатого, сорокового и пятьдесят восьмого пункта 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утв. Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 №1090» указал, что формирование и проведение на территории Российской Федерации единой государственной политики в области обеспечения безопасности дорожного движения, установление правовых основ обеспечения безопасности дорожного движения и единой системы технических регламентов, правил, документов по стандартизации, принимаемых в соответствии с законодательством Российской Федерации о стандартизации, технических норм и других нормативных документов по вопросам обеспечения безопасности дорожного движения, согласно статье 6 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», находятся в ведении Российской Федерации.

Единый порядок дорожного движения на территории Российской Федерации, в соответствии с частью 2 статьи 9 Федерального закона от 29.12.2017г. № 443-ФЗ «Об организации дорожного движения в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» устанавливается правилами дорожного движения, утверждаемыми Правительством Российской Федерации. Следовательно, Правила, утвержденные постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993г. № 1090, изданы в пределах полномочий Правительства Российской Федерации.

Пункт 1.2 Правил определяет основные понятия и термины, которые используются в данном нормативном правовом акте. Абзац 18 пункта 1.2 Правил корреспондирует пункту «о» статьи 1 Конвенции о дорожном движении (заключена в г. Вене 8.11.1968г.), согласно которому термин «механическое транспортное средство» означает любое самоходное дорожное транспортное средство, за исключением велосипедов с подвесным двигателем, на территории Договаривающихся Сторон, которые не приравнивают их к мотоциклам, и за исключением рельсовых транспортных средств. Приведенное в абзаце 40 пункта 1.2 Правил понятие пешехода и приравненных к пешеходу лиц соответствует законодательству о безопасности дорожного движения, об организации дорожного движения.

Определяя правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения на территории Российской Федерации, Федеральный закон «О безопасности дорожного движения» относит к участнику дорожного движения лицо, принимающее непосредственное участие в процессе дорожного движения в качестве водителя транспортного средства, пешехода, пассажира транспортного средства (абз. 6 ст. 2).

Конвенция о дорожном движении рассматривает пешеходов как наиболее уязвимых участников дорожного движения, к которым водители должны проявлять повышенную осторожность (п. 3 ст. 7).

Абзац 40 пункта 1.2 Правил соответствует таким основным принципам организации дорожного движения в Российской Федерации, предусмотренным ст. 2 Федерального закона «Об организации дорожного движения в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», как соблюдение интересов граждан, общества и государства при осуществлении организации дорожного движения, создание условий для движения пешеходов и велосипедистов.

Нормативного правового акта, имеющего большую юридическую силу, который бы по-иному определял понятия «механическое транспортное средство», «пешеход», не имеется.

Понятие транспортного средства, приведенное в абзаце 50 пункта 1.2 Правил, соответствует абзацу 9 статьи 2 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», определяющему транспортное средство как устройство, предназначенного для перевозки по дорогам людей, грузов или оборудования, установленного на нем.

Термин «транспортное средство» употребляется также в иных законодательных актах, отражающих технические характеристики, присущие транспортным средствам. Так, определяя правовую и организационные основы, цели государственной регистрации транспортных средств, Федеральный закон от 3.08.2018г. № 283-ФЗ «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в статье 4 определяет транспортное средство как наземное самоходное устройство категорий "L", "M", "N" на колесном ходу с мощностью двигателя (двигателей) более 4 киловатт или с максимальной конструктивной скоростью более 50 километров в час, предназначенное для перевозки людей, грузов или оборудования, установленного на нем, а также прицеп (полуприцеп). Аналогичное определение транспортного средства дано в техническом регламенте Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств», принятом решением Комиссии Таможенного союза от 9.12.2011г. №877.

Согласно примечанию к статье 12.1 КоАП РФ под транспортным средством в данной статье следует понимать автомототранспортное средство с рабочим объемом двигателя внутреннего сгорания более 50 кубических сантиметров или максимальной мощностью электродвигателя более 4 киловатт и максимальной конструктивной скоростью более 50 километров в час, а также прицепы к нему, подлежащие государственной регистрации, а в других статьях главы 12 названного Кодекса также трактора, самоходные дорожно-строительные и иные самоходные машины, транспортные средства, на управление которыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о безопасности дорожного движения предоставляется специальное право.

