Решение по делу № 2-740/2023 от 18.04.2023 - о признании договора пожизненного содержания с иждивением недействительным.

Дело № 2-740/2023

36RS0005-01-2023-000072-91

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОСССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 апреля 2023 года город Воронеж

Советский районный суд города Воронежа в составе:

председательствующего судьи Куприной В.Б.,

при секретаре Сотниковой А.С.,

с участием: представителя истца по первоначальным исковым требованиям/ответчика по встречным исковым требованиям – ФИО1, действующего на основании доверенности – ФИО3,

ответчика по первоначальным исковым требованиям/истца по встречным исковым требованиям – ФИО4, ее представителя, действующего на основании ордера – адвоката Микеда С.Л.,

третьего лица – нотариуса нотариального округа городского округа город Воронеж ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о государственной регистрации перехода права собственности на объекты недвижимости на основании договора пожизненного содержания с иждивением от 21.04.2017 года, заключенного между ФИО2 и ФИО1, и встречному исковому заявлению ФИО4 к ФИО1 о признании договора пожизненного содержания с иждивением недействительным,

установил:

ФИО1 обратилась к ФИО4 с исковым заявлением, в котором просила суд: произвести государственную регистрацию перехода права собственности на основании договора пожизненного содержания с иждивением от 21.04.2017 года, заключенного между ФИО2 и ФИО1, удостоверенного нотариусом нотариального округа городского округа город Воронеж ФИО5, зарегистрированного в реестре за №2-598, в отношении земельного участка и садового дома, находящихся по адресу: <адрес>семь римская дефис три дробь восемь); квартиры, находящейся по адресу: <адрес>-а, <адрес>; гаража с подвалом, находящегося по адресу: <адрес>, <адрес>

В обоснование требований указала, что 21.04.2017 года между ФИО2 и ФИО1 был заключен договор пожизненного содержания с иждивением, удостоверенный нотариусом нотариального округа городского округа город Воронеж ФИО5, зарегистрированный в реестре за № 2-598. По условиям вышеуказанного договора ФИО1 обязалась полностью содержать ФИО2, обеспечивая его питанием, одеждой, уходом в случае болезни, лекарствами, и необходимой помощью и сохранив за ним право бесплатного пожизненного пользования всеми принадлежащими ему на день заключения договора объектами недвижимого имущества, в случае его смерти обязась произвести оплату ритуальных услуг и оформление могилы, а в собственность ФИО1 переходит право собственности на принадлежащие ФИО2 следующие объекты недвижимости: земельный участок и садовый дом, расположенные по адресу: <адрес>, некоммерческое <адрес>. 29.08.2022 года ФИО2 умер. Поскольку ФИО1 исполнила все условия договора надлежащим образом, осуществляя уход за ФИО2 в виде приобретения для него лекарств, одежды, питания, также после его смерти оплатила стоимость ритуальных услуг и оформление могилы умершего, но при жизни ФИО2 переход права собственности на объекты недвижимости на имя ФИО1 не был зарегистрирован, а обратившись с заявлением о регистрации перехода права собственности в Управление Росреестра по Воронежской области, ФИО1 получила уведомление о приостановлении осуществления государственной регистрации права, так как сторона по договору умерла, и переход права может быть зарегистрирован только на основании решения суда, а наследником ФИО2 по закону является его дочь – ФИО4, ФИО1 с целью защиты своих прав и интересов была вынуждена обратиться с настоящим иском в суд (Т.1 л.д. 5-12).

В ходе рассмотрения дела от ФИО4 поступило встречное исковое заявление к ФИО1, в котором последняя, с учетом уточненного встречного искового заявления, просила суд: признать недействительным договор пожизненного содержания с иждивением от 21.04.2017 года, заключенный между ФИО2 и ФИО1

В обоснование встречных исковых требований ФИО4 указала, что ДД.ММ.ГГГГ умер ее отец - ФИО2, после смерти которого ФИО4 обратилась с заявлением о принятии наследства как единственный наследник первой очереди, в связи с чем 07.09.2022 года нотариусом нотариального округа город Воронеж ФИО6 было открыто наследственное дело к имуществу умершего ФИО2, а после сообщено ФИО4, что 21.04.2017 года между наследодателем и ФИО1 был заключен договор пожизненного содержания с иждивением, удостоверенный нотариусом нотариального округа городского округа город Воронеж ФИО5 и зарегистрированный в реестре за № 2-598, по условиям которого ФИО1 перешло право собственности на принадлежащие ФИО2 объекты недвижимости: земельный участок и садовый дом, расположенные по адресу: <адрес>, <адрес> Поскольку при оформлении договора пожизненного содержания с иждивением нотариусом не были надлежащим образом соблюдены нотариальные требования к удостоверению договора, а именно не произведена проверка документов об оценке имущества, являющегося предметом сделки, кроме того, видеозапись не содержит сведений о дате и месте совершения нотариального действия, ФИО2 не разъяснены права, фраза в договоре «записано с моих слов» не соответствует действительности, так как нотариус пришла с готовым текстом договора, договор второй стороной не подписан, не прошит, не скреплен печатью нотариуса, при этом, из видеозаписи фиксации заключения договора ФИО2 отказывается от его содержания, а со стороны ФИО1 так же не было намерений соблюдать условия договора, поскольку они с ФИО2 несколько лет сожительствовали, вели общее хозяйство, и при заключении спорной сделке, стороны не имели намерения создать соответствующие правовые последствия, что в свою очередь влечет недействительность сделки. Более того, в материалах дела отсутствуют доказательства исполнения ФИО1 условий договора, поскольку по условиям договора пожизненного содержания с иждивением ФИО1 запрещалось тратить денежные средства ФИО2, а его содержание должно было быть осуществлено исключительно за ее счет, в то время когда на счетах у умершего было около 3 000 рублей, а ежемесячная пенсия составляла 30 000 рублей. Также тот факт, что при заключении спорной сделки в течение более 5 лет не была произведена государственная регистрация перехода права собственности на объекты недвижимости, свидетельствует о том, что стороны не имели намерения создать соответствующие правовые последствия (Т.1 л.д. 225-229, Т.2 л.д. 43-47).

