Решение по делу № 3А-19/2023 от 17.01.2023 - об оспаривании постановления Министерства тарифного регулирования и энергетики Пермского края от 28 сентября 2022 года № 26-т «О тарифах на услуги по передаче тепловой энергии открытого акционерного общества «<ФИО> теплоэнергетический комплекс» <ФИО>».

УИД 59OS0000-01-2022-000475-36

Дело № 3а-19/2023

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

17 января 2023 года г. Пермь

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Буланкова Р.В.,

при секретаре Кирьяковой С.В.,

с участием прокурора прокуратуры Пермского края Поносова А.В.,

представителей административного истца ФИО1, ФИО2, ФИО3,

представителей административного ответчика ФИО4, ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению открытого акционерного общества «ФИО6 теплоэнергетический комплекс» об оспаривании постановления Министерства тарифного регулирования и энергетики Пермского края от 28 сентября 2022 года № 26-т «О тарифах на услуги по передаче тепловой энергии открытого акционерного общества «ФИО6 теплоэнергетический комплекс» (ФИО6 городской округ)»,

УСТАНОВИЛ:

постановлением Региональной службы по тарифам Пермского края от 20 декабря 2017 года № 377-т определены долгосрочные параметры регулирования деятельности открытого акционерного общества «ФИО6 теплоэнергетический комплекс» для формирования тарифов на услуги по передаче тепловой энергии и установлены тарифы на услуги по передаче тепловой энергии открытого акционерного общества «ФИО6 теплоэнергетический комплекс (ФИО6 городской округ)» согласно приложению 2, которые действуют с 1 января 2018 года по 31 декабря 2022 года.

Постановление № 377-т опубликовано в официальном печатном издании «Бюллетень законов Пермского края, правовых актов губернатора Пермского края, правительства Пермского края, исполнительных органов государственной власти Пермского края» от 22 января 2018 года № 3.

В названное постановление неоднократно вносились изменения как в качестве корректировки на очередной период регулирования, так и во исполнение предписания Федеральной антимонопольной службы.

Решением Пермского краевого суда от 01 июня 2021 года по административному делу 3а-52/2021 удовлетворены административные исковые требования ОАО «ДТЭК», Постановление № 377-т (в редакции Постановлений №№ 341-т, 150-т) признано не действующим со дня принятия в части установления тарифа на услуги по передаче тепловой энергии открытого акционерного общества «ФИО6 теплоэнергетический комплекс» (ФИО6 район) на период с 1 января 2020 года по 31 декабря 2020 года.

Апелляционным определением Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 24 ноября 2021 года решение оставлено без изменения.

Министерством тарифного регулирования и энергетики Пермского края во исполнение судебных актов принят заменяющий акт – постановление от 28 сентября 2022 года № 26-т «О тарифах на услуги по передаче тепловой энергии открытого акционерного общества «ФИО6 теплоэнергетический комплекс» (ФИО6 городской округ).

Постановление № 26-т опубликовано в официальном печатном издании «Бюллетень законов Пермского края, правовых актов губернатора Пермского края, Правительства Пермского края, исполнительных органов государственной власти Пермского края», № 40, том 3, 10 октября 2022 года.

Открытое акционерное общество «ФИО6 теплоэнергетический комплекс» обратилось в Пермский краевой суд с административным исковым заявлением о признании недействующим постановления Министерства тарифного регулирования и энергетики Пермского края от 28 сентября 2022 года № 26-т «О тарифах на услуги по передаче тепловой энергии открытого акционерного общества «ФИО6 теплоэнергетический комплекс» (ФИО6 городской округ)» и о возложении обязанности принять новый заменяющий нормативный правовой акт об установлении тарифа на оказание услуг по передаче тепловой энергии на 2020 год исходя из экономически обоснованной величины необходимой валовой выручки.

