Решение по делу № 2-187/2023 от 19.10.2023 - о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью и взыскании расходов на лечение.

Дело №

УИД: №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 октября 2023 года с. Лазо Лазовский район Приморский край

Партизанский районный суд Приморского края постоянное судебное присутствие в селе Лазо Приморского края в составе:

председательствующего судьи Волковой Е.В.,

при секретаре Гагариной С.А.,

с участием помощника прокурора Лазовского района Приморского края Жданова И.Д.,

а также с участием истца ФИО2, представителя ответчика ПАО «ПБТФ» ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Лазовского района Приморского края ФИО3 в защиту интересов ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Преображенская база тралового флота» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью и взыскании расходов на лечение,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Лазовского района Приморского края ФИО3 обратился в суд с иском в защиту интересов ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Преображенская база тралового флота» (далее по тексту - ПАО «ПБТФ») о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, взыскании расходов на лечение и взыскании утраченного заработка, в обоснование исковых требований указал, что прокуратурой района проведена проверка по обращению ФИО2 о нарушении требований трудового законодательства, в том числе по охране труда, по результатам которой установлено, что приказом о приеме работника на работу от ДД.ММ.ГГГГ №-к ФИО2 принят на работу в ПАО «ПБТФ» на должность матроса, с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ заключен трудовой договор №. На рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ с матросом ФИО2 произошел несчастный случай при следующих обстоятельствах. ДД.ММ.ГГГГ после приготовления к отдаче траловой доски с правого борта ФИО2 зацепил гак шкентеля на штатное место за стопорный строп, матрос ФИО4, стоявший на управлении контролером подтяжной лебедки, начал набивать шкентель, чтобы он не мешал при приготовлении к разливке рыбы из тралового мешка по бункерам. В момент выполнения этой операции матрос ФИО2 подошел к ФИО4, чтобы объяснить, что стопорный гак доски лучше цеплять по-другому. В это время ФИО4 подбирал слабину шкентеля подтяжной лебедки. В момент беседы матросов между собой, произошел обрыв стропа. В результате обрыва стропа, шкентель с гаком полетел в сторону ФИО2 и нанес скользящий удар по защитной каске в область теменной кости слева. От удара ФИО2 упал, затем поднявшись, самостоятельно покинул место происшествия, отправившись в помещение промысловой команды. Во время предварительного осмотра судовым врачом, ФИО2 жаловался на слабость, озноб, шум в ушах, головную боль. После осмотра, самостоятельно, в сопровождении врача добрался до судовой амбулатории, где ему поставили диагноз <данные изъяты> назначили лечение. Впоследствии ФИО2 был освобожден от всех видов работ и находился в лазарете с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. На момент осмотра судовым врачом ДД.ММ.ГГГГ жалобы не поступали, было рекомендовано приступить к работе ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 выйти на работу отказался по состоянию здоровья и написал заявление о списании с судна. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился на консультацию в медицинское учреждение, после был направлен в КГАУЗ ФИО20 №» в нейрохирургическое отделение. Согласно полученному медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья и результатов несчастного случая на производстве и степени их тяжести, у матроса ФИО2 <данные изъяты> <данные изъяты> В соответствии с актом, причиной несчастного случая явились неудовлетворительная организация производства работ, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работ, соблюдением трудовой дисциплины. Вина работника в несчастном случае не установлена. Нахождение пострадавшего в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения не установлено. Исходя из обстоятельств несчастного случая в результате обрыва стропа ФИО2 получил удар в затылочную область шкентелем с гаком, что повлекло причинение последнему вреда здоровью тяжелой степени тяжести. Кроме того, согласно ответу Государственной инспекции труда в <адрес>, если работник не желал причинения себе вреда, но предвидел опасные последствия своих действий либо не предвидел опасные последствия, но должен был и мог их предвидеть, то есть действовал самонадеянно, легкомысленно, неосмотрительно, неосторожно, комиссия по расследованию несчастного случая, определяя вину пострадавшего работника, устанавливает в его действиях грубую неосторожность. При этом важно, чтобы в материалах расследования несчастного случая и в акте формы № вина была охарактеризована не как «неосторожность», «легкомысленность», «неосмотрительность», а именно как «грубая неосторожность». В ходе проведения расследования несчастного случая, грубой неосторожности в действиях ФИО2 комиссией не усматривается, что подтверждается актом формы № В ходе прокурорской проверки установлено, что со стороны № не предпринято никаких мер к возмещению вреда здоровью, компенсации морального вреда ФИО2 В результате полученных травм при несчастном случае на производстве ФИО2 временно нетрудоспособен. Находился на лечении в нейрохирургическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом <данные изъяты> Согласно эпикризу выписного стационара от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 нуждается в продолжении лечения в амбулаторных условиях, нетрудоспособен. ФИО2 испытывал и испытывает тяжелые нравственные страдания в связи с полученной травмой, постоянно ощущает дискомфорт в голове справа, тревожность, утомляемость. ФИО2 потеряна возможность содержания семьи, супруга ФИО5 в настоящее время находится в декретном отпуске по уходу за ребенком до 3 лет, помимо супруги на иждивении у него находятся малолетние дети - ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. До произошедшего несчастного случая ФИО2 был единственным кормильцем семьи. Кроме того, ФИО2 ежемесячно вносит платежи по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, где они с супругой являются созаемщиками. Согласно обращению ФИО2, последний оценивает компенсацию морального вреда в размере №. За период ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 получил заработную плату в размере №. (тремя платежами), что подтверждается перечислением денежных средств на счет ФИО2 В связи с временной нетрудоспособностью (100 %), взысканию с ПАО «ПБТФ» подлежит утраченный заработок с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения решения суда, с последующей ежемесячной выплатой до момента восстановления трудоспособности ФИО2 Кроме того, ФИО2 понесены иные затраты, связанные с лечением, которые подтверждаются приложенными чеками: <данные изъяты>