В судебное заседание истец по первоначальным исковым требованиям/ответчик по встречным исковым требованиям – ФИО1 не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена в установленном законом порядке, для представления своих интересов направила представителя, действующего на основании доверенности – ФИО3, которая, в свою очередь, настаивала на удовлетворении иска, возражала против удовлетворения встречных исковых требований, поддерживая позицию письменных возражений на встречное исковое заявление (Т.2 л.д. 1-6, 48-57), пояснила, что договор пожизненного содержания сторонами был фактически исполнен, имущество передано ФИО2 истцу, а ФИО1 предоставляла ФИО2 необходимые содержание и уход. Обстоятельства того, что с момента заключения договора ФИО1 исправно исполняла свои обязательства по договору, осуществляла уход за ФИО2, производила приобретение и покупку лекарств, одежды, питания до момента смерти ФИО2, обеспечивая уход и проживание ФИО2 в квартире, находящейся по адресу: <адрес>- а, <адрес>, подтверждается письменными доказательствами, договорами, квитанциями, банковскими выписками, кассовыми чеками, карточками и выписками из медицинских учреждений, рецептами, а также свидетельскими показаниями. После смерти ФИО2 ФИО1 оплатила стоимость ритуальных услуг и оформление могилы умершего ФИО2, оплатила стоимость оградки и памятника из мрамора согласно п.4.2. Договора. В соответствии с пунктом 8 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2012 г. N 302- ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в статье 584, не подлежит применению к договорам, заключаемым после 1 марта 2013 года. Поскольку Договор пожизненного содержания с иждивением заключен и нотариально удостоверен между ФИО7 (получатель ренты) и ФИО1 (плательщик ренты) 21.04.2017, то в силу указанной нормы он государственной регистрации не подлежал. Данный Договор заключен между ФИО2 и ФИО1 в письменной форме, существенные условия Договора (предмет, условия и размер предоставляемого ФИО2 пожизненного содержания, условия передачи объектов недвижимости ФИО1) между сторонами были согласованы, Договор удостоверен нотариально. При жизни ФИО2 с требованиями о расторжении Договора пожизненного содержания с иждивением по причине неисполнения ФИО1 своих обязательств по нему не обращался. Таким образом, факт смерти ФИО2 не может препятствовать государственной регистрации перехода права собственности на объекты недвижимости к ФИО1, он лишь прекращает ее обязательство пожизненной ренты, исполнение которого предназначено лично для рентополучателя. Со встречными исковыми требованиями ФИО4 ФИО1 не согласна, считает их неправомерными и необоснованными, и не подлежащим удовлетворению. ФИО4 во встречном иске (ответчик по первоначальному иску) полагает, что договор пожизненного содержания с иждивением был заключен сторонами для вида, без намерений создать соответствующие правовые последствия. Между тем, ФИО4 в нарушение ст.56 ГПК РФ не представлено доказательств, подтверждающих факт, что сделка, заключенная между ФИО1 и ФИО2, была совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия. Не нашли своего подтверждения доказательствами доводы истца по встречному иску о том, что ФИО1 не исполняла принятые на себя обязанности по договору пожизненного содержания с иждивением. Оспариваемый договор ренты действовал и исполнялся сторонами договора в течение длительного времени (более пяти лет), ФИО2 передал ФИО1 имущество, после передачи имущества ФИО2 никаких претензий к ФИО1 не предъявлялось. Основания полагать, что спорный договор является сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, отсутствуют, в связи с чем правовых оснований для признания оспариваемого истцом договора недействительным по мотивам мнимости не имеется. Материалами дела подтверждается, что ФИО1 полностью выполняла свои обязательства по договору пожизненного содержания с иждивением, оказывала ФИО2 помощь, в которой он нуждался, так как был инвалидом первой группы, и нуждался в постоянном уходе за ним, что подтверждается сведениями из медицинских учреждений. Воля сторон оспариваемого договора была направлена на совершение сделки, которая удостоверена нотариусом ФИО5, в течение более пяти лет с даты заключения договора пожизненного содержания с иждивением (21.04.2017) до своей смерти (29.08.2022) ФИО2 с иском о признании данной сделки недействительной или о ее расторжении по мотивам неисполнения ФИО1 возложенных на нее обязанностей не обращался. Ссылки ФИО4 на видеофиксацию, проводимую нотариусом ФИО5, при совершении оспариваемой сделки, как доказательство, подтверждающее отсутствие воли сторон, опровергаются материалами дела. Из материалов видеофиксации четко видно, что ФИО2 при заключении сделки находился в здравом уме, его воля на заключение сделки была добровольной и была направлена на заключение договора и передачу в собственность ФИО1 принадлежащих ФИО2 объектов недвижимости: земельный участок и садовый дом, расположенные по адресу: <адрес>, некоммерческое садоводческое товарищество «Крона» №VII-3/8 (семь римская дефис три дробь восемь); <адрес>, <адрес> объяснил нотариусу, что он передает все имущество (недвижимое, и с его слов, все что есть в квартире) по договору ФИО1, которая ухаживает за ним, три года вместе, все время находится с ним, кормит его. Очень важно, что ФИО2 лично пояснил нотариусу, что заключает сделку добровольно, так как на дочь и внучку надеяться не может, так как их не видит, они не приходят к нему, не помогают. В свою очередь, при заключении сделки были согласованы обязанности, возлагаемые на ФИО8: полностью содержать ФИО2, обеспечивая его питанием, одеждой, уходом в случае болезни, лекарствами, и необходимой помощью и сохранив за ним право бесплатного пожизненного пользования указанными объектами, в случае смерти возложена оплата ритуальных услуг и оформление могилы. Стоимость всего объема содержания с иждивением (питания, одежды, медицинского обслуживания, материального обеспечения, ухода и необходимой помощи) определена сторонами в размере двух минимальные величин прожиточного минимума на душу населения в Воронежской области. Из материалов дела следует, что ФИО1 полностью выполняла свои обязательства по договору пожизненного содержания с иждивением, оказывала ему ту помощь, в которой он нуждался, обеспечивая ФИО2 питанием, одеждой, лекарствами, постоянным уходом, отвозила его к врачам, в больницу, купала его, кормила, обеспечивала его любой необходимой помощью, сохраняя за ним право бесплатного пожизненного пользования указанными объектами, после смерти похоронила его, произвела оплату ритуальных услуг, оградки, заказала мраморный памятник на его могилу, что подтверждается банковскими выписками, чеками, договорами, свидетельскими показаниями. Учитывая имеющиеся в материалах дела доказательства, в том числе письменные доказательства, пояснения свидетелей, материалы видеофиксации, производимой нотариусом, ФИО1 полагает, что оснований считать оспариваемую сделку мнимой не имеется. ФИО4 не доказала, что при заключении договора пожизненного содержания с иждивением воля ФИО2 была направлена на совершение какой-либо другой сделки. Более того, из совокупности доказательств, имеющихся в материалах дела, прямо усматривается, что ФИО2 желал совершить именно оспариваемую сделку. Обязательства ФИО1 по обеспечению ухода и содержанию ФИО2 подлежали исполнению непосредственно в пользу последнего, т.е. неразрывно были связаны с личностью получателя ренты, которые прекратились вследствие его смерти. Право требования расторжения договора пожизненного содержания в случае его нарушения ответчиком имеет только получатель ренты ФИО2 Однако, при жизни ФИО2 таких требований к ФИО1 не предъявлял, и договор пожизненного содержания не оспаривал.

