№ 3/2-404/2023 Судья первой инстанции: Кузнецова О.П.
№ 22К-3179/2023 Судья апелляционной инстанции: Глухова Е.М.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
29 сентября 2023 года г. Симферополь
Верховный Суд Республики Крым в составе:
председательствующего судьи – Глуховой Е.М.,
при секретаре судебного заседания – Корохове А.С.,
с участием прокурора – Туробовой А.С.,
обвиняемых – ФИО2, ФИО1, ФИО3,
защитников – адвокатов Музыки А.С., Чиркова А.А., Фирстова Д.Ю., Соловьевой Д.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционным жалобам защитников обвиняемого ФИО2 – адвокатов Музыки А.С. и Чиркова А.А., защитника обвиняемого ФИО1 – адвоката Фирстова Д.Ю., защитника обвиняемого ФИО3 – адвоката Исьянова Р.Н. на постановление Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 13 сентября 2023 года, которым в отношении
ФИО2,
ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты> гражданина Российской Федерации, имеющего <данные изъяты>, зарегистрированного по <адрес>, проживающего по <адрес>, несудимого,
обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 35 ч.2, 330 ч.2, 163 ч.2 п.п. «а,г» УК РФ,
продлен срок содержания под стражей на 25 суток, а всего до 9 месяцев 22 суток, т.е. до 11 октября 2023 года.
ФИО1,
ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, гражданина Российской Федерации, <данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего по <адрес>, несудимого,
обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 35 ч.2, 330 ч.2, 163 ч.2 п.п. «а,г» УК РФ,
продлен срок содержания под стражей на 25 суток, а всего до 11 месяцев 23 суток, т.е. до 11 октября 2023 года.
ФИО3,
ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, гражданина Российской Федерации, <данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего по <адрес>, несудимого,
обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 35 ч.2, 330 ч.2, 163 ч.2 п.п. «а,г» УК РФ,
продлен срок содержания под стражей на 25 суток, а всего до 11 месяцев 23 суток, т.е. до 11 октября 2023 года.
Заслушав доклад судьи о содержании постановления и доводах апелляционных жалоб защитников, выслушав участников судебного разбирательства по доводам апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции,
УСТАНОВИЛ:
Постановлением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 13 сентября 2023 года продлен срок содержания под стражей обвиняемого ФИО2 на 25 суток, а всего до 9 месяцев 22 суток, т.е. до 11 октября 2023 года, обвиняемых ФИО1 и ФИО3 на 25 суток, а всего до 11 месяцев 23 суток, т.е. до 11 октября 2023 года.
В апелляционной жалобе защитник обвиняемого ФИО2 – адвокат Музыка А.С., полагая обжалуемое постановление незаконным и необоснованным ввиду несоответствия изложенных в нем обстоятельств требованиям действующего законодательства и фактическим обстоятельствам дела, просит постановление отменить и изменить обвиняемому меру пресечения на домашний арест.
В обоснование своих доводов защитник, ссылаясь на положения ст.ст. 7, 14 УПК РФ, ст. 49 Конституции Российской Федерации, не соглашаясь с выводами суда о продлении срока содержания ФИО2 под стражей по тем основаниям, что последний обвиняется в совершении тяжкого преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, официально не трудоустроен, может скрыться от предварительного следствия и суда, иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, в том числе с учетом того факта, что обвиняемые лично знакомы с потерпевшим и иными неустановленными либо скрывшимися участниками инкриминируемого деяния, указывает, что такие выводы носят предположительный характер ввиду отсутствия фактических доказательств, свидетельствующих о том, что обвиняемый при применении иной меры пресечения может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов следствия и суда, уничтожить доказательства по уголовному делу либо иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу.
Полагает, что судом первой инстанции не учтены те обстоятельства, что ФИО2 к уголовной ответственности не привлекался и судимости не имеет, что свидетельствует об отсутствии оснований полагать, что последний может продолжить заниматься преступной деятельностью.
