№ 2-1746/2022
УИД 35RS0009-01-2022-002542-44
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
16 декабря 2022 года г. Вологда
Вологодский районный суд Вологодской области в составе:
председательствующего судьи Беловой А.А.,
при секретаре Барболиной Л.А.,
с участием представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2, ответчика ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего К.М.В., о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,
установил:
ФИО1 08.11.2022 обратилась в суд с иском к ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего К.М.В., о признании недействительным договора дарения квартиры с правом пожизненного проживания и сохранением права пользования от 18.03.2020, заключенного между ней и несовершеннолетним К.М.В. в лице законного представителя ФИО3; применении последствий недействительности сделки в виде прекращения права собственности К.М.В. на квартиру с кадастровым номером №, площадью 68,4, расположенную по адресу: <адрес> признания права собственности ФИО1 на вышеуказанную квартиру. В обоснование исковых требований указала, что оспариваемая сделка является недействительной по признаку притворности, поскольку воля сторон была направлена на составление завещания, а не дарения квартиры, а также по признаку мнимости, поскольку квартира не была фактически передана во владения одаряемому. Намерений передать внуку квартиру при жизни у нее не имелось. С момента заключения договора она продолжает проживать в квартире, несет бремя содержания квартиры, в том числе, оплачивает коммунальные услуги. Ни ее внук, ни его законный представитель в спорной квартире не проживают.
Протокольным определением Вологодского районного суда от 16.12.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО4
В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, извещена надлежащим образом, действует через представителя.
В судебном заседании представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 поддержал исковые требования в полном объеме. Пояснил, что сделка недействительна в силу мнимости и притворности. Кроме того, истец заблуждалась относительно природы сделки. Какими-либо психическими заболеваниями истец не страдает.
Ответчик ФИО3, действующая в интересах несовершеннолетнего К.М.В., в судебном заседании исковые требования не признала. Пояснила, что истец является ее бывшей свекровью, матерью ее бывшего супруга ФИО4, с которым она совместно не проживает более восьми лет. Бывший свекр при жизни выразил свою волю на то, что если у него родится внук, квартира впоследствии достанется внуку. Исполняя волю умершего мужа, истец в 2020 году заявила, что желает переоформить квартиру на внука, подарив ему квартиру. При этом она сказал, что желает заключить именно договора дарения, чтобы на квартиру, кроме внука, никто не смог претендовать. Истец просила обязательно указать в договоре дарения на то, что она и ее сын ФИО4 будут проживать в квартире до их смерти. За оформление проекта договора дарения деньги подавала истец, они вместе ходили в МФЦ регистрироваться переход права собственности. В начале 2021 года отношения у них с истцом испортились, поскольку истец попала под влияние своей сестры, проживающей в <адрес>, претендующей на ее имущество. Уже в течение года они с истцом не общаются, до этого находились в хороших отношениях. Налог за квартиру оплачивает она, а коммунальные услуги оплачивает истец, поскольку проживает в квартире вместе с ФИО4 Она намерений вселяться в квартиру с сыном никогда не имела, полагает, что квартира сыну достанется после смерти истца, на что и указано в договоре дарения.
Представитель третьего лица Управления Росреестра по Вологодской области, третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.
Представитель третьего лица отдела опеки и попечительства администрации Вологодского муниципального района в судебное заседание не явился, извещены надлежащим образом. В представленном заявлении ходатайствовали о рассмотрении дела в отсутствие представителя и принятии решения в интересах несовершеннолетнего ребенка.
Суд, заслушав объяснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что по договору дарения квартиры с правом пожизненного проживания и сохранением права пользования от 18.03.2020 ФИО1 (даритель) подарила несовершеннолетнему К.М.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (одаряемый), от имени которого действовала его мать ФИО3, квартиру по адресу: <адрес>, общей площадью 68,4 кв.м. Право собственности К.М.В. на квартиру с кадастровым номером №, площадью 68,4, расположенную по адресу: <адрес>, зарегистрировано 06.04.2020, что подтверждается сведениями ЕГРН.
При этом, согласно пункту 9 договора дарения после перехода права собственности на квартиру к одаряемому, даритель и ее сын ФИО4 сохраняют право пользования квартирой на условиях проживания до смерти.
