УИД: 22RS0050-01-2025-000215-84

Дело № 2-124/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«17» ноября 2025 г. с. Табуны

Табунский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего - судьи Мозер А.И.,

при секретаре судебного заседания Шаранюк Е.И.,

с участием процессуального истца –

прокурора Табунского района Алтайского края Шиханова А.С.,

материального истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора Табунского района Алтайского края Шиханова А.С., действующего в интересах ФИО1, к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании отношений трудовыми, возложении обязанности, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

прокурор <адрес>, действуя в интересах ФИО1, обратился в суд с вышеуказанным иском к ИП ФИО2

С учетом уточнения исковых требований в судебном заседании, прокурор <адрес> ФИО5 просил: установить факт трудовых отношений между ИП ФИО2 и ФИО1 в должности «уборщик помещений» в период с 01.01.2025 по ДД.ММ.ГГГГ; возложить на ответчика обязанность сформировать в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже ФИО1 за период ее работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности «уборщик помещений» и произвести в установленном порядке отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное и социальное страхование в отношении ФИО1 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; взыскать компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей; обратить решение суда к немедленному исполнению.

В обоснование уточненных исковых требований процессуальный истец указал, что прокуратурой района по обращению ФИО1 проведена проверка соблюдения ИП ФИО2 требований трудового законодательства, в ходе которой установлено, что между ИП ФИО2 (Исполнитель) и прокуратурой <адрес> (Заказчик) ДД.ММ.ГГГГ заключен государственный контракт №, цена которого составила <данные изъяты> рублей. В силу п. 1.1 Контракта Исполнитель обязуется в период действия Контракта по заявке Заказчика оказать услуги по уборке помещений и территории <адрес> в соответствии с техническим заданием, а Заказчик обязуется принять и оплатить результат надлежаще оказанных услуг. Согласно сведениям ЕГРИП основным видом деятельности ИП ФИО2 является деятельность по общей уборке зданий. Ответчик с января 2025 года привлекал материального истца к выполнению работ в должности уборщицы помещений, предоставляя инвентарь и моющие средства, необходимые для оказания услуг. При этом, ФИО1 приступила к осуществлению указанной работы согласно Контракту с ведома и по поручению работодателя ИП ФИО2, без заключения трудового договора, поскольку ответчик уклонился от его заключения. Прокурорской проверкой установлено, что сложившиеся между ИП ФИО2 и ФИО1 отношения носят трудовой характер, поскольку работником лично, понедельник и четверг еженедельно по установленному графику осуществлялись работы по уборке помещений, за выполнение которых материальному истцу ежемесячно выплачивалась заработная плата. При этом, в нарушение норм трудового законодательства, трудовой договор между сторонами не был заключен, работодателем не производились отчисления страховых взносов. Ненадлежащая организация работы и отсутствие должного контроля со стороны ИП ФИО2 способствовали допущению нарушений трудовых прав работника, лишали ФИО1 права на получение от государства социального обеспечения. Несмотря на то, что трудовые отношения между сторонами оформлены не были, ФИО1 фактически приступила к выполнению своих трудовых функций в помещении прокуратуры <адрес> по адресу: <адрес>-8. Какие-либо официальные документы ИП ФИО2 не велись, на руки материальному истцу не выдавались. Нарушением трудового законодательства, выразившимся в несвоевременной выплате заработной платы, ФИО6 причинен моральный вред, который она, с учетом объема и характера нравственных и физических страданий, степени вины работодателя, определила в размере 10000 рублей.

