дело № 1-96/2023 УИД: 76RS0021-01-2023-000864-38

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Тутаев 06 июля 2023 года

Судья Тутаевского городского суда Ярославской области Лупанов С.В.,

при секретарях Игнатьевой А.С. и Матвеевой А.В., с участием

государственного обвинителя – старшего помощника Тутаевского межрайонного прокурора Залялдиновой Д.Е.,

подсудимого ФИО13,

защитника Козлова В.А. (удостоверение №, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ),

потерпевших ФИО1., ФИО2, ФИО3., ФИО4,

представителя потерпевшей ФИО1 – ФИО5 (удостоверение №, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ),

педагога ФИО6

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Тутаевского городского суда Ярославской области уголовное дело по обвинению

ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина России, со средним образованием, женатого, имеющего на иждивении 3 малолетних детей, работающего механизатором в МБУ «<данные изъяты>», зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, не судимого,

в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.4 ст.264 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО13, находясь в состоянии опьянения, управляя автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ около 00 часов 50 минут ФИО13, управляя автомобилем «<данные изъяты>» г.р.з. №, при этом находясь в состоянии опьянения, чем нарушил п.2.7 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров – Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 «О правилах дорожного движения» (далее ПДД РФ), согласно которому водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения, двигаясь по 15 км + 900 метров автодороги «<данные изъяты>», в районе <адрес>, не мог в полной мере осуществлять контроль за движением управляемого им транспортного средства, неправильно выбрал скорость движения, которая в соответствующих дорожных условиях обеспечивала бы ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, чем нарушил п.10.1 ПДД РФ, согласно которому водитель должен вести транспортное средство, учитывая при этом дорожные условия, скорость движения должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ, потерял контроль за движением автомобиля, не справился с его управлением, допустил выезд автомобиля на правую обочину по ходу движения, потерял сцепление с полотном дорожного покрытия со съездом в кювет и наезд движущегося легкового автомобиля на неподвижную преграду (бетонную опору линии электропередач) со значительными разрушениями наружных частей кузова автомобиля и полным повреждением бетонной опоры, в результате которого произошло инерционное выбрасывание тела пассажира указанного автомобиля ФИО7 из салона автомобиля в момент резкого инерционного замедления движущего автотранспортного средства и силовой деформации элементов кузова в момент наезда автомобиля на неподвижную преграду (бетонную опору линии электропередач). При этом в момент силового контакта автомобиля с бетонной опорой возникли условия для взаимного сближения и контактного взаимодействия выброшенного инерционными силами из салона автомобиля тела ФИО7 с токонесущим проводником (проводниками) в момент укорочения поврежденной опоры при разрушении («проседания») под действием силы тяжести, в результате чего ФИО7 причинены типичные электрометки <данные изъяты>. Данные телесные повреждения опасны для жизни, <данные изъяты>). Поражение техническим электричеством послужило непосредственной причиной смерти ФИО7.; наступление смерти состоит в прямой причинно следственной связи с указанными телесными повреждениями. Таким образом, нарушение ФИО13 п.п. 2.7 и 10.1 ПДД РФ повлекло по неосторожности смерть ФИО7

Подсудимый ФИО13 вину в совершении преступления не признал и показал суду, что ДД.ММ.ГГГГ около 23 часов ему в сообщении поступила просьба ФИО7 забрать ее с подругой ФИО8 с праздника от <адрес>. ФИО7 и ФИО8 находились в состоянии опьянения, купили себе еще спиртного и попросили прокатить их в <адрес>, на что он согласился. В ходе данной поездки ПДД не нарушал, находился в трезвом состоянии, вел автомобиль с допустимой скоростью. По пути <адрес> его автомобиль стал неуправляемым в процессе движения, внезапно почувствовал внешнее воздействие в колесо и обратную связь на руль, после чего автомобиль вынесло с проезжей части на обочину и в кювет. В результате произошедшего потерял сознание, пришел в себя только в больнице. Что послужило причиной потери автомобилем управляемости, в ходе следствия установлено не было. Медицинское освидетельствование его на состояние опьянения не производилось.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ были оглашены показания ФИО13, данные в ходе предварительного расследования (т.1 л.д.75-77), из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ он находился по месту жительства, употреблял водку, после чего лег спать. Около 21:00 ДД.ММ.ГГГГ ему на телефон позвонила знакомая ФИО7., которая попросила его приехать и забрать ее с подругой от вокзала «<данные изъяты>». Решив, что спиртное успело вывестись из его организма, согласился съездить за девушками и довезти их до дома. На принадлежащем ему автомобиле <данные изъяты>» г.р.з. № он встретил ФИО7 севшую на переднее пассажирское сиденье, и ее подругу ФИО8, расположившуюся на заднем сиденье. Кто-то из девушек попросил его покатать их на автомобиле, в связи с чем он поехал в сторону <адрес>, и поехал по автодороге <адрес>. Что происходило далее пояснить не может, так как не помнит – пришел в себя только в больнице <адрес>.

