Судья Яценко А.Л. Дело № 33-1/2023

(номер дела в суде первой инстанции № 2-92/2021)

УИД 37RS0022-01-2020-002561-89

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 сентября 2023 года город Иваново

Судебная коллегия по гражданским делам Ивановского областного суда в составе председательствующего судьи Хрящевой А.А.,

судей Белоусовой Н.Ю., Тимофеевой Т.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Матвеевой О.В.,

с участием прокурора Куприяновой М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Белоусовой Н.Ю.

гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Фрунзенского районного суда города Иваново от 21 декабря 2021 года по делу по иску ФИО4 к Областному бюджетному учреждению здравоохранения «1-я городская клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратилась в суд с иском к Областному бюджетному учреждению здравоохранения «1-я городская клиническая больница» (далее – ОБУЗ «1-я ГКБ»), в котором просила взыскать с ответчика денежную компенсацию причиненного морального вреда в сумме 2 500 000 рублей.

Заявленные исковые требования обоснованы тем, что ДД.ММ.ГГГГ истица была экстренно доставлена в хирургическое отделение ОБУЗ «1-я ГКБ» в связи с <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ врачом хирургом ОБУЗ «1-я ГКБ» ФИО5 истице была проведена операция – <данные изъяты>, после чего состояние ФИО4 ухудшилось. ДД.ММ.ГГГГ в том же лечебном учреждении <данные изъяты> ФИО6 была проведена операция <данные изъяты>. В ходе данной операции было установлено, что при проведении первичной операции был <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> ФИО6 и хирургом ФИО5 проведен третья операция – <данные изъяты>. В послеоперационном периоде имелись признаки <данные изъяты>. Поскольку состояние ФИО4 продолжало ухудшаться, сотрудниками ОБУЗ «1-я ГКБ» планировалось проведение еще одной операции, однако родственники истицы смогли добиться проведения консультации специалистами Ивановской областной клинической больницы (далее – ОБУЗ «ИвОКБ»), куда истица была переведена после проведения консилиума врачей. ДД.ММ.ГГГГ в данном лечебном учреждении ей было выполнено <данные изъяты>, после <данные изъяты> она была выписана в удовлетворительном состоянии. В ДД.ММ.ГГГГ состояние истицы ухудшилось, она была экстренного госпитализирована в <данные изъяты> ОБУЗ «ИвОКБ», где находилась на лечении до ДД.ММ.ГГГГ, после чего была направлена на консультацию в отделение <данные изъяты> <данные изъяты>, где ей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ было проведено <данные изъяты> операций. При этом до настоящего времени не исключена возможность оперативного вмешательства в дальнейшем. В соответствии с заключением № от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> ФИО4 признана <данные изъяты>. В результате допущенной врачами ОБУЗ «1-я ГКБ» халатности при проведении операции и ненадлежащего исполнения ими своих обязанностей истице был причинен неисправимый вред здоровью. Полагая, что действиями врачей ОБУЗ «1-я ГКБ» ей причинен моральный вред, который заключается в физических и нравственных страданиях, перенесенных ею в связи с некачественно оказанной медицинской помощью, истица обратилась в суд с настоящим иском.

Решением Фрунзенского районного суда города Иваново от 21 декабря 2021 года в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ОБУЗ «1-я ГКБ» о взыскании компенсации морального вреда отказано.

С решением суда не согласилась истица ФИО4, в апелляционной жалобе, ссылаясь на неправильное определение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение судом норм материального и процессуального права, а также на несоответствие требованиям законодательства заключения судебно-медицинской экспертизы ОБУЗ «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, положенного в основу судебного решения, просит указанное решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

На основании определения от 02 августа 2023 года судебная коллегия по гражданским делам Ивановского областного суда перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ). Определением суда от 02 августа 2023 года, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены врачи ОБУЗ «1-я ГКБ» ФИО6, ФИО7, ФИО8 Кроме того, протокольным определением судебной коллегии от 05 сентября 2023 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены Департамент здравоохранения Ивановской области и Департамент управления имуществом Ивановской области.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истица ФИО4 и ее представитель адвокат ФИО1 поддержали заявленные исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении и апелляционной жалобе.

