№ 2-765/2025
УИД 75RS0023-01-2025-000752-34
РЕШЕНИЕ (не вступило в законную силу)
Именем Российской Федерации
12 мая 2025 года <...>
Черновский районный суд г.Читы
в составе председательствующего Петрова А.В.,
при секретаре Гантимуровой В.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Чите, в помещении суда, гражданское дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Желдор-Сервис» к ФИО1, ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного работодателю,
УСТАНОВИЛ:
Представитель Общества с ограниченной ответственностью «Желдор-Сервис» (далее ООО «Желдор-Сервис») ФИО3 обратилась в суд с вышеназванными исковыми требованиями, ссылаясь на следующее:
Между ООО «Желдор-Сервис» и ФИО1 был заключен трудовой до-говор № от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого работник принят на должность машинист (кочегар) котельной. 27 января 2025 г. трудовой договор с ФИО1 был расторгнут по инициативе работодателя, в соответствии с подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ.
Между ООО «Желдор-Сервис» и ФИО2 был заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого работник принят на должность машинист (кочегар) котельной. ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор со ФИО2 был расторгнут по инициативе работника, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового Кодекса РФ.
02 марта 2024 г. в период с 18 часов 00 минут до 18 часов 30 минут в филиале ООО «Желдор-Сервис» в г. Чита на участке Котельная произошел инцидент с паровым котлом Е-1, 6-1, 4р (ДСЕ-1,6-14 р) зав. №, peг. №, повлекший выход его из строя.
Данный котел обслуживали, работавшие в смену ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ машинист (кочегар) ФИО1 и машинист (кочегар) ФИО2
Согласно акту расследования инцидента с котлом ДСЕ-1,6-14р, заводской № определено, следующее котел с ручной топкой на угле, ДСЕ-1,6-14р зав №, 1997 г. выпуска, установлен в филиале ООО «Желдор-Сервис» в г. Чита, эксплуатируется с 2015 г.
02 марта 2024 г. работа котла остановлена в связи с обнаружением течи. С 02 по 03 марта 2024 г. в котельной работала смена машинистов (кочегаров) ФИО1 и ФИО2
По результатам работы комиссии были сделаны выводы:
Причина выхода котла из строя - непрофессиональные действия или бездействие машинистов (кочегаров) ФИО1 и ФИО2, при низком уровне воды в котле которые привели к гидроудару и повреждению более 25% соединений труб котла.
Согласно акту проверки оборудования, работающего под избыточным давлением от «10» марта 2024 г. было установлено питательные устройства и запорная арматура на линиях продувки и набора воды соответствует установленным требованиям и не может быть причиной выхода из строя котла Е-1, 6-1, 4р (ДСЕ-1,6-14 р) зав. №, peг. №
Комиссия считает, что паровой котел находился в технически исправном состоянии, но управление подпиткой котла производилась в ручном режиме, ручной режим предусмотрен при работе котла.
Таким образом, инцидент произошел по причине невнимательности обслуживающего персонала (недостаточное наблюдение за уровнем воды в котле), а также, нарушений должностной и производственной инструкций.
ООО «Желдор-Сервис» была назначена экспертиза промышленной безопасности поврежденного котла, проведение которой было поручено ООО «Горно-Технический Центр».
Согласно заключению экспертизы промышленной безопасности № от 25 апреля 2024 г., проведенной ООО «Горно-Технический Центр» инцидент, произошедший в марте 2024 г, заключается в следующем:
1) произошло нарушение герметичности в угловых сварных и вальцовочных соединениях труб поверхностей нагрева с верхним барабаном (вследствие образовавшихся трещин, наличие которых подтверждают индикаторные следы, выявленные методом МПД);
2) появились «свищи» (течи) в трубах конвективного пучка (образовавшиеся на участках локальных сверхнормативных утонений этих труб, наличие которых подтверждается результатами ультразвуковой толщинометрии).
На основании этих признаков сделан следующий вывод о причинах выхода котла из строя наиболее вероятной причиной, приведшей к инциденту с данными характерными признаками, является гидравлический (гидропневматический) удар, т.е. резкий скачок давления во внутренних (пароводяных) полостях котла.