Таким образом, ФИО1 полагает, что законные основания для признания договора пожизненного содержания с иждивением недействительным по ст. 168 ГК РФ, отсутствуют. В ходе судебного разбирательства нотариус ФИО5 пояснила, что она удостоверяла эту сделку в больнице. ФИО19 выразил волеизъявление на заключение договора пожизненного содержания с иждивением, подписал соответствующий договор. Никакого упоминания о составлении завещания при заключении договора пожизненного содержания с иждивением ФИО2 не упоминалось. ФИО1 считает, что это надуманный ответчиком по основному иску довод, не подтверждаемый никакими доказательствами. Довод ФИО4 о том, что п. 4.2 Договора, согласно которому стоимость всего объема содержания с иждивением (питания, одежды, медицинского обслуживания, материального обеспечения, ухода и необходимой помощи) определена сторонами в размере двух минимальные величин прожиточного минимума на душу населения в Воронежской области, написан только для вида при отсутствии у ФИО1 таких денежных средств, не влечет вывод о недействительности сделки, поскольку вопрос о размере содержания, предоставленного ФИО2 по договору пожизненного содержания с иждивением не имеет правового значения при разрешении данного дела, как не затрагивающий прав ФИО4, которая не является стороной оспоримого договора пожизненного содержания с иждивением и правообладателем отчужденного имущества. Кроме того, истец считает, что ФИО4, как правопреемник ФИО2, пропустила срок исковой давности заявления исковых требований.