Представитель ответчика ОБУЗ «1-я ГКБ» по доверенности ФИО2 возражал относительно заявленных требований, просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, ОБУЗ «ИвОКБ», Департамента здравоохранения Ивановской области, Департамента управления имуществом Ивановской области, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, будучи извещенными надлежащим образом в порядке главы 10 ГПК РФ о времени и месте судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явились, в связи с чем, руководствуясь частью 3 статьи 167, частью 1 статьи 327 ГПК РФ, судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела при имеющейся явке.

Участвующим в деле прокурором Куприяновой М.С. дано заключение о наличии оснований для удовлетворения требований истицы в полном объеме.

При разрешении апелляционной жалобы судебной коллегией установлено, что при рассмотрении дела судом первой инстанции были существенно нарушены нормы гражданского процессуального законодательства, а именно принято решение о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, что в соответствии с положениями пункта 4 части 4 статьи 330 ГПК РФ является безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции. В связи с этим судом апелляционной инстанции принимается решение об отмене оспариваемого решения Фрунзенского районного суда города Иваново от 21 декабря 2021 года. По данному делу принимается новое решение.

Разрешая спор по существу по правилам производства в суде первой инстанции, оценив собранные и исследованные в судебном заседании доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов настоящего дела следует, что ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ поступила в хирургическое отделение ОБУЗ «1-я ГКБ» с жалобами на <данные изъяты>. Согласно медицинской карте № стационарного больного истица находилась на лечении в хирургическом отделении ОБУЗ «1-я ГКБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ей был установлен диагноз «<данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ врачом-хирургом ФИО5 проведена операция «<данные изъяты>», по итогу операции установлен диагноз «<данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ для исключения <данные изъяты> ФИО4 врачом-хирургом ФИО6 проведена операция «<данные изъяты>», по итогу которой установлен диагноз «<данные изъяты>». В связи с наличием у ФИО4 клиники <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ врачом-хирургом ФИО6 истице выполнена операция «<данные изъяты>», по итогу операции установлен диагноз «<данные изъяты>». В дальнейшем послеоперационный период протекал тяжело, ДД.ММ.ГГГГ истице выполнено <данные изъяты>, в ходе которого выявлены признаки <данные изъяты>. ФИО4 проконсультирована <данные изъяты> ОКБ ФИО3 – рекомендован перевод в ОКБ, оформлена выписка.

Согласно выписному эпикризу ИБ № ФИО4 находилась на лечении в хирургическом отделении для взрослых больных ОБУЗ «ИвОКБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, доставлена в стационар по экстренным показаниям с диагнозом: <данные изъяты>. В ОБУЗ «ИвОКБ» ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ проведена операция «<данные изъяты>», также проводилась <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ истица выписана домой в удовлетворительном состоянии для амбулаторного наблюдения.

Из выписного эпикриза ИБ № следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении ОБУЗ «ИвОКБ» с основным диагнозом «<данные изъяты>». Осложнение основного диагноза: <данные изъяты>. После проведенного лечения, включающего в себя <данные изъяты>, истица выписана на амбулаторное лечение в удовлетворительном состоянии, ей рекомендована консультация ведущего научного сотрудника отделения <данные изъяты> <данные изъяты> для решения вопроса о дальнейшей тактике лечения.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 находилась на стационарном лечении в <данные изъяты>. ФИО4 были проведены операции: ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>; ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>; ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>; ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>; ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>; ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>.

Также из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 по результатам медико-социальной экспертизы установлена <данные изъяты> сроком до ДД.ММ.ГГГГ (справка <данные изъяты> №). ДД.ММ.ГГГГ истице по результатам медико-социальной экспертизы установлена <данные изъяты> сроком до ДД.ММ.ГГГГ (справка <данные изъяты> №). ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 по результатам медико-социальной экспертизы установлена <данные изъяты> до ДД.ММ.ГГГГ (справка <данные изъяты> №). ДД.ММ.ГГГГ истице установлена <данные изъяты> сроком до ДД.ММ.ГГГГ (справка <данные изъяты> №).

Из письма филиала «Ивановский» АО «Страховая группа «Спасские ворота-М» от ДД.ММ.ГГГГ, адресованного ФИО4, следует, что данным филиалом была проведена экспертиза качества медицинской помощи, оказанной истице в ОБУЗ «1-я ГКБ», в ходе которой выявлено нарушение порядка оказания медицинской помощи, приведшее в дальнейшем к <данные изъяты>. Согласно заключению эксперта хирургом, проводившим операцию ФИО4, не было проведено <данные изъяты> (<данные изъяты>) сразу после операции. Тем самым не было выявлено <данные изъяты>. В ОБУЗ «ИвОКБ» экспертом качества медицинской помощи дефектов в оказании истице хирургической помощи не выявлено.

