дело № 2-1919/2025

УИД 30RS0001-01-2025-002558-11

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

5 мая 2025г. г. Астрахань

Кировский районный суд г. Астрахани в составе:

председательствующего судьи Айназаровой С.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Бековой З.Б.,

с участием помощника прокурора Кировского района г.Астрахани Болониной К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Кировского районного суда г.Астрахани, расположенном по адресу: <...>, гражданское дело №2-1919/2025 по исковому заявлению ФИО6 к ФИО7, ФИО8 действующей в интересах ФИО9, ФИО9 действующему за себя и несовершеннолетнего ФИО1 о признании утратившим право пользования жилым помещением,

установил :

ФИО10 обратилась в суд с иском о признании утратившим право пользования жилым помещением, указав, что она на основании договора купли-продажи квартиры от 25 марта 1998 г. является собственником жилого помещения - квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Истец была зарегистрирована в указанной квартире в период с 16 апреля 1999 г. по 27 июня 2009 г., а также зарегистрирована и постоянно проживает с 14 марта 2019 г. по настоящее время. Согласно адресной справке ОП №4 УМВД России по г.Астрахани №3285 от 29 октября 2024 г. также в указанном жилом помещении состоят на регистрационном учете: с 1 июля 2009 г. ответчик ФИО7 (внук истца); с 1 июля 2009 г. ответчик ФИО9 (внук истца); с 10 августа 2024 г. ответчик ФИО1 (правнук истца). Ответчики ФИО7 и ФИО9 были зарегистрированы в указанном жилом помещении 1 июля 2009 г. по причине того, что в данном помещении также был зарегистрирован их отец (сын истца) ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ г.р. В период с 1 июля 2009 г. по 1 августа 2015 г. сын истца ФИО11 проживал в указанной квартире со своей семьей. 12 ноября 2015 г. семейные отношения сына истца с ФИО8 (матерью ответчиков ФИО7 и ФИО9) прекратились, брак расторгнут. По причине прекращения семейных отношений ФИО8 вместе с детьми (ответчиками по делу) добровольно выехали из указанной квартиры и с 1 августа 2015 г. они фактически проживают по адресу: <адрес>. 19 июля 2019 г. сын истца ФИО11 с регистрационного учета по данному адресу снялся. Была достигнута договоренность, что с целью исполнения требований законодательства о регистрации детей с один из родителей в кратчайшие сроки снимет с регистрационного учета и пропишет по месту фактического жительства своих детей - ответчиков ФИО7 и ФИО9 Однако договоренности по снятию с регистрационного учета ФИО7 и ФИО9 до настоящего времени не исполнены. Кроме того, в конце 2024 г. истец случайно узнала, что в указанном жилом помещении зарегистрирован малолетний ФИО1 (правнука истца). Истец неоднократно выходила к ответчикам с предложением урегулирования сложившейся ситуации и снятии с регистрационного учета по указанному адресу в добровольном порядке. Ответчики ФИО7 и ФИО9 фактически в указанной квартире не проживают с 1 августа 2015 г. Малолетний ФИО12 в указанной квартире никогда не проживал. Ответчики самостоятельного права пользования квартирой не имеют, с 1 августа 2015 г. в квартире не проживают, вещей в квартире не имеют, бремя содержания недвижимого имущества не несут, обязательства по оплате за жилье и коммунальные услуги ответчики никогда не выполняли. Даже в период из фактического проживания коммунальные услуги со стороны ответчиков не оплачивались, что привело к накоплению больших долгов, которые в дальнейшем оплачивались со стороны истицы как собственника. Длительное время истица оплачивает коммунальные услуги из расчета за четырех зарегистрированных лиц, хотя фактически она проживает одна. Более того, регистрация по указанному адресу ответчиков ограничивает право истицы как собственника на реализацию (продажу) указанного жилого помещения. На основании изложенного просит признать ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения утратившими право пользования жилым помещением по адресу: <адрес>.