Комментируя оглашенные показания, ФИО13 их не подтвердил и пояснил, что дал их под давлением следователя при отсутствии защитника.

Несмотря на непризнание подсудимым своей вины, совершение им преступления при установленных судом обстоятельствах подтверждается исследованными доказательствами.

Потерпевшая ФИО1 показала суду, что со своей дочерью ФИО7 общалась в течение ДД.ММ.ГГГГ, вечером она собиралась ехать к кому-то на день рождения совместно со своей подругой ФИО8. В этот день около 23:55 звонили ФИО7 с вопросом о том, когда она будет дома, на что она сама ответила, что через 20 минут приедет, чтобы ложились спать без нее. На утро ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 дома не оказалось, от младшей дочери узнала, что ФИО7 попала в аварию, далее в полиции <адрес> выяснилось, что она погибла в этом происшествии.

Потерпевшая ФИО2 показала суду, что со своей сестрой ФИО7 общалась днем ДД.ММ.ГГГГ. Впоследствии от ее знакомых узнала, что она попала в ДТП и погибла. Подробности произошедшего ей известны со слов знакомых и из новостей.

Потерпевшие ФИО3 и ФИО4 показали суду, что ФИО7 являлась их внучкой. О факте ее гибели в дорожной аварии им стало известно от младшей внучки ФИО2

Из оглашенных в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ показаний потерпевшего ФИО9 (т.2 л.д.76-81) следует, что с ДД.ММ.ГГГГ он состоял в браке с ФИО7 О том, что его супруга погибла в результате ДТП он узнал от друга.

Свидетель ФИО8 показала суду, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время она совместно со своей подругой ФИО7 ходила к друзьям на праздник, который отмечался в квартире, расположенной недалеко от вокзала «<данные изъяты>». Примерно в 22-23 часа они собрались домой, но не могли вызвать такси, в связи с чем ФИО7 согласилась на поступавшие неоднократные предложения ее знакомого ФИО13 подвезти их до дома. Изначально она услугами ФИО13 пользоваться не хотела. ФИО13 подъехал к ним за рулем автомобиля «<данные изъяты>», в который ФИО7 села на переднее пассажирское сиденье, а она (ФИО8 – на заднее. От «<данные изъяты>» поехали по <адрес>, где должны были повернуть на окружную дорогу и прибыть в <адрес> к местам своего проживания, однако на перекрестке в районе <адрес> ФИО13 проследовал прямо в сторону <адрес>. Свои действия ФИО13 объяснил тем, что он захотел прокатиться через <адрес> – ранее он ФИО7 неоднократно предлагал подобные поездки. За рулем ФИО13 находился в состоянии опьянения, что было понятно по его неадекватному поведению, сопровождавшемуся прослушиванием громкой музыки и поддержанием высокого скоростного режима. Никто из находившихся в салоне автомобиля лиц ремнями безопасности пристегнут не был. После того, как они свернули с <данные изъяты> дороги в сторону <адрес>, ФИО13 скорость движения не снижал и продолжал вести автомобиль со скоростью около 150-160 км/ч, показания спидометра видела лично. Дальнейшие события не помнит, очнулась на заднем сиденье обездвиженной машины и поняла, что они попали в аварию. Выбравшись на улицу, увидела, что автомобиль был наполовину разбит, недалеко от него без сознания лежал ФИО13 Далее выползла на обочину дороги и обратилась за помощью. По ее мнению, ДТП произошло из-за большой скорости движения автомобиля.