По заявлению ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ о причинении врачами ОБУЗ «1-я ГКБ» тяжкого вреда здоровью по неосторожности в ОМВД России по Фрунзенскому району г. Иваново проводилась проверка. Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по сообщению в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 118 УК РФ по основаниям пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ (за отсутствием состава преступления) отказано. Данное постановление отменено ДД.ММ.ГГГГ, установлен срок для проведения дополнительной проверки. Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием состава преступления. Сведений о возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО4 в материалы дела не представлено.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции по ходатайству истицы ФИО4 по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено ОБУЗ «<данные изъяты>». Из заключения экспертов № ОБУЗ «<данные изъяты>» следует, что лечение больной ФИО4 в ОБУЗ «1-я ГКБ» в целом было организовано правильно. Больная ФИО4 была госпитализирована по экстренной помощи ДД.ММ.ГГГГ, согласно рекомендациям начата <данные изъяты> и <данные изъяты>. Установлен диагноз <данные изъяты>, который подлежит хирургическому лечению в ранние сроки – до 72 часов от начала заболевания. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 проведена операция <данные изъяты>. Метод операции выбран правильно – <данные изъяты>. Эксперт указывает, что с большей долей вероятности можно утверждать, что <данные изъяты>. <данные изъяты> в ходе операции (что встречается достаточно часто) замечена не была, в связи с этим не стоял вопрос о <данные изъяты>. В послеоперационном периоде на основании клинической картины, характеру <данные изъяты> и лабораторным показателям своевременно заподозрены осложнения. Убедительных данных за <данные изъяты> не было. Для исключения <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ была адекватно предпринята <данные изъяты>, закончившаяся <данные изъяты>. Учитывая интраоперационные данные, а именно, характер <данные изъяты>, <данные изъяты> не заподозрено. В последующие дни ДД.ММ.ГГГГ у больной развивается убедительная картина <данные изъяты>, сопровождающаяся <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ выполняется третье оперативное пособие, которое наиболее сложно для оценки. С тактической точки зрения возможны два решения. Первое, перевод в федеральный центр (при лечении в котором в последующем могли развиться <данные изъяты>) и операция на месте. ФИО9 <данные изъяты>, ограничивающая временной промежуток, делала целесообразным хирургическое лечение в условиях ОБУЗ «1-я ГКБ». В ходе операции выяснено (согласно представленной медицинской документации), что имело место <данные изъяты>. По протоколу операции можно говорить о возможности <данные изъяты>. Операция по формированию <данные изъяты> явилась действенным фактором спасения жизни больной. Развивающиеся осложнения, <данные изъяты> и <данные изъяты> были ликвидированы малоинвазивными процедурами. Нарушения порядка оказания медицинской помощи ФИО4 в ОБУЗ «1-я ГКБ» отсутствуют.

Проверяя довод апелляционной жалобы истицы относительно недостоверности результатов проведенной судебно-медицинской экспертизы, исходя из анализа заключения судебной медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленного экспертной комиссией ОБУЗ «<данные изъяты>», материалов гражданского дела и представленной медицинской документации на имя ФИО4, а также доводов ходатайства истицы о назначении по делу повторной экспертизы и представленных в подтверждение данных доводов заключения специалистов АНО «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ и Некоммерческого партнерства «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, принятых судебной коллегией в качестве новых доказательств по делу, учитывая имеющиеся противоречия в представленных в материалы дела письменных доказательствах относительно нарушения порядка оказания истице медицинской помощи в ОБУЗ «1-я ГКБ», наличия причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощью и наступлением у истицы <данные изъяты>, а также при наличии в заключении судебной экспертизы выводов имеющих предположительный характер, судебная коллегия пришла к выводу о необходимости назначения по делу повторной судебной медицинской экспертизы, проведение которой было поручено экспертам ФГБУ «<данные изъяты>» (далее – ФГБУ «<данные изъяты>).