В судебном заседании представитель истца ФИО10 - ФИО13 иск поддержала, просила удовлетворить, дополнительно пояснила, что ответчики перестали быть членами семьи истца, в связи с чем у них отсутствует право на жилье, которое принадлежит истцу. В удовлетворении ходатайства о применении срока исковой давности просила отказать.

Представитель ответчиков ФИО7, ФИО9, ФИО8 - ФИО14 иск не признала, просила отказать, поскольку истцом пропущен срок исковой давности.

Помощник прокурора Кировского района г.Астрахани Болонина К.В., участвующая при рассмотрении дела, дала заключение, полагала, что требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме.

Истец ФИО10 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, просила дело рассмотреть в ее отсутствие, исковое заявление просила удовлетворить.

Ответчики ФИО7, ФИО9 действующий с согласия матери ФИО8, ФИО9 действующий за себя и несовершеннолетнего ФИО1, ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, просили дело рассмотреть в их отсутствие, в удовлетворении иска просили отказать.

Третье лицо ФИО11 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил дело рассмотреть в его отсутствие, исковое заявление поддержал в полном объеме.

Иные участники процесса в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, ходатайств не заявлено.

В соответствии с требованиями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Выслушав представителя истца ФИО10 - ФИО13, представителя ответчиков ФИО7, ФИО9, ФИО8 - ФИО14, исследовав материалы гражданского дела, гражданское дело №2-5171/2024, допросив свидетелей ФИО5, ФИО2, выслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище, никто не может быть произвольно лишен жилища.

В силу части 4 статьи 3 Жилищного кодекса Российской Федерации, никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Жилищного кодекса Российской Федерации, другими федеральными законами.

Согласно части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма (статья 71 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (статья 71 Жилищного кодекса Российской Федерации). Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.

Согласно части 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации забота о детях, их воспитание является не только правом, но и обязанностью родителей. Каждый имеет право на жилище, которого не может быть лишен произвольно (часть 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации).

В силу статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

На вселение к родителям их несовершеннолетних детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя (часть 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

Из указанных правовых норм следует, что несовершеннолетние дети приобретают право на ту жилую площадь, которая определяется им в качестве места жительства соглашением родителей. Такое соглашение выступает предпосылкой вселения ребенка в конкретное жилое помещение. При этом закон не устанавливает какого-либо срока, по истечении которого то или иное лицо может быть признано вселенным.

В силу статьи 71 Жилищного кодекса Российской Федерации временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменения их прав и обязанностей по договору социального найма.

Таким образом, проживание ребенка и его родителей в другом жилом помещении не может служить основанием для признания его не приобретшим право пользования жилым помещением, в котором имеет право на жилую площадь один из его родителей. Фактического вселения ребенка на спорную жилую площадь в данном случае не требуется.

В соответствии с частью 1 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя.

На основании части 2 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи. Указанный гражданин самостоятельно отвечает по своим обязательствам, вытекающим из соответствующего договора социального найма (часть 4 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 71 Жилищного кодекса Российской Федерации временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменения их прав и обязанностей по договору социального найма.

В силу части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Разъяснения о применении судами части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации содержатся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации».

Согласно пункту 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009г. №14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» по общему правилу в соответствии с частью 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Под прекращением семейных отношений между супругами следует понимать расторжение брака в органах записи актов гражданского состояния, в суде, признание брака недействительным. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения, но должны оцениваться в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами.

Согласно статье 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.

В соответствии с действующим Жилищным кодексом Российской Федерации регистрация или ее отсутствие по месту жительства не могут служить основанием ограничения или условием реализации прав граждан на жилище. Жилищные права и обязанности пользователей жильем основываются на семейных отношениях и на совместном проживании, но не на регистрации граждан по месту жительства. Сама по себе регистрация ответчика в спорном домовладении без фактического постоянного его проживания незаконна.