В судебном заседании ответчик по первоначальным исковым требованиям/истец по встречным исковым требованиям – ФИО4, возражала против удовлетворения исковых требований, поддерживала заявление встречные исковые требования. Ее представитель, действующий на основании ордера – адвокат Микеда С.Л., возражала против удовлетворения первоначальных исковых требований, пояснила, что в судебном заседании нотариус пояснила, что во время совершения нотариального действия проводилась видеофиксация, в ходе которой не заснят весь процесс удостоверения договора. Волеизъявление ФИО2 было направлено на передачу в пользу ФИО1 объектов недвижимости безвозмездно за пожизненное содержание и уход. Существенным условием договора ренты является именно условие о предоставлении пожизненного содержания за счет плательщика ренты. Пояснения нотариуса в данной части противоречат видеозаписи, из содержания которой следует, что ФИО2 выразил желание «отдать» ФИО1 все свое недвижимое имущество, однако, отказывается от содержания, несмотря на то, что в тексте договора указаны условия пожизненного содержания. При этом, ФИО19 утверждает, что ФИО9 давно за ним ухаживает, в том числе и в больнице, он ей благодарен, но речь не идет о будущем уходе. Волеизъявление ФИО2 является ничем иным, как завещанием, поскольку он подтвердил, что понимает, что распоряжаться имуществом ФИО9 сможет только после его смерти, но тем не менее подписан был договор пожизненного содержания с иждивением, поскольку именно данный готовый документ был предоставлен нотариусом и ему не были разъяснены последствия заключения данного договора, что он с момента подписания договора он перестает быть собственником всего имущества. До конца своей жизни ФИО19 продолжал исполнять обязанности собственника по содержанию имущества, об этом свидетельствуют предоставленные в суд справка из дачного кооператива, справка из гаражного кооператива, выписка из ЕГРН о праве собственности на квартиру. Нотариус пришла в больницу к ФИО2 с готовым текстом договора, ответить на вопросы о предварительной консультации с ним по поводу условий договора нотариус не смогла. Таким образом, можно сделать вывод о том, что условия договора были согласованы только с одной стороной ФИО1, а ФИО2 заблуждался относительно природы сделки. Со слов нотариуса ФИО1 приходила в нотариальную контору с просьбой составить договор ренты 19.04.2017 года. Согласно выписного эпикриза № 4913 от 03.05.2017 года в этот день ФИО2 произведена ампутация конечности, вряд ли в этот день стороны обсуждали условия заключения договора. В судебном заседании нотариус подтвердила, что на момент регистрации договора у нее не было оригиналов правоустанавливающих документов на объекты недвижимости, ФИО1 их не принесла. На видео нет доказательств подписания договора второй стороной. ФИО1 не предоставила ни одного доказательства осуществления содержания ФИО2 за свой счет в пределах установленного договором размера содержания. В материалы дела были предоставлены различные доказательства о том, что ФИО1 располагала денежными средствами, но нет ни одного доказательства, что данные денежные средства она тратила на содержание ФИО2 Она так же не возместила другой стороне затраты на похороны ФИО19, тем самым нарушив п.4.2 условий договора. Утверждение о том, что ФИО9 несла расходы на погребение ФИО19 не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания. Заказ памятника также не может являться доказательством исполнения обязанностей по договору, поскольку ФИО19 похоронен на Березовском кладбище, собственником захоронения является его дочь, поэтому, ФИО9 не имеет прав производить на данном участке никаких работ по установлению памятника, данное действие было совершено формально уже в ходе рассматриваемого судебного спора. Допрошенные в ходе судебного заседания свидетели ФИО10, ФИО11 пояснили, что их мать ФИО1 и ФИО2 проживали вместе с 2014 года, ФИО1 ухаживала за ФИО2, ходила за продуктами, убирала. У них сложились фактические брачные отношения, общий бюджет, они так же помогали матери материально. Свидетель ФИО11 пояснил, что давал матери деньги на похороны ФИО19, мать все оплачивала. Эти показания противоречат материалам дела, поскольку согласно документам, расходы на похороны своего отца несла ФИО4 Со стороны ФИО1, по мнению ФИО4, так же не было намерений соблюдать условия договора, поскольку они с ФИО2 несколько лет сожительствовали, вели общее хозяйство и бюджет, что подтверждается и выданной в тот же день доверенностью на имя ФИО1 с правом распоряжения всеми денежными счетами ФИО2 То, что заключая данную сделку, стороны не имели намерения создать соответствующие правовые последствия, свидетельствует и тот факт, что отсутствует государственная регистрация перехода права собственности на объекты недвижимости, поскольку для совершения данного действия необходимо участие двух сторон. При жизни ФИО2 этого сделано не было в течении 5 лет. При оформлении договора ФИО19 не выдавал доверенность на регистрацию перехода права в органе госрегистрации. ФИО9 в обоснование своих требований были представлены медицинские документы и выписки на ФИО19, которые были составлены до заключения договора ренты, поэтому не могут быть доказательствами оказания помощи в рамках исполнения обязанностей по договору. Так же чеки на продукты питания не могут быть безусловным доказательством исполнения условий договора, поскольку у ФИО19 с ФИО9 был совместный бюджет и разграничить что конкретно покупалось для ФИО19 невозможно, тем более в чеках имеется покупка творожных сырков, халвы, бананов, конфет которые лицу, страдающему диабетом противопоказаны. В материалах дела отсутствую доказательства того, что в течении 5 лет действия договора ФИО19 приобретались предметы одежды, необходимые средства передвижения за счет средств ФИО9, покупка лекарств по назначению врача. Чеки на оплату сотовой связи предоставлены на дату 2021 год со счета самого ФИО19. Сами по себе сведения о наличии заболеваний у ФИО19 не являются доказательствами должного ухода за ним. ФИО9 отсутствовала в больнице и в день смерти ФИО19, что свидетельствует об отсутствии постоянного ухода за ним. ФИО1 пропущен срок исковой давности по заявленным требования.