В связи с изложенным прокурор Лазовского района Приморского края ФИО3 просит суд взыскать с ПАО «ПБТФ» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в размере №; взыскать потраченные расходы на лечение в размере № взыскать утраченный заработок с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения решения суда, с последующей ежемесячной выплатой до момента восстановления трудоспособности ФИО2

В ходе производства по гражданскому делу исполняющим обязанности прокурора Лазовского района Приморского края были уточнены исковые требования, согласно которым просит суд, взыскать с ПАО «ПБТФ» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в размере № рублей, а также понесенные расходы на лечение в размере № рублей.

В судебном заседании помощник прокурора ФИО8 исковые требований поддержал с учетом их уточнения.

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал и пояснил, что по обстоятельствам произошедшего в иске изложено все правильно, компенсацию морального вреда обосновывает тем, что перед уходом в производственный рейс, он оформил ипотечный кредит, после произошедшего не имеет возможности для его погашения. На протяжении трех-четырех суток после произошедшего капитан судна пытался его убедить, что ничего не произошло, сам упал, кроме того, унижал и высказывал оскорбления в его адрес. После произошедшего несчастного случая, у него до конца жизни будет в голове киста, окажет ли она влияние на его трудоспособность, врачи ответить не могут, но терапевтом дана рекомендация не работать в море. До настоящего времени он принимает обезболивающие препараты на случаи плохого самочувствия, не исключены приступы эпилепсии. Кроме того, ему пришлось отказаться от привычного образа жизни, запрещено посещать баню. Произошедшая ситуация дала сбой и не известно, как это скажется в дальнейшем на состоянии здоровья и трудоспособности, инвалидность не устанавливалась. На больничном находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время не работает, находится в отпуске без содержания. В начале мая 2023 года ему звонил капитан судна ФИО9, предложил встретиться. При встрече принес извинения за себя и за своих штурманов, от имени руководства ПАО «ПБТФ» не извинялся. В течение 40 минут длилась его встреча с ФИО9, который предлагал денежные средства в размере от № чтобы разрешить вопрос во внесудебном порядке, но к соглашению не пришли. Кроме того, он встречался с генеральным директором ПАО «ПБТФ», которому задал вопрос об оказании материальной помощи, в ходе беседы было предложено оплатить расходы, понесенные в связи с лечением. Все расходы, связанные с его обследованием и лечением в размере № отражены во врачебных рекомендациях. Кроме того, опасаясь за состояние своего здоровья, он был вынужден отказаться от прохождения реабилитации в <адрес>, так как это связано с длительным перелетом, тряской. Полагал, что в произошедшем с ним несчастном случае на производстве имеет место вина капитана судна и просил взыскать с счет компенсации морального вреда №