В силу пункта 10 договора дарения одаряемый приобретает право собственности на квартиру после государственной регистрации перехода права собственности. С момента государственной регистрации права собственности одаряемого на квартиру она считается переданной от дарителя к одаряемому.
Статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрена недействительность сделки по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» содержатся разъяснения о том, что при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.
Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной.
Таким образом, обязательным условием признания сделки мнимой является отсутствие у ее сторон намерения создать соответствующие правовые последствия этой сделки.
Исходя из смысла этой нормы для признания сделки мнимой истцу необходимо доказать, что на момент совершения сделки воля каждой из ее сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые характерны для такого вида сделки. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, реализовывать свои права, основанные на такой сделке. Такая сделка совершается лишь для того, чтобы создать ложное представление об ее заключении у третьих лиц, тогда как в действительности стороны не намерены ничего изменять в своем правовом положении.
Согласно пункту 1 статьи 421, статье 432 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора; договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение; договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом (пункт 3 статьи 433 ГК РФ).
В силу пункта 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Доказательств того, что при заключении договоров дарения воля сторон не была направлена на совершение оспариваемой сделки, материалы дела, не содержат.
Заключенный между ФИО1 и К.М.В. в лице законного представителя ФИО3 договор дарения спорной квартиры мнимой сделкой не является, поскольку сторонами договора были совершены все необходимые действия, направленные на создание соответствующих договору дарения правовых последствий, договор был составлен с соблюдением действующего законодательства, с указанием как необходимых реквизитов передаваемого в дар имущества, так и данных сторон, которые в совокупности позволяют бесспорно установить, в отношении какого имущества и кем был заключен оспариваемый договор, а также то, что воля сторон договора, в том числе, истца ФИО1, была направлена исключительно на передачу в собственность несовершеннолетнего К.М.В. квартиры на безвозмездной основе в дар.
Согласно представленной по запросу суда копии регистрационного дела в отношении квартиры с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, заявление о переходе права собственности на квартиру от нее к К.М.В. было подано в орган регистрации прав ею лично.
В обоснование заявленных исковых требований ФИО1 указала, что ее воля была направлена на составление завещания квартиры, а не на заключение договора дарения. Однако, намерения одного участника совершить сделку с целью причинения вреда другому лицу для применения нормы пункта 1 статьи 170 ГК РФ недостаточно.
Доводы истца о том, что договор дарения между сторонами не исполнялся, поскольку фактически квартира не была передана во владение одаряемому, материалами дела не подтверждаются, передача квартиры может быть осуществлена лишь документально (что и было сделано в настоящем случае), но не фактически. При этом в силу пункта 10 договора дарения, подписанного сторонами, с момента государственной регистрации права собственности одаряемого на квартиру она считается переданной от дарителя к одаряемому.
То обстоятельство, что истец продолжает проживать в спорной квартире, а ответчик ФИО3 и ее несовершеннолетний сын К.М.В. в указанной квартире не проживают, не имеет правового значения для настоящего спора, поскольку данные обстоятельства соответствуют условиям заключенного договора дарения, согласно которым ФИО1 и ее сын ФИО4 сохраняют право пользования квартирой на условиях проживания до смерти после перехода права собственности на квартиру к одаряемому. При этом истец и несовершеннолетний К.М.В. с его матерью членами одной семьи не являются. Брак между ФИО3 и ФИО4 прекращен ДД.ММ.ГГГГ.
Обязанность оплаты коммунальных услуг лежит, в том числе, на зарегистрированных и проживающих в жилом помещении лицах. Компенсация оплаты содержания жилья и вносов на капитальный ремонт общего имущества многоквартирного дома, которую в силу закона несет только собственник, имеет иной порядок разрешения. Налог на имущество в отношении спорной квартиры в 2020 и 2021 годах в отношении указанной квартиры оплачивался ответчиком, что подтверждается информацией налогового органа от 05.12.2022.
Таким образом, утверждение истца ФИО1 о мнимом характере договора дарения в ходе рассмотрения дела подтверждения не нашли.
Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ, содержащимся в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела части I первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе, сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Исходя из содержания пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что сделки признаются притворными при наличии ряда условий: и в прикрываемой, и в притворной сделке присутствуют одни и те же стороны; волеизъявление сторон не совпадает с их внутренней волей при совершении сделки; внутренней волей стороны преследуют общую цель - достижение в прикрываемой сделке иных гражданско-правовых отношений по сравнению с указанными в притворной сделке, между ними достигнуто соглашение по всем существенным условиям; намерения и цели одного участника сделки недостаточно; стороны совершают указанные сделки умышленно и полностью осознают последствия их совершения (умышленная форма вины). Именно в связи с наличием указанных признаков в их совокупности законодатель определяет притворные сделки ничтожными.
