УИД 31RS0001-01-2025-001226-05 Дело № 5-48/2025

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

27 октября 2025 года г. Алексеевка

Судья Алексеевского районного суда Белгородской области Торохов Р.П.,

с участием ФИО1, в отношении которого ведется производство по делу,

защитников: адвоката Коробской Г.Л., <данные изъяты> и Христенко К.В., представляющего интересы по доверенности <данные изъяты>,

врио начальника ОГИБДД ОМВД России по Красненскому району ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ, в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <...>, гражданина России, проживающего по адресу: <...>, женатого, со средним специальным образованием, трудоустроенного водителем, непривлекавшего к административной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

Должностным лицом ОГИБДД ОМВД России по <...> ФИО1 обвинен в совершении административного правонарушения, выразившегося в том, что ДД.ММ.ГГГГ на <...> автодороги <...> ФИО1, управляя автобусом <данные изъяты> в нарушение пунктов 1.5, 9.9 и 10.1 Правил дорожного движения вел транспортное средство со скоростью, не обеспечивающей постоянного контроля за движением, нарушил расположение на проезжей части, в результате чего допустил выезд на обочину справа по ходу движения, с последующим съездом в кювет. В результате чего совершил дорожно-транспортное происшествие, в условиях которого его пассажиры Потерпевший №1 и ФИО5 получили телесные повреждения, причинившие им вред здоровью средней тяжести.

В обстоятельствах происшествия ФИО1 не признал вину, сообщил, что действовал в крайней необходимости. Показал, что на обочину выехал, уходя от столкновения с <данные изъяты> выехавшей на встречу, на его полосу, при обгоне грузовика. В той ситуации он не мог ограничиться экстренным торможением для предотвращения возникшей аварийной ситуации, по причине внезапности появления <данные изъяты> выехавшей на него за 25-30 метров. Данное расстояние не позволяло остановить автобус со скорости 80 км/ч. Поэтому уходя от аварии, наряду с торможением, он свернул на правую обочину, откуда автобус снесло в лесопосадку.

Защитники Коробская Г.Л., Христенко К.В. просили признать действия их подзащитного совершенными в условиях реальной угрозы жизни и здоровья своей и пассажиров, т.е. крайней необходимости, избежать которой в условиях дефицита времени и ограниченного пространства иным образом было не возможно.

Представитель ОГИБДД ФИО2 подтвердил суду, что условия возникновения опасности для водителя автобуса нашли подтверждение в период производства по делу. Был установлен водитель автомобиля <данные изъяты> создавший аварийную обстановку и заставивший, съехать с дороги автобус. Однако считает, что поскольку прямого контакта с автомобилем <данные изъяты> не было, то причинно-следственную связь с происшествием, в условиях которого пострадали люди, связывает с нарушением п.п. 1.5. 9.9. 10.1 Правил водителем автобуса.

В порядке ст. 29.7 п.1 пп. 4 КоАП РФ дело рассмотрено в отсутствие потерпевших Потерпевший №1 и ФИО5, не явившихся в суд, но своевременно уведомленных о времени судебного заседания.

Исследовав материалы дела об административном правонарушении, выслушав стороны, прихожу к следующему выводу.

В соответствии с частью 2 статьи 12.24 КоАП РФ нарушение Правил дорожного движения, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, влечет наложение административного штрафа в размере от пятнадцати тысяч до тридцати тысяч рублей или лишение права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

В силу пункта 1.5 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (далее- Правила), участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Пунктом 9.9 Правил запрещается движение транспортных средств по обочинам, равно как водитель должен вести транспортное средство со скоростью, обеспечивающей возможность постоянного контроля за его движением для выполнения требований Правил, а при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. (п. 10.1 Правил).

Лица, нарушившие Правила, несут ответственность в соответствии с действующим законодательством (п. 1.6 Правил дорожного движения).

Как усматривается из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ.

Согласно данному протоколу ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ на <...> ФИО1 обвинен в том, что управляя автобусом <данные изъяты> в нарушение пунктов 1.5, 9.9 и 10.1 Правил дорожного движения вел транспортное средство со скоростью, не обеспечивающей постоянного контроля за движением, нарушил расположение на проезжей части, в результате чего допустил выезд на обочину справа по ходу движения, с последующим съездом в кювет, в результате чего его пассажиры Потерпевший №1 и ФИО5 получили телесные повреждения средней тяжести.