В результате проведенной экспертизы сделан вывод о том, что объект экспертизы не соответствует требованиям промышленной безопасности и не может быть допущен к дальнейшей эксплуатации. Восстановительный ремонт парового котла экономически не целесообразен.
Своими действиями/ бездействием машинист (кочегар) ФИО1 нарушил п.2.1.3., 2.1.6., ДД.ММ.ГГГГ должностной инструкции, что повлекло инцидент с паровым котлом Е-1, 6-1, 4р (ДСЕ-1,6-14 р) зав. №, per. № и выход его из строя.
Своими действиями/ бездействием машинист (кочегар) ФИО2 нарушил п.2.1.3., 2.1.6., ДД.ММ.ГГГГ должностной инструкции, что повлекло инциденте паровым котлом Е-1, 6-1, 4р (ДСЕ-1,6-14 р) зав. №, per. № и выход его из строя.
Вместе с тем, вина ФИО1 и ФИО2 подтверждается указанными выше Актом расследования инцидента с котлом, экспертизой промышленной безопасности № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной ООО «Горно-Технический Центр».
В соответствии с заключением Специалиста ООО «СТРОЙСОВЕТ» ДД.ММ.ГГГГ, рыночная стоимость затрат на устранение ущерба, причиненного конструктивному элементу объекта недвижимости (восстановление инженерно-технической системе отопления), находящегося по адресу: <адрес>, пострадавшему в результате аварии парового котла Е-1,6-1,4 р (ДСЕ-1,6-1,4р) в ценах ДД.ММ.ГГГГ, составляет 2 329 936,50.
Согласно п. 2.4.4. трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО1, п. 2.4.4. Трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного со ФИО2 Работодатель имеет право привлекать Работника к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами РФ.
Письменный договор о полной материальной ответственности с машинистом (кочегаром) ФИО1 не заключался. Письменный договор о полной материальной ответственности с машинистом (кочегаром) ФИО2 не заключался
С учетом положений ст. 243 ТК РФ, на машиниста (кочегара) ФИО1 и ФИО2 не может быть возложена материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба.
Таким образом машинист (кочегар) ФИО1 причинил ООО «Желдор-Сервис» прямой действительный ущерб за который несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка.
Как следует из справки Работодателя от ДД.ММ.ГГГГ среднемесячный заработок ФИО1 составил 34 299, 28 руб. Машинист (кочегар) ФИО2 причинил ООО «Желдор-Сервис» прямой действительный ущерб за который несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка. Как следует из справки Работодателя от ДД.ММ.ГГГГ, среднемесячный заработок ФИО2 составил 12 775,26 руб. ФИО1 и ФИО2 направлялись претензии с предложением добровольно возместить причиненный ущерб, однако ущерб возмещен не был.
На основании вышеизложенного просит суд:
- взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Желдор-Сервис» возмещение ущерба в размере среднемесячного заработка составляющего 34 299 рублей 28 копеек.
- взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Желдор-Сервис» расходы по оплате государственной пошлины в размере 4000 рублей 00 копеек.
- взыскать со ФИО2 в пользу ООО «Желдор-Сервис» возмещение ущерба в размере среднемесячного заработка составляющего 12775 рублей 26 копеек.
- взыскать со ФИО2 в пользу ООО «Желдор- Сервис» расходы по оплате государственной пошлины в размере 4000 рублей.
Представитель истца ООО «Желдор-Сервис» ФИО3 в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования в полном объеме.
Ответчик ФИО1, в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, указал, что котел был не пригоден к эксплуатации, досудебную претензию он не получал.
Ответчик ФИО2 о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился.
Руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.
Исследовав материалы дела, заслушав позицию сторон, суд приходит к следующему.
Согласно статье 232 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.
Трудовым договором или заключаемыми в письменной форме соглашениями, прилагаемыми к нему, может конкретизироваться материальная ответственность сторон этого договора. При этом договорная ответственность работодателя перед работником не может быть ниже, а работника перед работодателем - выше, чем это предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
В соответствии со ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.
Согласно ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации, работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.
Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
В соответствии со ст. 242 данного Кодекса, полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.
Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных ТК РФ или иными федеральными законами. Действующим законодательством возложение на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба допускается в случае умышленного причинения ущерба, а также причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда.
Согласно ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях:
1) когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей;
2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу;
3) умышленного причинения ущерба;
4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения;
5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда;
6) причинения ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом;
7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами;
8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.
Материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (статья 239 ТК РФ).
В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба (п.4).
Из смысла приведенных выше норм в совокупности с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой распределяется бремя доказывания между сторонами гражданского процесса, следует, что лицо, требующее возмещения ущерба, должно доказать факт причинения ущерба, противоправность поведения причинителя вреда, юридически значимую причинную связь между первым и вторым элементами, размер вреда. Бремя доказывания отсутствия вины, а равно иного размера вреда, нежели доказано истцом, лежит на ответчике.
Как установлено в ходе судебного разбирательства и подтверждается материалами дела,
ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Желдор-Сервис» и ФИО1 заключен трудовой договор№ согласно которому ФИО1 принимается на должность «машинист (кочегар) котельной» на неопределённый срок, местом работы является филиал ООО «Желдор-Сервис» г. Читы, расположенный по адресу <адрес>, работник ознакомлен в том числе с правилами внутреннего трудового распорядка от 25.06.2015, должностной инструкцией, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ООО «Желдор-Сервис» подписано дополнительное соглашение № к указанному договору. Приказом от 08.08.2016 года ФИО1 принят на работу (л.д.__).
27 января 2025 года вынесен приказ 16/к о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО1 в соответствии с п. «а» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ (л.д.__).
01 марта 2024 года между ООО «Желдор-Сервис» и ФИО2 заключен трудовой договор №, согласно которому ФИО2 принят на должность «машинист( кочегар) котельной» на неопределённый срок, местом работы является филиал ООО «Желдор-Сервис» г. Читы, расположенный по адресу <адрес>, работник ознакомлен в том числе с правилами внутреннего трудового распорядка, должностной инструкцией. приказом от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 принят на работу (л.д.___).
25 марта 2024 года вынесен приказ № о прекращении (расторжении) трудового договора со ФИО2 по инициативе работника, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового Кодекса РФ.
02 марта 2024 г. в период с 18 часов 00 минут до 18 часов 30 минут в филиале ООО «Желдор-Сервис» в г. Чита на участке котельная произошел инцидент с паровым котлом Е-1, 6-1, 4р (ДСЕ-1,6-14 р) зав. №, peг. №, повлекший выход его из строя.
Согласно табелю учета рабочего времени 02 марта 2024 года с 8 часов 00 мину по 08 часов 00 минут 03 марта 2024 года в смене работали машинисты (кочегары) котельной ФИО1 и ФИО2, которые в указанный период занимались обслуживанием указанного котла ( л.д.__).
На основании приказа директора филиала ООО «Желдор-Сервис» г. Чита от ДД.ММ.ГГГГ №-п была создана комиссия по расследованию инцидента и выявления причины выхода котла из строя (л.д.___).
Согласно акту расследования инцидента с котлом ДСЕ-1,6-14р, заводской № определено, следующее котел с ручной топкой на угле, ДСЕ-16-1,4р № (заводской №), 1997 г. выпуска, установленный в филиале ООО «Желдор-Сервис» в г. Чита, эксплуатируется с 2015 года.
02 марта 2024 г. работа котла остановлена в связи с обнаружением течи. С 02 по 03 марта 2024 г. в котельной работала смена машинистов (кочегаров) ФИО1 и ФИО2
02.03.2024 ориентировочно в период с 18.00 до 18.30 на котле был низкий уровень воды (не включен вовремя насос подпитки воды в котел и уровень воды в котле упал ниже аварийного). По камерам, установленным в котельной, было определено следующее примерно в 18.00 машинист (кочегар) ФИО1 обратил внимание на стекла уровня воды в котле, через короткий промежуток времени на стекла уровня смотрели уже ФИО1 и ФИО2 и наладчик ФИО4, после этого все присутствующие из котельной вышли и зашли в котельную в 18.20, при открывании двери на улицу видна лужа воды от котла, до это времени лужи не наблюдалось. О произошедшем позвонили начальнику котельной ФИО5 По распоряжению начальника котельной ФИО5 котел был остановлен до прибытия подрядчика осуществляющего ремонт котла.