Представитель ответчика ФИО10 в судебном заседании указала на признание в полном объеме исковых требований в части взыскания с ПАО «ПБТФ» в пользу истца ФИО2 расходов, понесенных в связи с лечением в размере №, последствия признания исковых требований представителю ответчика разъяснены и понятны. В части взыскания в пользу истца ФИО2 компенсации морального вреда в размере № исковые требования не признала в полном объеме, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях, согласно которым, ФИО2 был принят на работу по трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ в должности матроса на неопределенный срок. Для выполнения своих трудовых обязанностей ФИО2 был направлен ДД.ММ.ГГГГ на морское судно <данные изъяты>» и зачислен в штат судна. ПАО «ПБТФ» за свой счет производило обучение ФИО2 безопасным приемам и методам труда, проводило первичные и периодические инструктажи по охране труда. При приеме на работу ФИО2 являлся дипломированным специалистом, ДД.ММ.ГГГГ прошел обучение по охране труда. Также, ДД.ММ.ГГГГ прошел первичный инструктаж на рабочем месте по охране труда, был ознакомлен с «Инструкцией по охране труда при траловом промысле №» лично, под роспись и с Положением о системе управления охраной труда в ПАО «ПБТФ». Как специалист судов рыбопромыслового флота был подготовлен по вопросам охраны труда. ПАО «ПБТФ» обеспечил ФИО2 сертифицированной специальной одеждой, обувью, другими средствами индивидуальной защиты в соответствии с типовыми нормами выдачи «Бесплатной спецодежды и обуви, и других средств индивидуальной защиты работникам ПАО «ПБТФ» Приложение № к разделу № «Условия и охрана труда» Коллективного договора на ДД.ММ.ГГГГ г.г., провел аттестацию рабочего места, своевременно провел расследование несчастного случая на производстве. ПАО «ПБТФ» предпринимал все возможные меры по охране труда для предотвращения несчастных случаев на производстве. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, перед выходом на промысловую палубу для выполнения своих должностных обязанностей, проходил инструктаж и обучение по технике безопасности на рабочем месте. Вместе с тем, ДД.ММ.ГГГГ в №. судового времени № находился в <адрес>, вел промысел минтая. Матрос ФИО2 после постановки трала убирал шкентель подтяжной лебедки. После того, как ФИО2 зацепил шкентеля на штатное место за стопорный строп, матрос ФИО4, стоявший на управлении контролером подтяжной лебедки, начал набивать шкентель, чтобы он не мешал при приготовлении к разливке рыбы из тралового мешка по бункерам. В момент выполнения этой операции матрос ФИО2 подошел к ФИО4, чтобы объяснить, что в следующий раз при постановке трала стопорный гак траловой доски лучше цеплять по-другому. Матрос ФИО2, тем самым встал в опасное место, не контролировал выборку слабины шкентеля, стоя спиной к стропу, за который зацепил гак шкентеля, отвлекал разговором матроса ФИО4, подбиравшего слабину шкентеля подтяжной лебедки. В момент беседы матросов между собой, в процессе которого, матрос ФИО2 объяснял про стопор на траловой доске, произошел обрыв стропа. Причиной этого послужило то, что матрос ФИО4 отвлекся на разговор и не остановил лебедку. В результате обрыва стропа, шкентель с гаком полетел в сторону матроса ФИО2 и нанес скользящий удар по защитной каске, в область теменной кости слева. От удара матрос ФИО2 упал, затем поднявшись, самостоятельно покинул место происшествия, отправившись в помещение промысловой команды. Старшим мастером по добыче ФИО11 быт вызван судовой врач. Во время предварительного осмотра ФИО2 жаловался на слабость, озноб, шум в ушах, головную боль. После осмотра, самостоятельно в сопровождении врача, добрался до судовой амбулатории, где ему судовым врачом был поставлен диагноз: <данные изъяты>. Матрос ФИО2 был освобожден от всех видов работ и находился в лазарете с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. На момент осмотра судовым врачом ДД.ММ.ГГГГ жалоб не предъявлял, общее состояние было удовлетворительное. Ему было рекомендовано приступить к работе ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 выйти на работу отказался и написал заявление о списании с судна по состоянию здоровья. ДД.ММ.ГГГГ матрос ФИО2 был пересажен на <данные изъяты> в качестве пассажира, ДД.ММ.ГГГГ прибыл в порт Владивосток. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился на консультацию в медицинское учреждение и после проведения консультации был направлен в ФИО21» в нейрохирургическое отделение. Согласно полученного медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья и результатов несчастного случая на производстве и степени их тяжести № от ДД.ММ.ГГГГ у матроса ФИО2 степень тяжести травмы - тяжелая. ДД.ММ.ГГГГ матрос ФИО2 был выписан из больницы и уехал для продолжения амбулаторного лечения по месту жительства. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился на больничном, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился в очередном оплачиваемом отпуске. С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время отсутствует, никаких документов более не предоставлял, отпуск без содержания не оформлял. По факту несчастного случая было проведено расследование, в состав комиссии входили представители государственных органов и ПАО «ПБТФ». По результатам расследования были составлены Акт о расследовании группового несчастного случая (легкого несчастного случая, тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) от ДД.ММ.ГГГГ Форма № и Акт о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно № Акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ установлены причины несчастного случая, а именно: неосторожность, невнимательность, поспешность. Согласно № Акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ, комиссией по расследованию несчастного случая на производстве установлены лица, ответственные за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых, локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая, а именно: мастер по добыче рыбы ФИО12 в нарушение ч. 1 ст. 214 ТК РФ не контролировал выполнение членами экипажа, занятыми в промысловых операциях, правил и инструкций по технике безопасности, чем нарушил Правила техники безопасности на судах ПАО «ПБТФ», утвержденные приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. Матрос первого класса ФИО2 не соблюдал правила и инструкции по охране труда при проведении работ, тем самым нарушил Правила техники безопасности на судах ПАО «ПБТФ», утвержденные приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. Матрос первого класса ФИО4 не соблюдал правила и инструкции по охране труда при проведении работ, тем самым нарушил Правила техники безопасности на судах ПАО «ПБТФ», утвержденные приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. <адрес> в исковом заявлении указывает на то, что в Акте расследования несчастного случая формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ, вина ФИО1 была охарактеризована как «грубая неосторожность», хотя в п. № вышеуказанного Акта прописаны причины несчастного случая, квалифицированные по материалам расследования несчастным случаем - «неосторожность, невнимательность, поспешность». Данные причины несчастного случая указаны в ответе, направленном ФИО2, государственной инспекцией труда в <адрес> №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому, грубой неосторожности в действиях ФИО2 комиссией не усматривается, что и отражено в Акте формы №. В рапорте старшего помощника капитана ФИО13 на имя капитана-директора ФИО22 от ДД.ММ.ГГГГ, сообщается, что судовой комиссией проведено расследование по факту несчастного случая произошедшего с ФИО2, расследование проводилось на основании собранных, с рабочей смены промысловой бригады, объяснительных и были сделаны следующие выводы: матрос первого класса ФИО2 своими действиями нарушил правила техники безопасности, а именно: находился в небезопасном месте; повернулся спиной к шкентелю в момент выборки его слабины, которую он должен был контролировать; отвлекал разговорами матроса ФИО4, стоявшего на контроле подтяжной лебедки, выбирающего слабину шкентеля. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился на больничных листах, которые оплачивались в полном объеме, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился в очередном оплачиваемом отпуске, выплаты по которому произведены. С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время ФИО2 отсутствует, никаких документов более не предоставлял, отпуск без содержания не оформлял. Кроме того, согласно тексту искового заявления ПАО «ПБТФ» не предприняло никаких мер к возмещению вреда здоровью. Вместе с тем, при личной беседе генерального директора ПАО «ПБТФ» и ФИО2, в присутствии начальника отдела кадров и начальника юридического отдела, генеральный директор предлагал ФИО2 предоставить документы на понесенные им затраты, связанные с лечением, чтобы оплатить эти суммы, на что ФИО2 сказал, что у него нет документов. Также в ДД.ММ.ГГГГ представитель ФСС при разговоре со специалистами службы охраны труда ПАО «ПБТФ» озвучила, что есть возможность направить ФИО2 в реабилитационный центр <адрес> за счет средств ФСС. После данного сообщения специалист службы охраны труда посредством телефонных переговоров, предложил ФИО2 пройти реабилитацию в <адрес> в центре реабилитации, на что ФИО2 отказался, указав причину, что доверяет только врачам <адрес>. В связи с изложенным при определении размера компенсации морального вреда, просит учесть, что в произошедшем несчастном случае, комиссией по расследованию несчастного случая установлена, как вина ответственных лиц за соблюдение правил техники безопасности, так и вина матроса ФИО2, что подтверждается п. № Акта расследования несчастного случая формы № от ДД.ММ.ГГГГ, а также тот факт, что ПАО «ПБТФ» прилагало все возможные меры по соблюдению охраны труда для предотвращения несчастных случаев на производстве.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований в части, по следующим основаниям.