Материальный истец ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования прокурора поддержала в полном объеме, при этом дополнительно указала, что в 2024 году между ней и ИП ФИО2 был заключен гражданско-правовой договор на оказание услуг по уборке помещений прокуратуры <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>-8, в котором, помимо прочего, была определена цена услуги и сроки ее оплаты - ежемесячно с 15 по 20 числа следующего месяца, в сумме 5400 рублей. Бланк договора был направлен ей ответчиком, при этом в общении по телефону ФИО2 ей пояснил, что ее трудовая обязанность заключается в уборке помещений прокуратуры района, за которую он ей будет платить заработную плату в размере 5400 рублей ежемесячно, а необходимый для уборки инвентарь и моющие средства, она должна будет приобретать самостоятельно по необходимости. Денежные средства в размере 400 рублей для приобретения моющих средств ФИО2 сказал расходовать из 5400 рублей, которые он будет переводить ей в качестве заработной платы. Ввиду потребности в денежных средствах и отсутствии другой возможности трудоустроиться, она приняла условия ИП ФИО2

ДД.ММ.ГГГГ срок гражданско-правового договора истек, ответчик новый бланк договора не прислал, но она продолжала работать. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она дважды в неделю: понедельник и четверг с 17:00 час. до 20:00 час., осуществляла влажную уборку помещений прокуратуры <адрес>, два раза в год делала генеральную уборку, то есть работала по согласованному с ответчиком графику. В 2025 году акты сдачи-приемки выполненных работ не составлялись, при этом с банковской карты ФИО2 ей на карту поступали денежные средства в сумме 5400 рублей, в счет оплаты ее ежемесячного труда, однако, почти каждый месяц ответчик задерживал заработную плату, но в ходе рассмотрения настоящего спора, вся задолженность ФИО2 перед ней была погашена. На протяжении всего периода работы, ввиду отдаленности места жительства ФИО2, лично с ответчиком она не встречалась, все организационные вопросы они решали по телефону. Полагает, что с ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ у неё сложились именно трудовые отношения. Размер заявленного морального вреда может обосновать тем, что неоформление с ней трудовых отношений, в то время как она осуществляла именно трудовые обязанности, привело, в рассматриваемый период времени, к лишению ее права на социальное и пенсионное обеспечение; невыплата ей и так очень низкой заработной платы привела к переживаниям, связанным с материальными трудностями.

Ответчик ИП ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещён надлежащим образом, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявлял.

Согласно представленным возражениям на исковое заявление, ответчик просил в удовлетворении заявленных исковых требований отказать, поскольку между ним и ФИО1 был заключен договор оказания услуг гражданско-правового характера, в частности: исполнителю по договору оказания услуг не устанавливался график работы, а устанавливался лишь предмет договора - оказание конкретной услуги; с исполнителем не было устойчивого стабильного длительного характера взаимоотношений; исполнитель не нанимался на какую-либо должность; ответчик не осуществлял контроль деятельности исполнителя, для него важен был лишь конкретный результат - оказанная по договору услуга; выплаты не носили стабильный ежемесячный характер, была оговорена разовая выплата за выполнение услуги. В связи с тем, что рассматриваемые отношения не являются трудовыми, положение ст. 237 ТК РФ, предусматривающей возмещение работодателем морального вреда работнику, применению не подлежат. Кроме того, в просительной части письменных возражений, просил отменить обеспечительные меры.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившегося ответчика, надлежаще извещенного о времени и месте рассмотрения дела.

Выслушав прокурора, материального истца, свидетеля, исследовав представленные доказательства и оценив каждое доказательство в отдельности и в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 15 Трудового кодекса РФ (далее - ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ч. 1 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 ТК РФ).

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (п. 3 определения Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О).

Частью 1 ст. 67 ТК РФ установлено, что трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

В соответствии с ч. 2 ст. 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №) содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

Так, в п. 17 названного постановления разъяснено, что в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст.ст. 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со ст.ст. 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абз. 3 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абз. 4 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №).

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов (абз. 5 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу ч. 1 ст. 67 и ч. 3 ст. 303 ТК РФ возлагается на работодателя. При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания ст.ст. 11, 15, ч. 3 ст. 16 и ст. 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями ч. 2 ст. 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный ст. 67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса РФ возлагается на работодателя. Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Таким образом, по смыслу ст.ст. 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 ТК РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст.ст. 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

При этом, как следует из разъяснений, данных в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, бремя доказывания отсутствия трудовых отношений несет работодатель.