Доводы о противоречии оспариваемых положений нормативного правового акта статьям 25, 26 Федерального закона «О безопасности дорожного движения» являются несостоятельными, поскольку основаны на ошибочном толковании норм материального права и не могут служить основанием для удовлетворения заявленных требований.

Федеральный закон «О безопасности дорожного движения» в статье 25 предусматривает основные положения, касающиеся допуска к управлению транспортными средствами. Согласно пункту 1 этой статьи в Российской Федерации устанавливаются категории и входящие в них подкатегории транспортных средств, на управление которыми предоставляется специальное право. Статья 26 данного Федерального закона определяет условия получения права на управление транспортными средствами и в пункте 1 предусматривает, что к сдаче экзаменов допускаются лица, достигшие установленного возраста, имеющие медицинское заключение об отсутствии противопоказаний к управлению транспортными средствами, прошедшие соответствующее профессиональное обучение. Данные нормы Федерального закона «О безопасности дорожного движения» не определяют понятия, приведенные в абзацах 18, 40 и 58 пункта 1.2 Правил.

Ни Федеральный закон «О безопасности дорожного движения», ни Федеральный закон «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», ни Уголовный кодекс Российской Федерации, ни Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не содержат исчерпывающего перечня транспортных средств, участвующих в дорожном движении.

В течение последних лет участились случаи использования лицами для передвижения средств индивидуальной мобильности (электросамокаты, моноколеса и тому подобные устройства), технические характеристики которых находятся в пределах пороговых значений для мопеда или мотоцикла. Конструктивные и технические особенности таких средств предопределяют высокую степень опасности причинения вреда жизни и здоровью граждан.

Также имеются технические средства передвижения различных конструктивных особенностей, приводимые в движение мотором небольшой мощности, развивающие малые скорости, имеющие определенные производителем максимальные нагрузки массы тела пользователя, указанные в инструкции по эксплуатации, используемые детьми и взрослыми на улице и дома для бытовых нужд. К таким средствам передвижения могут относиться и электросамокаты, технические характеристики которых не достигают минимальных значений, установленных для мопеда или мотоцикла.

Учитывая изложенное, причинно-следственная связь между причиненным вредом здоровью несовершеннолетнего *** в виде телесных повреждений и действиями ФИО2 в ходе судебного разбирательства нашли свое подтверждение, что также и не отрицалось самим ответчиком, с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

При определении размера компенсации морального вреда суд с одной стороны, должен максимально возместить причиненный моральный вред, с другой не поставить в тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Оценивая степень воздействия обстоятельств произошедшего на моральное и нравственное состояние и здоровье несовершеннолетнего ***, индивидуальные особенности личности потерпевшего (в том числе учитывая его возраст), тяжесть и характер телесных повреждений (физическую боль), психотравмирующий фактор, степень вины причинителя вреда, нравственные страдания, связанных с переживаниями обстоятельств произошедшей ситуации, требований разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать компенсацию морального вреда в сумме 30 000 руб. 00 коп.

По мнению суда, определенный размер компенсации морального вреда является соразмерным причиненному вреду и согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из представленных в материалы дела доказательств усматривается, что истцом были понесены расходы по оплате юридических услуг в сумме 35 000 руб.

Гражданское процессуальное законодательство при решении вопроса о взыскании судебных расходов исходит из того, что критерием присуждения расходов на оплату услуг представителя при вынесении решения является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым – на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Таким образом, руководствуясь ст. 100 ГПК РФ, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 руб., что соответствует характеру разрешенного спора, объему участия представителя истца в судебных заседаниях, значимости и объему получившего защиту нарушенного права, требованиям разумности и справедливости.

Расходы истца по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб. подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в соответствии со ст. 98 ГПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Взыскать с ФИО2 (паспорт ***) в пользу ФИО1 (паспорт ***) компенсацию морального вреда в общей сумме 30.000 руб. 00 коп., госпошлину в сумме 300 руб., расходы по оплате юридической помощи в сумме 20 000 руб..

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение одного месяца через Кузьминский районный суд г. Москвы.

Судья:И.А. Пронина

Мотивированное решение изготовлено 5 апреля 2023 года