Проанализировав фактические обстоятельства настоящего дела и совокупность собранных по делу доказательств по правилам ст.ст. 26.2. 26.7, 26.8 КоАП, прихожу к выводу об отсутствии вины в действиях ФИО1

Изучением объяснений сторон установлено, что съезду с автодороги ФИО3, предшествовали действия второго водителя автомобиля <данные изъяты> фактически вытолкнувшего автобус на обочину под угрозой лобового столкновения.

При этом ни одним из представленных в деле доказательств не подтверждается выезд автобуса на обочину, затем кювет, обусловленный скоростью, не обеспечивавшей постоянного контроля над автобусом, либо нарушением правил его расположения на проезжей части, применительно к водителю ФИО4.

Правила дорожного движения не возлагают на водителя обязанности избирать скорость, ориентируясь на скорость встречного потока, равно как абсурдно соблюдение безопасной дистанции с ним при движении навстречу друг другу, за исключением правил бокового интервала.

Судить о том, что какое либо из названных требований не соблюдалось водителем ФИО1, нельзя.

Согласно схемы дорожно-транспортного происшествия, зафиксировавшей место аварии, расположенное на <данные изъяты> установлено, что автобус <данные изъяты> под управлением ФИО1, предварительно двигался прямо, в своей полосе движения, в направлении <...>. После происшествия остановился в лесопосадке в овраге, за обочиной по ходу своего движения. Следы его съезда начаты со своей полосы, распространились на обочину, откуда он был стянут в овраг. Иных транспортных средств, следов в схеме не отображено. Проезжая часть на данном участке дороги асфальтирована, ровная, сухая, двусторонняя. Имеет по одной полосе в каждом направлении, шириной по 3.45 метра, разделенные прерывистой линией разметки (л.д. 10).

Из фотосъемки и протокола осмотра места происшествия дополнительно установлено, что обочина, где произошел съезд с дороги, покрыта высокой травой и имеет существенный уклон в сторону оврага с кустарником, куда и съехал автобус (л.д. 6-24).

Таким образом, ширина проезжей части 3,45 м., занятой автобусом, при ширине самого автобуса - 2.84 метра (л.д. 33 и общедоступные тех. данные), препятствовали разъезду в границах этой полосы двух транспортных средств.

Согласно объяснениям ФИО7, водителя <данные изъяты> автомобиля <данные изъяты> установлено, что в это время он ехал навстречу автобусу. Он подтвердил, что в один момент отвлекся на телефон, а когда перевел взгляд на дорогу, то увидел, что движется по встречной полосе дороги в 30 метрах до встречного автобуса. Ничего не предпринимая и продолжая двигаться «лоб в лоб», увидел, как автобус свернул на обочину, по ходу своего движения, чем ушел от лобового столкновения. Не останавливаясь, водитель <данные изъяты> вернулся в свою полосу дороги, и поехал дальше, видя в зеркало заднего вида, как автобус съехал в овраг (л.д. 71).

Данный автомобиль <данные изъяты> был закреплен за ФИО7 на время происшествия согласно договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 94, 95).

Опасность столкновения с <данные изъяты> подтвердили пассажиры маршрутки: ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО13 Каждый из них в объяснениях указал, что съезд автобуса был вызван действиями водителя зеленого автомобиля <данные изъяты> с которым они разъехались в непосредственной близости благодаря съезду на обочину. При этом поясняли, что автомобиль <данные изъяты> выехал перед ними на встречу, на их полосу, когда обгонял грузовик (л.д. 42-47).

Потерпевшие Потерпевший №1 и ФИО5 сидели в маршрутке спиной против хода их движения, поэтому второй автомобиль не видели. Вместе с тем подтверждают, что резкий съезд на обочину был вызван не предвиденными обстоятельствами (л.д. 48, 49).

Таким образом не входя в обсуждение вопроса правомерности действий второго водителя считаю, что условия аварийной дорожной обстановки были созданы явно не водителем ФИО1, и избранной им скоростью. Напротив, оба водителя, семь свидетелей и две потерпевшие подтвердили, что именно ФИО1 спас обе стороны от прямого столкновения транспортных средств.