Из материалов дела следует, что истцу ФИО10 на основании договора купли-продажи от 25 марта 1998 г. принадлежит на праве собственности <адрес>, расположенная по адресу: <адрес>, право собственности в БТИ зарегистрировано 26 марта 1998г.

Жилое помещение - <адрес>, согласно сведениям технического паспорта №, состоит из жилой комнаты площадью № кв.м, кухни - № кв.м, санузла - № кв.м, имеет общую площадь № кв.м, жилую - № кв.м.

Истец ФИО10 была зарегистрирована в указанной квартире в период с 16 апреля 1999 г. по 27 июня 2009 г., а также зарегистрирована и постоянно проживает с 14 марта 2019 г. по настоящее время.

Сын истца ФИО11 зарегистрирован по спорному адресу в период с 1 июля 2009г. по 19 июля 2019г., с 2019г. в квартире истца не проживает.

ФИО11 (сын истца) с 19 сентября 2003г. состоял в зарегистрирован браке с ФИО8 Решением мирового судьи судебного участка №2 Ленинского района г. Астрахани от 15 мая 2014г. брак между ФИО11 и ФИО8, расторгнут, о чем 29 июля 2014г. составлена запись акта о расторжении брака №.

От брака ФИО11 и ФИО8 имеют детей: сына ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; сына ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения

Судом установлено, что ФИО7 и ФИО9 (внуки истца) с 1 июля 2009г. состоят на регистрационном учете по спорному адресу.

В период с 1 июля 2009 г. по 1 августа 2015 г. ФИО11 (сын истца) проживал в указанной квартире со своей семьей: ФИО8, ФИО7, ФИО9

С августа 2015г. стороны проживают раздельно. ФИО8 и дети ФИО7 и ФИО9 проживают в домовладении, расположенном по адресу: <адрес>, принадлежащее на праве собственности ФИО3 (бабушка ФИО8). Данные обстоятельства подтверждаются и рапортом участкового уполномоченного полиции ОП №2 УМВД России по г.Астрахани от 19 апреля 2025г., а также материалами из гражданского дела по иску ФИО11 к ФИО8 об устранении препятствий в общении с детьми.

Из технического паспорта № следует, что жилое помещение - <адрес> состоит из: жилой комнаты площадью № кв.м; кухни - № кв.м; подсобной - № кв.м; холодного подсобного - № кв.м; холодного подсобного - № кв.м, имеет общую площадь № кв.м, жилую - № кв.м.

Согласно акту ГКУ Астраханской области «Центр социальной поддержки населения Кировского района г. Астрахани» от 15 октября 2024г. жилое помещение по адресу: <адрес>, представляет собой деревянный одноэтаэжный частный жилой дом, в доме две жилые комнаты, кухня, прихожая, совмещенный санузел. Комнаты в доме сухие, светлые, изолированные. В жилом помещении имеются удобства: электроснабжение, холодное и горячее водоснабжение, отопление и центральная канализация. По указанному адресу зарегистрирована и проживает ФИО8, не зарегистрированы, но проживают: ФИО9, ФИО4, ФИО12 Жилищно-бытовые условия несовершеннолетнего ФИО9 хорошие: имеется отдельное спальное место в отдельной детской комнате; место для занятий; место для игр и проведения досуга. Семья имеет достаточность доходов для обеспечения всех потребностей ребенка (продукты питания, одежда и обувь, медицинское обслуживание, игрушки и игры, печатная продукция, школьно-письменные и канцелярские принадлежности и пр.).

31 июля 2024г. у ФИО9 (внук истца) родился сын ФИО1 (правнук истца), что подтверждается свидетельством о рождении серии №.

ФИО1 (правнук истца) зарегистрирован в спорной <адрес> 10 августа 2024г. О данном факте истцу стало известно в конце 2024г.

Судом установлено, что ФИО8, ФИО7 и ФИО9 с августа 2015г. добровольно выехали из <адрес>, с этого времени в квартире не проживают, вещей в квартире не имеют, коммунальные услуги не оплачивают. ФИО12 (правнук истца) в <адрес> никогда не проживал.