В обоснование заявленных требований указано, что оспариваемое постановление № 26-т противоречит положениям Федерального закона от 27 июля 2010 года № 190-ФЗ «О теплоснабжении», Основам ценообразования в сфере теплоснабжения, Правилам регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22 октября 2012 года № 1075 «О ценообразовании в сфере теплоснабжения», а также Методическим указаниям по расчету регулируемых цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденным приказом Федеральной службы по тарифам от 13 июня 2013 года № 760-э. Административный истец полагает, что:

- у административного ответчика отсутствовали основания для пересмотра иных показателей, кроме указанных в ранее постановленных судебных актах;

- в нарушение требований пункта 22 Основ ценообразования Министерством тарифного регулирования при принятии оспариваемого постановления не был учтен показатель фактического полезного отпуска тепловой энергии за 2020 год в размере 176,76 тыс.Гкал. Были использованы смешанные показатели полезного отпуска до ноября 2020 года – прогнозные (167,58 тыс.Гкал), после ноября 2020 года – фактические (40,36 тыс.Гкал) всего 207,94 тыс.Гкал. (строка 7 экспертного заключения), что привело к занижению размера утвержденного тарифа;

- размер расчетной предпринимательской прибыли, учтенный Министерством (3314,4 тыс. рублей – строка 42 экспертного заключения) не соответствует выводам ранее постановленных судебных актов и заявке организации – 3793,1 тыс. рублей;

- в строке 43 «Выпадающие доходы» экспертного заключения Министерством была ошибочно учтена сумма выпадающих доходов за 2017-2018 годы в размере 6 310,8 тыс. рублей вместо заявленной регулируемой организацией в размере 29 807,6 тыс. рублей. Необоснованно органом тарифного регулирования учтена разница между фактически обоснованными понесенными расходами и товарной выручкой в 2017-2018 годах.

Представители административного истца ФИО1, ФИО2, ФИО3 в судебном заседании настаивали на удовлетворении заявленных требований по доводам, изложенным в административном исковом заявлении, письменных пояснениях.

Представители административного ответчика ФИО4, ФИО5 в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований.

Заинтересованные лица ФАС России, Филиал «Пермская ГРЭС» АО «Интер РАО-Электрогенерация» извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили.

Заслушав лиц, принимавших участие в судебном заседании, заключение прокурора, полагавшего заявленные требования обоснованными, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Тарифное регулирование в сфере теплоснабжения осуществляется на основе Федерального закона от 27 июля 2010 года № 190-ФЗ «О теплоснабжении», Основ ценообразования в сфере теплоснабжения (далее – Основы ценообразования), Правил регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22 октября 2012 года № 1075 «О ценообразовании в сфере теплоснабжения»; Методических указаний по расчету регулируемых цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденных приказом Федеральной службы по тарифам от 13 июня 2013 года № 760-э.

Полномочия на установление тарифов на тепловую энергию (мощность), поставляемую теплоснабжающими организациями потребителям, наделены органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения (пункт 1 части 2 статьи 5, пункт 1 части 3 статьи 7 Закона о теплоснабжении).

Таким органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов в Пермском крае в соответствии со статьей 17 Закона Пермского края от 07 сентября 2007 года № 107-ПК «О системе исполнительных органов государственной власти Пермского края», постановления Правительства Пермского края от 26 октября 2018 года № 631-п «Об утверждении Положения о Министерстве тарифного регулирования и энергетики Пермского края» (пункты 3.2.1.2 и 3.2.1.4 Положения) является Министерство тарифного регулирования и энергетики Пермского края.

Оспариваемый нормативный правовой акт принят уполномоченным органом Министерством тарифного регулирования и энергетики Пермского края с соблюдением требований законодательства к форме нормативных правовых актов, порядку принятия, опубликования и введения в действие и по этим основаниям не оспаривается.

Проверяя доводы административного искового заявления, суд приходит к следующему.

Согласно части 2 статьи 64 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному гражданскому или административному делу либо по делу, рассмотренному ранее арбитражным судом, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.