05 марта 2024 года подрядчиком котел был осмотрен, обнаружены течи и повреждения, которые могли появиться в результате гидроудара.
07 марта 2024 года было определено 53 течи в видимой части котла в конвективных трубах, что составляет (25%), деформировано 18 экрана в результате их перегрева, по результатам составлен акт дефектовки котла (л.д.__)
В ходе расследования инцидента с котлом были получены объяснения от машинистов (кочегаров) ФИО1 и СлепышеваВ.В., согласно которым ФИО1 пояснил, что он был на смене с 02.03.2024 г. по 03.03.2024 г. Все было нормально, вышел за углем, когда зашел в котельную обнаружил лужу воды, спросил у напарника откуда вода, подойдя к котлу, увидел, что из котла бежит вода, остановил котел и позвонил начальнику котельной ФИО5 В объяснении от 18.03.2024 г. ФИО1 подтвердил, что знал, что котел работает в ручном режиме, о чем ему в ноябре месяце сообщил главный инженер. Во время смены производил подкачку котла в ручном режиме по мере необходимости. Своей вины не признает. ФИО2 в объяснении от 03.03.2024 г. пояснил, что работал на смене с 02.03.24 г. по 03.03.24. Приблизительно в 18.00 зашел в кондейку ФИО1 и позвонил начальнику котельной, что побежал котел, в чем получил команду на остановку котла.
По автоматике котла: Котел с момента ввода в эксплуатацию, после сдачи из ремонта ИП ФИО6 24.01.2024 г. был запущен в полуавтоматическом режиме Примерно 22-23 февраля после очередного сбоя автоматики котел переведен в ручной режим управления (данный режим предусмотрен Щитом управления котла) слесарем КИПиА ФИО7, ручная подкачка воды возложена на кочегаров-машинистов.
По результатам работы комиссии сделаны выводы. причиной выхода котла – непрофессиональные действия или бездействия кочегара машиниста ФИО1 при низком уровне воды в котле, которые привели к гидроудару и повреждению более 25% соединений труб котла (л.д.__).
Согласно акту проверки оборудования, работающего под избыточным давлением от «10» марта 2024 г. было установлено питательные устройства и запорная арматура на линиях продувки и набора воды соответствует установленным требованиям и не может быть причиной выхода из строя котла Е-1, 6-1, 4р (ДСЕ-1,6-14 р) зав. №, peг. №
Согласно акту № испытания арматуры от ДД.ММ.ГГГГда сделано заключение: арматура, указанная в таблице соответствует требованиям КД (ТЗ, ТУ), и не может быть причиной выхода из строя котла Е-1, 6-1, 4р (ДСЕ-1,6-1,4 р) зав. №, peг. №. Однотипные клапаны запорные (вентиля) 15с18нж Ду 32 мм, Ру 40, в количестве 10 (десять) штук признаны годными для дальнейшего использования при Р раб. 2,5 (25,0) Мпа (кгс/см.2).
Согласно акту № испытания арматуры от ДД.ММ.ГГГГ сделано заключение: арматура, указанная в таблице соответствует требованиям КД (ТЗ, ТУ)., и не может быть причиной выхода из строя котла Е-1, 6-1, 4р (ДСЕ-1,6-14 р) зав. №, peг. №. Однотипные клапаны запорные (вентиля) 15с22нж Ду 50 мм, Ру 40, в количестве 2 (две) штуки, признаны годными для дал¬нейшего использования при Р раб. 1, 3 (13) Мпа (кгс/см.2).
Согласно акту № испытания арматуры от ДД.ММ.ГГГГ сделано заключение: арматура, указанная в таблице соответствует требованиям КД (ТЗ, ТУ)., и не может быть причиной выхода из строя котла Е-1, 6-1, 4р (ДСЕ-1,6-14 р) зав. №, peг. №. Клапаны обратные (вентиля) Ду 50Ру 2516 кч9нж, в количестве 1 (одна) штука, клапаны обратные DN32 PN 40 Ду 32 мм, Ру 40 в количестве 2 ( две) штуки и однотипные запорные (вентиля Ду20, Ру 63 1С-11-3 в количестве 2 (две) штуки признаны годными для дальнейшего использования при Рраб 1, 3(13) Мпа (кгс,см2).