Из пояснений сторон следует, что по обоюдному согласию ФИО11 и ФИО8, их сыновья проживают с матерью ФИО8 по адресу: <адрес>. Таким образом, родители детей определили место их проживания на вышеуказанной жилой площади.

В судебном заседании также установлено, что попыток вселения ответчики не предпринимали, при том, что им препятствий в пользовании квартирой никто не чинил.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО2 пояснила, что была знакома с ФИО11 и ФИО8, и их детьми. ФИО11 и ФИО8 браг расторгли. С 2015г. ФИО8 с детьми по указанному адресу не проживают, по настоящее время она их в квартире не видела.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО5 пояснил, что в <адрес>, проживает с октября 2022г., детских вещей в квартире нет. За период проживания в указанной квартире, в жилое помещение никто не вселялся, попыток к вселению не предпринимал и бремя содержания жилья не нес.

Анализируя представленные в судебное заседание доказательства, в их совокупности, а также тот факт, что ответчики, членами семьи собственника не являются, в спорном жилом помещении не проживают, договор о порядке пользования жилым помещением между сторонами не заключался, доказательств сохранения за ответчиками права пользования жилым помещением на законном основании не представили, ответчики общего хозяйство с истцом не ведут, коммунальные услуги не оплачивают, суд приходит к выводу о том, что исковые требования о признании их утратившими право пользования жилым помещением являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Доводы представителя ответчиков ФИО14 об отсутствии у ответчиков другого жилья и средств для его приобретения, не влияют на судьбу спора, поскольку алиментных обязательств у истца перед ответчиками не имеется, ФИО8 и дети ФИО7 и ФИО9 вселены в квартиру как супруга и дети сына истца, в настоящее время брак между ФИО8 и ФИО11 расторгнут.

Доводы представителя ответчиков ФИО14 о том, что между ФИО8 и ФИО11 имеются алиментные обязательства, ФИО11 находится в розыске ввиду задолженности по алиментам, не может служить основанием для отказа в удовлетворении иска, поскольку ФИО11 собственником спорной квартиры не является, с 2019г. снялся с регистрационного учета по данному адресу, с указанного периода в спорной квартире не проживает.

Довод представителя ответчиков ФИО14 о пропуске истцом срока исковой давности нельзя признать обоснованными.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности в соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 49 совместного постановления Пленумов Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29 апреля 2010г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», исковая давность в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации не распространяется на требование собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения. В этой связи длительность нарушения права не препятствует удовлетворению этого требования судом.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 25 февраля 2010г. №177-О-О, взаимосвязанные положения абзаца 5 статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, содержащие перечень требований, на который не распространяется установленный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий трехлетний срок исковой давности, и статей 304 и 305 Гражданского кодекса Российской Федерации направлены на устранение длящихся нарушений прав собственника или иного владельца, не связанных с лишением владения, и в качестве таковых служат реализации предписаний части 3 статьи 17, статей 35, 46 и части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации.

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015г. №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» исковая давность не распространяется на требования, прямо предусмотренные статьей 208 Гражданского кодекса Российской Федерации. К их числу относятся требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, если эти нарушения не были соединены с лишением владения.

Таким образом, поскольку требования ФИО10 о признании ответчиков утратившими право пользования жилым помещением носят характер негаторного иска (защита прав собственника от любых действий, не связанных с лишением владения), то в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности к ним применен быть не может.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил :

исковое заявление ФИО6 к ФИО7, ФИО8 действующей в интересах ФИО9, ФИО9 действующему за себя и несовершеннолетнего ФИО1 о признании утратившим право пользования жилым помещением, удовлетворить.

Признать ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>.

Данное решение является основанием для снятия ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с регистрационного учета по адресу: <адрес>.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию, Астраханский областной суд, в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного текста решения.

Мотивированный текст решения суда изготовлен 6 мая 2025г.

Судья С.Ю. Айназарова