В судебном заседании установлено, что ответчик ИП ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, согласно которой основным видом деятельности является общая уборка зданий.

ДД.ММ.ГГГГ между <адрес> и ИП ФИО2 заключен государственный контракт №. Как следует из п. 1.1 Контракта, его предметом являются услуги по уборке зданий и территорий, срок оказания услуг определен: рабочие дни с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (п. 1.3 Контракта). Из п. 1.4 Контракта следует, что Исполнитель оказывает услуги в соответствии с приложением № к контракту («Техническое задание»). На объекты для оказания услуг допускаются только лица согласованные Заказчиком в соответствии со списком, представленным Исполнителем (п.1.5 Контракта). Исполнитель вправе привлекать к исполнению третьих лиц при невозможности выполнить условия Контракта самостоятельно (п.3.2.2 Контракта).

В соответствии с приложением № к Контракту, одним из объектов заказчика является здание прокуратуры <адрес>, расположенное по адресу: <адрес>. В районах <адрес> для уборки помещений объектов Заказчика допускается дистанционное управление процессом уборки.

В соответствии с ч. 12.1, ч. 13 ст. 95 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», контракт № от ДД.ММ.ГГГГ расторгнут ДД.ММ.ГГГГ в связи с принятием <адрес> ДД.ММ.ГГГГ решения об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта.

В представленных в суд письменных возражениях, ФИО2 не оспаривает тот факт, что фактически услуги по уборке помещений прокуратуры <адрес> во исполнение заключенного им государственного контракта оказывала ФИО1

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО7 (старший специалист первого разряда прокуратуры <адрес>) суду пояснила, что ФИО1 работает уборщиком помещений в прокуратуре <адрес>. С ДД.ММ.ГГГГ каждый понедельник и четверг ФИО1 осуществляла влажную уборку помещений прокуратуры с 17:00 час. до 20:00 час., два раза в год – генеральную уборку. Ей известно, что заработная плата истца составляла 5400 рублей, из которой 400 рублей ей предоставлялись на моющие средства, которые она приобретала самостоятельно. Каких-либо претензий к ее работе не было, прогулов истец не допускала, всегда очень добросовестно относилась к своей работе. Информации и письма от ИП ФИО2 с претензией или замечаниями к работе ФИО1 в прокуратуру района не поступали. Акты сдачи-приема работ ФИО2 не требовал от прокуратуры района, в связи с чем, они не велись, при этом, со слов истца ей известно, что ответчик ежемесячно выплачивал ей заработную плату, однако имели место задержки в выплате заработной платы.

Представленные в дело справки по операциям ПАО Сбербанка, свидетельствуют о том, что на счет ФИО1 ФИО2 в 2025 году произведены следующие зачисления денежных сумм: ДД.ММ.ГГГГ – 5400 рублей, ДД.ММ.ГГГГ – 5400 рублей, ДД.ММ.ГГГГ – 5400 рублей, ДД.ММ.ГГГГ – 5400 рублей, ДД.ММ.ГГГГ – 5400 рублей, ДД.ММ.ГГГГ – 5400 рублей, ДД.ММ.ГГГГ – 5400 рублей, ДД.ММ.ГГГГ – 5400 рублей, ДД.ММ.ГГГГ – 1227 рублей.

Оценивая в совокупности, представленные по делу доказательства, к которым в силу ст. 55 ГПК РФ также отнесены пояснения сторон, руководствуясь приведенными нормами закона и разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, суд считает установленным, что в рассматриваемый период времени отношения, сложившиеся между ИП ФИО2 и ФИО1, имели признаки трудовых в виду нижеследующего.