В соответствии с заключением экспертов ФГБУ «<данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, анализ представленной медицинской документации показал, что за период оказания лечения ФИО4 в ОБУЗ «1-я ГКБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были допущены недостатки оказания медицинской помощи в виде:

<данные изъяты> и недостаток оказания медицинской помощи в виде <данные изъяты> в ходе операции «<данные изъяты>», проведенной ДД.ММ.ГГГГ;

недостаточной диагностики в послеоперационном периоде с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: не проводилось ультразвуковое исследование <данные изъяты> с целью установления возможного источника <данные изъяты>;

недостаточной <данные изъяты> в ходе операции «<данные изъяты>», проведенной ДД.ММ.ГГГГ: не проведена <данные изъяты>, не описано состояние <данные изъяты> в ходе операции ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>;

недостаточной диагностики в послеоперационном периоде с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: ультразвуковое исследование выполнено только спустя 2 суток после проведения второй операции, при этом описание полученных данных не соответствовало действительности;

несвоевременности и избыточного объема операции «<данные изъяты>», проведенной ДД.ММ.ГГГГ: формирование <данные изъяты> в условиях <данные изъяты> (<данные изъяты>) являлось не показанным;

недостаточной диагностики в послеоперационном периоде с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: ультразвуковое исследование выполнено только спустя 6 суток после проведения третьей операции; не были проведены рекомендуемые диагностические исследования <данные изъяты> (например, <данные изъяты>, <данные изъяты>);

недиагностирования у ФИО4 на момент выписки «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>».

Медицинская помощь по профилю «хирургия» оказывалась ФИО4 в ОБУЗ «1-я ГКБ» соответствующими специалистами в стационарных условиях и включала в себя профилактику, диагностику, лечение заболеваний и патологических состояний. Нарушений Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «хирургия», утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15 ноября 2012 года № 922н, не выявлено. Медицинская помощь по профилю «анестезиология и реаниматология» оказывалась ФИО4 в ОБУЗ «1-я ГКБ» соответствующими специалистами в стационарных условиях и включала в себя мероприятия по профилактике боли при болезненных лечебных и диагностических вмешательствах, лечении боли, восстановлении, замещении и поддержании жизненно важных функций организма. Нарушений Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология», утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15 ноября 2012 года № 922н, не выявлено.

Анализ представленной медицинской документации показал, что недостатки медицинской помощи, допущенные при лечении ФИО4 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ОБУЗ «1-я ГКБ» (нарушение техники проведения операции ДД.ММ.ГГГГ в виде <данные изъяты>; <данные изъяты> в ходе проведения операции ДД.ММ.ГГГГ; несвоевременность и избыточный объем операции, проведенной ДД.ММ.ГГГГ; недостаточная диагностика состояния во всех послеоперационных периодах) привели по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ к развитию у нее <данные изъяты> и <данные изъяты>. Обусловленная недостатками оказания медицинской помощи <данные изъяты> у ФИО4 с течением времени привела к развитию <данные изъяты>, которая, постепенно прогрессируя, сопровождалась присоединением <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты>. Сопоставляя вышеописанные негативные последствия в виде заболеваний и патологических состояний со стороны <данные изъяты> к клинико-функциональными диагнозами, установленными в ходе проведения соответствующих медико-социальных экспертиз, можно высказаться о наличии прямой причинно-следственной связи между недостатками медицинской помощи, допущенными при лечении ФИО4 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ОБУЗ «1-я ГКБ», и наступлением ее <данные изъяты>.

Допущенные при лечении ФИО4 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ОБУЗ «1-я ГКБ» недостатки оказания медицинской помощи в виде <данные изъяты> и <данные изъяты> в ходе операции ДД.ММ.ГГГГ привели к развитию угрожающего жизни состояния – <данные изъяты>, в связи с чем расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, в соответствии с пунктом 4а Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 года № 522, и пунктом 6.2.7 Медицинских критериев.

Заключение экспертов ФГБУ <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, по мнению судебной коллегии, соответствует требованиям действующего законодательства, в связи с чем принимается в качестве допустимого и достоверного доказательства. Оснований не доверять заключению повторной судебной медицинской экспертизы у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку оно соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, положениям Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Выводы экспертов, обладающих необходимыми познаниями и квалификацией, не заинтересованных в исходе дела и предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ, мотивированы со ссылкой на материалы гражданского дела, медицинские документы и проведенные исследования, не содержат противоречий и сомнений в правильности и обоснованности. В свою очередь заключение экспертов № ОБУЗ «<данные изъяты>» не может быть принято в качестве допустимого и достоверного доказательства, поскольку выводы экспертов противоречат медицинской документации, отражающей оказание медицинской помощи истице.