Из оглашенных в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО10 (т.1 л.д.139-141) следует, что в ночь с ДД.ММ.ГГГГ он на своем автомобиле следовал по автодороге «<данные изъяты>» в направлении <данные изъяты>, когда в районе <адрес> увидел свет фар автомобиля, исходивший с обочины встречного направления движения, и понял, что там произошло ДТП. Об этом сообщил в полицию, на месте происшествия не останавливался, обстановку не осматривал.

Из оглашенных в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО11., диспетчера <данные изъяты> ЦРБ (т.2 л.д.131) следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа ночи ей поступило сообщение от сотрудников ГИБДД о ДТП, произошедшем в районе <адрес>. После выезда бригады СМП ей были переданы документы, из которых следовало, что на месте была констатирована смерть ФИО7, ФИО13 и ФИО8 была оказана медицинская помощь.

Из оглашенных в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ показаний свидетелей ФИО12,13 сотрудников ГИБДД (т.1 л.д.161-163, т.2 л.д.136-137) следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа ночи ими на 16-м километре автодороги «<данные изъяты>» был выявлен факт дорожно-транспортного происшествия. В кювете возле сломанной опоры линии электропередач находился разбитый автомобиль, недалеко от него лежал мужчина в сознании и женщина без признаков жизни.

Свидетель ФИО14 электромонтер <данные изъяты>», показал суду, что в апреле 2022 года его бригаде поступало задание о выезде на место ДТП, в ходе которого была повреждена опора линии электропередач. На месте происшествия им была обнаружена разбитая машина «<данные изъяты>» темного цвета, рядом с которой лежал труп девушки. Следов движения автомобиля по грунту не было, как будто автомобиль пролетел до места удара по воздуху. Железобетонная опора ЛЭП была частично срезана, а ее верхняя целая часть опиралась на землю, удерживаемая сверху не поврежденными проводами. Для получения человеком удара электрическим током ему необходимо одновременно коснуться любых двух из трех проводов, составляющих ЛЭП, либо одного провода и земли.

Свидетель ФИО15 электромонтер <данные изъяты>», показал суду (с учетом оглашенных в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаний (т.1 л.д.115-116), что в апреле 2022 года он в составе бригады выезжал на автодорогу, ведущую к <адрес>, для ремонта поврежденной в ходе ДТП опоры ЛЭП. На месте было установлено, что железобетонная опора на высоте до 4-х метров от земли была перебита и удерживалась в вертикальном положении лишь за счет двух токонесущих проводов. Третий провод также обрывов не имел, но он отделился от опоры и висел в воздухе. На фотографиях, приобщенных к протоколу его допроса изображена именно та опора.

Кроме того, судом были исследованы письменные материалы уголовного дела.

- протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрено место ДТП на 15 км + 900 метров автодороги «<данные изъяты>», зафиксирована дорожная обстановка, расположение поврежденного автомобиля и опоры ЛЭП, трупа погибшей женщины (т.1 л.д.9-19);

- протокол осмотра автомобиля «<данные изъяты>» г.р.з. №, в ходе которого выявлены механические повреждения: деформация кузова по всему корпусу автомобиля, лобовое стекло имеет трещины, стекла правых дверей автомобиля разбиты (т.1 л.д.61-62);

- акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у ФИО13 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в период с 03:05 до 08:46 было установлено состояние опьянения (т.1 л.д.31-32);

- заключения судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> (т.1 л.д.46-49, 86-90);

- заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> (т.2 л.д. 89-100);

- заключение автотехнической судебной экспертизы №.1, №.4, №.3 от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> ПДД РФ (т.2 л.д.3-9).