Как установлено судом и следует из экспертного заключения, подготовленного во исполнение решения Пермского краевого суда по делу 3а-52/2021 от 01 июня 2021 года, апелляционного определения Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции по делу № 66а-3311/2021 от 24 ноября 2021 года, органом тарифного регулирования при принятии оспариваемого постановления определены показатели деятельности регулируемой организации на 2020 год: полезный отпуск тепловой энергии – 207,94 тыс.Гкал (ранее установлено 193,08 тыс. Гкал) (строка 7 экспертного заключения), расчетная предпринимательская прибыль – 3314,4 тыс. рублей (заявлено 3793,1 тыс. рублей), выпадающие доходы – 6310,8 тыс. рублей (заявлено 29807,6 тыс. рублей) (строки 7, 42, 43 экспертного заключения соответственно) (л.д. 138-139).

Апелляционным определением Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 24 ноября 2021 года № 66а-3311/2021 кроме прочего установлено, что:

- «Суд первой инстанции согласился с доводами административного истца о необоснованном исключении из НВВ расчетной предпринимательской прибыли в размере 3793,1 тыс. руб. Данный вывод суда судебная коллегия находит правильным. … у органа регулирования отсутствовали основания для исключения в полном объеме заявленной ОАО «ДТЭК» расчетной предпринимательской прибыли, поскольку это является нарушением приведенных положений Основ ценообразования, а также прав и законных интересов регулируемой организации»;

- «Суд первой инстанции согласился с доводами административного истца о том, что без достаточных на то оснований в НВВ не были включены выпадающие доходы (недополученный доход от снижения полезного отпуска в предшествующий период за 2017 и 2018 годы). Позиция суда по данному вопросу является верной. … Из экспертного заключения следует, что названные выпадающие доходы не были включены в НВВ в связи с отсутствием экономического обоснования и подтверждающих документов. Вместе с тем, проанализировав вышеуказанные документы, которые были представлены регулируемой организацией в материалы дела об установлении тарифов и имелись в распоряжении органа регулирования, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, будучи убежденной в том, что такая совокупность обосновывающих материалов при надлежащем подходе органа регулирования являлась достаточной для рассмотрения по существу вопроса о включении в НВВ заявленных выпадающих доходов (недополученного дохода от снижения полезного отпуска в предшествующий период за 2017 и 2018 годы), а также что отказ в их включении в НВВ со ссылкой на отсутствие экономического обоснования и подтверждающих документов является произвольным и необоснованным, не отвечающим таким принципам организации отношений в сфере теплоснабжения как обеспечение экономически обоснованной доходности текущей деятельности теплоснабжающих организаций, обеспечение недискриминационных и стабильных условий осуществления предпринимательской деятельности в сфере теплоснабжения».

Таким образом, по двум названным статьям расходов: «расчетная предпринимательская прибыль» и «выпадающие доходы» ранее принятая органом тарифного регулирования позиция об отсутствии оснований для учета заявленных затрат при расчете тарифа, признана в судебном порядке необоснованной.

При этом, определение конкретного размера названных статей расходов, который будет участвовать в расчете тарифа, безусловно относится к полномочиям органа тарифного регулирования по итогам анализа заявки регулируемой организации.

Принимая во внимание, что ранее данные статьи расходов в целом не были учтены органом тарифного регулирования, то есть не подвергались анализу (расчету), суд приходит к выводу, что позиция стороны административного истца о необходимости учитывать данные статьи расходов в размерах, поименованных в апелляционном определении, являются не обоснованной. Заявка регулируемой организации («расчетная предпринимательская прибыль в размере 3793,1 тыс. рублей; «выпадающие доходы» в размере 29 807,6 тыс. рублей) обоснованно подвергнута анализу органом тарифного регулирования, при принятии заменяющего акта – Постановления № 26-т.

Наличие в судебных актах по делу № 3а-52/2021 выводов относительно статей расходов: «расчетная предпринимательская прибыль» и «выпадающие доходы» обуславливает действия органа тарифного регулирования по проведению их анализа при принятии заменяющего нормативного правового акта.