Третье лицо – нотариус н.о. г.о. <адрес> ФИО5 в судебном заседании пояснила, что в апреле 2017 года в нотариальную контору обратилась ФИО1 с просьбой удостоверить договор пожизненного содержания с иждивением с ФИО2, предметом которого являлись принадлежащие ФИО2 объекты недвижимого имущества: земельный участок и садовый дом, расположенные по адресу: <адрес>, ФИО1, брала на себя обязательство пожизненно полностью содержать ФИО2, предоставляя ему питание, одежду, приобретать лекарства, осуществлять уход в случае болезни, обязалась сохранить за ним бесплатное пожизненное пользование вышеуказанными объектами недвижимости, в случае смерти оплатить оформление ритуальных услуг и оформление могилы. На личном приеме ФИО1 пояснила, что ФИО2 находится в медицинском учреждении: БУЗ ВО «ВГКБ № 3», однако его состояние не препятствует к осознанию и полному пониманию заключаемой им сделки. Кроме того, ФИО1 сообщила, что ФИО2 переживает, что его имущество в случае смерти, может перейти его дочери и ввиду плохих отношений этого не хочет, и желает передать его ФИО1 на вышеуказанных условиях, а также из-за проведенной операции ему будет требоваться постоянный уход. ФИО1 представила все необходимые документы и предоставила необходимую информацию для совершения нотариального действия. ФИО1 была предупреждена нотариусом о том, что в случае, если гр. ФИО2 находится в неудовлетворительном состоянии, не сможет понимать значения и смысл действий и у нотариуса возникнут сомнения по поводу действительности его волеизъявления, то нотариальное действие совершено не будет. В рамках подготовки к нотариальному действию нотариусом были истребованы документы, подтверждающие государственную регистрацию прав ФИО2, а также правоустанавливающие документы (документы основания) на недвижимое имущество. Кроме того, нотариусом были сделаны соответствующие запросы в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Воронежской области, а также в филиал ФГБУ «ФКП Росреестра» по Воронежской области, проверена принадлежность объектов недвижимости ФИО2, а также получены сведения о кадастровой стоимости объектов недвижимости, являющихся предметом заключаемого договора. 21.04.2017 года нотариусом был осуществлен выезд в здание БУЗ ВО «ВГКБ № 3» по адресу: <...> для удостоверения договора пожизненного содержания с иждивением. При совершении нотариального действия вне помещения нотариальной конторы нотариус ФИО5, а также помощник нотариуса ФИО12, прошли в помещение, где находился ФИО2 Помощник нотариуса ФИО12 занялся установкой и настройкой оборудования, необходимого для видеофиксации нотариального действия. Однако, уже в процессе совершения нотариального действия выяснилось, что IР камера, в следствие нестабильного соединения с сетью интернет, запись и фиксацию нотариального действия не осуществляет и было принято решение осуществить запись на видеокамеру телефона помощника нотариуса ФИО12 Ввиду вышеизложенного на записи отсутствуют все этапы совершения нотариального действия. По совершению нотариального действия пояснила, что нотариусом по предъявленным паспортам были установлены личности ФИО2 и ФИО1, еще раз были проверены все документы, подтверждающие права ФИО2 на объекты недвижимого имущества, являющиеся предметом договора, а также установлено их волеизъявление. Нотариусом были разъяснены особенности заключаемой сделки между ФИО2 и ФИО1, а также положение об обязательности государственной регистрации прав. Договор был подписан сторонами в нашем с помощником присутствии, а также прошнурован, пронумерован и скреплен печатью нотариуса. Кроме того, оснований полагать, что сделка была мнимой не имеется. Оплата за удостоверение договора была оформлена на ФИО2, поскольку он пользовался льготами. Нотариусом было разъяснено ФИО2, что все имущество по договору передается в собственность ФИО1 При этом, ФИО2 пояснил, то по вопросу оплаты они с ФИО1 сами договорятся. Однако, по закону нотариус обязана указать в договоре обязательства несения расходов в размере не менее двух МРОТ. Нотариус не имела права не указывать эти условия. Кроме того, ФИО2 в этот же день составил на ФИО1 доверенность для оформления субсидий. В момент удостоверения договора ФИО2 был бодрый, адекватный, в хорошем настроении, понимал и осознавал существо сделки.

В силу ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

Распоряжение своими правами по усмотрению лица является одним из основополагающих принципов судопроизводства.

Согласно ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу статьи 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

В материалах дела имеются сведения об извещении сторон в установленном законом порядке о дне и времени судебного заседания.

На основании изложенного, учитывая обстоятельства дела, правовую позицию участвующих в деле лиц, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в заседание лиц, извещенных судом в предусмотренном законом порядке о времени и месте рассмотрения дела, по представленным в деле доказательствам.

Выслушав участников процесса, допросив свидетелей: ФИО11, ФИО10, ФИО13, ФИО12, ФИО14, исследовав материалы, обозрев медицинские документы, суд приходит к следующему.

В силу части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В силу ч. 2 ст. 218 ГК РФ Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом. В случае реорганизации юридического лица право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит к юридическим лицам - правопреемникам реорганизованного юридического лица.

Статьей 601 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц). К договору пожизненного содержания с иждивением применяются правила о пожизненной ренте, если иное не предусмотрено правилами настоящего параграфа.

На основании ст. 583 ГК РФ по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме. По договору ренты допускается установление обязанности выплачивать ренту бессрочно (постоянная рента) или на срок жизни получателя ренты (пожизненная рента). Пожизненная рента может быть установлена на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением.

В силу ст. 584 ГК РФ Договор ренты подлежит нотариальному удостоверению, а договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты, подлежит также государственной регистрации.

Согласно ст. 596 Гражданского кодекса Российской Федерации пожизненная рента может быть установлена на период жизни гражданина, передающего имущество под выплату ренты, либо на период жизни другого указанного им гражданина. Допускается установление пожизненной ренты в пользу нескольких граждан, доли которых в праве на получение ренты считаются равными, если иное не предусмотрено договором пожизненной ренты. В случае смерти одного из получателей ренты его доля в праве на получение ренты переходит к пережившим его получателям ренты, если договором пожизненной ренты не предусмотрено иное, а в случае смерти последнего получателя ренты обязательство выплаты ренты прекращается. Договор, устанавливающий пожизненную ренту в пользу гражданина, который умер к моменту заключения договора, ничтожен.

На основании ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации. Исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами. В случае, когда одна из сторон уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, суд вправе по требованию другой стороны, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве, также по требованию судебного пристава-исполнителя вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности. Сторона, необоснованно уклоняющаяся от государственной регистрации перехода права собственности, должна возместить другой стороне убытки, вызванные задержкой регистрации.

В соответствии с п. 8 ст. 2 Федерального закона от 30.12.2012 N 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» правила о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащиеся в статьях 558, 560, 574, 584 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат применению к договорам, заключаемым после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Обращение в суд ФИО1 мотивировано тем, что при жизни ФИО2 переход права собственности на объекты недвижимого имущества к ФИО1 зарегистрирован не был. Поскольку, кроме как в судебном порядке после смерти ФИО2 произвести государственную регистрацию перехода права собственности на основании договора пожизненного содержания с иждивением от 21.04.2017 года невозможно, ФИО1 обратилась в суд с исковыми требованиями.

Из материалов дела судом установлено, что при жизни ФИО2 на праве собственности принадлежали:

- земельный участок и садовый дом, расположенные по адресу: <адрес>

<адрес>

<адрес>. 2 л.д. 23).