Обязанность работодателя по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда работника установлена ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ).

В силу положений абзацев 4, 14 части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на: рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 214 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; систематическое выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярный анализ и оценку; реализацию мероприятий по улучшению условий и охраны труда; разработку мер, направленных на обеспечение безопасных условий и охраны труда, оценку уровня профессиональных рисков перед вводом в эксплуатацию производственных объектов, вновь организованных рабочих мест; обучение по охране труда, в том числе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, обучение по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучение по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверку знания требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на их рабочих местах, о существующих профессиональных рисках и их уровнях, а также о мерах по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов, имеющихся на рабочих местах, о предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты, об использовании приборов, устройств, оборудования и (или) комплексов (систем) приборов, устройств, оборудования, обеспечивающих дистанционную видео-, аудио- или иную фиксацию процессов производства работ, в целях контроля за безопасностью производства работ.

Согласно абзацу 10 статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № № «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В судебном заседании установлено, что приказом о приеме работника на работу от ДД.ММ.ГГГГ №-№ ФИО2 принят на работу в ПАО «ПБТФ» на должность матроса.

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был заключен трудовой договор №.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 прошел обучение по охране труда. ДД.ММ.ГГГГ для выполнения своих трудовых обязанностей ФИО2 был направлен на морское судно РТМК-С «Александр Косарев» и зачислен в штат судна. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 прошел первичный инструктаж на рабочем месте по охране труда, был ознакомлен с «Инструкцией по охране труда при траловом промысле №» под роспись и с Положением о системе управления охраной труда в ПАО «ПБТФ».