По ходатайству стороны защиты судом были исследованы следующие доказательства:

- копия проекта организации дорожного движения автомобильных дорог общего пользования государственной собственности Ярославской области «<данные изъяты>» (т.3 л.д.35-37);

- заключение автотехнической судебной экспертизы №.1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому водитель автомобиля «<данные изъяты>» г.р.з. № ФИО13, должен был руководствоваться требованиями п.п. 1.5, 2.7, 9.9, 10.1 ч.1 ПДД РФ (т.1 л.д.96-98);

- автотехническое исследование специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому выводы, сделанные в Заключения эксперта №.1 от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного ведущим экспертом МЮ РФ ФБУ Ярославская лаборатория судебной экспертизы <данные изъяты> объективным обстоятельствам ДТП, которое произошло около 00:50 ДД.ММ.ГГГГ на 16 км автодороги <адрес>, с участием автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак № под управлением водителя ФИО13 не соответствуют (т.3 л.д.3-10);

- автотехническое исследование специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому выводы, сделанные в Заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного ведущим экспертом МЮ РФ ФБУ Ярославская лаборатория судебной экспертизы <данные изъяты> и заведующим отделом № МЮ РФ ФБУ Ярославская лаборатория судебной экспертизы <данные изъяты>. объективным обстоятельствам ДТП, которое произошло около 00:50 ДД.ММ.ГГГГ на 16 км автодороги <адрес>, с участием автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак № под управлением водителя ФИО13 не соответствуют (т.3 л.д.11-19);

- автотехническое исследование специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в процессе движения автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак № в условиях места ДТП могли возникнуть условия, при которых автомобиль <данные изъяты> регистрационный знак № становился неисправным, что могло привести к потере управления в данных дорожных условиях автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак № под управлением водителя ФИО13 Для установления причин потери управления в данных дорожных условиях автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак № под управлением водителя ФИО13 необходимо провести судебную автотехническую экспертизу, которая бы ответила на вопросы о техническом состоянии автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак № Однако, помимо технического состояния, влияющего на потерю управления в данных дорожных условиях автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак № под управлением водителя ФИО13 на потерю управляемости могли повлиять действия пассажиров (пассажира), воздействовавших на органы управления либо на водителя во время движения ТС (т.3 л.д.20-29);

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста-автотехника ФИО16 пространными рассуждениями подтвердил свои критические выводы в отношении заключений проведенных по делу экспертиз. Также ФИО16. изложил собственные измышления о возможных причинах происшествия.

Иные исследованные в судебном заседании документы, за исключением данных, характеризующих личность ФИО13, значения для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, не имеют.

Представленные суду доказательства являются допустимыми, основания для их исключения из числа таковых отсутствуют.

При оценке дорожно-транспортной ситуации, сложившейся на месте ДТП в ночь ДД.ММ.ГГГГ, суд принимает за основу данные, полученные следствием в ходе осмотра места происшествия, а не те, которые отражены в проекте организации дорожного движения по автомобильной дороге общего пользования «<данные изъяты>», полученном по адвокатскому запросу. Различия в этих сведениях заключаются в том, что в ходе осмотра места происшествия было установлено наличие на дороге знака 3.24, ограничивающего скорость движения до 60 км/ч, проектом же установка такого знака не предусмотрена. В этой связи обращает на себя внимание то обстоятельство, что проект датирован 2013 годом, т.е. к моменту ДТП имел 9-летнюю давность, а ключевой момент вопроса состоит в том, что при управлении транспортным средством водитель в любом случае обязан руководствоваться требованиями установленных дорожных знаков вне зависимости от их соответствия или несоответствия какой-либо проектной документации.

Нарушений закона при медицинском освидетельствовании ФИО13 на состояние опьянения допущено не было. Указанная процедура была осуществлена в государственном медицинском учреждении врачом, прошедшим подготовку по ее проведению, о чем в акте имеется соответствующая запись (протокол № от ДД.ММ.ГГГГ). Требования о приобщении к акту копий всех документов, подтверждающих это, являются надуманными. Доводы стороны защиты о том, что образцы биологических жидкостей ФИО13 были направлены на химико-токсикологическое исследование в каком-то ненадлежащем виде без должной упаковки, никак не следуют из документов и являются голословными. Медицинское заключение по результатам освидетельствования сделано на основе комплексного исследования – анализа паров выдыхаемого ФИО13 воздуха и химико-токсикологических данных о наличии в его крови и моче алкоголя.