Однако при принятии заменяющего акта – Постановление № 26-т органом тарифного регулирования без соответствующих оснований (отсутствие указаний, выводов в решении суда по делу № 3а-52/2021) был применен в расчетах иной размер показателя «полезного отпуска» на период с 08 ноября 2020 года по 31 декабря 2020 года – 40,36 тыс.Гкал вместо не оспоренного, ранее применяемого показателя в размере 25,50 тыс.Гкал (экспертные заключения строка 7 л.д. 64, 138 оборот).

При этом ссылка административного ответчика на наличие выводов по данному вопросу в апелляционном определении от 24 ноября 2021 года является ошибочной и не соответствует содержанию названного судебного акта.

Действительно апелляционное определение от 24 ноября 2021 года содержит суждение суда о фактически подтвержденных размерах полезного отпуска по периоду ноябрь – декабрь 2020 года в размере 40,358 тыс.Гкал, однако такие выводы приведены при анализе одного из доводов стороны административного истца относительно «недополученных доходов» по периоду с 8 по 12 ноября 2020 года.

Самостоятельным предметом спорных правоотношений показатель «полезный отпуск» (строка 7 экспертного заключения), который имел значение на год 193,08 тыс.Гкал, на период с января по ноябрь – 167,58 тыс.Гкал, на период с ноября по декабрь – 25,50 тыс.Гкал не являлся при рассмотрении дела № 3а-52/2021.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о необоснованности позиции стороны административного ответчика в части применения показателя «полезного отпуска» в размере 40,36 тыс.Гкал на период ноябрь-декабрь 2020 года, вместо ранее не оспоренного названного показателя в размере 25,50 тыс.Гкал, даже при обстоятельствах окончания деятельности регулируемой организации, поскольку правовые основания для пересмотра названного показателя отсутствовали.

По тем же основаниям является необоснованной позиция стороны административного истца, который указывает на необходимость принятия показателя «полезный отпуск» в его фактическом значении на весь 2020 год в размере 176,76 тыс.Гкал.

Названный показатель «полезный отпуск» в размере на год 193,08 тыс.Гкал, на период с января по ноябрь – 167,58 тыс.Гкал, на период с ноября по декабрь – 25,50 тыс.Гкал не был оспорен в судебном порядке в связи с чем названные значения не подлежат изменению при принятии заменяющего акта.

Относительно довода стороны административного истца в части несогласия с учтенным органом тарифного регулирования размером «расчетной предпринимательской прибыли» 3314,4 тыс. рублей (строка 42 экспертного заключения л.д. 139, пункт 48(1) Основ ценообразования), тогда как регулируемой организацией было заявлено 3793,1 тыс. рублей, суд приходит к следующему.

Как указано выше в рамках дела № 3а-52/2021 судом были признаны необоснованными действия органа тарифного регулирования по полному отказу регулируемой организации во включении в расчет тарифа статьи затрат «расчетная предпринимательская прибыль».

Вопреки позиции стороны административного ответчика о необходимости учета величины названного показателя в размере, поименованном в ранее принятом решении суда, данный показатель является расчетным (5% от НВВ).

В данном случае разница «расчетной предпринимательской прибыли» между заявкой регулируемой организации 3793,1 тыс. рублей и учтенным в тарифе размером – 3314,4 тыс. рублей объективно обусловлена уменьшением размера НВВ по результатам анализа органом тарифного регулирования заявки регулируемой организации.

Между тем ранее приведенные выводы суда по рассматриваемому делу о необоснованном учете органом тарифного регулирования «полезного отпуска» в размере 40,36 тыс.Гкал свидетельствуют о том, что применение иного показателя «полезного отпуска» окажет влияние и на размер НВВ, что в свою очередь свидетельствует о необоснованности и размера утвержденной «расчетной предпринимательской прибыли», которая при принятии заменяющего акта в порядке исполнении данного решения подлежит пересчету.