Так, ФИО1, выступая в качестве работника, фактически была допущена к работе с ведома работодателя, поскольку трудовые обязанности истец выполняла в помещении прокуратуры <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, в период действия государственного контракта № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между <адрес> и ИП ФИО2 Кроме того, работа истца носила длительный, устойчивый и стабильный характер, а не разовый, поскольку ФИО1 на протяжении девяти месяцев регулярно осуществляла уборку помещений прокуратуры района. Работа носила личный характер прав и обязанностей работника с выполнением определенной, заранее обусловленной трудовой функцией, а именно уборка помещений прокуратуры <адрес>, и в интересах работодателя - ИП ФИО2 Более того, работа истца носила возмездный характер, оплата производилась ежемесячно в размере 5400 рублей, путем перечисления денежных средств со счета ФИО2 на счет ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ за январь, ДД.ММ.ГГГГ за февраль, ДД.ММ.ГГГГ за март, ДД.ММ.ГГГГ за апрель, ДД.ММ.ГГГГ за май, ДД.ММ.ГГГГ за июнь, ДД.ММ.ГГГГ за июль, ДД.ММ.ГГГГ за август, ДД.ММ.ГГГГ за сентябрь). Работа ФИО1 осуществлялась по определенному графику, с подчинением установленному трудовому распорядку, - еженедельно понедельник и четверг с 17:00 до 20:00, два раза в год генеральная уборка.

Не оформление ИП ФИО2 трудовых отношений в письменном виде, не доведение до ФИО1 правил трудового распорядка, графика работы, должностной инструкции, свидетельствуют о допущенных нарушениях закона со стороны работодателя по надлежащему оформлению отношений с работником, и не могут, является основания для отказа в восстановлении нарушенных прав истца.

У суда нет оснований подвергать сомнению как пояснения стороны истца, оцененные судом по правилам ч.1 ст.68 ГПК РФ, так и показания свидетеля, предупрежденной об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, а также имеющиеся в деле письменные доказательства.

Разрешая вопрос о периоде трудовых отношений, суд приходит к выводу, что истец была допущена к работе уборщиком помещений прокуратуры <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ, данное следует из пояснений истца, показаний свидетеля и не оспаривается ответчиком. Датой окончания трудовых отношений, как установлено судом, является ДД.ММ.ГГГГ, то есть последний рабочий день ФИО1 в указанной должности.

Ввиду вышеизложенного, суд признает несостоятельным доводы ответчика ФИО2 о гражданско-правовом характере отношений между ним и ФИО1, поскольку согласно разъяснениям, данным Верховным Судом Российской Федерации в п.18 «Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора», не допускается заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения. Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако, в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Так, истец осуществляла уборку помещений прокуратуры <адрес>, способы выполнения работы самостоятельно не определяла, соблюдала установленные правила внутреннего трудового распорядка, работала по установленному графику, фактически была оформлена на конкретную должность «уборщик помещений», и вопреки доводам ответчика выполняла работу определенного рода по уборке, а не разовые задания, ежемесячно получала, установленную при приеме на работу заработную плату. ИП ФИО2, общаясь с истцом посредством телефонных переговоров, фактически дистанционно допустил истца к работе, согласовал с ней все необходимые условия работы и управлял процессом уборки.

Таким образом, суд находит установленным, что истец работала уборщиком помещений прокуратуры <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В связи с изложенным, подлежат удовлетворению требования истца об установлении факта трудовых отношений между ИП ФИО2 и ФИО1 в должности «уборщик помещений» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Рассматривая требования истца о возложении на ответчика обязанности сформировать в электронном виде информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже истца и произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное и социальное страхование в отношении истца, суд приходит к следующему.

В соответствии с положений ст. 66 ТК РФ основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника является трудовая книжка, которую в обязательном порядке ведет работодатель только по основному месту работы.

В силу ст. 66.1 ТК РФ работодатель формирует в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже каждого работника (сведения о трудовой деятельности) и представляет ее в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования, для хранения в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования РФ.