Согласно Акту № испытания насосов от ДД.ММ.ГГГГ сделано заключение: Легкие вертикальные многоступенчатые насосы CDM3, количество 2 (Два ) штуки, CDM3-26 FSWPR, CDM3-26FSWPR, признаны годными для дальнейшего использования при Рраб 1,3 (13) Мпа (кгс/см2).
Согласно заключению экспертизы промышленной безопасности № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной ООО «Горно-Технический Центр» инцидент, произошедший в марте 2024 г, заключается в следующем:
1) произошло нарушение герметичности в угловых сварных и вальцовочных соединениях труб поверхностей нагрева с верхним барабаном (вследствие образовавшихся трещин, наличие которых подтверждают индикаторные следы, выявленные методом МПД);
2) появились «свищи» (течи) в трубах конвективного пучка (образовавшиеся на участках локальных сверхнормативных утонений этих труб, наличие которых подтверждается результатами ультразвуковой толщинометрии).
На основании этих признаков сделан вывод о причинах выхода котла из строя наиболее вероятной причиной, приведшей к инциденту с данными характерными признаками, является гидравлический (гидропневматический) удар, т.е. резкий скачок давления во внутренних (пароводяных) полостях котла.
Положительный гидроудар (быстрое повышение давления в трубопроводе) может произойти при быстром закрытии запорной арматуры или при включении насосного оборудования. Для парового котла наиболее вероятной причиной является упуск воды (понижение уровня воды в котле ниже допустимого) с последующей подпиткой неохлажденного котла водой. При попадании подпиточной воды на раскаленные горячими продуктами горения поверхности барабана и труб поверхностей нагрева, вода мгновенно испаряется, что приводит к мгновенному повышению давления и даже взрыву котла.
Причинами упуска являются:
- неисправность (отказ в работе) питательных устройств (неполадки в работе автоматов питания);
- неисправность питательного вентиля, обратного клапана или регулятора подачи питательной воды в котел;
- сильная утечка воды из котла в результате разрыва труб, коллекторов, появления свищей в барабанах и т.п.
- отказ запорной арматуры на линиях продувки в момент продувки котла;
- невнимательность обслуживающего персонала (недостаточное наблюдение за уровнем воды в котле);
- нарушение производственной инструкции.
В результате проведенной экспертизы сделан вывод о том, что объект экспертизы не соответствует требованиям промышленной безопасности и не может быть допущен к дальнейшей эксплуатации.
Вместе с тем согласно должностной инструкции, машинист (кочегар) котельной осуществляет:
2.1.1. Обслуживание водогрейных котлов и паровых котлов с суммарной производительностью до 12 ГДж/ч ( до 3 Гкал/ч) или обслуживание в котельной отдельных водогрейных или паровых котлов с теплопроизводительностью котла до 21 ГДж/ч ( до 5 Гкал/ч), работающих на твердом топливе.
2.1.2. Обслуживание котлов паровых железнодорожных кранов грузоподъемностью до 25 т.
2.1.3. Растопку, пуск, остановку котлов и питание их водой.
2.1.4. Дробление топлива, загрузку и шуровку топки котла.
2.1.5. Регулирование горения топлива.
2.1.6. Наблюдение по контрольно-измерительным приборам за уровнем воды в котле, давлением пара и температурой воды, подаваемой в отопительную систему.
2.1.7. Пуск, остановку насосов, моторов, вентиляторов и других вспомогательных механизмов.
2.1.8. Чистку арматуры и приборов котла.
2.1.9. Обслуживание теплосетевых бойлерных установок или станций мятого пара,
расположенных в зоне обслуживания основных агрегатов, с суммарной тепловой нагрузкой до 42 ГДж/ч (до 10 Гкал/ч).
ДД.ММ.ГГГГ. Очистку мятого пара и деаэрацию воды.