Считает, что данные протокола очной ставки между обвиняемым и потерпевшим об отсутствии со стороны последнего к обвиняемому претензий и наличии факта займа денежных средств свидетельствуют об отсутствии у обвиняемого мотивов оказывать давление на потерпевшего.
Обращает внимание, что судом не дана надлежащая оценка доводам стороны защиты о том, что мера пресечения в виде домашнего ареста, связанная с изоляцией от общества, обеспечит достижение целей и задач уголовного судопроизводства и беспрепятственное окончание предварительного следствия, как и не дана оценка представленным стороной защиты сведениям о наличии денежных средств для изменения меры пресечения на залог.
Судом не исследованы вопросы о предшествующем поведении обвиняемого, который ранее к уголовной ответственности не привлекался, при задержании сопротивления не оказывал, скрыться не пытался, не предпринимал каких-либо мер, свидетельствующих о наличии у него намерений скрыться от органов следствия и суда.
В апелляционной жалобе защитник обвиняемого ФИО2 – адвокат Чирков А.А., полагая обжалуемое постановление незаконным и необоснованным, просит его отменить, в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей отказать и избрать в отношении ФИО2 меру пресечения, не связанную с содержанием под стражей, освободив обвиняемого из-под стражи в зале суда.
В обоснование своих доводов защитник, ссылаясь на положения ст.ст. 7, 97, 108 УПК РФ, разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», указывает, что решение о продлении срока содержания под стражей судом принято при отсутствии обоснованного подозрения (обвинения) в отношении обвиняемого, а также судом не проверено и не дана оценка доказательствам причастности обвиняемого к совершению инкриминируемых ему преступлений и обжалуемое постановление не содержит мотивировки по данному вопросу.
Полагает, что исходя из материалов уголовного дела, в действиях ФИО2 отсутствует состав преступления, предусмотренный ст. 163 УК РФ.
Кроме того указывает, что следователем не представлено суду доказательств и в обжалуемом постановлении судом не приведено конкретных фактических обстоятельств в обоснование выводов о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого, свидетельствующих о том, что ФИО2 может скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью, воспрепятствовать расследованию, в частности имеет намерения скрываться, препятствовал расследованию, оказывал давление на свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, как и может продолжить заниматься преступной деятельностью, поскольку последний ранее не привлекался к уголовной ответственности и не совершал никаких действий, которые могут быть отнесены к продолжению преступной деятельности.
Считает, что с учетом непредоставления прокурором и следователем достаточных обоснований необходимости продления срока содержания под стражей в отношении обвиняемого, т.е. наличия оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, а также с учетом личности ФИО2, не предпринимавшего мер с целью скрыться, препятствовать расследованию либо продолжить заниматься преступной деятельностью, имеющего постоянное место жительства на территории Российской Федерации и Республики Крым, крепкие социальные связи, не имеется оснований для продления срока содержания под стражей, поскольку мера пресечения в виде домашнего ареста, запрета определенных действий либо иная мера пресечения, не связанная с содержанием под стражей, обеспечит надлежащее процессуальное поведение обвиняемого.
Полагает, что в настоящее время в полном объеме отпали основания, по которым ФИО2 избиралась мера пресечения, поскольку предварительное расследование окончено, все свидетели, по мнению государственного обвинения, допрошены.
В апелляционной жалобе защитник обвиняемого ФИО1 – адвокат Фирстов Д.Ю., полагая обжалуемое постановление незаконным и необоснованным, просит его изменить с изменением обвиняемому меры пресечения с заключения под стражу на домашний арест, а в ходе апелляционного рассмотрения материалов дела уточнил свою апелляционную жалобу, указав об изменении меры пресечения на запрет определенных действий.
В обоснование своих доводов защитник, ссылаясь на положения ст.ст. 97, 99 УПК РФ, правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», правовые позиции международных организаций, не соглашаясь с выводами суда о том, что применение в отношении обвиняемого более мягкой меры пресечения не может быть гарантией того, что, находясь вне изоляции от общества, последний не примет мер, направленных на оказание давления на потерпевшего, продолжение преступной деятельности, воспрепятствование производству по уголовному делу, поскольку обвиняемый не имеет официального источника доходов, обвиняется в совершении тяжкого преступления, указывает, что суду не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, в том числе, что ФИО1 имеет намерения уклониться от следствия и суда, воспрепятствовать установлению объективной истины по делу, в частности путем оказания воздействия на свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства, продолжить преступную деятельность.