ФИО1 имеет водительский стаж ДД.ММ.ГГГГ года, является профессиональным водителем, и допущен к перевозке людей на общественном транспорте (л.д. 33, 38-40).

Непосредственно в день рейса проходил медицинский осмотр, не вскрывшего отклонений его здоровья (л.д. 34-35).

После происшествия был трезв, что следует из акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения (л.д. 29-31).

Эксплуатируемый им автобус был исправен, проходил ежегодный технический осмотр, был застрахован, и находился в эксплуатации чуть больше года (л.д. 33, 36-37).

Поэтому представленные в материалах дела документы не позволяют судить о нарушении Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства ФИО1 при перевозке людей.

Согласно положениям ст. 1.5 КоАП РФ, правовых позиций, выраженных в определении Конституционного Суда РФ от 18.01.2011 № 5-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ФИО6 …» и п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 № 5, выезд в нарушение Правил за сторону дороги (в рассматриваемом случае обочину), обусловленный крайней необходимостью, т.е имевший место в целях устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам совершившего его лиц или других лиц, а также охраняемым законом интересах общества или государства, - при том что данная опасность не могла быть устранена иными средствами и причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред, - в соответствии со ст. 2.7 КоАП РФ такое отступление от Правил не является административным правонарушением и не влечет за собой административной ответственности лица, управлявшего транспортным средством.

Не оспаривая существующий запрет движения транспортных средств по обочинам, нельзя не отметить, что расчет тормозного пути со скорости 80 км/ч, даже для легкового автомобиля в идеальных условиях составляет более 30 метров, которых по показаниям обоих водителей просто не было. Учитывая, что в рассматриваемом случае был автобус с людьми, а второй автомобиль, даже не снизил скорость, то авария была неизбежна. Следовательно, в условиях дефицита времени и ограниченного пространства у водителя ФИО1 отсутствовала иная объективная возможность избежать столкновения, как съехать на обочину, что он и сделал.

Не вызывает сомнений и то, что в условиях лобового столкновения транспортных средств, как правило последствия куда более катастрофичнее, в первую очередь для жизни и здоровья людей, учитывая пребывание в автобусе девяти пассажиров.

При характере телесных повреждений пассажиров Потерпевший №1, ФИО5, расцененных заключениями медицинских экспертиз, как вред здоровью средней тяжести (л.д. 79-80, 84-86), нахожу предотвращение ФИО1 более значительного вреда.

При таких обстоятельствах действия водителя автобуса ФИО1 являются совершенными в отсутствие признаков вины, а совершенными в состоянии крайней необходимости.

Иные доказательства, представленные в деле, не опровергаю состояние крайней необходимости.

В соответствии с частями 1, 4 статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

При рассмотрении дел об административных правонарушениях, а также по жалобам на постановления или решения по делам об административных правонарушениях судья должен исходить из закрепленного в статье 1.5 КоАП РФ принципа административной ответственности - презумпции невиновности лица, в отношении которого осуществляется производство по делу. Реализация этого принципа заключается в том, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, вина в совершении административного правонарушения устанавливается судьями, органами, должностными лицами, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, должны толковаться в пользу этого лица.

В силу этого исследовав в судебном заседании доказательства по правилам ст.ст. 1.5 ч. 4, 26.7, 26.11 КоАП РФ с точки зрения их относимости и допустимости, по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании, и толкуя неустранимые сомнения виновности лица в его пользу, нахожу дело подлежащим прекращению на основании п.п.3 п. 1 ст.24.5 КоАП РФ за действиями лица в состоянии крайней необходимости.

Руководствуясь ст.ст. 29.9 ч. 1 п. 2 и 29.10 КоАП Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Производство по делу по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ, в отношении ФИО1 прекратить на основании п.п. 3 п. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за действиями лица в состоянии крайней необходимости.

Постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по административным делам Белгородского областного суда в течение 10 суток со дня его вручения или получения копии мотивированного постановления, путём подачи жалобы через Алексеевский районный суд.

Судья Р.П. Торохов