Анализируя довод стороны административного истца в части необоснованности размера учтенных затрат по строке 43 экспертного заключения «выпадающие доходы» (л.д. 139 оборот), суд приходит к следующему.

Как указано выше, суд исходит из обстоятельств обоснованности проведения дополнительного анализа органом тарифного регулирования заявки (29807,6 тыс. рублей) регулируемой организации в части «выпадающих доходов» при принятии заменяющего акта – Постановления № 26-т, вопреки позиции стороны административного истца о необходимости учета его размера в значениях, поименованных в судебных актах по делу № 3а-52/2021.

В ходе судебного разбирательства установлены обстоятельства применения каждой из сторон разных подходов к порядку (методу) расчета «выпадающих доходов» которые связаны со снижением полезного отпуска в предшествующие периоды регулирования 2017, 2018 годы.

Так административным истцом избран способ расчета «выпадающих расходов» путем умножения ранее действовавшего тарифа на разницу между плановым значением «полезного отпуска» за 2017, 2018 годы и фактическим значением «полезного отпуска» за указанный период, исходя из обстоятельств, что формирование тарифа обусловлено формулой: тариф = НВВ / полезный отпуск.

В свою очередь расчет органа тарифного регулирования сводится к выявлению разницы между величиной НВВ на основе фактических значений параметров расчета тарифов вместо прогнозных и «товарной выручкой» (л.д. 137, 223-225, пункт 52 Основ ценообразования, пункт 49 Методических указаний).

Суд признает обоснованным и экономически оправданным порядок (метод) расчета представленный стороной административного ответчика. Расчет «выпадающих доходов» по методу административного истца основан на применении размера ранее действовавшего тарифа, который был в свою очередь сформирован на основании прогнозных значений «полезного отпуска», что свидетельствует о необоснованности избранного административным истцом подхода в части исчисления «выпадающих доходов» которые связаны со снижением полезного отпуска в предшествующие периоды регулирования 2017, 2018 годы.

В ходе судебного разбирательства стороной административного истца представлены возражения по расчетам «выпадающих доходов» которые были выполнены административным ответчиком (л.д. 208, 209).

При этом административным истцом указано, что в соответствующих расчетах административного ответчика необоснованно применены значения таких расходов как:

- «амортизация основных средств и нематериальных активов» - учтено 0 рублей вместо 5900 тыс. рублей (2017 год), вместо 4566,86 тыс. рублей (2018 год);

- «расходы на электрическую энергию» учтено 2290,22 тыс. рублей вместо 2 595,07 тыс. рублей (2017 год), учтено 2333,9 тыс. рублей вместо 4566,86 тыс. рублей (2018 год);

- «расходы на покупную тепловую энергию (компенсация тепловых потерь)» учтено 33586,28 тыс. рублей вместо 56985,69 тыс. рублей (2017 год), учтено 35878,30 тыс. рублей вместо 53093,95 тыс. рублей (2018 год).

Суд признает обоснованными значения, приведенные в расчетах административного ответчика таких показателей как:

- «расходы на электрическую энергию» учтено 2290,22 тыс. рублей;

- «расходы на покупную тепловую энергию (компенсация тепловых потерь)» учтено 33586,28 тыс. рублей.

В данном случае разница значений обозначенных показателей по расчетам истца и ответчика обусловлена применением в расчетах расходов на электрическую и тепловую энергию (объема) с учетом показателя «потерь» истцом в фактических значениях, ответчиком исходя из «нормативных потерь».

Между тем, с учетом содержания пунктов 21, 22 Методических указаний в данном случае в виду отсутствия совокупности условий позволяющих учитывать фактические потери применение в расчетах нормативных потерь административным ответчиком является обоснованным.

Относительно показателя «амортизация основных средств и нематериальных активов» суд приходит к выводу о необоснованном учете органом тарифного регулирования значения в размере 0 рублей со ссылкой на отсутствие доказательств формирования регулируемой организацией амортизационных отчислений.