Заключения и показания приглашенного стороной защиты специалиста ФИО16 не ставят под сомнение обоснованность выводов экспертов-автотехников, проводивших судебные экспертизы по делу, и не могут рассматриваться в качестве основания для признания их недопустимыми доказательствами. Помимо очевидной ангажированности ФИО16, его заключения основаны частично на введении в цепь рассуждений собственных понятий, не основанных на нормативно-правовой базе, в другой части на нарушениях порядка применения законов логики.

Так, в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ специалист выдает содержание постановления следователя о назначении судебной экспертизы, изложенное экспертом во вводной части заключения, за выводы последнего. Он приводит собственную трактовку п.9.9 ПДД РФ, которая на законе не основана. В этом же заключении выводы эксперта о скоростном режиме движения, данные относительно возможности контроля за движением транспортного средства, специалист подвергает необоснованной критике, рассматривая их с точки зрения строго определенных величин.

В заключении № от ДД.ММ.ГГГГ специалист помимо вышеуказанной подмены понятий, подвергает критике исходные данные, принятые экспертом-автотехником, и на основании этого делает вывод о необоснованности самого исследования с соответствующими ему выводами. Суждение о необоснованности выводов экспертов о наличии у ФИО13 возможности предотвратить ДТП в случае соблюдения им требований ПДД РФ вообще по сути никак не мотивировано, а изложено в конце цитирования содержания экспертизы и теоретического источника.

Заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ представляет собой не что иное как вольное теоретизирование его автора о возможных причинах ДТП, сходного по механизму с рассматриваемым. Единственным связующим звеном данного заключения с рассматриваемым делом является место происшествия.

В связи с изложенным, суд признает заключения проведенных по делу автотехнических экспертиз допустимыми доказательствами и отвергает заключения и показания специалиста ФИО16 по обстоятельствам ДТП как недостоверные, находя их околонаучными и основанными на искаженных данных.

Иные представленные суду доказательства сторонами не оспаривались, оснований для признания их недопустимыми суд не находит.

Делая вывод о виновности подсудимого в совершении преступления, суд основывается на результатах осмотра места происшествия, показаниях свидетеля ФИО8, а также заключениях проведенных по делу экспертиз, позволяющих установить дорожную обстановку, сложившуюся в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на 16-м километре автодороги «<данные изъяты>». Названные доказательства указывают на то, что водитель ФИО13 двигался по достаточно извилистой дороге в ночное время со значительным превышением разумной и допустимой скоростей движения. Об этом прямо свидетельствуют показания ФИО8., лично наблюдавшей на всем протяжении пути движения скорость, существенно превышающую допустимую. Косвенным образом на это указывают расстояние, преодоленное автомобилем за пределами проезжей части и объем повреждений, полученных в результате его соударения о неподвижное препятствие – опору ЛЭП. Объективные данные о возникновении каких-то неожиданных препятствий для движения автомобиля под управлением ФИО13, либо о наличии технических неисправностей транспортного средства, в материалах уголовного дела отсутствовали как на первоначальном этапе расследования, так и отсутствуют в настоящее время.

При таких обстоятельствах безопасность движения автомобиля «<данные изъяты>» под управлением ФИО13 находилась в зависимости исключительно от соблюдения водителем скоростного режима, позволяющего ежесекундно контролировать движение транспортного средства, т.е. от соблюдения требований п.10.1 ПДД РФ. Поскольку при отсутствии непредвиденных дорожных препятствий водителем было допущено отклонение от движения автомобиля в пределах своей полосы, его выезд за пределы проезжей части, то очевидно, что вышеуказанное требование ПДД РФ соблюдено не было. Отмеченное нарушение п.10.1 ПДД РФ находится в прямой причинно-следственной связи с произошедшим наездом транспортного средства на препятствие.