Обращает внимание, что обвиняемый имеет прочные социальные связи, постоянное место жительства, в связи с чем не имеет реальной возможности и намерений скрыться от следствия и суда, воспрепятствовать установлению истины по делу, что, по мнению защитника, свидетельствует о необоснованности выводов о том, что иная, более мягкая, мера пресечения, не обеспечит надлежащее процессуальное поведение обвиняемого в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства.
Полагает, что решение о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого судом в нарушение требований закона принято исходя только из тяжести предъявленного обвинения.
Считает необходимым учесть те обстоятельства, что ФИО1 имеет постоянное место жительства, проживает совместно с престарелыми родителями, нуждающимися в постоянной помощи и уходе, имеет на иждивении малолетнего ребенка, ранее несудимый, имеет прочные социальные связи, положительно характеризуется по месту жительства, а также указывает, что в настоящее время существенно изменились обстоятельства в связи с переквалификацией инкриминируемого деяния на менее тяжкий уголовный закон, а также предварительное расследование по данному делу окончено, с материалами дела сторона защиты ознакомлена в полном объеме, что, по мнению защитника, исключает возможность вмешательства со стороны обвиняемого в процесс расследования.
В апелляционной жалобе защитник обвиняемого ФИО3 – адвокат Исьянов Р.Н., полагая обжалуемое постановление незаконным и необоснованным, просит его отменить и избрать в отношении обвиняемого более мягкую меру пресечения в виде домашнего ареста либо иную, не связанную с лишением свободы.
В обоснование своих доводов защитник, ссылаясь на положения ст.ст. 15, 126 Конституции Российской Федерации, правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, ст.ст. 1, 97 УПК РФ, разъяснения Постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», № 5 от 10 октября 2003 года «О применении судами общей юрисдикции общепринятых принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», правовые позиции международных организаций, приводя последовательность процессуальных действий по данному уголовному делу, указывает, что следователь обратился в суд с настоящим ходатайством о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого, ссылаясь на обстоятельства, которые фактически отпали, а также мотивируя свое ходатайство только тяжестью инкриминируемого деяния и предположениями, что ФИО3, находясь на свободе, может скрыться от следствия и суда, оказать давление на свидетелей, в обоснование которых не представлено конкретных доказательств.
Обращает внимание, что ФИО3 не имеет намерений скрыться от следствия и суда, препятствовать расследованию, имеет постоянное место жительства, семью, в том числе престарелых родителей, ранее не судим, положительно характеризуется, а поведение обвиняемого после инкриминируемого события свидетельствует, по мнению защитника, о надлежащем процессуальном поведении обвиняемого и его нежелании скрываться от следствия и суда.
Полагает, что суд, указав, что принимает во внимание фактические данные о событии преступления, а также данные о личности обвиняемого, и придя к выводу о продлении срока содержания под стражей, т.к. совершено тяжкое преступление и под тяжестью возможного наказания обвиняемый может скрыться, фактически дал оценку доказанности вины обвиняемого, ссылаясь на фабулу преступления, а не на обоснованность предъявленного обвинения.
Считает, что судом не приняты во внимание данные о личности ФИО3, ранее несудимого, имеющего постоянное место жительства, являющегося гражданином Российской Федерации, имеющего тесные социальные связи, семью, престарелых родителей, с которыми совместно проживал до задержания, положительные характеристики, грамоты, благодарности, высшее образование.
Указывает, что решение о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого принято судом, исходя только из тяжести инкриминируемого деяния, а выводы суда о том, что ФИО3 может скрыться от следствия и суда носят предположительный характер.
Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционных жалоб защитников, выслушав участников процесса по доводам апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Как следует из материалов дела, 16 сентября 2022 года возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ст. 163 ч.2 п.п. «а,в,г» УК РФ, по факту вымогательства, т.е. требования передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере, по которому предъявлено обвинение в совершении вышеуказанного преступления ФИО2 22 декабря 2022 года, ФИО1 и ФИО3 20 октября 2022 года.
Задержаны в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении вышеуказанного преступления, предусмотренного ст. 163 ч.2 п.п. «а,в,г» УК РФ, ФИО2 19 декабря 2022 года, ФИО1 и ФИО3 18 октября 2022 года.
Постановлением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 21 декабря 2022 года ФИО2 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца, т.е. до 19 февраля 2023 года, срок которой последовательно продлевался и обжалуемым постановлением продлен на 25 суток, всего до 9 месяцев 22 суток, т.е. до 11 октября 2023 года.
Постановлениями Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 19 октября 2022 года ФИО1 и ФИО3 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 28 суток, т.е. до 16 ноября 2022 года, срок которой последовательно продлевался и обжалуемым постановлением продлен на 25 суток, всего до 11 месяцев 23 суток, т.е. до 11 октября 2023 года.
Срок предварительного расследования по уголовному делу последовательно продлевался и 8 сентября 2023 года продлен соответствующим руководителем следственного органа на 4 суток, а всего до 12 месяцев, то есть до 11 октября 2023 года.
11 сентября 2023 года ФИО2, ФИО1 и ФИО3 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст.ст. 35 ч.2, 330 ч.2 УК РФ, как самоуправство, т.е. самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершения каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, если такими действиями причинен существенный вред, совершенное с применением насилия, а также под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, а также в совершении преступления, предусмотренного ст. 163 ч.2 п.п. «а,г» УК РФ, как вымогательство, т.е. требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.
В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.
Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей на срок до 6 месяцев. Дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьей того же суда по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации, иного приравненного к нему руководителя следственного органа либо по ходатайству дознавателя в случаях, предусмотренных частью пятой статьи 223 настоящего Кодекса, с согласия прокурора субъекта Российской Федерации или приравненного к нему военного прокурора, до 12 месяцев.
Из содержания ч.1 ст. 110 УПК РФ следует, что мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.
Ходатайства о продлении срока содержания под стражей обвиняемых составлены уполномоченным должностным лицом, в рамках возбужденного уголовного дела, в установленные законом сроки, с согласия соответствующего руководителя следственного органа и отвечают требованиям ст. 109 УПК РФ.
Судом, вопреки доводам апелляционных жалоб защитников Чиркова А.А. и Исьянова Р.Н., проверена обоснованность подозрения в причастности ФИО2, ФИО1 и ФИО3 к совершению инкриминируемых им деяний, не входя в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу, что следует из описательно-мотивировочной части обжалуемого постановления, в связи с чем также несостоятельными являются доводы апелляционной жалобы защитника Исьянова Р.Н. о том, что судом фактически дана оценка доказанности вины обвиняемого ФИО3
В исследованных судом первой инстанции материалах содержатся достаточные данные об обоснованности подозрения в причастности ФИО2, ФИО1 и ФИО3 к деяниям, в совершении которых они обвиняются, о чем свидетельствуют содержащиеся в представленных материалах дела протокол допроса потерпевшего ФИО12, протоколы предъявления последнему для опознания по фотографии о причастности обвиняемых к инкриминируемым событиям.
При этом в обсуждение вопроса о виновности ФИО2, ФИО1 и ФИО3, о доказанности предъявленного обвинения, квалификации деяний в рамках проверки судебного решения о продлении срока содержания обвиняемых под стражей суд апелляционной инстанции не входит, поскольку вопросы о доказанности или недоказанности предъявленного обвинения, правильности квалификации деяний, как и о допустимости либо недопустимости, достоверности и достаточности собранных по уголовному делу доказательств, подлежат разрешению судом при рассмотрении уголовного дела по существу предъявленного обвинения, в связи с чем не могут быть приняты во внимание доводы апелляционной жалобы защитника Чиркова А.А. об отсутствии в действиях ФИО2 состава преступления, предусмотренного ст. 163 УК РФ, в обоснование несогласия с судебным решением о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого.