Согласно справки МСЭ – 2008 №, ФИО2 31.01.2008 года установлена вторая группа инвалидности по общему заболеванию, бессрочно (Т. 1 л.д. 176).

Как установлено судом из справки МСЭ – 2019 № 1067765, ФИО2 24.07.2019 года установлена первая группа инвалидности по общему заболеванию, бессрочно (Т. 1 л.д. 175).

Из материалов дела судом установлено, что 21.04.2017 года между ФИО2 и ФИО1 был заключен договор пожизненного содержания с иждивением, в соответствии с п. 1 которого ФИО2 по настоящему договору пожизненного содержания с иждивением передал бесплатно в собственность ФИО1 принадлежащие ему на праве собственности следующие объекты недвижимого имущества: земельный участок и садовый дом, находящиеся по адресу: <адрес>

Согласно п. 4 выше указанного договора ФИО1 получила от ФИО2 объекты недвижимости на условиях пожизненного содержания с иждивением. ФИО1 обязалась пожизненно полностью содержать ФИО2, предоставляя ему питание, одежду, приобретать лекарства, осуществлять уход в случае болезни, обязалась сохранить за ним бесплатное пожизненное пользование недвижимостью, в случае смерти оплатить ритуальные услуги и оформить могилу. При этом, стоимость общего содержания с иждивением ФИО2 в месяц по предусмотренным обязательствам определена сторонами в сумме, которая не может быть менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в Воронежской области, а при отсутствии в Воронежской области указанной величины не менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в целом по РФ.

Как установлено п. 5 оспариваемого договора, право собственности на указанные объекты недвижимости возникло у ФИО1 с момента регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Воронежской области (Управлении Росреестра по Воронежской области). Несение расходы по заключению оспариваемого договора возложено на ФИО2(Т.1 л.д. 15-18).

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Согласно свидетельству о смерти III-СИ № от 02.09.2022 года, ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (Т.1 л.д. 14).

Как установлено судом из ответа нотариуса н.о. г.о. г. Воронежа ФИО6, на основании заявления дочери ФИО2 – ФИО4 было открыто наследственное дело № 431/22 к имуществу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ (Т.1 л.д. 129-144).

Из материалов дела судом установлено, что на ФИО4 29.08.2022 года был оформлен заказ-наряд № 004818 ритуальных услуг на сумму 28 550 рублей (Т.1 л.д. 157).

Также ФИО4 в материалы дела представлен чек о погребении от 29.08.2022 года на сумму 7 500 рублей (Т.1 л.д. 159).

Согласно материалам дела, 08.09.2022 года ФИО1 обратилась с заявлением о государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество: земельный участок и садовый дом, находящиеся по адресу: <адрес> в АУ «МФЦ» в Советском районе (Т.1 л.д. 19-23).

Уведомлениями Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии Управления Росреестра по Воронежской области от 15.09.2022 года была приостановлена государственная регистрация права собственности ФИО1 на вышеуказанные объекты недвижимого имущества (Т.1 л.д. 24-34).

Не согласившись с исковыми требованиями ФИО1, ФИО4 обратилась со встречными исковыми требованиями, в обоснование которых указала, что недействительность договора ренты обусловлена его заключением под влиянием заблуждения ФИО2 относительно существа сделки, в связи с чем, по ее мнению, сделка обладает признаками мнимости.

Более того, ФИО1, по мнению ФИО4, не исполняла обязанности по содержанию ФИО2, поскольку не несла расходы более 2МРОТ, не переоформила недвижимое имущество при жизни, у нее самой не было достаточного дохода для содержания ФИО2 ФИО1 оказывала помощь как гражданская супруга по доброй воле, не несла расходы на похороны, погребение, поминальный обед.

Кроме того, ФИО4 полагает, что нотариусом был нарушен порядок удостоверения договора, поскольку видеофиксация сделки произведена не в полном объеме.

В силу ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях. Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

На основании ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время. Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

Согласно ст. 168 ГК РФ на исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

На основании ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

По ходатайству ФИО1, в соответствии со ст. 69 ГПК РФ в судебных заседаниях были получены свидетельские показания. Так, свидетель – ФИО11 суду пояснил, что знал ФИО2, как человека нуждающегося в постоянном уходе, который осуществляла мать свидетеля – ФИО1 Свидетелю известно, что ФИО2 и ФИО1 заключили договор ренты, по которому ФИО1 обязалась постоянно ухаживать за ФИО2 Свидетель приезжал к ФИО1 и ФИО2 домой раз в неделю, помогал матери вывезти ФИО2 на прогулку, переводил ежемесячно к ее пенсии около 5 000-7 000 рублей. ФИО2 и ФИО1 жили одной семьей. Мама свидетеля постоянно покупала продукты, лекарства, оплачивала коммунальные услуги. Смерть ФИО2 была неожиданной. Поскольку у ФИО1 отсутствовала необходимая сумма на похороны, свидетель одолжил матери денежные средства. Свидетель видел ФИО4 на похоронах. Она вместе с ФИО1 занималась организацией похорон. Никто не предавал значения в вопросе указания фамилии заказчика в финансовых документах по ритуальным услугам.

А свидетель ФИО10 суду пояснил, что является сыном ФИО1 ФИО2 знал по месту работы, где к нему относились с большим уважением. В 2014 года мать свидетеля начала общаться с ФИО2 Со временем ФИО2 был необходим уход в прогрессирующей степени. ФИО1 осуществляла его на постоянной основе. Ежедневно покупала продукты питания, лекарства, очень часто ходила в поликлинику, готовила еду для ФИО2, помогала осуществлять гигиену, всевозможный уход. Жили дружно, с взаимоуважением к друг другу.