ДД.ММ.ГГГГ в № судового времени РТМК-С № находился в ФИО23 вел промысел минтая. Перед выходом на промысловую палубу для выполнения своих должностных обязанностей, ФИО2 проходил инструктаж и обучение по технике безопасности на рабочем месте. Погода маловетрие, пасмурно, волнение моря № метр. Бортовая и килевая качка отсуствует. Смена мастера по добыче рыбы ФИО12 закончила постановку трала. Матросы палубной команды после постановки трала разносили задействованное промысловое оборудование на штатные места. Матрос первого класса ФИО2 после постановки трала убирал шкентель подтяжной лебедки. После того, как ФИО2 зацепил шкентеля на штатное место за стопорный строп, матрос ФИО4, стоявший на управлении контролером подтяжной лебедки, начал набивать шкентель, чтобы он не мешал при приготовлении к разливке рыбы из тралового мешка по бункерам. В момент выполнения этой операции матрос ФИО2 подошел к ФИО4, чтобы объяснить, что в следующий раз при постановке трала стопорный гак траловой доски лучше цеплять по-другому. Матрос ФИО2, тем самым встал в опасное место, не контролировал выборку слабины шкентеля, стоя спиной к стропу, за который зацепил гак шкентеля, отвлекал разговором матроса ФИО4, подбиравшего слабину шкентеля подтяжной лебедки. В момент беседы матросов между собой, в процессе которого, матрос ФИО2 объяснял про стопор на траловой доске, произошел обрыв стропа. Причиной этого послужило то, что матрос ФИО4 отвлекся на разговор и не остановил лебедку. В результате обрыва стропа, шкентель с гаком полетел в сторону матроса ФИО2 и нанес скользящий удар по защитной каске, в область теменной кости слева. От удара матрос ФИО2 упал, затем поднявшись, самостоятельно покинул место происшествия, отправившись в помещение промысловой команды. Старшим мастером по добыче ФИО11 быт вызван судовой врач ФИО14. Во время предварительного осмотра ФИО2 жаловался на слабость, озноб, шум в ушах, головную боль. После осмотра, самостоятельно в сопровождении врача, добрался до судовой амбулатории, где ему судовым врачом был поставлен диагноз: сотрясение головного мозга, назначено лечение. Матрос ФИО2 был освобожден от всех видов работ и находился в лазарете с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. На момент осмотра судовым врачом ФИО15 ДД.ММ.ГГГГ жалоб не предъявлял, общее состояние было удовлетворительное. ФИО2 было рекомендовано приступить к работе ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 выйти на работу отказался и написал заявление о списании с судна по состоянию здоровья. ДД.ММ.ГГГГ матрос ФИО2 был пересажен на ФИО24 в качестве пассажира, ДД.ММ.ГГГГ прибыл в порт ФИО25 ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился на консультацию в медицинское учреждение и после проведения консультации был направлен в ФИО26 №» в нейрохирургическое отделение. Согласно полученного медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья и результатов несчастного случая на производстве и степени их тяжести № от ДД.ММ.ГГГГ у матроса ФИО2 степень тяжести травмы - тяжелая. ДД.ММ.ГГГГ матрос ФИО2 был выписан из больницы и уехал для продолжения амбулаторного лечения по месту жительства.

Как установлено судом, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проведено расследование по факту произошедшего тяжелого несчастного случая и составлен Акт № о несчастном случае на производстве <данные изъяты>

Согласно п. № Акта № о несчастном случае на производстве потенциальным опасным производственным фактором является возможность контактного удара (ушиба) при столкновении с движущимися предметами, деталями, промысловым оборудованием во время постановки и выборки промыслового вооружения.

Также из п. № Акта № о несчастном случае на производстве следует, что ФИО16 ознакомлен с профрисками ДД.ММ.ГГГГ, карта №, <данные изъяты>

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 установлен диагноз: <данные изъяты>

В нарушение ст. 228.1 ТК РФ извещение о тяжелом несчастном случае направлено в Государственную инспекцию труда в <адрес> несвоевременно.

Согласно Акту № о несчастном случае на производстве причинами несчастного случая послужили: основные причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев (код № выразившиеся в неудовлетворительной организации производства работ, в необеспечении контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины. Мастер по добыче рыбы ФИО12 в нарушение ч. 1 ст. 214 ТК РФ не контролировал выполнение членами экипажа, занятыми в промысловых операциях правил и инструкций по технике безопасности, чем нарушил Правила техники безопасности на судах ПАО «ПБТФ», утвержденных приказом № от ДД.ММ.ГГГГ: пп. ДД.ММ.ГГГГ «контроль и непосредственная ответственность за соблюдение правил техники безопасности во время всех видов судовых работ возлагается на лицо командного состава, непосредственно возглавляющее работу»; раздел № общие требования охраны труда при судовых работах: д) руководитель работ обязан принять первоочередные меры, обеспечивающие безопасность выполнения судовых работ: 1) обеспечить соблюдение мер безопасного производства работ. Прочими причинами несчастного случая, квалифицированными по материалам расследования несчастных случаев (код №), послужили: неосторожность, невнимательность, поспешность. Матрос первого класса ФИО2 не соблюдал правила и инструкции по охране труда при проведении работ, тем самым нарушил Правила техники безопасности на судах ПАО «ПБТФ», утвержденных приказом № от ДД.ММ.ГГГГ: п. ДД.ММ.ГГГГ е) во время работы будьте внимательны, не отвлекайтесь посторонними делами, разговорами и не отвлекайте других», ж) «во время работы выбирайте такое место у обслуживаемого оборудования, чтобы выполнение работ не вызвало излишнего напряжения, падения, травм». Матрос первого класса ФИО4 не соблюдал правила и инструкции по охране труда при проведении работ, тем самым нарушил Правила техники безопасности на судах ПАО «ПБТФ», утвержденных приказом № от ДД.ММ.ГГГГ: п. ДД.ММ.ГГГГ е) во время работы будьте внимательны, не отвлекайтесь посторонними делами, разговорами и не отвлекайте других».