Позиция стороны истца ФИО1, настаивающей на притворности договора дарения, заключается в том, что данный договор фактически прикрывает завещание.
Между тем, принимая во внимание вышеприведенные нормы материального права, заявленные ФИО1 основания для признания договора дарения притворной сделкой, суд приходит к выводу о том, все юридически значимые основания для удовлетворения требований о признании вышеуказанного договора недействительным отсутствуют.
Истцом не доказано, что при заключении договора дарения обе стороны договора, в том числе одаряемый К.М.В. в лице законного представителя ФИО3, имели намерение заключить притворную сделку, прикрывая таким способом завещание ФИО1
Кроме того, силу положений статьи 1118 ГК РФ завещание является односторонней сделкой по распоряжению имуществом на случай смерти и порождает права и обязанности только после открытия наследства, в то время как стороны осуществили государственную регистрацию права собственности на квартиру с кадастровым номером № по адресу: <адрес> за К.М.В., то есть одаряемый принял дар, вступив в права собственника указанного недвижимого имущества.
Факт проживания ФИО1 в указанной квартире после заключения договора дарения не противоречит условиям договора дарения, а кроме того, собственник квартиры в лице законного представителя вправе был распорядиться имуществом, принадлежащим ему на праве собственности, в том числе предоставив квартиру для дальнейшего проживания ФИО1
Согласно положениям статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
Заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.
В соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
Таким образом, разумность участников гражданских правоотношений, то есть осознание ими правовой сути и последствий совершаемых действий предполагается, пока не доказано обратное.
В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных статьями 170, 178 ГК РФ, возложено на истца, при этом стороной истца не представлено доказательств того, что истец не желала и не имела намерения передать квартиру в собственность внука К.М.В. в дар или существенно заблуждалась относительно природы сделки, поскольку доказательств преднамеренного создания у нее не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на ее решение, представлено не было.
При заключении оспариваемой сделки воля сторон была выражена и направлена на достижение именно того результата, который был достигнут подписанием договора дарения. При этом оспариваемый договор подписан сторонами лично, название договора (договор дарения) и его текст, не позволяют усомниться в том, что волеизъявление сторон было направлено на заключение именно договора дарения.
Поскольку оспариваемый договор дарения содержит все существенные условия, которые изложены четко, ясно и исключают возможность его неоднозначного толкования, сторонами подписан и исполнен, воля истца была направлена на заключение договора, который ею подписан собственноручно, в числе прочих документов, необходимых для регистрации перехода права собственности. Доказательств, подтверждающих, что оспариваемая сделка была совершена под влиянием существенного заблуждения, истцом не представлено. Истец, заключая сделку, действовала осознано, понимала правовую природу заключаемого договора, истец не доказала, что при совершении сделки дарения ее воля была направлена на совершение какой-либо другой сделки.
Изложенные в судебном заседании доводы ответчика о том, что она с сыном не планировала проживать в спорной квартире, полагая, что квартира достанется ее сыну лишь после смерти истца, не противоречит существу заключенного договора дарения с правом пожизненного проживания и сохранением права пользования.
Таким образом, заявленные ФИО1 исковые требования о признании недействительным договора дарения квартиры с правом пожизненного проживания и сохранением права пользования от 18.03.2020, заключенного между ней и несовершеннолетним К.М.В. в лице законного представителя ФИО3 в отношении квартиры с кадастровым номером №, площадью 68,4, расположенной по адресу: <адрес>; а также производные требования о применении последствий недействительности сделки удовлетворению не подлежат.
На основании изложенного, ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд
решил:
в удовлетворении исковых требований ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) к ФИО3 (паспорт <данные изъяты>), действующей в интересах несовершеннолетнего К.М.В. (свидетельство о рождении серии <данные изъяты>), о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки отказать.
Решение может быть обжаловано в Вологодский областной суд через Вологодский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья (подпись)
Копия верна.
Судья А.А. Белова
Решение в окончательной форме принято 16.12.2022.