Согласно п. 1 ст. 1, п.п. 1, 2 ст. 8, п.п. 1, 2-6, 8 ст. 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования» индивидуальные предприниматели, осуществляющие прием на работу по трудовому договору, обязаны представлять в отношении каждого работающего у него застрахованного лица в территориальный орган Фонда пенсионного и социального страхования РФ по месту своей регистрации в составе единой формы сведений - сведения для индивидуального (персонифицированного) учета.

В соответствии со ст. 6 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" страхователями по обязательному пенсионному страхованию являются лица, производящие выплаты физическим лицам, в том числе индивидуальные предприниматели.

Согласно п. 2 ст. 14 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 167-ФЗ страхователь, в том числе, обязан своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в Фонд и вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в Фонд; представлять в территориальные органы страховщика документы, необходимые для ведения индивидуального (персонифицированного) учета, а также для назначения (перерасчета) и выплаты обязательного страхового обеспечения; обеспечивать реализацию прав застрахованных лиц, вступающих в правоотношения по обязательному пенсионному страхованию в целях уплаты дополнительных страховых взносов на накопительную пенсию в соответствии с Федеральным законом "О дополнительных страховых взносах на накопительную пенсию и государственной поддержке формирования пенсионных накоплений"; своевременно и в полном объеме перечислять в Фонд дополнительные страховые взносы на накопительную пенсию в порядке, определенном Федеральным законом "О дополнительных страховых взносах на накопительную пенсию и государственной поддержке формирования пенсионных накоплений", а также вести учет, связанный с исчислением, удержанием и перечислением указанных страховых взносов и с уплатой взносов работодателя в пользу застрахованных лиц в соответствии с указанным Федеральным законом.

Согласно ст. 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» к страхователям относятся, в том числе, индивидуальные предприниматели, осуществляющие прием на работу по трудовому договору, а также заключающие договоры гражданско-правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы.

Учитывая вышеизложенное, предоставление индивидуальных сведений по начисленным и уплаченным страховым взносам в отношении работника, а также по осуществлению соответствующих отчислений, является прямой обязанностью страхователя.

Принимая во внимание, что в ходе рассмотрения дела суд пришел к выводу о признании трудовыми отношений между ИП ФИО2 и ФИО1, заявленные истцом требования о возложении на ответчика обязанности по осуществлению отчислений страховых взносов на обязательное пенсионное и социальное страхование за ФИО1 являются законными, обоснованными и подлежат удовлетворению.

Разрешая требования истца в части взыскания компенсации морального вреда, суд учитывает следующие обстоятельства.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 46 и 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу ст. 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.). Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 ТК РФ). Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Поскольку факт нарушения трудовых прав ФИО1 со стороны ИП ФИО2 установлен, требование о компенсации морального вреда является правильным.

Определяя размер компенсации морального вреда, учитывая характер допущенных ответчиком нарушений трудовых прав работника, в том числе влекущих нарушение прав на пенсионное и социальное обеспечение, вину ответчика, степень и характер нравственных страданий истца, вызванных переживаниями по поводу незаконного бездействия работодателя, утраты сведений необходимых для возникновения пенсионных и социальных прав, при отсутствии доказательств наступления иных негативных последствий для работника, суд с учетом требований разумности и справедливости, позволяющих, с одной стороны максимально возместить причиненный моральный вреда, с другой стороны - не допускать неосновательное обогащение истца, определяет размер денежной компенсации морального вреда ФИО1 в сумме 4000 рублей.

Данная сумма, по мнению суда, наиболее полно отвечает приведенным основополагающим принципам и требованиям, предполагающим установление судом баланса интересов сторон, в соответствии с которыми и подлежит определению размер необходимой денежной компенсации морального вреда.

Определением Табунского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в целях обеспечения иска наложен арест на имущество ответчика в пределах цены иска в сумме 15418,36 рублей.

Разрешая вопрос об отмене мер по обеспечению иска, суд исходит из следующего.