При этом грубой неосторожности пострадавшего матроса первого класса ФИО2 в ходе проведения расследования несчастного случая, комиссия не установила, что также подтверждается ответом Государственной инспекции труда в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, данном ФИО2 на его обращение.

В силу ст. 22 ТК РФ на работодателе лежит обязанность возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № № «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Статьей 237 ТК РФ предусмотрено возмещение работнику морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту - Постановление от ДД.ММ.ГГГГ №), причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Согласно абзацу 1 пункта 25 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ № суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ №).

Как указано в абзаце 1 пункта 27 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ №, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ №).

В соответствии с пунктом 30 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ № при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч. 8 ст. 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № № «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда (абзац 2 пункта 46 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ №).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзац 5 пункта 46 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ №).

Согласно разъяснениям в пункте 47 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ №, размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Удовлетворяя частично исковые требования о взыскании с ПАО «ПБТФ» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, суд руководствуется положениями ст. ст. 21, 184, 212, 214, 237 ТК РФ, ст. ст. 151, 1064, 1101 ГК РФ, а также разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», и приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения ответственности за моральный вред, причиненный истцу ФИО2 в результате несчастного случая на производстве, на ПАО «ПБТФ» как работодателя, не обеспечившего истцу безопасных условий для работы. Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание конкретные обстоятельства дела (место работы истца), тяжесть полученной истцом ФИО2 производственной травмы и ее последствия, объем и характер причиненных истцу нравственных и физических страданий, то обстоятельство, что несчастный случай на производстве произошел по вине работодателя, при отсутствии грубой неосторожности пострадавшего, но имевшей место неосторожности, невнимательности, тот факт, что работодателем на момент вынесения решения не была оказана истцу ФИО2 необходимая финансовая помощь, а также принципы разумности и справедливости, в связи с чем, взыскивает с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере №

Разрешая исковые требования в части взыскания с ПАО «ПБТФ» в пользу истца ФИО2 расходов, понесенных на лечение, суд считает возможным принять признание иска ответчиком и исковые требования удовлетворить. В силу ст. ст. 39, 173 ГПК РФ истец вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска, ответчик вправе признать иск, стороны могут окончить дело мировым соглашением. Поскольку признание иска ответчиком не противоречит закону, не нарушает права и законные интересы других лиц, поэтому принимается судом. При признании ответчиком иска и принятии его судом принимается решение об удовлетворении заявленных истцом требований.

Согласно ч. 4.1 ст. 198 ГПК РФ в случае признания иска ответчиком в мотивировочной части решения суда может быть указано только на признание иска и принятие его судом, в связи с чем, суд взыскивает с ПАО «ПБТФ» в пользу истца ФИО2 расходы, понесенные на лечение в размере №

Кроме того, на основании положений ст. 103 ГПК РФ с ПАО «ПБТФ» подлежит взысканию в доход государства государственная пошлина за рассмотрение судом гражданского дела в размере № (от материальных требований - №, а также компенсации морального вреда - № рублей).

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора Лазовского района Приморского края ФИО3 в защиту интересов ФИО2 к ПАО «Преображенская база тралового флота» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью и взыскании расходов на лечение, - удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Преображенская база тралового флота» (№ в пользу ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> (паспорт гражданина Российской Федерации серии № №, выдан ФИО19 <адрес> в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения №) в счет компенсации морального вреда №, а также расходы, понесенные на лечение в размере № рубль № копеек, а всего взыскать №

Взыскать с Публичного акционерного общества «Преображенская база тралового флота» в доход бюджета Лазовского муниципального округа государственную пошлину в размере №

В удовлетворении остальной части исковых требований, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Партизанский районный суд Приморского края постоянное судебное присутствие в селе Лазо Приморского края в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Е.В. Волкова