В соответствии с частью 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно понятию, приведенному в пункте 1 части 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 2 вышеуказанного Федерального закона охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 названного закона).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 21 части 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 Постановления от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно разъяснениям пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В соответствии с пунктом 48 вышеуказанного Постановления Пленума медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страховании, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Согласно статье 15 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Судебная коллегия, оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ совокупность представленных в материалы дела доказательств, в том числе медицинскую документацию ФИО4, заключение экспертов ФГБУ «<данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, признанное судом относимым и допустимым доказательством, выводы которого согласуются с имеющимися в деле иными доказательствами, в частности письмом филиала «Ивановский» АО «Страховая группа «Спасские ворота-М» от ДД.ММ.ГГГГ, которым была проведена экспертиза качества медицинской помощи, оказанной истице в ОБУЗ «1-я ГКБ», и выявлено нарушение порядка оказания медицинской помощи, приведшее в дальнейшем к <данные изъяты> истицы, заключением специалиста НП «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, выводы которого также свидетельствуют о наличии со стороны ответчика дефектов оказания медицинской помощи, установив факт оказания в рамках обязательного медицинского страхования работниками ОБУЗ «1-я ГКБ» истице ФИО4 медицинской помощи ненадлежащего качества в виде нарушения техники проведения операции ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>, что привело к развитию угрожающего жизни ФИО4 состояния; недостаточной <данные изъяты> в ходе проведения операции ДД.ММ.ГГГГ; несвоевременности и избыточного объема операции, проведенной ДД.ММ.ГГГГ; недостаточной диагностики состояния пациентки во всех послеоперационных периодах, приходит к выводу о нарушении прав истицы как потребителя медицинской услуги, что, как следствие, влечет право на компенсацию морального вреда, подлежащего взысканию, в силу положений статьи 1068 ГК РФ, с ответчика ОБУЗ «1 ГКБ».

При определении размера компенсации морального вреда, судебная коллегия, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, в частности допущенные работниками ОБУЗ «1-я ГКБ» при оказании лечения ФИО4 недостатки медицинской помощи при проведении трех операций и послеоперационных периодах, которые привели к развитию угрожающего ее жизни состояния, с учетом наличия тяжких последствий для истицы, последующего длительного лечения, проведение дополнительных операций, которые пришлось перенести истице с целью ликвидации негативных последствий в виде заболеваний и патологических состояний, возникших в результате оказания ответчиком медицинской помощи ненадлежащего качества, наличие прямой причинно-следственной связи между недостатками медицинской помощи, допущенными при лечении ФИО4 в ОБУЗ «1-я ГКБ», и наступлением ее <данные изъяты>, а также принимая во внимание, что ухудшение состояния здоровья истицы вследствие ненадлежащего оказания ей медицинской помощи в любом случае причиняет ей нравственные и физические страдания, что привело к нарушению ее прав в сфере охраны здоровья, при этом со стороны ответчика в добровольном порядке каких-либо действий по возмещению причиненного морального вреда как в денежной форме, так и в иной форме не предпринято, с учетом требований разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истицы компенсации морального вреда в размере 2500 000 рублей.

Доводы представителя ответчика о том, что в финансирование больницы не заложена статья расходов на компенсацию морального вреда по решению суда, выплата взысканных сумм повлечет неблагоприятные финансовые последствия для лечебного учреждения, что может сказаться на качестве оказываемой медицинской помощи пациентам больницы, не может явиться основаниям для освобождения ответчика от ответственности по возмещению вреда.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Фрунзенского районного суда города Иваново от 21 декабря 2021 года отменить. Принять по делу новое решение.

Исковые требования ФИО4 к Областному бюджетному учреждению здравоохранения «1-я городская клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с Областного бюджетного учреждения здравоохранения «1-я городская клиническая больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО4 (паспорт: серия <данные изъяты> №, выдан ДД.ММ.ГГГГ отделом <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в сумме 2500000 (два миллиона пятьсот тысяч) рублей.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 18 сентября 2023 года.