ДД.ММ.ГГГГ. Поддержание заданного давления и температуры воды и пара.
ДД.ММ.ГГГГ. Участие в промывке, очистке и ремонте котла.
ДД.ММ.ГГГГ. Удаление вручную шлака и смолы из топок и бункеров паровых и водогрейных котлов производственных и коммунальных котельных и поддувал газогенераторов, а также с ко-лосниковых решеток, топок, котлов и поддувал паровозов.
ДД.ММ.ГГГГ. Планировку шлаковых и зольных отвалов.
Таким образом, машинист (кочегар) ФИО1 нарушил п.2.1.3., 2.1.6., ДД.ММ.ГГГГ должностной инструкции, что повлекло инцидент с паровым котлом, машинист (кочегар) ФИО2 нарушил п.2.1.3., 2.1.6., ДД.ММ.ГГГГ должностной инструкции, что повлекло инциденте паровым котлом и выход его из строя.
Вина работников подтверждается исследованными в судебном заседании актом расследования инцидента с котлом, экспертизой промышленной безопасности №-ТУ/ОК от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной ООО «Горно-Технический Центр».
Согласно заключению специалиста ООО «СТРОЙСОВЕТ» ДД.ММ.ГГГГ рыночная стоимость затрат на устранение ущерба, причиненного конструктивному элементу объекта недвижимости (восстановление инженерно-технической системе отопления), находящегося по адресу: РФ, Забайкальский край, г. Чита, <адрес>, пострадавшему в результате аварии парового котла Е-1,6-1,4 р (ДСЕ-1,6-1,4р) в ценах ДД.ММ.ГГГГ, составляет 2 329 936,50 рублей.
Согласно п. 2.4.4. трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО1, п. 2.4.4. Трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного со ФИО2 Работодатель имеет право привлекать работника к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами РФ.
В Перечне должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 85 профессия машинист (кочегар) не поименована.
Вместе с тем письменный договор о полной материальной ответственности с машинистом (кочегаром) ФИО1, ФИО2 не заключался.
В соответствии со ст. 243 ТК РФ, на машиниста (кочегара) ФИО1 и ФИО2 не может быть возложена материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба.
Таким образом машинисты (кочегары) ФИО1 и ФИО2 причинили ООО «Желдор-Сервис» прямой действительный ущерб за который несут материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка.
Согласно справке от 16.01.2025 года среднемесячный заработок работника ФИО1 составляет 34299 рублей 28 копеек.
Согласно справке от 16.01.2025 года среднемесячный заработок работника ФИО2 составляет 12 75 рублей 26 копеек.
Сумма ущерба стороной ответчика не оспорена.
В соответствии со статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.
В соответствии с п. 10 Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» если трудовым договором не предусмотрено, что указанные лица в случае причинения ущерба несут материальную ответственность в полном размере, то при отсутствии иных оснований, дающих право на привлечение этих лиц к такой ответственности, они могут нести ответственность лишь в пределах своего среднего месячного заработка.
Таким образом, представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о возложении на ответчика материальной ответственности в размере среднего месячного заработка.
Данное обстоятельство сторонами не оспаривается.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что с ответчика ФИО2, в пользу истца подлежит взысканию материальный ущерб в сумме 12775,26 руб., с ответчика ФИО1, в пользу истца подлежит взысканию материальный ущерб в сумме 34299,28 руб.
В соответствии с положениями ст. 98 ГПК РФ, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной в сумме 8000 руб., уплаченные истцом при подаче искового заявления.
Руководствуясь ст.ст. 194, 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ :
Исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Желдор-Сервис» удовлетворить:
- Взыскать с ФИО1 (<данные изъяты>) денежные средства в счет возмещения ущерба в размере среднемесячного заработка в сумме 34 299 руб. 28 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 4000 руб.;
- Взыскать со ФИО2 <данные изъяты>) денежные средства в счет возмещения ущерба в размере среднемесячного заработка в сумме 12 775 руб. 26 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 4000 руб.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме через Чер-новский районный суд г.Читы. Мотивированное решение в окончательной форме будет изготовлено 03 июня 2025 года.
Судья: А.В. Петров