Суд апелляционной инстанции находит, что судебное решение принято, исходя не только из тяжести предъявленного обвинения, как об этом указывает сторона защиты, но и из анализа всей совокупности обстоятельств, с учетом правовой позиции сторон, то есть с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих разрешение судом данного вопроса.
Суд первой инстанции на основании оценки приведенных в ходатайствах следователя мотивов, а также с учетом правовой и фактической сложности уголовного дела, необходимости проведения объема указанных следователем следственных и иных процессуальных действий, обуславливающих особую сложность данного уголовного дела, а также принимая во внимание, что ФИО2, ФИО1 и ФИО3 обвиняются в совершении преступлений, в числе которых тяжкое, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет, в совокупности с обстоятельствами инкриминируемых обвиняемым деяний и данными об их личности, не трудоустроенных, пришел к правильному выводу о наличии достаточных оснований полагать, что при применении иной, более мягкой, меры пресечения, обвиняемые ФИО2, ФИО1 и ФИО3 могут скрыться от органов предварительного следствия и суда, иным образом воспрепятствовать уголовному судопроизводству, в том числе со ссылкой на те обстоятельства, что обвиняемые знакомы с потерпевшим, обвиняются в совершении преступлений в группе с иными лицами, уголовное дело в отношении некоторых из них выделено в отдельное производство, т.к. они либо не установлены, либо скрылись, т.е. основания, по которым в отношении ФИО2, ФИО1 и ФИО3 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, на момент рассмотрения ходатайств следователя о продлении срока содержания под стражей не изменились и не отпали.
Судебное заседание проведено с соблюдением порядка, установленного ч. 6 ст. 108, ст. 109 УПК РФ.
Соглашаясь с выводами суда первой инстанции о необходимости продления срока содержания под стражей в отношении ФИО2, ФИО1 и ФИО3 и невозможности применения в отношении них иной, более мягкой, меры пресечения, как об этом указывает сторона защиты, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения меры пресечения обвиняемым ФИО2, ФИО1 и ФИО3 на иную, не связанную с содержанием под стражей.
Доводы стороны защиты о том, что необходимость продления в отношении ФИО2, ФИО1 и ФИО3 срока содержания под стражей не подтверждаются какими-либо фактическими данными, не могут быть приняты во внимание, поскольку в обоснование заявленных ходатайств следователем были представлены материалы, которые были предметом исследования в суде первой инстанции и на основании оценки которых в их совокупности суд пришел к правильному выводу о невозможности применения в отношении ФИО2, ФИО1 и ФИО3 иной, более мягкой, меры пресечения, поскольку обстоятельства инкриминируемых обвиняемым деяний, за совершение которых уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, в совокупности с данными о личности обвиняемых дают основания полагать о том, ФИО2, ФИО1 и ФИО3 при применении иной, более мягкой, меры пресечения могут скрыться от органов предварительного следствия и суда, воспрепятствовать производству по уголовному делу, в связи с чем иная мера пресечения не обеспечит надлежащего процессуального проведения обвиняемых ФИО2, ФИО1 и ФИО3
Доводы защитников о том, что судом не учтены данные о личности обвиняемых ФИО2, к уголовной ответственности не привлекавшегося и судимости не имеющего, не оказывавшего сопротивления при задержании, имеющего постоянное место жительства, крепкие социальные связи, ФИО1, ранее несудимого, имеющего прочные социальные связи, постоянное место жительства, проживавшего совместно с престарелыми родителями, нуждающимися в постоянной помощи и уходе, имеющего на иждивении малолетнего ребенка, положительно характеризующегося по месту жительства, ФИО3, ранее несудимого, имеющего постоянное место жительства, являющегося гражданином Российской Федерации, имеющего тесные социальные связи, семью, престарелых родителей, с которыми совместно проживал до задержания, положительные характеристики, грамоты, благодарности, высшее образование, как и ссылка стороны защиты на те обстоятельства, что обвиняемые не имеют намерений скрываться от органов предварительного расследования, препятствовать производству по уголовному делу, а также на окончание предварительного расследования по данному уголовному делу, не могут быть приняты во внимание, поскольку как следует из обжалуемого постановления, решение о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемых ФИО2, ФИО1 и ФИО3 судом принято с учетом данных об их личности, и данные доводы стороны защиты не опровергают вышеуказанных выводов суда первой инстанции о том, что иная, более мягкая, мера пресечения, не обеспечит надлежащего процессуального поведения обвиняемых ФИО2, ФИО1 и ФИО3, поскольку на данном этапе уголовного судопроизводства не являются достаточными основаниями, которые исключали бы реальную возможность совершения ими действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и давали бы возможность для беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства при применении в отношении ФИО2, ФИО1 и ФИО3 иной, более мягкой, меры пресечения.