Вмененное в вину ФИО13 нарушение п.9.9 ПДД РФ суд считает необходимым исключить из обвинения, его формальное нарушение было обусловлено не умышленными действиями водителя, а потерей им контроля за движением транспортного средства. Дальнейшие последствия не имеют прямой причинно-следственной связи с ездой по обочине. В предъявленном ФИО13 обвинении содержится указание на нарушение им п.1.5 ПДД РФ, которое суд также исключает из обвинения, поскольку указанный пункт имеет общий декларативный характер, не регламентирует какие-либо конкретные действия участников дорожного движения, в связи с чем его нарушение само по себе не может состоять в причинной связи с какими-либо последствиями.

В свете вышесказанного, суд находит показания ФИО13, данные в ходе предварительного расследования, соответствующие иным доказательствам, собранным по делу, и принимает их в качестве достоверных. Эти показания, вопреки доводам стороны защиты, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона в присутствии защитника. Доводы об имевшем место давлении со стороны следствия являются голословными. Показания подсудимого, данные в судебном заседании, суд отвергает, расценивая их в качестве избранного способа защиты от предъявленного обвинения.

Преступные последствия, наступившие в результате происшествия в виде смерти пострадавшей ФИО7. установлены в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы. Их непосредственная связь с произошедшим ДТП представляется суду очевидной.

Из материалов дела следует, что во время поездки в автомобиле погибшая не контактировала с высоковольтными электропроводниками и не имела такой возможности. После наезда автомобиля на препятствие она была обнаружена уже пораженной электрическим током. Эти два факта безальтернативно указывают на то, что экспертная версия о механизме получения пострадавшей телесных повреждений, изложенная в заключении комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, является единственной имеющей право на существование. Вопреки утверждениям защиты, эта версия, отражающая реальное развитие событий, не является какими-либо «фантазиями» судебных медиков, а представляет собой продукт анализа всех имеющихся сведений о дорожно-транспортном происшествии.

Поскольку контакт тела ФИО7 с проводниками электрического тока, повлекший ее смерть, стал возможен исключительно в результате действий ФИО13, допустившего своими действиями наезд автомобиля на опору ЛЭП, то содеянное им состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями – смертью ФИО7.

Факт нахождения ФИО13 при управлении автомобилем в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, подтверждается как результатами его медицинского освидетельствования на этот предмет, о допустимости которых было сказано выше, так и показаниями свидетеля ФИО8, наблюдавшей подобное состояние у виновного. Доказанность этого обстоятельства свидетельствует о нарушении ФИО13 п.2.7 ПДД РФ.

В ходе следствия к уголовному делу была приобщена копия свидетельства о заключении ДД.ММ.ГГГГ брака между ФИО7 и ФИО8 (т.1 л.д.227-228), ФИО7 сменила фамилию на «ФИО7». В соответствии с произведенными изменениями в гражданском состоянии ФИО7 суд считает необходимым изменить ее фамилию и в тексте деяния, признанного судом доказанным. Вместе с тем, при изложении исследованных доказательств суд сохраняет фамилию пострадавшей в том виде, в каком она записана.

В тексте обвинения указано, что ФИО13 обвиняется в совершении деяния, повлекшем как причинение тяжкого вреда здоровью человека, так и смерть человека. Подобное указание суд находит излишним, поскольку очевидно, что отсылочная диспозиция ч.4 ст.264 УК РФ «деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи» имеет отношение только к действиям виновного, но не к наступившим последствиям.

Суд квалифицирует действия ФИО13 по п.«а» ч.4 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения.

При назначении наказания суд руководствуется положениями ст.60 УК РФ и учитывает, что ФИО13 совершил по неосторожности тяжкое преступление (ч.4 ст.15 УК РФ), не судим, на учете у психиатра и нарколога не состоит, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, был освобожден от службы в ВС по состоянию здоровья, которое в настоящее время нареканий не вызывает.

Смягчающим подсудимому обстоятельством суд признает наличие 3 малолетних детей у виновного. Иных смягчающих обстоятельств, равно как и отягчающих судом не установлено.