В соответствии с ч.3 ст.144 ГПК РФ при удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Как следует из разъяснений, данных в п. 34 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 15 "О некоторых вопросах принятия судами мер по обеспечению иска, обеспечительных мер и мер предварительной защиты", суд вправе отменить обеспечительные меры, в том числе если после принятия таких мер появились обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии необходимости их сохранения, если принятые меры стали несоразмерны заявленному требованию, нарушают права лиц, участвующих в деле, истребуемая денежная сумма внесена на лицевой (депозитный) счет суда или управления Судебного департамента в субъекте Российской Федерации, органа, осуществляющего организационное обеспечение деятельности мировых судей. Содержащееся в части 3 статьи 144 ГПК РФ указание на то, что обеспечительные меры действуют до фактического исполнения судебного акта, не препятствует их отмене, если в том числе по результатам рассмотрения заявления лица об отмене обеспечительных мер суд пришел к выводу об отсутствии оснований для их дальнейшего применения.

Согласно ч. 3 ст. 140 ГПК РФ меры по обеспечению иска должны быть соразмерны заявленному истцом требованию.

Принимая во внимание, что производство по делу прекращено в части взыскания задолженности по заработной плате, а требование о взыскании морального вреда удовлетворено в размере 4000 рублей, основания для сохранения обеспечительных мер, в установленных определением суда от ДД.ММ.ГГГГ пределах (15418,36 рублей), отпали.

Необходимость обеспечительных мер сохраняется в пределах удовлетворенной судом суммы 4000 рублей, соответственно, требование ФИО2 об отмене указанных обеспечительных мер подлежит удовлетворению в части превышающей сумму удовлетворенных исковых требований – 11418,36 рублей (15418,36 руб. – 4000 руб.).

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

На основании п. 3 ч. 1 ст. 333.19, п. 8 ч. 2 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 6000 рублей (два требования неимущественного характера: установлении факта трудовых отношений и вытекающие из него требования о возложении обязанности; взыскание морального вреда).

В соответствии со ст. 210 ГПК РФ, решение суда приводится в исполнение после вступления его в законную силу, за исключением случаев немедленного исполнения, в порядке, установленном федеральным законом.

В силу 211 ГПК РФ немедленному исполнению подлежит решение суда о взыскании алиментов; выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев; восстановлении на работе.

Суд может по просьбе истца обратить к немедленному исполнению решение, если вследствие особых обстоятельств замедление его исполнения может привести к значительному ущербу для взыскателя или исполнение может оказаться невозможным (ч.1 ст.212 ГПК РФ).

Прокурором не представлено достаточных доказательств, свидетельствующих о необходимости обращения к немедленном исполнению решения суда по настоящему делу об установлении факта трудовых отношений и исполнении связанных с этим обязательств работодателя по формированию в электронном виде сведений о трудовой деятельности.

При установленных обстоятельствах, у суда не имеется процессуальных оснований обращения судебного акта к немедленному исполнению.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования прокурора <адрес>, действующего в интересах ФИО1, удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (<данные изъяты>) и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (<данные изъяты>) в должности «уборщик помещений» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (<данные изъяты> обязанность сформировать в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (<данные изъяты>) за период ее работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности «уборщик помещений».

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (<данные изъяты> обязанность произвести в установленном порядке отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное и социальное страхование в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (<данные изъяты> за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (<данные изъяты>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 4000 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2, <данные изъяты>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 6000 рублей.

Отменить обеспечительные меры, принятые определением Табунского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, в части, превышающей сумму удовлетворенных исковых требований – 11418,36 рублей.

Сохранить обеспечительные меры, принятые определением Табунского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, в пределах суммы удовлетворенных исковых требований – 4000 рублей, до исполнения решения суда в части компенсации морального вреда.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Алтайского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления через Табунский районный суд Алтайского края.

Мотивированное решение составлено 19.11.2025.

Председательствующий А.И. Мозер

Копия верна

Судья А.И. Мозер

Секретарь Е.И. Шаранюк

Решение вступило в законную силу:________________

УИД: 22RS0№-84

Подлинник подшит в деле №

Табунского районного суда <адрес>