Доводы апелляционных жалоб защитников об отсутствии оснований полагать, что ФИО2 может продолжить заниматься преступной деятельностью, и о необоснованности таких выводов суда, в том числе в отношении обвиняемого ФИО1, не могут быть признаны состоятельными, поскольку как усматривается из описательно-мотивировочной части обжалуемого постановления, в нем не содержится каких-либо суждений о том, что указанным обстоятельством судом обосновывалась необходимость продления срока содержания обвиняемых под стражей.
Принимая решение по ходатайству следователя, суд строго руководствовался требованиями уголовно-процессуального закона, учел объем следственных и процессуальных действий, которые необходимо выполнить по делу, обуславливающий особую сложность данного уголовного дела, и каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о необоснованном продлении в отношении ФИО2, ФИО1 и ФИО3 срока содержания под стражей, как и свидетельствующих о неэффективной организации предварительного расследования по данному уголовному делу, судом первой инстанции не установлено, не усматривается таких обстоятельств и судом апелляционной инстанции.
Как следует из материалов дела, суд первой инстанции с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам равные возможности для реализации своих прав. Ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было, тем самым нарушений норм уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации допущено не было.
Сведений об имеющихся у обвиняемых ФИО2, ФИО1 и ФИО3 заболеваниях, указанных в Перечне тяжелый заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемый в совершении преступлений, утвержденных Постановлением Правительства РФ № 3 от 14 января 2011 года, а также доказательств, подтверждающих невозможность содержания обвиняемых ФИО2, ФИО1 и ФИО3 под стражей по состоянию здоровья, удостоверенных в порядке ст. 110 ч.1.1 УПК РФ, в представленных материалах не имеется, не представлено их и в судебном заседании суда апелляционной инстанции.
Постановление суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, основано на объективных данных, содержащихся в представленных и исследованных в судебном заседании материалах, вынесено с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства.
Вместе с тем суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что обжалуемое постановление подлежит изменению, исходя из следующего.
Как следует из имеющейся в материалах дела копии паспорта гражданина Российской Федерации (<данные изъяты>), анкетными данными обвиняемого ФИО1 являются фамилия, имя и отчество – ФИО1, однако вводная и резолютивная части постановления содержат указания на отчество обвиняемого ФИО1 как «ФИО5», в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает необходимым внести уточнения в данной части.
Каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, а также нарушений прав, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, влекущих отмену либо изменение данного постановления, не имеется.
С учетом изложенного решение суда о необходимости продления срока содержания под стражей в отношении обвиняемых ФИО2, ФИО1 и ФИО3 суд апелляционной инстанции находит законным, обоснованным и мотивированным, в связи с чем не усматривает оснований для удовлетворения апелляционных жалоб защитников.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
Постановление Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 13 сентября 2023 года о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемых ФИО2, ФИО1, ФИО3 изменить.
Уточнить вводную и резолютивную части постановления в части анкетных данных ФИО1, указав как ФИО1.
В остальной части постановление суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитников обвиняемого ФИО2 – адвокатов Музыки А.С. и Чиркова А.А., защитника обвиняемого ФИО1 – адвоката Фирстова Д.Ю., защитника обвиняемого ФИО3 – адвоката Исьянова Р.Н. – без удовлетворения.
Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации.
Судья Е.М. Глухова