Вопреки позиции стороны административного ответчика положения действующего тарифного законодательства в сфере теплоснабжения не содержат такого условия корректировки названных расходов как наличие доказательств формирования регулируемой организацией амортизационных отчислений.

При этом, в материалах тарифного дела при заявке на корректировку тарифа на 2020 год, регулируемой организацией представлены (тарифное дело на 2020 год листы 13-157, 164):

- сведения за 2018 год о балансовой стоимости имущества, о размерах амортизации, об остаточной стоимости имущества;

- инвентарные карточки на имущество;

- отчет о выполненных ремонтных работах за счет средств на амортизацию, утвержденных в тарифе на 2018 год на сумму 4566,86 тыс. рублей.

Возражения стороны административного ответчика о необходимости предоставления дополнительной бухгалтерской проводки по движению денежных средств предназначенных на амортизацию нормативно не подтверждены.

Аргументированная позиция о невозможности расчета корректировки с учетом имеющихся в материалах тарифного дела перечисленных документов административным ответчиком не высказана, анализ названных документов не произведен, в случае сомнений в представленных расчетах дополнительные документы не запрошены.

При этом следует отметить, что по периоду за 2017 год названный пакет документов в материалы тарифного дела на 2019 год регулируемой организацией не представлен, в связи с чем суд признает обоснованным расчет корректировки произведенный административным ответчиком в части показателя «амортизация основных средств и нематериальных активов» (0 рублей) при расчете корректировки за 2017 год.

Исходя из изложенного суд приходит к выводу о том, что доводы административного истца обоснованы в части, что свидетельствует об обоснованности заявленных требований.

В соответствии со статьей 213 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации бремя доказывания обстоятельств, связанных с принятием оспариваемого нормативного правового акта возложено на орган государственной власти, принявший такой акт. Безусловных доказательств, свидетельствующих о принятии тарифным органом мер по утверждению экономического обоснованного тарифа в деле не имеется.

Установив нарушения требований норм законодательства, обладающих большей юридической силой, и факт того, что допущенные нарушения привели к неверному исчислению тарифа передачи тепловой энергии на 2020 год, установленного обществу с ограниченной ответственностью «ФИО6 ТЭК», суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленного административного иска.

Согласно пункту 1 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании нормативного правового акта суд принимает решение об удовлетворении заявленных требований полностью или в части, если оспариваемый нормативный правовой акт полностью или в части признается не соответствующим иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, и не действующим полностью или в части со дня его принятия или с иной определенной судом даты.

Определяя момент, с которого оспариваемый нормативный правовой акт подлежит признанию недействующим, суд полагает, что поскольку оспариваемый нормативный правовой акт имеет ограниченный срок действия, то признание отдельных положений не действующими с момента вступления в силу решения суда не достигнет цели восстановления нарушенных прав и законных интересов административного истца, предусмотренных статьей 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 178 – 180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

административные исковые требования открытого акционерного общества «ФИО6 теплоэнергетический комплекс» удовлетворить.

Признать не действующим со дня принятия постановление Министерства тарифного регулирования и энергетики Пермского края от 28 сентября 2022 года № 26-т «О тарифах на услуги по передаче тепловой энергии открытого акционерного общества «ФИО6 теплоэнергетический комплекс» (ФИО6 городской округ)».

Возложить на Министерство тарифного регулирования и энергетики Пермского края обязанность принять в течение двух месяцев со дня вступления решения суда в законную силу новый нормативный правовой акт, заменяющий нормативный правовой акт, признаваемый судом недействующим, с учетом доводов изложенных в мотивировочной части решения суда.

В течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу сообщение об этом решении должно быть опубликовано в официальном печатном издании «Бюллетень законов Пермского края, правовых актов губернатора Пермского края, Правительства Пермского края, исполнительных органов государственной власти Пермского края».

Решение суда может быть обжаловано и на него может быть подано представление прокурором в Четвертый апелляционной суд общей юрисдикции через Пермский краевой суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья – подпись

Мотивированное решение составлено 31 января 2023 года.