Свидетель ФИО13 суду пояснил, что дружил с ФИО2 с 1970 года. ФИО13 знал, что у ФИО2 есть дочь, но последний о ней практически никогда не говорил, поскольку избегал этой темы. С годами у ФИО2 прогрессировала болезнь, он нуждался в постоянном уходе. В 2014 году ФИО2 познакомился с ФИО11, которую ФИО2 рассматривал как потенциальную помощницу по уходу за ним. В частых разговорах ФИО2 однозначно выражал желание заключить с ней договор ренты, который, в свою очередь, гарантировал ФИО2 постоянный уход за ним. Свидетелю стало известно, что такой договор был заключен, его условия также обсуждались между свидетелем и ФИО2 Со слов свидетеля, ФИО2, будучи ограниченным в передвижении, после заключения договора ренты, «расцвел», был в очень хорошем расположении духа, создавал впечатление счастливого человека. Валентина решила все необходимы вопросы ФИО2, постоянно находилась рядом с ним, готовила, покупала лекарства, продуты, сопровождала гигиену, стирала, убирала, организовывала прогулки и выезд из дома в медучреждения и на дачу. ФИО2 был очень доволен Валентиной, никогда не жаловался. Они жили душа в душу. Валентина организовала дома «шведскую стенку», в подъезде пандус, на заводе изготовили ФИО2 протез. Свидетель пояснил, что ФИО2 не желал составлять завещание, поскольку он желал именно за уход отблагодарить Валентину имеющимся у него имуществом.

Свидетель ФИО14 суду пояснила, что является соседкой ФИО2 с 2015 года. Супруг свидетеля является компьютерным мастером, который оказывал помощь ФИО2 в ремонте ноутбука. Семья свидетеля часто интересовалась проживавшим совместно с ФИО1 – ФИО2 ФИО14 знала что, между ними заключен договор ренты, условия договора несколько раз были предметом обсуждения в разговоре с ФИО19. С. и ФИО1 Свидетелю было очевидно, что ФИО2 за гарантированный пожизненный уход предал ФИО1 все свое недвижимое имущество. Характер у ФИО2 был непростой. При этом, Валентина Ивановна безропотно, ежедневно, осуществляла всевозможный уход за ФИО2 Труд адский, невероятно тяжелый, как физически, так и морально. Были приобретены две коляски, одна из которых являлась уличной, прогулочной. В доме всегда было чисто, приготовлена еда, Валентина Ивановна ежедневно ставила ФИО2 уколы. Свидетель очень часто встречала ФИО1 на улице с сумками полными продуктов, лекарств. После инсульта уход стал сложнее. ФИО2 требовалось поднимать для гигиенических процедур, поскольку самостоятельно ФИО2 туалет уже не посещал, пользовался судном. Свидетель также часто видел сыновей ФИО1, поскольку они возили ФИО2 на дачу, на кладбище к родственникам и по другим делам.

У суда нет оснований сомневаться в правдивости указанных показаний, поскольку свидетель предупрежден об уголовной ответственности, их показания последовательны, непротиворечивы, согласуются с письменными доказательствами, представленными в материалы дела и обстоятельствами дела.

Кроме того, в судебном заседании был допрошен свидетель ФИО12, который суду пояснил, что является помощником нотариуса ФИО5 Свидетель помнит, что до выездного удостоверения спорного договора, в нотариальную контору приходила ФИО1 с необходимыми документами. В дальнейшем, состоялся выезд в больницу, где проходило лечение ФИО2, который не вызывал сомнений по поводу его дееспособности, не возникало сомнений и в его намерении заключить договор ренты. Видеофиксацию организовал свидетель. Свидетель допускал, что из-за плохого сигнала интернета, возможно видеозапись на профессиональную камеру не получится. В этой связи, ФИО12 была продублирована видеофиксация на телефон, поэтому запись сохранилась не с самого начала, когда нотариус удостоверила личности, проверяла документы и разъясняла права. Кто фактически оплатил нотариальные действия не помнил. ФИО2 выразил свое желание за уход после смерти передать все имущество ФИО1 Говорил, что у него есть дочь, однако, желал заключить договор ренты. О завещании речь не шла. Договор был подписан в присутствии нотариуса одновременно двумя сторонами. В данном случае видеофиксация не была обязательная. Заказчики просили ее произвести, чтоб подтвердить в случае необходимости дееспособность ФИО2

Учитывая нотариальное удостоверение договора ренты, принимая во внимание, что отсутствие государственной регистрации перехода права собственности недвижимого имущества на ФИО1 с ФИО2 при жизни последнего не влечет недействительность сделки, учитывая, что к первоначальным исковым требованиям срок исковой давности не применим, поскольку право на спорное имущество возникло у ФИО1 после нотариального заверения, учитывая отсутствие со стороны ФИО2 требований о расторжении оспоримого договора при жизни, с учетом показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей и нотариуса, которые подтвердили действительное волеизъявление ФИО2 заключить договор ренты, суд полагает, что в судебном заседании не нашли своего подтверждения доводы ФИО4 о заблуждении ФИО2 в существе сделки или о ее мнимости. Кроме того, с учетом собранных по делу доказательств, а именно наличия у ФИО1 дохода (Т.1 л.д. 43-71,187-196), размера МРОТ ВО за спорный период (Т.1 л.д. 206-223), с учетом показаний свидетелей, которые подтвердили, что оказывали материальную помощь ФИО1, в отсутствие жалоб ФИО2 при жизни относительно исполнения ФИО1 обязанности по содержанию ФИО2, что также подтверждено показаниями свидетелей, принимая во внимание медицинские документы, из которых усматривается частое сопровождение ФИО9 ФИО16 В.И. в медицинские учреждения и оформление ФИО1 рецептов на лекарства для ФИО2, учитывая длительность договорных отношений, отсутствие жалоб ФИО2 относительно оказываемого ему ухода, принимая во внимание, что стороны договора были в праве по своему усмотрению разрешать вопросы несения необходимых расходов, судом неустановленно обстоятельств нарушения ФИО1 условий договора по уходу и содержанию ФИО2

Более того, не установлено судом в ходе рассмотрения дела и нарушения процедуры совершения и удостоверения договора ренты.