Оснований для применения положений ст.64 УК РФ не имеется, в связи с чем наказание ФИО13 должно быть назначено в виде лишения свободы. Обязательное дополнительное наказание должно быть определено в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Данные о степени общественной опасности совершенного ФИО13 преступления, его конкретные обстоятельства, при которых виновный оказался за рулем автомобиля в состоянии опьянения не по случайному стечению обстоятельств, а целенаправленно покинув свое жилище в целях перевозки пассажиров, свидетельствуют о невозможности исправления ФИО13 без реального отбывания ими наказания. Сведения об отсутствии фактов из прошлого о привлечения виновного к уголовной ответственности, его удовлетворительная характеристика и наличие единственного смягчающего обстоятельства, указанный вывод суда не опровергают. Каких-либо достаточных оснований для применения положений ст.73 УК РФ не имеется.

С учетом фактических обстоятельств преступления и сведений о личности виновного, суд не находит оснований для изменения ФИО13 категории преступления на менее тяжкую на основании ч.6 ст.15 УК РФ.

В соответствии с ч.2 ст.97 УК РФ и избранным видом наказания мера пресечения ФИО13 до вступления приговора в законную силу подлежит изменению на заключение его под стражу.

Потерпевшими ФИО1,2,3,4 к подсудимому ФИО13 предъявлены гражданские иски о взыскании вреда, причиненного преступлением: ФИО1 на 399521 рубль материального ущерба и 2 млн. рублей морального вреда; ей же в интересах несовершеннолетней ФИО2 на 1 млн. рублей морального вреда; ФИО3 на 1 млн. рублей морального вреда и ФИО4 на 1 млн. рублей морального вреда.

В судебном заседании иски поддержаны потерпевшими и прокурором.

В соответствии с п.1 ст.1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. В соответствии с требованиями ст.1064 ГК РФ такой вред должен быть возмещен в полном объеме лицом его причинившим.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Расходы ФИО1 в размере 399521 рубль, связанные с непосредственным погребением погибшей ФИО7 представленными копиями платежных документов в полном объеме не подтверждаются, калькуляция расходов истцом не представлена. Установление этих расходов не может быть произведено судом при постановлении приговора и потребует отложения рассмотрения дела, в связи с чем суд признает за ФИО1 право на удовлетворение гражданского иска и передает вопрос о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО1,2,3,4 смертью их близкого родственника, суд руководствуется ст.1101 ГК РФ, учитывает характер причиненных потерпевшим физических и нравственных страданий, их индивидуальные особенности, обстоятельства смерти ФИО7 и полагает, что разумным и справедливым размером такой компенсации будет сумма равная 500000 рублей ФИО1., 500000 рублей ФИО2 250000 рублей ФИО3 и 250000 рублей ФИО4

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО13 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.4 ст.264 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 7 (семь) лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 (два) года.

Во исполнение настоящего приговора и до его вступления в законную силу меру пресечения ФИО13 изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Срок отбывания основного наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу, с зачетом в этот срок времени содержания ФИО13 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления настоящего приговора в законную силу.

На основании п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО13 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления настоящего приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с ч.2 ст.309 УПК РФ признать за ФИО1 право на удовлетворение гражданского иска о компенсации материального вреда, причиненного преступлением, и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска в этой части для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Исковые требования ФИО17 (паспорт №) о компенсации морального вреда удовлетворить частично и взыскать с ФИО13 (паспорт №) в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 500000 (пятьсот тысяч) рублей.

Исковые требования ФИО1 в интересах ФИО2 (свидетельство №) удовлетворить частично и взыскать с ФИО13 (паспорт №) в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 500000 (пятьсот тысяч) рублей.

Исковые требования ФИО3 (паспорт №) и ФИО4 (паспорт №) удовлетворить частично и взыскать с ФИО13 (паспорт №) в пользу каждого из истцов компенсацию морального вреда в размере 250000 (двести пятьдесят тысяч) рублей.

Вещественное доказательство: автомобиль <данные изъяты>» г.р.з. №, хранящийся на стоянке УМВД России по <адрес> – возвратить ФИО13 либо уполномоченному им лицу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через Тутаевский городской суд Ярославской области в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в том же порядке и в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать как о личном участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, так и об участии адвоката.

Судья С.В. Лупанов