Доводы ФИО4 о неполной видеофиксации не могут быть приняты судом во внимание в качестве оснований для признания сделки недействительной, поскольку видеофиксация содержит все необходимые действия сторон сделки и, в данном случае, не являлась обязательной.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что ФИО1 полностью выполнила свои обязательства по договору пожизненного содержания с иждивением, в связи с чем воля стороны оспариваемого договора была направлена на совершение сделки, удостоверенной нотариусом н.о. г.о. г. Воронежа – ФИО5, поскольку в течение пяти лет с даты заключения договора (21.04.2017 года) до своей смерти (28.08.2022 года) ФИО2 с исковым заявлением о признании сделки недействительной по мотивам мнимости или на основании неисполнения ФИО1 возложенных на нее обязанностей не обращался.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречных исковых требований ФИО4

Доводы ФИО4 об уплате членских взносов от имени ФИО2 за гараж (Т.1 л.д. 179-183) в данном случае не влекут признание спортной сделки недействительной, поскольку при жизни ФИО2 не была произведена государственная регистрация перехода права собственности на недвижимое имущество, в том числе и гараж, на имя ФИО1

Не приняты судом и доводы ФИО4 о несении ею расходов на погребение ФИО2 как нарушение ФИО1 условий договора ренты о несении расходов на похороны, поскольку как пояснили свидетели, ритуальные услуги оформляли совместно ФИО4 и ФИО1, при этом, из показаний свидетеля ФИО11 судом установлено, что ФИО1 передала денежные средства на погребение ФИО4, в связи с чем на ее фамилию был оформлен заказ, однако, ограда могилы и памятник были оплачены ФИО1 (Т.1 л.д. 230-231).

Вместе с тем, ФИО4 не лишена права требования оплаченных ею расходов на похороны с ФИО1 (Т.1 л.д. 158-159).

Оформление удостоверения на захоронение на имя ФИО4, также не свидетельствует о нарушении ФИО1 условий оспариваемого договора, поскольку ФИО4 была вправе получить указанные документы как близкий родственник умершего (Т.2 л.д. 69).

В соответствии с пунктом 8 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2012 г. N 302- ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в статье 584, не подлежит применению к договорам, заключаемым после 1 марта 2013 года.

Поскольку Договор пожизненного содержания с иждивением заключен и нотариально удостоверен между ФИО2 (получатель ренты) и ФИО1 (плательщик ренты) 21.04.2017, то в силу указанной нормы он обязательной государственной регистрации не подлежал.

Данный Договор заключен между ФИО2 и ФИО1 в письменной форме, существенные условия Договора (предмет, условия и размер предоставляемого ФИО2 пожизненного содержания, условия передачи объектов недвижимости ФИО1) между сторонами были согласованы, договор удостоверен нотариально. Недействительным или не заключенным не признавался.

При жизни ФИО2 с требованиями о расторжении договора пожизненного содержания с иждивением по причине неисполнения ФИО1 своих обязательств по нему не обращался.

Указанный подход подтверждается правовой позицией Верховного Суда РФ, приведенной в Определении СКГД ВС РФ от 19.01.2021 по делу №18-КГ20-87-К4: «Государственная регистрация как формальное условие обеспечения государственной, в том числе судебной, защиты прав лица, возникающих из договорных отношений, объектом которых является недвижимое имущество, призвана лишь удостоверить со стороны государства юридическую силу соответствующих правоустанавливающих документов. Тем самым государственная регистрация создает гарантии надлежащего выполнения сторонами обязательств и, следовательно, способствует упрочению и стабильности гражданского оборота в целом. Она не затрагивает самого содержания указанного гражданского права, не ограничивает свободу договоров, юридическое равенство сторон, автономию их воли и имущественную самостоятельность».

Таким образом, факт смерти ФИО2 не может препятствовать государственной регистрации перехода права собственности на объекты недвижимости к ФИО1, он лишь прекращает ее обязательство пожизненной ренты, исполнение которого было предназначено лично для рентополучателя.

Из системного толкования ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, а также суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

На основании изложенного суд приходит к выводу об удовлетворении первоначальных исковых требований ФИО1 о государственной регистрации перехода права собственности на объекты недвижимости на основании договора пожизненного содержания с иждивением от 21.04.2017 года, заключенного между ФИО2 и ФИО1

Довод ФИО1 о пропуске ФИО4 срока исковой давности не может быть принят судом во внимание, поскольку о заключении договора ренты от 21.04.2017 года ФИО4 узнала в 2022 году при обращении к нотариусу с заявлением о принятии наследства.

Вместе с тем, ФИО4 судом отказано в удовлетворении встречного искового требования о признании договора пожизненного содержания с иждивением от 21.04.2017 года недействительным по указанным выше иным основаниям.

Суд также принимает во внимание то, что иных доказательств, суду не представлено и в соответствии с требованиями ст. 195 ГПК РФ основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

решил:

Произвести государственную регистрацию перехода права собственности на основании договора пожизненного содержания с иждивением от 21.04.2017 года, заключенного между ФИО2 и ФИО1, удостоверенного нотариусом нотариального округа городского округа <адрес> ФИО5, зарегистрированного в реестре за № 2-598 в отношении земельного участка и садового дома, находящегося по адресу: <адрес>

Встречные исковые требования ФИО4 к ФИО1 о признании договора пожизненного содержания с иждивением от 21.04.2017 года, заключенного между ФИО2 и ФИО1, недействительным – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через Советский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Куприна В.Б.